Альфард расчищал путь, рубя на ходу ветви деревьев, что с шумом, шелестя листьями, падали на землю. Колдун так напрягался, что лицо его всё покрылось потом, а на висках пульсировали вены. Я же забавлялась его внешним видом и не без улыбки, глядела на его работу, жуя зелёное яблоко. Когда, что-то прорычав, Альфард яростно замахнулся своим странным мечом и промахнувшись чуть не повалился с ног, напугав тем самым своего коня, я всё-таки не выдержала и захохотала.
Мужчина отряхнул плечи и гневно на меня взглянул.
– Лучше бы помогла, а не забавлялась – несколько обиженно ответил Альфард.
– О… Спустя столько времени, наконец-то решил попросить о помощи? – усмехаюсь.
Альфард с шумом выдохнул, словно бык и, покачав голову, продолжил расчищать путь.
Мы шли по Бескрайнему Лесу не меньше двух недель. По странным обстоятельствам, умудрились до сих пор не встретить ни одной бестии. Но вот дорога подвела. Однажды, она просто закончилась. Наступила та часть леса, которая оставалась неизведанной.
Когда стена деревьев вдруг преградила нам путь, Альфард тут же спрыгнул со своего коня, схватил катану (никогда не слышала о таком оружии, поэтому сомневалась в подлинности слов колдуна) и принялся рубить всё на своём пути. Честно, я могла бы ему помочь магией. Причём заняла бы эта помощь пару мгновений, но сейчас мне уже из вредности не хотелось мешать ему, строить из себя великого дровосека.
До сих пор я не совсем понимала, почему всё же ему доверилась. Во-первых, Альфард просто отвратительный. Он раздражает меня своими шутками, колкостями и постоянно выражением лица, вроде «ты глупая, я умный». Ну, а во-вторых…он спас мне жизнь. Если бы не он, я бы умерла. И вот поэтому, мне приходиться терпеть отвратительный характер, этого упрямого осла!
Ну, вот и пусть борется с деревьями, раз ему так хочется!
– Ааа! Надоело! – вдруг воскликнул Альфард и с ярой жестокостью, срубив очередную, хлипкую ветку, спрятал меч в ножны и резко развернулся ко мне лицом – сделаем здесь привал на эту ночь.
Я, запрокинув голову, взглянула на небо, что пытались так старательно скрыть деревья. Солнце и правда, уже клонилось к закату, время вообще утекало слишком быстро, в последнее время. Кажется, что ночь наступала слишком быстро и была она уже не прекрасной и волшебной, мечтой романтика-поэта, она стала опасной и тревожной. Даже в тех землях, то располагались далеко от распространения скверны, нападения мертвецов участились. Люди боялись выходить из дома, стали нелюдимы и мнительны, да оно и правильно, живее останутся.
Альфард подошёл к Луне и, протянув ко мне руки, аккуратно снял меня с седла и опустил на ноги. Он помогал мне садиться на кобылу и слезать с неё, пусть раны уже не болели так сильно, от любого моего резкого движения, они могли снова начать кровоточить и тогда, процесс восстановления пойдёт заново. Во всяком случае, так говорил Альфард, а я в знахарстве вообще ничего не смыслила, так что приходилось слепо доверять.
Место для привала было крайне неудобное. Ни одного свободного места, чтобы поспать, нельзя было найти, как Альфард пришёл к такому решению, было не понятно. Я же не собиралась оставаться здесь и становиться кормом для насекомых, как представлю, что их крохотные тела с многочисленными лапками, забираются под одежду и в волосы
Гадость!
Меня передёрнуло. Нет, так дело не пойдёт, я не мылась уже, Всевидящий знает, сколько. Пока колдун нервно возился с вещами, я подошла к одному из деревьев и приложила к нему ладонь. Сосредоточившись, моё тело ощутило его энергию, жизнь, бурлившую в этом многолетнем великане. Он много повидал за свои года, и был совсем маленьким зёрнышком, когда лес начал заполонять собой континент. Ветер, пролетавший над нами, беспокоил листву и заставлял её шептаться, на никому неизвестном, языке.
Где же тот источник, что даёт тебе силы?
