Когда погоня близка

Tekst
21
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

«Вот оно», – подумала она.

В её жизнь готовится войти новое зло.

Глава третья

Вместе с Биллом и Люси направляясь по коридору к кабинету шефа Мередита, Райли пыталась понять, почему ей так тревожно, однако никак не могла.

Она поняла, что отчасти дело в знакомом ощущении обострённой интуиции, к которому она уже давно привыкла и которое возникало у неё тогда, когда она понимала, что вот-вот получит новое назначение.

Но к этим чувствам примешивалось нечто другое, не похожее ни на страх, ни на предчувствие. Она провела слишком много расследований, чтобы беспокоиться о том, что ждёт её впереди.

Нет, тут было чувство почти незнакомое.

«Облегчение?» – думала Райли.

Может быть.

Церемония и принятие поздравлений казались слишком фантастическими и нереальными, они всколыхнули в ней противоречивые эмоции и мысли.

Поход в офис Мередита же был знакомым, удобным… Он был своего рода избавлением.

Но куда заведёт её это избавление?

Сомнений не было: в старый знакомый мир жестокости и зла.

По коже Райли пробежал холодок.

Если ей более комфортно с жестокостью и злом, чем на торжестве и при получении награды, что это говорит о ней?

Ей не хотелось погружаться в подобные размышления, так что она постаралась стряхнуть это ощущение, но сделать это до конца ей так и не удалось.

Кажется, последнее время ей всё менее и менее комфортно в собственной шкуре.

Когда Райли, Билл и Люси дошли до просторного кабинета Мередита, они увидели в нём шефа, стоящего за столом.

Кроме него в кабинете был кое-кто ещё: молодая афроамериканка с короткими прямыми волосами и большими пронзительными глазами. При виде Райли и её спутников она тоже встала.

Мередит сказал:

– Агенты Пейдж, Джеффрис, Варгас, представляю вам специального агента Дженнифер Ростон.

Райли оглядела женщину, с которой разговаривала по телефону вскоре после раскрытия дела Спичечного убийцы. Дженнифер Ростон оказалась невысокой ростом, но с атлетичной фигурой и абсолютно компетентной на вид. У неё было выражение лица уверенной в собственных способностях женщины.

Ростон пожала всем руки.

– Слышала о тебе много хорошего, – сказала Люси.

– Ты побила все рекорды Академии, – присоединился Билл.

Райли тоже слышала об агенте Ростон только хорошее. Она уже заслужила отличную репутацию и получила положительные отзывы.

– Для меня это честь познакомиться со всеми вами, – с искренней улыбкой произнесла Ростон. Затем, посмотрев Райли прямо в глаза, она добавила: – Особенно с вами, агент Пейдж. Очень рада встретиться с вами лицом к лицу.

Райли была польщена, но её всё равно что-то тревожило.

Пока они рассаживались по креслам, Райли гадала, что Ростон делает здесь сегодня. Неужели Мередит отправит её на задание вместе с Райли и её двумя коллегами?

От этой мысли Райли стало немного не по себе. Они с Биллом и Люси достигли отличного взаимопонимания, построили гармоничные рабочие отношения. Не нарушит ли эту идиллию, хоть бы и временно, пополнение в их маленькой команде?

Мередит ответил на её вопрос:

– Я хотел познакомить вас троих с агентом Ростон потому, что я поставил её на дело Шейна Хэтчера. Этот подлец уже слишком давно на свободе. Центральный штаб постановил считать его поимку первостепенной задачей. Пришла пора вернуть его за решётку, и нам нужен свежий взгляд на это непростое дело.

Райли стало очень неловко.

Она уже знала, что Ростон работает над делом Хэтчера – именно это они обсуждали по телефону. Ростон запросила доступ к файлам Квантико о Шейне Хэтчере, и Райли предоставила ей доступ.

Но что происходит теперь?

Мередит наверняка хочет, чтобы они все вместе работали над делом Хэтчера. Она не была уверена, сколько именно Мередит знает о её отношениях с Хэтчером. Если бы её босс знал, что она дала бежавшему убийце уйти, потому что он выручил её, она была бы уже арестована.

