Не играй со мной

Tekst
8
Recenzje
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Слушай свое сердце.

Ему внятно все на свете,

ибо оно сродни Душе Мира и когда-нибудь вернется в нее.

Пауло Коэльо.

«Алхимик»

Пролог

Я сажусь за руль своего автомобиля, не зная, что мне делать дальше. Я потерял всё. Я потерял абсолютно всё из-за своей глупой жадности. Осталась только моя семья, которая откажется от меня, если узнает, что я натворил со своей жизнью. Что я натворил с нашей жизнью.

Какой же я жалкий придурок. Ненавижу себя.

Но я же старался для нас. Я хотел, чтобы мы жили лучше, и моя жена и малютка-дочь ни в чем не нуждались. Я не думал, что так облажаюсь.

Я пытаюсь выровнять своё дыхание и провожу руками по взмокшим от напряжения волосам.

Что делать?

Я достаю из кармана бумажник и вынимаю фотографию своей жены и дочки. Я ее всегда ношу с собой, поэтому она стала вся потрескавшаяся и потертая.

Моя красавица-жена сморит на меня с фотографии своей обворожительной улыбкой. Её каштановые волосы волнами спадают по её плечам. Она держит на коленях нашу малютку дочь, которая смотрит куда-то в сторону, зажав свой крохотный пальчик во рту.

Я прикасаюсь своими пальцами сначала к своим губам, после чего провожу пальцами по лицу своей жены и моей малютки Райли.

«Как же я вас люблю. Вы – моё сокровище. Вы всё, что у меня есть», – говорю я сам себе под нос, и мои глаза в мгновение наполняются слезами.

Я знаю, что мужчины не плачут, не раскисают как тряпки. Последний раз я плакал, когда мне было восемь лет, и умер мой пёс. Но сейчас моя жизнь рушится на мелкие кусочки, и я ничего не могу исправить. Мне нужно поступить именно так, иначе всем будет только хуже. Я должен сделать это.

«Простите меня», – говорю я своим девочкам, и прячу фотографию в бумажник, словно они меня услышали и хотят отговорить.

Не пристегивая ремень безопасности, я включаю коробку передач, поставив рычаг на первую скорость, и медленно выезжаю на дорогу.

Закурив сигарету, я делаю настолько глубокие затяжки, насколько могут вытерпеть мои лёгкие. Я никогда так интенсивно не курил. Весь салон заполняется дымом и практически ничего не видно. Я закуриваю одну сигарету за другой, пока набираю скорость и еду по трассе.

Я разгоняюсь всё сильнее и сильнее. Непрошенные слёзы слабака текут из моих глаз и устремляются по щекам к подбородку. Я еду словно в тумане, лёгкие начинают болеть от чрезмерного курения.

Трасса пустая, ничего не мешает моему движению. Спидометр начинает зашкаливать от скорости, машину начинает потряхивать на попадающихся местами выбоинах.

Вдалеке на встречной полосе виднеется огромная грузовая фура. Мы неизбежно приближаемся друг к другу, и эта чёрная точка становится все отчётливее видна, и меня начинает трясти.

Осталось всего пару сотен метров.

Осталось несколько десятков метров.

Руль налево, выезжаю на встречную полосу.

Вдох-выдох. Отпускаю руль.

Скрежет шин. Звук соприкосновения металла.

Тело из лобового стекла.

Звук бьющегося стекла.

Все кончено.

Осталась только тишина.

Глава 1. Нет нужды

Николас

Внезапно вздрагиваю от звонка моего мобильного телефона. Первая мысль, которая посещает – «я проспал на работу как последний идиот».

Шарю рукой по прикроватной тумбочке, пытаясь отыскать телефон. На экране высвечивается номер моего лучшего друга Мартина, и я принимаю вызов.

– Привет, – говорю я в трубку хриплым голосом.

– Ты что, спишь? – слышу Мартина в трубке.

– Да, кажется, я впервые проспал на работу, – признаюсь я неохотно.

Мартин смеется на той стороне провода и говорит:

– Дружище, какая работа? Ты что забыл? – искренне удивляется он.

– О чем забыл? – не понимаю я спросонья.

– Мы же сегодня едем за город с моей семьей на праздники. Припоминаешь такое? – сердится он.

– Да, – прокручиваю я события в мозгу. – Совсем вылетело из головы, прости Марти. Во сколько выезжаем? – интересуюсь я.