Дерево подсказало ей путь. Не так далеко, находится роща и среди пышно растущих лиственниц, пролегало озеро, в которое водопадом, впадала горная речка.
Благодарю, за помощь!
Почтительно склонив голову, я убрала руку с дерева и оно еле слышно скрипнув, ответило мне взаимностью. Определившись в направлении, я взмахнула руками, высвобождая силу, наполнявшую моё тело и лес, повинуясь ей, расступился передо мной, открывая тропинку к озеру. Ветви поднялись к небу, стаи птиц с визгом взмыли в воздух, и ветер, пробившись через преграду листвы, окатил меня освежающим потоком. Вздохнув полной грудью, я подняла лицо к солнцу и, улыбаясь с наслаждением, приняла его тепло.
– Серьёзно?! – возмущаясь, воскликнул Альфард – всё это время, ты могла взмахнуть ручками и облегчить нам путь? Ты знаешь, сколько времени мы потеряли, из-за тебя?!
Сморщившись, я на пяточках поворачиваюсь к нему лицом, заставляя себя улыбаться.
– В следующий раз попросишь о помощи, а не будешь делать из меня бесполезную игрушку! – ответила я.
– Твоя гордыня тебя погубит.
– Взаимно – мне так и не удалось сдержать смешок – иди за мной! Я знаю место для ночлега получше, чем это. Только, не благодари! – подмигнув ему, я пошла по тропинке, ведущей прямо к водопаду.
– Ещё чего… – пробубнил Альфард, складывая все разложенные вещи обратно.
А на душе было так приятно, то ли от возможности смыть с себя всю накопившуюся грязь, то ли от мелкой гадости, устроенной Альфарду. Пусть знает с кем имеет дело, я не слабачка истерзанная упырями, я колдунья Единого Ковена Совета, а это что-то да значит!
Надеюсь…
Альфард помог мне снять одежду. Сначала меня смущало то, что ему приходилось это делать, два раза в день, он перевязывал мне раны, но всему силами я старалась не показывать этого. Уже через два-три дня, я преспокойно к этому относилась. Ведь было ничего романтического, банальная помощь, да и на тело то моё он не смотрел особенно, просто обрабатывал мазями из трав раны, делал какие-то примочки и всё.
Сейчас же в перевязке я не нуждалась. Раны покрылись коркой и мало меня беспокоили, но после того, как я однажды вскочила на Луну, желая прокатиться, а затем свалилась, потому что от боли в глазах потемнело, мне было запрещено выполнять какие-либо резкие телодвижения. Снимать одежду тоже сложно, ведь для расшнуровки сапог и штанов, приходилось нагибаться, а из-за этого раны опять бы открылись.
Было бы гораздо проще, если Альфард мог зашивать раны. Он не подтверждал отсутствия подобного умения, обычно говорил что-то вроде: «У меня нет подходящих инструментов», но подозреваю, что если бы он умел это делать, то «подходящие инструменты» имелись. Но, как ни странно, я старалась сильно не вредничать. Альфард и без того очень много делал для меня, я ценила это и была ему благодарна.
Придерживая меня за руку, он помог мне спуститься в воду, и пусть мне тут же захотелось нырнуть и пуститься вплавь, он наказал этого не делать. Недовольная всеми этими ограничениями, я села на каменистое дно и расслабившись, позволила воде наполнить меня энергией.
При обучении в Цитадели, вода стала самым моим излюбленным элементом, я достигла немалых высот в этом искусстве и поэтому, близость этой стихии придавала мне столько сил, что я чувствовала себя непобедимой. Вечная ноющая боль в спине отступила, как и зуд зарастающей кожи, я смогла впервые за столько времени расслабиться по-настоящему. Забыть о некроманте, о той грядущей войне, становившейся всё ближе и ближе. На пару минут или часов, этого не должно существовать. Ради сохранения чистого разума, нужно было забыть обо всём гнетущем мысли.
Аккуратно выпрямив руку, пальцами я проводила по поверхности воды, рисуя на ней невидимые завитушки. Прошептав маленькое заклятье, тоненькие струйки поднялись в воздух и извивались, танцевали, ведомые движениями кисти. Но внезапный всплеск, разрушил царившую идиллию. Альфард разбежавшись, прыгнул в воду, и в воздухе прижав ноги к коленям, влетел в озеро, оставив после себя кучу брызг. Резко вынырнув, он начал вырисовывать круги и поплыл прямо к водопаду, подставив под шумный поток голову и руки.