Она отлично понимала, что, вероятней всего, Хэтчер прячется далеко в горах, в хижине, которую она унаследовала от своего отца – он оставался там полностью с разрешения и одобрения Райли.

Разве она может хотя бы притвориться, что пытается привлечь его к ответственности?

Билл спросил Ростон:

– И как продвигается дело?

Ростон улыбнулась.

– О, я только начала, пока изучаю факты.

Затем, обернувшись на Райли, Ростон добавила:

– Я очень ценю, что вы предоставили мне доступ ко всем файлам.

– Рада была помочь, – ответила Райли.

Ростон слегка прищурилась, глядя на Райли, в её глазах зажглось лёгкое любопытство.

– Они мне очень помогли, – повторила она. – Вы собрали массу информации. И всё же, мне казалось, что там будет больше сведений о финансовых операциях Хэтчера.

Райли вздрогнула от воспоминания о своём необдуманном поступке: прежде чем открыть для Ростон доступ к файлам с данными по Хэтчеру, она удалила документ с заголовком «МЫСЛИ», в котором, помимо личных мыслей и наблюдений Райли касательно Хэтчера, также содержалась финансовая информация, которая могла помочь поймать его. Или по крайней мере, оставить его без средств.

«Безумный поступок», – подумала Райли.

Но сделанного не воротишь, как бы ей того ни хотелось.

Под пристальным взглядом Ростон Райли стало очень не по себе.

– Он неуловим, – сказала Райли Ростон.

– Да, это я уже поняла, – согласилась Ростон.

Она всё ещё не отводила взгляда от Райли.

Дискомфорт Райли всё возрастал.

«Что она уже знает?» – задумалась Райли.

Тут Мередит сказал:

– Давайте пока с этим закончим, агент Ростон. Я должен обсудить с Пейдж, Джеффрис и Варгас ещё один вопрос.

Ростон встала и вежливо попрощалась.

Как только она ушла, Мередит сказал:

– Похоже, у нас новое серийное дело в Южной Калифорнии. Некто убил троих сержантов-инструкторов по строевой подготовке в форте Нэш Моват. Жертвы застрелены с большого расстояния опытным снайпером. Последнюю жертву убили сегодня утром.

Райли была заинтригована и сильно удивлена.

– Разве этим делом не должно заниматься Командование уголовных расследований Сухопутных войск США? – спросила она, зная, что обычно расследованием тяжких преступлений, совершённых в армии США, занимается именно оно.

Мередит кивнул.

– Отдел расследований уже работает над ним, – сказал он. – В форте Моват есть штаб, и он уже стоит на ушах. Но, насколько вам известно, им руководит начальник военной полиции Бойл, и он только что связался со мной с просьбой подключить в дело ФБР. Кажется, дело приняло особенно неприятный поворот и получило общественный резонанс, так что придётся иметь дело с прессой и политическим давлением. Чем скорее дело будет раскрыто, тем лучше будет для всех.

Райли задумалась, хорошая ли это идея. Она никогда не слышала, чтобы ФБР и армейский отдел расследований вместе работали над делом. Её беспокоило, что они будут переходить друг другу дорогу и принесут больше вреда, чем пользы.

Но она не стала возражать – это не её дело.

– Так и когда нам выезжать? – спросил Билл.

– Прямо сейчас, – сказал Мередит. – Ваши сумки с собой?

– Нет, – сказала Райли. – Боюсь, я не ожидала новой командировки так скоро.

– Тогда поедете, как только соберётесь.

Райли вдруг встревожилась.

«Сегодня вечером пьеса Джилли!» – вспомнила она.

Если она уедет прямо сейчас, она её пропустит.

– Шеф Мередит… – начала она.

– Да, агент Пейдж?

Райли замолчала. В конце концов, ФБР наградили её и повысили. Она не может дать задний ход теперь.

«Приказы есть приказы», – твёрдо сказала она себе.

Ничего не поделаешь.

– Ничего, – сказала она.

– Вот и хорошо, – сказал Мередит, вставая. – Собирайтесь в путь. И раскройте его поскорей, вас ждут другие дела.

