Czytaj książkę: «Радуга сказок»

Рози и радужный котёнок, который боялся цвета

**Часть первая. Котёнок, который родился белым**

В самой тихой, самой бледной части мира, где даже воздух казался серым и прозрачным, как утренняя дымка, родился маленький котёнок. Его звали Скиттлс. Он был необычным с самого рождения — весь его пушистый комочек был белым, чистым, как первый снег. Белоснежным, без единого пятнышка, без единого оттенка. Его глаза были прозрачно-голубыми, как лёд на замёрзшем озере, и в них всегда светилась тревога. Скиттлс родился таким, и он не знал другого цвета.

Он вырос в сером тумане, который окутывал долину, где он жил. Его мать была такой же белой, как и он, его братья и сёстры — все они были бледными, полупрозрачными, и их шёрстка сливалась с туманом. Они жили в тени, в тишине, в мире, где не было ярких красок. Это был их дом, их убежище, их безопасность.

Но Скиттлс не был таким, как все. Он смотрел на мир из-за кромки тумана и видел, что за его пределами есть что-то ещё. Он видел, как на другом конце долины, иногда, когда туман рассеивался, появлялись яркие пятна. Это были цветы. Красные, жёлтые, синие, оранжевые — они горели на солнце, как маленькие огоньки. Скиттлс смотрел на них и чувствовал, как его сердце начинает биться чаще. Но не от радости. От страха.

Цвета казались ему слишком громкими. Они кричали на него, они ослепляли его, они пугали его. Ему казалось, что если он подойдёт слишком близко, они поглотят его, растворят в себе, и он потеряет себя. Он прятался в тумане, сжимался в маленький комочек и закрывал глаза.

— Тише, тише, — шептал он самому себе. — Они не тронут тебя. Они просто далеко.

Но даже издалека цвета преследовали его. Ему снились яркие сны, в которых он бежал от красных и синих пятен, которые догоняли его. Он просыпался в холодном поту, с дрожью. Он боялся цвета больше, чем темноты, больше, чем грозы, больше, чем всего на свете.

Мать пыталась успокоить его.

— Скиттлс, — говорила она, — цвета не опасны. Они просто разные. Они красивые.

— Нет, — отвечал он, вжимая голову в плечи. — Они слишком громкие. Они не дают мне думать.

Братья и сёстры смеялись над ним.

— Глупый Скиттлс, — дразнили они. — Боится цветочков! Боится радуги!

И они убегали вдаль, туда, где туман редел, и играли среди цветов. А Скиттлс оставался один, сворачивался калачиком и смотрел на серое небо. Он хотел быть таким же, как они, но он не мог. Его страх был сильнее.

**Часть вторая. Долина, где жил страх**

Долина, в которой жил Скиттлс, называлась Долиной Серого Тумана. Она была такой же бледной и безжизненной, как и его шёрстка. Здесь не было ярких цветов, не было пения птиц, не было солнечного света. Всё было покрыто пеленой, которая делала мир тихим, безопасным и унылым.

Но на краю долины начинался другой мир. Он был полон красок, света и жизни. Там росли цветы всех оттенков, летали бабочки с разноцветными крыльями, и даже воздух казался сладким и ароматным. Радуги часто появлялись над этим миром, перекидываясь через небо, как мосты из света.

Скиттлс часто сидел на границе этих двух миров. Он смотрел на яркое, цветущее царство и чувствовал, как его сердце разрывается на части. Одна его половина хотела броситься туда, в этот мир, и забыть о страхе. Другая — сжималась в комок и кричала: «Нет! Не ходи! Там опасно!»

Радуги облетали его стороной. Они словно чувствовали его страх и не хотели пугать его. Они проходили над ним, но никогда не касались его. Скиттлс смотрел на них и плакал. Его слёзы были прозрачными, как капли утренней росы, и они падали на серую землю, не оставляя следа.

— Почему я не могу быть как все? — шептал он. — Почему я боюсь того, что так красиво?

**Часть третья. Рози, которая не торопила**

В маленькой деревне, которая находилась в самом сердце цветущего мира, жила девочка по имени Рози. Ей было девять лет, у неё были огненно-рыжие волосы, заплетённые в две тугие косы, и глаза цвета утреннего неба. Она была самой любопытной девочкой в деревне. Она знала, где растёт самый редкий цветок, как зовут каждую бабочку и почему радуга появляется после дождя.

Рози часто гуляла по краю Долины Серого Тумана. Она видела, что за серой пеленой кто-то есть. Маленькие, бледные силуэты, которые прятались в тени. Она знала, что там живут белые звери, которые боятся цвета. Ей было жаль их. Она хотела помочь им, но не знала как.

Однажды, гуляя на границе долины, она увидела Скиттлса. Он сидел под кустом, сжавшись в маленький, дрожащий комочек. Его белая шёрстка была такой пушистой и чистой, что Рози сразу поняла: это он. Тот самый котёнок, который боится цвета.

— Привет, — сказала она тихо, присаживаясь на корточки. — Как тебя зовут?

Скиттлс поднял голову. Он увидел девочку с рыжими волосами, и его сердце сжалось. Она была яркой. Она была цветной. Она пугала его.

— Я Скиттлс, — прошептал он. — Я боюсь тебя.

Рози не обиделась. Она не стала говорить ему, что он глупый, не стала тянуть его на солнце, не стала уговаривать. Она просто села рядом с ним, на серую, холодную землю, и сказала:

— Я понимаю. Ты боишься цветов. Они кажутся тебе громкими. Но я не буду торопить тебя. Я просто хочу быть твоим другом.

Скиттлс удивлённо посмотрел на неё. Она не была похожа на других. Она не смеялась над ним. Она была терпеливой.