Я сгорала от зависти. Хочу так же! Наслаждаться прохладой, брызгаться и плавать! Как несправедливо!
Мне хотелось закричать, но вместо этого, я надулась, словно хомяк и отвернулась от резвящегося в воде Альфарда, в попытках отвлечься на что-нибудь другое. Но когда я услышала, что он плывёт ко мне, меня так и затрясло.
– Отличное местечко ты нашла – воскликнул он.
По голосу слышу – улыбается. Это он специально, знает ведь, как мне сейчас плохо. Издевается.
Козёл!
– На здоровье – пробубнила я, так же отвернувшись от него.
Альфард усмехнулся.
Точно козёл!
Колдун оплыл меня и серьёзно взглянул в глаза. Уж не знаю, что в этот момент промелькнуло в его мыслях, но лицо его вдруг поменялось. До этого он был таким самоуверенным, насмешливым, сейчас он смотрел на меня с пониманием…или нет?
– Садись – сказал он, разворачиваясь.
– Что?! Нет! – наморщилась я, удивлённая неожиданным предложением, затем посмотрела вниз и кое-что обнаружила – Фу! Ты голый!
– Да, ты тоже. Садись – он развернулся ко мне спиной.
Я замялась. Как-то неудобно…ничего не понимаю. Это что жест доброй воли такой? Или он пытается втереться мне в доверие. А какой смысл? Никакого…
– Повторять не стану – нетерпеливо отозвался Альфард.
– Повторять не буду – передразнила его я, и всё же приняв предложение, аккуратно обхватила его шею своими руками.
– Ты меня так задушишь, расслабься! – закашлявшись, прохрипел он.
– Прости! – взвизгнула я.
– Теперь оглушить решила, очаровательно – он фыркнул, словно лошадь и почувствовав что я крепко держась оттолкнулся и поплыл в сторону водопада.
Мы молча плавали пару минут. Каждый думал о чем-то, о своём. Альфард напоминал мне своим присутствием, что шла война, война, заставившая меня покинуть излюбленную башню и пуститься в неизведанный путь. Возможно, Всевидящий помогает мне, именно поэтому я повстречала этого заносчивого колдуна, возможно благодаря ему я смогу понять замысел некроманта или хотя бы разберусь, как работает это колдовство.
А как было бы здорово, не обременят свою голову такими проблемами. Может жрица была права, и я не должна была уходить…
Чушь! Я себя жалею.
– Иногда твои мысли такие громкие, что я их слышу – хмыкнул Альфард.
– Прости, я привыкла быть одной – с сожалением ответила я.
– Не кисни. Я тоже долго был один.
Альфард разбивал все мои прежние мысли о колдунах-отступниках. Я представляла их, да и встречала, чего лукавить, совсем другими. Более дикими что ли. Они боялись чародеев ковена, старались не попадаться им на глаза и чуть чего сразу начинали оправдывать своё бегство. Этот был не такой.
– Ммм… – я затаила дыхание.
– Что-то не так?
– Можно вопрос?
– Нет.
– Сколько тебе лет?
Колдун засмеялся и повертел головой. Мы остановились на месте, я слезла с его спины и чуть не захлебнулась. Сложно держаться на воде, когда не можешь в полную силу двигать телом.
– Аккуратней – колдун обхватил меня руками, будто обнимая, давая мне держаться на плаву. Я поджала губы, колкая боль словно ударила в спину – будет забавно, если заклинательница стихии воды, утонет в озере.
– Не вижу ничего забавного – рявкнула я.
– Но если так интересно, мне шестьдесят семь лет. Более пятидесяти двух лет назад, я покинул стены Северной Цитадели и более в неё не возвращался.
– Что? – я удивилась – хочешь сказать в пятнадцать, тебя допустили к экзамену? Стой…ты учился в Северной Цитадели?
Я очень сильно удивилась. Колдун проявлял много знаний и умений, но вот магию элементов…ни разу. И тут я задумалась. Огонь…огонь! Ну, конечно! Он же мастер разведения костров, отвернёшься на секунду, пламя вспыхивает, словно на масле.