Глава четвёртая

Полковник Дуч Адамс смотрел в окно своего кабинета. Отсюда открывался хороший вид на форт Нэш Моват. Он даже видел поле, на котором этим утром убили сержанта Уортинга.

– Чёрт знает что, – пробормотал он себе под нос.

Не прошло и двух недель, как убили сержанта Рольски – в точности таким же образом.

Неделю назад убили сержанта Фрейзера.

А теперь Уортинг.

Три отличных сержанта-инструктора.

«Ужасная потеря», – думал он.

И агенты из следственного управления до сих пор не смогли раскрыть дело.

Адамс стоял и размышлял.

«Как вообще я стал командовать этим местом?»

Он сделал хорошую карьеру. Он с гордостью носил свои медали – «За боевые заслуги», три бронзовые звезды, медаль за безупречную службу, похвальную благодарность воинской части и целую связку других наград.

Глядя в окно, он стал перебирать события своей жизни.

Какие его лучшие воспоминания?

Это определённо служба в горячих точках Ирака, участие в операциях «Буря в пустыне» и «Несокрушимая свобода».

Какие его худшие воспоминания?

Наверное, тяжёлая учёба для получения офицерского звания.

Или лекции перед аудиторией.

Но даже там было не так плохо как во время командования этим местом.

По его мнению, хуже всего было ведение бумаг и заполнение отчётов, а также председательство на собраниях.

Но всё же, было и хорошее.

Ему пришлось заплатить высокую цену за карьеру – три развода и семь взрослых детей, которые с ним почти не общаются. Он даже представить не мог, сколько у него внуков.

Но всё было так, как должно было быть.

Армия всегда была его настоящей семьёй.

Но теперь, спустя столько лет, он чувствовал себя отдалённым даже от армии.

Так как он оставит военную службу в конце концов – счастливо уйдёт на пенсию или переживёт очередной неприятный развод?

Он горько вздохнул.

Если сбудется его последняя амбиция, он выйдет на пенсию генерал-майором. Но даже тогда он будет одинок на пенсии. Но, может быть, это тоже правильно.

 

Может быть он сможет просто тихо исчезнуть – раствориться подобно одному из пресловутых «старых солдат» Дугласа Макартура.

«Или подобно дикому зверю», – думал он.

Всю свою жизнь он был охотником, но не мог припомнить, чтобы хоть раз встречал труп медведя, оленя или любого другого дикого животного, погибшего по естественным причинам. Другие охотники тоже такого не видели.

Какая загадка! Куда же идут умирать дикие создания?

Он жалел, что не знает, ведь тогда он мог бы пойти туда же.

А пока ему отчаянно хотелось курить. Что за чертовщина, что он даже не может покурить в собственном кабинете!

В этот момент у него зазвонил телефон. Звонила секретарша из приёмной.

Женщина сказала:

– Полковник, на линии начальник военной полиции. Он хочет с вами поговорить.

Полковник Адамс удивился.

Он знал, что начальником военной полиции был генерал-майор Мальколм Бойл, однако Адамс ни разу не говорил с ним.

– В чём дело? – спросил Адамс.

– По поводу убийств, я полагаю, – сказала секретарша.

Адамс заворчал себе под нос.

«Конечно», – думал он.

Начальник военной полиции в Вашингтоне отвечал за все уголовные расследования в армии. Несомненно, он уже в курсе того, что от местного расследования толку нет.

– Хорошо, я поговорю с ним, – сказал Адамс.

Он принял звонок.

Адамсу сразу не понравился голос мужчины. Он показался ему слишком мягким – в то время как генерал должен иметь голос грубый, лающий. Тем не менее, этот человек сильно превосходил Адамса по рангу, так что он должен оказывать ему хотя бы притворное уважение.

Бойл сказал:

– Полковник Адамс, я звоню, чтобы предупредить вас: три агента ФБР из Квантико скоро приедут к вам, чтобы помочь расследовать убийства.

Адамс почувствовал раздражение. Что до него, то он уже поставил на дело слишком много агентов! Тем не менее он спокойно ответил:

– Сэр, не уверен, что я понимаю ваши цели. У нас в форте Моват есть собственный отдел уголовных расследований. Они занимаются делом.