— Хорошо, — сказал он. — Ты можешь быть моим другом.

**Часть четвёртая. Один лепесток в день**

На следующий день Рози пришла снова. В руках она держала маленький голубой лепесток. Он был нежным, мягким, и на свету он переливался, как драгоценный камень.

— Я принесла тебе подарок, — сказала она, протягивая лепесток Скиттлсу. — Это голубой цвет. Он добрый. Он не кричит. Он просто тихо лежит и радует глаз. Посмотри на него.

Скиттлс сжался. Он боялся лепестка так же, как боялся всей радуги. Но Рози не настаивала. Она положила лепесток рядом с ним, на расстоянии вытянутой лапы.

— Ты не обязан трогать его, — сказала она. — Просто знай, что он здесь. Он не причинит тебе вреда.

Скиттлс долго смотрел на лепесток. Он был таким маленьким, таким беззащитным. Он не кричал, не ослеплял. Он просто лежал на серой земле и тихо светился. И Скиттлс почувствовал, что его страх начинает уступать место любопытству.

Он протянул лапку и осторожно коснулся лепестка. Он был прохладным и гладким. Он не укусил его. Он не проглотил его. Он просто был.

— Он… добрый? — спросил Скиттлс.

— Да, — улыбнулась Рози. — Он добрый. Голубой — это цвет неба. Он говорит нам, что мир бесконечен и что мы можем дышать свободно.

На следующий день она принесла розовый лепесток.

— Это розовый, — сказала она. — Цвет заката. Он говорит о том, что даже после самого долгого дня наступает покой.

Скиттлс коснулся и его. Он тоже был добрым.

На третий день — жёлтый.

— Это цвет солнца, — сказала Рози. — Он говорит о радости.

Скиттлс начал ждать этих встреч. Каждое утро он сидел на границе долины и ждал, когда Рози придёт с новым лепестком. Он перестал бояться. Он начал узнавать цвета, как старых друзей. Он давал им имена. Голубой стал «Небом». Розовый — «Покоем». Жёлтый — «Светом».

Прошёл месяц. Рози принесла ему много лепестков. Он принял все. Его маленькая лапка уже не дрожала, когда она касалась их. Его глаза, которые раньше были полны страха, теперь смотрели на цвета с любопытством и нежностью.

**Часть пятая. Нырок в радугу**

В один из дней Рози пришла без лепестка. Вместо него она указала на небо. Над долиной, над серым туманом, впервые за много лет появилась радуга. Она переливалась всеми цветами, которые Скиттлс узнал за этот месяц: голубым, розовым, жёлтым, зелёным, оранжевым, фиолетовым.

— Ты готов? — спросила Рози.

Скиттлс смотрел на радугу. Сердце его билось быстро, но теперь это был не страх. Это было волнение. Он знал эти цвета. Они были его друзьями.

— Я готов, — сказал он.

Он встал на свои маленькие лапки, набрал полную грудь воздуха и побежал. Он бежал через туман, через серую землю, к самой радуге. Он бежал так быстро, как никогда в жизни. И когда он достиг её, он не остановился. Он прыгнул.

Он нырнул в радугу с головой. Цвета обняли его, обволокли, проникли в каждую клеточку его тела. Они не были громкими. Они были добрыми. Они играли на его шёрстке, как маленькие солнечные зайчики, окрашивая её в новые оттенки. Его белая шёрстка заиграла всеми цветами радуги. Она стала переливаться на солнце, как драгоценный камень.

Скиттлс выскочил из радуги, счастливый, мокрый, раскрашенный. Он посмотрел на свои лапки и не поверил своим глазам. Они были разноцветными. Он был разноцветным.

— Рози! — закричал он. — Посмотри на меня! Я стал цветным!

Рози смеялась от радости. Она подбежала к нему и обняла его.

— Ты всегда был цветным, Скиттлс, — сказала она. — Ты просто не знал об этом.

**Часть шестая. Хранитель радуги**

Радуга, которая увидела, как Скиттлс доверился ей, решила сделать его своим хранителем. Она знала, что он понимает цвета так, как не понимает никто. Он знает их страх, он знает их доброту, он знает их язык.

С тех пор Скиттлс стал хранителем радуги. Каждое утро он взлетал на её вершину, разбрызгивал радужные брызги на всех, кто грустит. Он помогал тем, кто боится цвета, так же, как когда-то помогли ему. Он сидел рядом с ними, не торопил, не кричал. Он просто ждал, пока они сами протянут лапку к цвету.

А Рози приходила к нему каждый день. Они сидели на вершине радуги, смотрели на мир внизу и улыбались. Они знали, что даже самый большой страх можно победить, если рядом есть кто-то, кто не торопит.

**Эпилог. Сказка о том, как важно быть терпеливым**

Эта история не про котёнка и не про радугу. Она про каждого из нас. Иногда мы боимся чего-то, что кажется нам слишком громким, слишком ярким, слишком пугающим. Мы прячемся в своём сером тумане, закрываем глаза и надеемся, что это пройдёт.

Но всегда есть кто-то, кто приходит с одним лепестком в руке. Кто садится рядом и не торопит нас. Кто говорит: «Этот цвет добрый. Он не причинит тебе вреда». И каждый день он приносит новый цвет, пока мы не перестанем бояться.

А когда мы решаемся нырнуть в радугу, мы понимаем, что цвета не были громкими. Они просто ждали, когда мы будем готовы их услышать.

И если вы когда-нибудь встретите кого-то, кто боится цвета, станьте для них Рози. Принесите им один лепесток. Скажите им: «Этот цвет добрый». И подождите. Не торопите их. Потому что однажды они тоже нырнут в радугу и станут её хранителями.