Как я раньше не замечала?
Обычно колдунов отправляют за реликвиями, в возрасте семнадцати-восемнадцати лет. Хотя обычно колдуны не спешили ни с чем. Наша жизнь длилась гораздо дольше человеческой и юность, мы сохраняли вплоть до ста лет. Но я, вышедшая из башни в шестнадцать, была лучшей студенткой в Цитадели. Это ранний возраст и я была готова, но…пятнадцать?
Альфард усмехнувшись, обнажил верхний ряд, идеально ровных зубов. Слегка нахмурившись, я потрогала языком свои, немного кривоватые резцы и налезающие на них клыки.
– Я был лучшим – он слегка наклонил голову, покачав ею, будто иронизируя собственный ответ.
– И при этом ты…
– Были причины – резко оборвал он меня. Возможно когда-нибудь, я расскажу, а ты, возможно, сможешь понять. Но не сейчас – он замотал головой, и я увидела в его взгляде тревогу.
– Альфард…
– Пошли есть, уже почти стемнело.
– И правда…
Снова ухватившись за его шею, мы поплыли к берегу. Альфард помог мне выйти из воды и ветер, который тут же укрыл меня своими объятиями, вызвал волну дрожи. Я чуть не запнулась, пытаясь скорее выйти на землю.
Скрестив руки на груди я, дрожа словно осенний лист, ждала, когда придёт Альфард с моей одеждой. Действительно, уже было так мрачно вокруг. Небо заполонили тучи, мешая звёздам и луне, блистать и сиять в ночной тиши.
Я вздрогнула, когда на плечи упала ткань, закрывающая всю спину и ноги.
– Ш-ш-ш… – протянул колдун, аккуратно промокая подобие полотенце о кожу – вода явно идёт тебе на пользу – заметил он – болит?
– Нет, но я чувствую твоё касание – ответила я.
– Хорошо… – протянул Альфард – вот что значит быть в своей стихии, поднимай руки, только осторожно.
Колдун надел на меня кремового цвета, лёгкую рубашку, сразу стало теплее. После того, как он помог мне одеться, мы сели у костра и начали ужинать, причем, не переставая разговаривать. Мы пили чай, в кружку, Альфард мне плюхнул немного своей настойки и разгорячившись и слегка опьянев, мы что-то обсуждали, шутили и смеялись. Не помню, чтобы когда-нибудь было так же. Он был не плохим человеком. Наверное, мы могли бы стать хорошими друзьями.
– Правда, противный до ужаса – вслух подумала я.
– Что? – переспросил Альфард, он в это время пошёл к котелку за третей порцией похлёбки.
– Ничего, я просто мух отгоняю – быстро затараторила я – мух… – что-то в этом слове меня очень насмешило и захохотав, я чуть ли не повалилась на спину.
– Ты пьяна – заметил, не без улыбки Альфард.
– И не стесняюсь этого! – воскликнула я, вскинув руку вверх.
– Будешь буянить, я наложу на тебя чары сна, учти – засмеялся колдун, садясь рядом и обнимая меня, одной рукой за плечи – вот знаешь, я столько времени был один и путешествовал, ища приключения на свою…кхе-кхе.
– Задницу – закончила я, кивнув головой так резко, что волосы закрыли лицо.
– Точно. Всё забываю, что «при леди не ругаются» – он повысил свой голос, укоризненно погрозив указательным пальцем и как бы поправив монокль, на правом глазу – при тебе не работает.
– О, Всевышний! – я раскрыла рот – это же профессор Горунд! Старая мымра, диктующие как должны вести себя добропорядочные юноши и девушки. Как я её ненавидела… она постоянно грозила мне розгами.
– Она не изменилась.
– А ты помнишь, господина Ла-Фель? – с энтузиазмом спрашиваю я.
– Он до сих пор преподаёт? – удивился Альфард – а делает так?
Колдун поднялся на ноги и, выгнув спину, слегка потряс ягодицами, словно уточка, смахивающая воду с хвостика.
– Спрашиваешь! – я хлопнула в ладоши – особенно когда сердиться!