Теперь голос Бойла стал твёрже.

– Адамс, у вас произошло три убийства менее чем за три недели. Лично мне сразу ясно, что вам нужна помощь.

С каждой минутой досада Адамса росла. Но он знал, что не должен показывать её.

Он сказал:

– Со всем уважением, сэр. Я не понимаю, почему вы сообщаете мне эту новость. Полковник Дана Ларсон является начальником отдела расследований в форте Моват. Почему бы вам не сообщить ей?

Ответ Бойла застал Адамса врасплох.

– Полковник Ларсон сама связалась со мной. Она попросила меня обратиться за помощью в ОПА. Поэтому я позвонил им и всё устроил.

Адамс был поражён.

«Вот стерва!» – подумал он.

Полковник Дана Ларсон, кажется, делает всё, чтобы досадить ему при всякой возможности.

Что вообще в начальниках уголовного розыска делает женщина?

Адамс изо всех сил старался проглотить своё недовольство.

– Я понял вас, сэр, – сказал он.

Затем он повесил трубку.

Теперь внутри полковника Адамса всё кипело. Он ударил кулаком по столу. Неужели его мнение здесь никого не интересует?

Тем не менее, приказы есть приказы, и он должен слушаться.

Но ему это не нравилось, и он точно не собирался делать так, чтобы им здесь было комфортно.

Он простонал вслух.

Убийства людей – это ещё цветочки.

Ягодки будут впереди.

Глава пятая

Отвозя Джилли, Эприл и Габриэллу домой, Райли никак не могла собраться с духом и сказать им, что должна немедленно уезжать. Пропустить первое выступление Джилли, у которой главная роль в пьесе! Смогут ли девочки понять, что она должна выполнять приказы?

Они уже добрались до дома, но Райли до сих пор ничего не сказала.

Внутренне она сгорала от стыда.

Сегодня она получила медаль за упорство, в прошлом её награждали за храбрость и мужество. И её дочери были в зале и смотрели, как она получает медаль.

Но она совсем не чувствовала себя героем.

Девочки пошли играть во двор, а Райли поднялась в спальню и стала собирать вещи. То был хорошо знакомый ритуал. Задача заключалась в том, чтобы сложить в маленькую сумку столько необходимых вещей, чтобы прожить как пару дней, так и месяц.

Разложив вещи на кровати, она вдруг услышала голос Габриэллы:

– Señora Райли, что вы делаете?

Райли обернулась и увидела, что Габриэлла стоит в дверях. В руках у экономики была стопка чистых простыней, которые та собиралась положить в кладовую.

Райли пробормотала:

– Габриэлла, я… Мне нужно ехать.

У Габриэллы от удивления отпала челюсть.

– Ехать? Куда?

– Я получила новое задание. В Калифорнии.

– Вы можете поехать завтра? – спросила Габриэлла.

Райли с трудом сглотнула.

– Габриэлла, самолёт ФБР уже ждёт. Мне нужно ехать сейчас.

Габриэлла покачала головой.

Она сказала:

– Сражаться со злом – хорошее занятие, Señora Райли. Но иногда вы забываете о том, что есть и другие важные вещи.

С этими словами Габриэлла исчезла в коридоре.

Райли вздохнула. С каких это пор Габриэлла взяла на себя обязанности быть её совестью?

Но жаловаться было не на что: с этим Габриэлла справлялась на отлично.

Райли стояла и смотрела на недособранные вещи.

Она покачала головой и прошептала сама себе:

– Я не могу так поступить с Джилли. Просто не могу.

Всю свою жизнь она жертвовала детьми ради работы. Каждый раз. Она ни разу не поставила на первое место детей.

И теперь она поняла, что в этом и заключались все её проблемы в жизни. Это – часть тьмы внутри неё.

Она достаточно храбрая, чтобы встретиться лицом к лицу с серийным убийцей. Но хватит ли ей храбрости отодвинуть на второе место работу и сделать первым приоритетом жизнь своих детей?

 В этот самый момент Билл с Джилли собираются ехать в Калифорнию.

