Столыпину: «Это страна, где все меняется за десять лет, и ничего – за двести».
Крымская война была тяжелой, разорительной и завершилась национальным унижением. По условиям Парижского мира империя лишилась права иметь военный флот на Черном море и даже потеряла часть своих территорий, чего не случалось со времен постыдного Прутского мира 1711 года. «Сии уступки неважны в сравнении с тягостями продолжительной войны и с выгодами, которые обещает успокоение Державы, от Бога нам врученной», – кисло объявлялось в высочайшем манифесте.
«Осколком» прежнего режима был и Яков Иванович Ростовцев (1804–1860), которого «хамелеоном» никак не назовешь. Это был человек негибкий и нестандартный. Мы видели его в предыдущем томе совсем молодым офицером, подпоручиком лейб-гвардии Егерского полка, который в 1825 году сообщил Николаю о планах заговорщиков за два дня до восстания, но при этом не назвал ни одного имени, потому что это было бы бесчестно. Молодой царь, любивший играть в рыцарственность, отнесся к такой щепетильности с уважением (тем более, что все бунтовщики были очень быстро выявлены и арестованы). Яков Иванович Ростовцев.
книжкам. В судьбоносном 1881 году его величество, например, не забывает вести строгий учет своих рыболовных достижений. Из этих скрижалей потомкам известно, что самодержец всероссийский изловил 2974 щуки, 1599 окуней, 2417 плотвичек, 205 язей, 98 налимов и 51 карася. Страшно
косвенные налоги и акцизные сборы.
Борис Акунин Лекарство для империи. История Российского государства. Царь-освободитель и царь-миротворец
Самым известным деятелем российской металлургии был англичанин, вернее уэльсецЮза дело продолжили и расширили его сыновья
Первая, «Россия, вперед!», посвящена эпохе Александра II (1855–1881), которую принято считать «прогрессивной» – в том смысле, что общественная жизнь страны сделала грандиозный рывок от архаики к модернизации
До середины XIX века ощущение, что Россия больна, было только у вольнодумцев и диссидентов. После проигранной Крымской войны тем же чувством прониклись и государственные люди, которые принялись искать лекарство, способное исцелить империю.
пылкую любовь к человечеству с полным пренебрежением к жизни отдельного человека