Мы смеялись и вспоминали времена учёбы в Цитадели, будто проходили это вместе. Но, правда, у нас было много общего. И пусть голова моя была тяжела, чем больше мы болтали, тем больше я задавалась вопросом.
Почему же ты ушёл? Нас связывает столько воспоминаний о башне, но я стремилась туда вернуться, а ты хотел убежать…
Но, не смотря на разгорающееся, всё сильнее и сильнее, любопытство и мою тяжёлую, пьяную голову, я сдержала язык за зубами и не стала лезть к Альфарду со своими вопросами.
– Ложись спать – сказал колдун, когда я в очередной раз зевнула – не бойся, здесь мы в безопасности.
– Я и не боюсь – сонно отозвалась я.
– Не сомневался.
Альфард просыпался с самого утра, умывался и начинал разминаться. Колдун брал в руки катану и оттачивал боевые движения. С этого начинался каждый его день. Альмандин же, проснулась со звоном в ушах и болью в голове. Простонав, девушка перевернулась на спину и еле смогла раскрыть глаза, возненавидела яркий свет.
– Всевидящий… – прошептала колдунья и протёрла ладонями лицо.
– Доброе утро! – нарочно громко, поприветствовал её Альфард.
– Говнюк – прошипела Альмандин, закрывая уши руками – я умираю?
– Какая-то ты дохленькая и хиленькая, для чародейки Северной Цитадели, то спину упырям подставишь, то от пары глотков настойки умираешь – с издевательской усмешкой, заметил колдун – что ты вообще умеешь.
– Мстить – зашипела Альмандин, отворачиваясь от Альфарда.
– Сейчас.
Колдун подошёл к своей сумке и достал мешочек с травами и, открыв его, начал что-то искать. Сжав в руке мешочек из бинта, весь мокрый и просвечивающий нечто зелёное, Альфард подошёл ко мне, пальцами выцепил нечто напоминавшее водоросли и протянул мне.
– Засунь под язык, продержи, сколько сможешь и выплёвывай, а потом пару раз искупнёшься и похмелье, как рукой снимет.
Колдунья поднялась на локтях и, сморщившись, взяла травы.
– У меня два вопроса – серьёзно проговорила она, вытянув губы – что это такое? И в каком смысле, подержи сколько можешь?!
– А ты попробуй – он подмигнул ей и снова вернулся к занятиям.
Альмандин совсем не хотелось прибегать к таким экспериментам, но после резко усилившейся головной боли, вариантов не осталось. Колдунья зажмурившись, засунула склизкую траву в рот и подогнала под язык. Девушка даже вздрогнула от того, насколько противным это оказалось. Сначала во рту всё жгло, затем резко похолодело, и пошёл отвратительный запах.
Не выдержав Альмандин кашляя, выплюнула всё содержимое и, содрогнувшись от зловония, одним рывком вскочила, на бегу снимая с себя обувь, прямо в одежде, прыгнула рыбкой в озеро.
Вынырнув, жадно дыша и протирая лицо, девушка услышала громкий смех Альфарда. Он смотрел на колдунью, не в силах скрыть своих эмоций. Очень уж его позабавила реакция на встань-траву.
– Как самочувствие? – спросил он.
Альмандин собиралась ответить колкостью, но с удивлением отметила, что тень вчерашней попойки напрочь исчезла.
– Хорошо! – она махнула ему рукой и начала выбираться на берег.
– Ты так прытко юркнула в воду, да-ка посмотрю на твою спину – когда дело касалось, действительно чего-то важного, колдун становился серьёзным, хмурил брови и слегка кривил губы.
Послушно повернувшись, девушка позволила рассмотреть свои раны.
– Болит? – спросил он, касаясь кожи.
– Нет, ни капли – ответила Альмандин, не в силах сдержать улыбки, Альфард усмехнулся.
– Всё-таки сила стихии…купание в озере и близость к воде, восстановили тебя. Поздравляю! Слава Всевидящему, не придётся больше выполнять роль няньки – он хлопнул в ладоши и подал девушке одежду.
– Будто мне так этого хотелось – буркнула она, скорее закрывая наготу своего тела.
– Кто тебя знает – Альфард повёл бровями и улыбнувшись снова приступил к занятиям.
