На следующий день вновь был Совет. На рассвете, всё в той же полуразрушенной церкви. Такие проходили у Демонов не то, чтобы редко, и на них присутствовала обычно вся семёрка. Им нужно было обсудить планы, состыковать идеи и поставить цели – для этого нужны были Советы, вот только обычно всё скатывалось в сплошную ругань и разборки, тянущиеся ещё со времён дó их заключения.
Уиллоу не особо любил эти сборы, хотя не то, чтобы был против на них поприсутствовать и никогда их не пропускал. Ему было забавно наблюдать за чужим конфликтом и пытаться его разрулить, но иногда тоска находила жуткая. Он не чувствовал себя «своим» среди Демонов. Но ему очень нравилось проводить с ними время. Каждый из них был по-своему интересен, и каждый по какой-то причине его, в основном, игнорировал.
Уиллоу терпеть не мог равнодушие. Но его на общих Советах никогда особо не слушали. Насколько бы важные вещи он не говорил. Никто не воспринимал от него информацию, пока он не задевал их чем-то обидным. Поэтому язвительная ирония стала его визитной карточкой. Ты не можешь игнорировать того, кто ненавязчиво тебя оскорбляет и ставит себя выше других.
⁃ Почему мы должны ждать каждый раз одного и того же человека, если ему до нас дела нет? – бурчит Моддан, когда все собираются у стола переговоров. Пустует лишь место Хозяина Таверны, – Где опять Хаварт?
Уиллоу знал, что у Хаварта обычно были свои разборки с живыми, которые зачем-то пытались отыскать его таверну мёртвых. Он легко бы мог ответить на этот вопрос.
Но Йоргас первым ловит адресованный ему вопросительный взгляд Моддана и тут же срывается:
⁃ Хватит смотреть на меня так, будто я должен это знать!
⁃ Так вы же…
⁃ Милый, не стоит, – Джанет осторожно его перебивает, смиряя выразительным взглядом, но Моддан, кажется, понимать её полностью отказывается.
⁃ Нет, Джан, они связаны! Хоть какую-то пользу это должно приносить?
Уиллоу со страхом наблюдает, как резко искажаются черты лица Проповедника после слов Моддана. Йоргас приходит в бешенство.
⁃ Ты совсем обнаглел? Ты вообще знаешь, с кем ты разговариваешь? Или думаешь, в присутствие остальных ты можешь позволять себе так вести себя со мной, Советник? – Йоргас в прямом смысле слова вспыхивает, угрожающе надвигаясь на Моддана.
Уиллоу почему-то кажется, нужно что-то сделать, как-то ему помочь. Но только он открывает рот:
⁃ Моддан хотел сказать…
⁃ Захлопнись, Уиллоу.
Его затыкают. Снова пренебрежение. Конечно, зачем «великому Священному Пламени» слушать какого-то там… буквально посредника Истины! В Уиллоу тоже поднимается злость.
⁃ Не нужно повышать на меня голос, Йоргас. Я тебе не какой-то смертный. Имей совесть и дослушивай всё до конца – я обычно попусту воздух не сотрясаю.
В этот раз договорить ему дают – всего-то надо было одарить всех привычным надменным взглядом и снисходительно хмыкнуть в конце. Вот только Моддан почему-то не оценивает попытку за него вступиться и тут же в ответ язвит:
⁃ Занимаешься этим прямо сейчас.
Нет, этот избалованный ребёнок никогда не сможет оценить заботу.
⁃ Так, я-ясно. Я понял. Иди к чёрту, Моддан.
⁃ А вот не надо меня выгораживать, я справлюсь сам, спасибо, господин Судья.
⁃ Всегда пожалуйста, – Уиллоу мрачно задувает свечу на золотом канделябре, одиноко торчащем на середине стола переговоров.
Йоргас смотрит на них как на идиотов.
⁃ Вы, двое, сейчас что, издеваетесь надо мной?
⁃ Кто-нибудь вообще помнит, о чём шла речь? – Джанет тоже раздражена, кажется. Но очень тщательно это в себе подавляет.
Принц сидит во главе стола и со скучающим видом за всем этим наблюдает. Королевна что-то ему нашептывает. Наверняка со стороны это выглядит как цирк, Уиллоу догадывается. И Каспер от всего этого уже давно устал. Но Судья не может отказать себе в желании проучить Моддана, который уже теряет терпение и начинает ядовито сыпать остротами.
⁃ Повторяю, вопрос на повестке дня у нас опять какого-то хрена такой: почему Хозяин Таверн никак не может почтить нас своим величественным присутствием! Где он пропадает?
⁃ Я могу предположить и абсолютно уверен, что не ошибусь, – Уиллоу едко улыбается, показывая свои острые зубы. Он позволяет себе отыграться на идиотских вопросах Моддана.
⁃ Ну?
⁃ Ты тоже можешь догадаться, Советник, если попробуешь подумать чуть больше секунды. Или за 600 лет твой мозг разложился до состояния, не способного к логическому мышлению?
Моддан закрывает глаза и медленно делает вдох, успокаиваясь, поворачивается к Принцу.
⁃ Мой Принц, не мог бы ты сказать мне, что сейчас происходит в голове этого неизменного амбассадора Истины, пока я его же ивовыми ветвями его не придушил?
⁃ Не отвечай, Принц, давай ещё немного насладимся наивностью твоего Советника. Воистину, ты всё такой же ребёнок, Моддан.
Джанет строго смотрит на Уиллоу, и тот тут же принимает серьёзный вид. Затем она обращается к Моддану.