Они встретят её на аэродроме в Квантико.

Райли горько вздохнула.

Есть только один способ решить эту проблему – если её вообще можно решить.

Попытка не пытка.

Она достала мобильник и набрала номер личного телефона Мередита.

Услышав в трубке низкий голос, она произнесла:

– Сэр, это агент Пейдж.

– В чём дело? – спросил Мередит.

В его голосе прозвучала нотка заботы. Райли понимала, почему: она пользовалась этим номером лишь в случаях крайней необходимости.

Она собралась с духом и перешла сразу к делу.

– Сэр, мне бы хотелось отложить поездку в Калифорнию. Всего на вечер. Агенты Джеффрис и Варгас могут полететь без меня.

Спустя паузу Мередит спросил:

– У вас что-то случилось?

Райли сглотнула. Это будет нелегко.

Но она была полна решимости не лгать.

Она дрожащим голосом пробормотала:

– Моя младшая дочь, Джилли… у неё сегодня вечером выступление. Она… она играет главную роль.

Повисшее после этих слов молчание просто оглушало.

«Может быть, он просто бросил трубку?» – подумала Райли.

Затем Мередит прорычал:

– Будьте так добры, повторите, что вы сказали? Не уверен, что я правильно вас понял.

Райли подавила вздох. Она была уверена, что он отлично её понял.

– Сэр, эта пьеса очень важна для неё, – стала говорить она, с каждой минутой всё больше нервничая. – Джилли… ну вы знаете, что я её удочеряю. У неё была тяжёлая жизнь, у неё только что был очень сложный период, её чувства очень хрупкие и…

Голос Райли оборвался.

– И что? – спросил Мередит.

Райли с усилием сглотнула.

– Я не могу подвести её. Только не сейчас. Не сегодня.

Снова повисло мрачное молчание.

Райли становилась всё решительней.

– Сэр, это никак не повлияет на расследование, – проговорила она. – Агенты Джеффрис и Варгас поедут вперёд, а вы знаете, что они очень толковые. Когда я приеду, они сразу введут меня в курс дела.

– И когда это произойдёт? – поинтересовался Мередит.

– Завтра утром. Как можно раньше. Я поеду в аэропорт сразу после окончания пьесы и сяду на первый же рейс.

После очередной паузы Райли добавила:

– Полечу за свой счёт.

Она услышала, как Мередит хмыкнул:

– Естественно, за свой, агент Пейдж.

От волнения Райли чуть не задохнулась.

«Он разрешил мне!»

Она вдруг поняла, что всё время беседы почти не дышала.

Ей пришлось изо всех сил сдержаться, чтобы не броситься благодарить Мередита. Но она знала, что Мередиту это не понравится, а последнее, чего бы ей хотелось, это чтобы он передумал.

Поэтому она просто сказала:

– Спасибо.

Она услышала ещё одно хмыканье.

Затем Мередит произнёс:

– Ни пуха ни пера вашей дочери.

После этих слов он повесил трубку.

Райли выдохнула с облегчением и тут заметила, что в дверях снова стоит Габриэлла. Женщина улыбалась.

Очевидно, она слышала весь разговор.

– Кажется, вы растёте, Señora Райли, – сказала Габриэлла.

*

Сидя в актовом зале с Эприл и Габриэллой, Райли от души наслаждалась школьной пьесой. Она и забыла, каким славным может быть подобное мероприятие.

На учащихся средних классов были надеты самодельные костюмы. Они нарисовали декорации к истории Деметры и Персефоны – поля, усыпанные цветами, вулкан в Сицилии, тёмную пещеру Царства мёртвых и другие места из мифов.

А Джилли играла просто необыкновенно!

Она была Персефоной, младшей дочерью богини плодородия, Деметры. Наблюдая за ходом пьесы, Райли вспоминала знакомую историю.

Персефона гуляла и собирала цветы, когда Аид, бог Царства мёртвых, примчался на своей колеснице и выкрал её. Он привёз её в Царство мёртвых и хотел сделать своей королевой. Когда Деметра поняла, что случилось с её дочерью, она горько заплакала.

Девочка, играющая Деметру, настолько убедительно играла скорбь, что у Райли по коже пробежали мурашки.