Давно Альмандин не чувствовала себя такой свободной. Она могла позволить двигаться своему телу, так как ему этого хотелось, без боли и неудобств. Правда, кончиками пальцев, она нащупала рубцы меж лопаток и на пояснице.
Шрамы. Вряд ли они когда-нибудь исчезнут…
Вдруг, Альфард, упал на колени и, застонав, начал трясущейся рукой, спускать рукав рубашки. Альмандин, тут же кинулась к нему, пытаясь узнать, что происходит. На коже у мага, пятно, оставленное книгой, скверной расползалось всё дальше и дальше.
– Всевидящий… – ахнула девушка – Альфард…
– Всё в порядке – отчеканил он – дай мне сумку.
Альмандин одним прыжком, смогла добраться до вещей Альфарда и в охапку схватив, передала их все колдуну. Он, морщась от боли, копошился в сумке, пока не достал пучок трав, скреплённых тоненькими нитками, и протянул их мне.
– Держи – только и сказал он, а затем поджог травы и тут же их задул, они начали дымиться – советую тебе не дышать, могут быть галлюцинации.
– А ты? – спрашиваю я, пряча рот и нос, за тканью одежды.
– А меня это просто избавит от боли.
Оставшаяся часть дня проходила медленно. Странниками было принято решение ещё на одну ночь остаться у прекрасного озера, чтобы пополнить запасы воды и лекарственных трав. Пока не начало смеркаться, колдунья решила пополнить свой дневник новыми записями.
Взяв чернильницу и перо, Альмандин устроилась на земле и начала повествование. Она описывала все, что произошло с ней за последние несколько недель. Как вместе с Альфардом, загадочным колдуном, сведущим в знахарстве, она путешествовала по Бескрайнему Лесу, на пути к стране, где восходит солнце.
«По словам Альфарда, королевство это носит название Лотос и находиться оно, на девяти островах в Туманном Море. Один Всевидящий знает, что ждёт нас на пути к истине и силе, которая скрывается в книге, что я храню.
Почему-то я доверяю Альфарду. Пусть временами мы ругаемся, да и вообще, не простой он человек, напарники из нас вышли отличные. Правда есть между нами некая тайна,…почему колдун покинул Северную Цитадель? Мы проходили одно и то же обучение, но пошли по таким разным дорогам.
Скоро мы выйдем из Бескрайнего Леса, но нам предстоит перебраться чрез поражённую скверной долину. Драгоград стоял на нашем пути и король Эрон, заключивший мирный договор с Некромантом. Этим дураком легко было управлять, в его интересы входили только пьянки, со своими дружками. Проблемой была не глупость короля, а его королева Драда. Такая же глупая, но к тому же отличавшаяся жестокостью и кровожадностью. Любая девица, на которую, взглянул Эрон, тут же подвергалась истязаниям. Поэтому встретиться в городе, совсем юную однорукую, одноглазую (иногда и вовсе слепую, если особенно красивой родилась), одноногую, беззубую, обожжённую женщину было обычным делом.
А ещё я сильно переживаю за Альфарда. Всё – таки из-за меня у него теперь проблемы с рукой и эта скверна…не сулит она ничего хорошего…»
Стоило Альмандин засесть за дневник, она подолгу не могла оторваться, от писательства. Альфард не мешал колдунье и занимался своими делами, оставляя её одну один на один со своими мыслями.
Колдун прогуливался по лесу, размышляя, стоит ли ему поймать какого-нибудь зайца, на ужин. Но пока что всё равно не спешил. Времени много, а вот наслаждаться хорошим, светлым днём, другой возможности может и не представится. Альфард, сцепил руки за головой и вольно гулял по тропинке, когда поймал, внезапно, странный запах гнили.
Остановившись, колдун сосредоточил свои ощущения, дабы понять, откуда шёл смрад. Поймав направление, по-кошачьи он крадучись последовал дальше по лесу, пока не услышал голоса. Присев на корточки, колдун подкрался к кустам, разделяющих его от разговаривающих и аккуратно выглянул.
На поляне в окружении кустов дикой розы, стояло четверо мертвецов. Один отличался от всех остальным, более высоким ростом и крупным телосложением, на грязной его голове красовался шлем с двумя рогами, а в костлявой руке, с которой по кусочкам слетало собственное же мясо, он держал копье.