⁃ Не злись, свет очей моих. Я тебя прошу. Что до Хаварта – он явно в своей таверне.
⁃ Вот и разбирайтесь с этим сами! – наконец психует Моддан. Уиллоу нравится при всех его доводить.
⁃ Ох, какая жалость. Я надеялся, ты за ним сбегаешь…
Но его вновь одёргивает Джанет:
⁃ Бэкер!
У Уиллоу вдруг сужаются зрачки, он поворачивается на неё разочарованно и тихо произносит:
⁃ Я – Уиллоу.
⁃ Сейчас ты ведёшь себя как Бэкер.
Моддан тут же приходит в весёлое расположение духа.
⁃ Точно! Вот как тебя звали! А я всё никак не мог вспомнить.
⁃ Помолчи немного, дорогой, – раздражённо и его затыкает Джанет.
Уиллоу будто зависает на некоторое время, выпадая из общего разговора. Нет, он не Бэкер. Бэкер умер 600 лет назад, когда его второй раз повесили на дереве справедливости – иве. Не за воровство. За ложь. В нём не было надобности миру. Осталось только его наказание. Сеять правду.
От него осталась только Ива. Вот, что было в нём важно.
В себя он приходит только от голоса Каспера в своей голове.
⁃ «Ты всё ещё здесь? Я слышу твои мысли».
Солнце уже высоко над горизонтом, а остальные разошлись. Получается, его буквально никто не видел. Он что, прозрачный? Уиллоу не знал, что он настолько незначителен, что даже если он вдруг пропадёт с Совета, его никто не заметит.
Уиллоу моргает. Свет за его головой вспыхивает, образуя привычный «нимб».
Он оказывается на том месте, где и стоял на Совете. Видит Каспера за столом, который вздрагивает при его появлении. Каспер смотрит на него со страхом и, в то же время, сочувствием.
⁃ Ты думаешь… о своей смерти?
Уиллоу вздыхает. И зачем-то выливает на него свой поток мыслей.
⁃ Знаешь, я ведь ничего не значу. Сам по себе. Как личность. Я лишь проводник Хаоса и его истинной правды.
⁃ Что?
⁃ Если даже это не так, тогда моя жизнь совсем не имеет смысла.
⁃ Подожди, – Каспер округляет глаза. Видимо, для него это всё звучит слишком неправдоподобно, – Ты думаешь, что ничего не значишь?
⁃ Давай честно, Принц. Никто не хочет слышать правду.
⁃ Каспер. Я имею право слышать своё имя.
⁃ А я, по-твоему, имею право его произносить?
Каспер удивлённо поднимает брови. Умолкает на секунду. И уже не совсем уверенно говорит:
⁃ …Уиллоу. Ты же Демон. Ты – один из…
⁃ Постой, – Уиллоу натягивает вымученную улыбку, – Позволь мне спасти тебя от ивовых ветвей, Каспер. Потому что это неправда.
Уиллоу стоит ещё некоторое время, смотрит на то, как красиво свет проходит через жёлтый витраж на всю стену, как он отражается от стеклянной короны Каспера и преломляется во все стороны. Струйками осыпаются песчинки, по залу невесомо летает пыль, и время будто останавливается, наперерез треснувшим песочным часам, изображённым на витраже, напоминающим о его быстротечности.
⁃ Всем плевать на правду. Всем нужно лишь то, что они хотят услышать.
Уиллоу разворачивается на каблуках и шагает в тень, направляется к выходу. Но слышит вслед равнодушный голос Каспера.
⁃ Подожди. У меня есть к тебе вопрос.
Уиллоу тут же останавливается. Понимающе качает головой.
⁃ Я знаю, что ты хочешь у меня спросить. Но не знаю, как мне тебе это объяснить. Ты ведь о том, что случилось в нашу прошлую встречу?
Каспер, напрягаясь, кивает.
⁃ Ты просто видишь то, что ожидаешь от меня увидеть. Мне очень жаль, что ты… думаешь обо мне так.
⁃ А ты уверен, что сам этого не делаешь? Как ты это понимаешь?
Уиллоу внимательно смотрит в его бесцветные глаза. Пробует подойти ближе – Каспер отходит. Всё ещё его боится. Уиллоу снова вздыхает.
⁃ У меня на самом деле… нет языка. Я отрезал его, чтобы не лгать самому себе. Чтобы ветви Ивы меня не мучали.
Когда-то давно Бэкер, очередной неудачник с большими амбициями, оказался слишком глуп, чтобы перестать спорить с собственным Хаосом. Он пытался понять, кто он и что ему нужно. И его собственные ветви – его проклятие за то, что он так и не умер – душили его раз за разом. За каждую его попытку разобраться в себе он неизменно умирал. И возрождался. Вся его жизнь, все его прошлые убеждения оказались ложью. Поэтому он без сомнения выбросил их на помойку. И стал Уиллоу.
⁃ Оу…
⁃ Ты впечатлён?
⁃ Возможно.
Каспер вновь смотрит на него с любопытством, чуть наклоняет голову, отчего солнечные зайчики от его короны скачут по стенам.
⁃ Скажи, Уиллоу. Зачем тебе моё признание?
⁃ Я не знаю, Каспер. Может, если ты решишь, что я стою твоего внимания, остальные тоже… тогда меня признают.
Принц неожиданно усмехается.
⁃ Что ж, тогда я жду от тебя вино.
⁃ Вас понял, сир, – подмигивает ему Уиллоу. На сердце у него как будто становится чуточку легче, – На следующей же неделе будет новая партия.