История открылась Райли в новом свете.

История Персефоны причудливо напоминала историю Джилли – то была история девочки, детство которое украли силы намного сильней её самой.

Райли почувствовала, что в глазах у неё наворачиваются слёзы.

Она хорошо помнила, чем кончается история: Персефона обретёт свободу, но только на половину каждого года. Когда её не будет, Деметра будет позволять земле стыть и мертветь. Когда Персефона будет возвращаться, земля снова будет оживать и будет наступать весна.

Так мифы объясняли смену времён года.

Райли сжала руку Эприл и прошептала:

– Сейчас будет грустная часть.

Райли с удивлением услышала, что Эприл хихикнула:

– Не такая уж и грустная, – ответила Эприл. – Джилли рассказала мне, что они немного изменили сюжет. Давай смотреть.

Райли не отводила глаз со сцены.

В духе Персефоны, Джилли ударила Аида по голове греческой вазой – замаскированной подушкой. Затем она выбежала из Царства мёртвых и вернулась к обрадованной матери.

Мальчик, который играл Аида, ужасно разгневался и наслал на землю зиму, после чего они с Деметрой стали вести вечный бой, в результате чего сезоны сменялись от зимы к весне снова и снова, до скончания времён.

Райли была довольна.

Когда выступление закончилось, Райли пошла за сцену, чтобы поздравить Джилли. На пути она столкнулась с учителем, который ставил пьесу.

– Мне очень понравилась ваша переделка! – сказала Райли учителю. – Было очень радостно видеть, как Персефона из беспомощной жертвы превращается в независимую героиню.

Учительница широко улыбнулась.

– Благодарить надо не меня, – возразила она. – Это была идея Джилли.

Райли побежала к Джилли и крепко её обняла.

– Я так горжусь тобой, – сказала Райли.

– Спасибо, мама, – сказала Джилли, счастливо улыбаясь.

Мама.

Это слово эхом отозвалось в душе Райли. Оно значило гораздо больше, чем можно было передать словами.

*

Позднее вечером, когда они вернулись домой, Райли наконец пришлось рассказать девочкам, что она уезжает. Она сунула голову в дверь Джилли.

Джилли уже почти спала, утомившись от сегодняшнего бурного успеха. Райли порадовалась написанному на её лице удовлетворению.

Потом Райли пошла в спальню Эприл и заглянула внутрь. Эприл сидела на кровати и читала книгу.

Она подняла глаза на мать.

– Привет, мам, – сказала она. – В чём дело?

Райли тихо зашла в комнату.

Она сказала:

– Это покажется странным, но… я должна ехать прямо сейчас. У меня новое дело в Калифорнии.

Эприл улыбнулась.

Она сказала:

– Мы с Джилли так и поняли, что совещание в Квантико было по этому поводу. А потом мы увидели сумку на твоей кровати. Честно говоря, мы думали, что ты уедешь до пьесы – обычно ты собираешься в самый последний момент.

 

Она смотрела на Райли, улыбка её стала шире.

– Но ты осталась, – добавила она. – Я знаю, что ты отложила поездку, чтобы посмотреть пьесу. Ты знаешь, что это значит для нас?

Райли снова почувствовала слёзы на глазах. Она наклонилась и обняла дочку.

– Так это ничего, если я уеду? – спросила Райли.

– Конечно! Джилли сказала, что надеется, что ты поймаешь плохих парней. Она очень гордится тем, что ты делаешь, мам. Как и я.

Райли была тронута так, что не передать словами. Обе её дочери так быстро растут. И они становятся удивительными девушками.

Она поцеловала Эприл в лоб.

– Люблю тебя, дорогая, – сказала она.

– А я тебя, – сказала Эприл.

Райли погрозила Эприл пальчиком.

– И почему ты до сих пор не спишь? – спросила она. – Гаси свет и ложись спать. Завтра в школу!

Эприл хихикнула и выключила свет. Райли пошла в свою спальню и закончила собирать сумку.

Было уже за полночь, когда она поехала в Вашингтон, чтобы успеть на самолёт.

Ночь будет длинной.