Альфард напрягся. Нежить разбила лагерь, так близко от них с Альмандин, а они даже и не подозревали об этом. Вот к чему приводит долгое время в покое и мире, вы совсем забываете об окружающей вас опасности. Колдун ещё раз оглядел поляну. Трое мечников, один лучник и рогатый.
Надо предупредить Альмандин!
Альфард так же аккуратно и бесшумно отступил, поднявшись на ноги, собираясь развернуться и бежать, он столкнулся с чем-то. Чем-то пахнущим кровью и гнилью.
Две костяные руки крепко сжали его шею.
Альмандин поняла, что что-то не так, ещё когда стало вечереть, а Альфард до сих пор не вернулся. Он бы не оставил её одну на такое долгое время. Девушка сложила дневник в сумку, убрала все вещи и отправилась на поиски спутника. Недолго длились поиски. Колдунья почти сразу же повстречала костяного солдата. Правда, осталась незамеченной, ведь мертвец, был чем-то очень увлечён. Спрятавшись за дерево, Альмандин достала кинжал, сжала лезвие меж ладоней и приложив его к губам, принялась зачаровывать оружие.
Так же бесшумно, колдунья встала за спиной у мертвеца и со всей силы воткнула зачарованное лезвие прямо тому в шею. Восставший, на своё горе, из могилы, рухнул камнем на землю, не проронив ни звука.
Не без интереса девушка посмотрела, чем там занимался мертвец, и обнаружила, что он сооружал причудливый букет из роз. Вскинув от удивления бровями, Альмандин выцепила из букета один цветок, заложила его за полоску кожаного ремня и продолжила искать Альфарда, будучи уверенной, что в пропаже его замешаны куклы некроманта.
Найти лагерь мертвецов оказалось несложно. Запах гнили был настолько сильным, что буквально вёл за собой Альмандин. Она крадучись брела по лесу, держа наготове клинки и вспоминая все необходимые для боя чары. Когда перед колдуньей предстала компания из четырёх мертвецов, она едва ли смогла сдержать смешок при виде Альфарда. Он был привязан за ноги к ветке дерева, с завязанными руками и ртом, а огненно-рыжий хвостик, был в опаснейшей близости от костра.
Почему ты не используешь чары, пиромант?
Альмандин не стала проверять свои навыки шпионажа, вместе этого, она сразу же прошептала заклятье и скрылась с глаз, для всего мира.
– Говори, давай, ты кто? – проскрежетал Рогатый, тыкая обратной стороной копья, в живот Альфарду.
Колдун, лишённый способности, что-либо понятно объяснять, устало прогудел и закатил глаза.
– Может оно не имеет голоса? – один из воинов, в чьей башке торчало лезвие от топора, указало на Альфарда костяным пальцем.
– Тогда почему оно делает «уоа-уоа-уоа»? – отозвался стрелок.
– Отвечай, кто ты? – продолжал напирать Рогатый.
Альфард застонал, видимо лишившийся, всякой, надежды.
– Может ему мешает эта хреновина? – отозвался, точивший до этого меч четвёртый.
– А? – Рогатый задумался, над этими словами.
Колдун же начал энергично кивать, мычать и всеми силами пытаться истинность слов мечника.
– Глупость какая-то – заключил Рогатый, поправил свой шлем и ещё раз ткнул в Альфарда копьём – а ну говори, как зовут? А!
Внезапно, копьеносец свалился на колени. Шея его хрустнула и голова, давимая какой-то невидимой силой, влетела в костёр, сверкнул в воздухе, голубоватый огонёк и Рогатый хрипло застонав, лишился последней капли жизни. Трое воинов вскочили, всматриваясь в пустоту, пытаясь узнать, что убило их господина. Но никто не смел, сделать и шага. Альфард тоже напряжённо молчал.
В воздухе раздался свист и молнией, лезвие кинжала оказалось прямо в шее у мечника, тот заорал, забрюзжал кровью и, повалившись на спину, словно уж на сковороде начал вертеться и крутиться.
– Вон там, гляди! – лучник указал на пятно крови, висевшее в воздухе.
И в него тут же полетел оглушающий выстрел энергии, не удержавшись на месте, он непременно бы свалился на спину, если только не кинжал, вылетевший из тела его дружка, не поразил бы мертвецу сердце. Теперь он салился не живот.
От последнего Альмандин избавилась не менее хитрым способом. В запасе у неё был ещё один кинжал, лезвие которого проткнула гнильцу брюхо и, заверещав от боли, тот принялся махать мечом в разные стороны, но чары сковали его тело и решающий удар, сразил неотёсанного скелета.
Альмандин скинула с себя, чары невидимости и предстал перед Альфардом, насмешливо улыбаясь. Образовав шар воды, она пульнула его в костёр, потушив тем самым пламя, не оставив ни одной сверкающей искорки.
– Я была о тебе лучшего мнения – усмехнулась она.
– Ммм! грозно промычал колдун.
Девушка рассмеялась, вытерла острие клинка о ткань штанов и коснулась им горла колдуна, медленно ведя лезвием по коже, к самому подбородку. Лицо её озарила очаровательная и несколько кровожадная улыбка.
– Я же могу сделать с тобой всё что захочу, и ты больше не станешь смотреть на меня, как на маленькую слабенькую девочку, правда? – Альмандин цокнула язычком, покачала головой и резко убрала кинжал в ножны, закреплённые на бедре.
Альфард выжидающе смотрел на неё с бесстрастным выражением лица. Но вот сердце его стучало как бешенное. Девушка тем временем, подошла к лучнику, в котором до сих пор находилось её оружие. Вытащив кинжал, колдунья привычным движением избавила лезвие от крови и вернулась к Альфарду.
– Приготовься – с этими словами она резко ударила кинжалом по верёвке и та, разорвавшись, больше не могла удерживать колдуна.
Альмандин нагнулась и разрезала верёвки у него на запястьях. Колдун тут же вскочил на ноги и освободил себе рот.
– Ты что ненормальная?! – рявкнул он.
– Оу! – рассмеялась Альмандин – не я попалась этим парням, не мою задницу пришлось спасать, так что лучше помалкивай – сурово ответила колдунья – почему ты не использовал колдовство?
– Я не мог – ответил он, сморщившись, будто ему было очень тяжело это признавать – скверна, она будто вытягивает из меня все силы.
– Хм… – на миг задумалась девушка, но вскоре вновь вернулась к тому, с чего начала – знай, мы квиты- вдруг произнесла она.
– О чём ты?! – раздражённо, Альфард вскинул руками.
– Ты спас меня, я тебя. Мы квиты.
– Это что-то меняет? – устало спросил он.
– Всё.
– Что ж…ты не скованна никакими клятвами и обещаниями, если они были, конечно. Хочешь идти одна? Я не буду стоять на пути – он развёл руками и выжидающе смотрел на колдунью.
Альфард был спокоен. Он подозревал, что где-то глубоко в душе, Альмандин чувствовала себя привязанной к нему, из-за того что он однажды спас её, он не знал, что настолько серьёзно. Если раньше он и правда мог считать её слишком капризной, не желающей слушать и примиряться с любым его мнением, то теперь спустя пару недель путешествий, их связь возросла и дружба, зародившаяся между этими двумя колдунами, стала, как ни странно, важной для них обоих.
– Я не хочу никуда уходить – наконец ответила Альмандин, не отрывая взгляда от Альфарда – хочу, чтобы, как и прежде ты спасал меня, а я тебя. Не хочу думать о том, что я должна тебе. Ты мне кажешься хорошим человеком, и мне хочется, чтобы мы сотрудничали вместе. Понимаешь?
Альфард молчал, скрестив на груди руки и закинув ногу на ногу. Альмандин не пыталась его торопить и спокойно ждала ответа. Но вместо слов, колдун просто поднялся и подошёл к колдунье, протянув ей руку. Девушка заметно расслабилась и вытянула свою ладонь, чтобы скрепить их договор рукопожатием.
– Обещаю быть тебе другом – кивнул Альфард.
– Обещаю – улыбнулась Альмандин.
– Ну, раз такой душещипательный момент закончился, предлагаю вернуться к лошадям и пуститься в путь- по обыкновению, нахмурив брови предложил колдун.
– Да, отдых окончен, смотри – девушка указала рукой куда-то в небо.