– Вообще-то через полчаса заберем тебя, – информирует он.

– Вот черт, я же не собрался, – понимаю я только сейчас, что нахожусь ни дома, а в номере отеля.

– Тогда поторопись, приятель, скоро будем у тебя, – заканчивает Мартин и кладет трубку.

– Какого…? – злюсь я на себя, что забыл про уикенд с семьей своего лучшего друга, когда слышу какое- то шуршание за спиной.

«Только не это!», – думаю про себя, закрыв глаза рукой, после чего поворачиваюсь в постели на другой бок и вижу какую-то блондинку с размазанной косметикой на лице.

– Привет, – робко она выглядывает из-под простыни, которой укрыта.

– Привет, – отвечаю я безрадостно, после чего резко встаю, молча и быстро накидываю на себя брюки и рубашку и, захватив на ходу пиджак, направляясь к выходу, бросаю ей:

– И пока.

– Эй, подожди, – окрикивает меня девушка, поэтому мне приходится к ней повернуться из вежливости. – А номер телефона у меня не спросишь? – вопросительно она смотрит на меня.

– Нет нужды, – говорю как можно резче я.

– И как это понимать? – пищит она своим заспанным голоском, одарив меня обалдевшим взглядом.

– У меня телефонная книга в мобильнике переполнена, – отвечаю нагло я первое, что пришло в голову. – Прости, – и выхожу из номера, не дождавшись ее ответа, который мне совсем не интересен, как и номер ее телефона. Ровным счетом, как и она сама. Я даже ее имени не помню, потому что меня никогда не интересовали их имена. Ведь нет смысла запоминать различных Мэри, Келли, Сьюзи и других девушек, с которыми я провел всего одну ночь. Этой ночи было достаточно, вполне, и иная информация была для меня лишним грузом.

Голова немного побаливает от выпитого накануне. Ну, надо же было так облажаться с этой поездкой, которую мы планировали еще месяц назад.

Близился праздничный уикенд, посвященный празднованию четвертого июля. Мартин со своей семьей собирался съездить в свой родной город Коутсвилл и пригласил меня с собой.

Спускаюсь в холл отеля, где меня приветствует на ресепшн администратор:

– Мистер Ланкастер, доброе утро.

– Доброе утро, Джон, – отвечаю я в ответ, называя его по имени, потому что знаю большинство персонала этого отеля.

Не скрою, я здесь частый гость со своими спутницами, так что как клиент я здесь на хорошем счету. Никто не осуждает и не задает лишних вопросов благодаря щедрым чаевым и хорошим манерам.

Выхожу на улицу, и яркие солнечные лучи ослепляют меня, усиливая биение тысячи молотков в моей голове.

Такси меня уже ждет у входа. Я сажусь в машину и прошу водителя как можно быстрее меня домчать до дома, где я собираюсь буквально за пять минут, складывая в сумку лишь самое необходимое. Не успев принять душ и умыться, я слышу звонок в домофон.

– Эй, Ник, мы тебя ждем на улице, – говорит Марти.

– Иду-иду, – говорю я, зацепляясь ногой за вешалку, стоящую в прихожей, отчего она падает, и все висевшее на ней разлетается по прихожей.

Не мой день. Ладно, потому все соберу.

Сажусь в машину на заднее сиденье рядом с Брайаном – четырехлетним сыном Мартина.

– Привет, приятель, – говорю я, взъерошив его светлые волосы.

– Привет, – говорит он деловито, пытаясь казаться взрослым, что меня всегда умиляло.

– Готов к уикенду?– спрашиваю я его.

– Дааааа! – кричит он радостно, рассекая воздух своим кулаком.

Мартин смотрит на меня в зеркало заднего вида:

– Бурная ночь? – говорит он язвительным тоном и подмигивает мне.

– Вроде того, – неохотно отвечаю я.

– Может пора уже остепениться, Ник? – жена Мартина – Эмили оглядывается на меня, слегка ухмыляясь.

– Чего на меня набросились то, – стону я. – У меня все в порядке, – убеждаю я их, а скорее всего себя.

– А как же, – кивает головой Эмили, – не сомневаемся даже.

– Марти, только не смей меня ни с кем сводить на своих провинциальных посиделках, – тычу я в него указательным пальцем.

– Да ладно, чего завелся? – поднимает он руки за рулем, давая знак, что сдается. – И в мыслях не было, – нагло ухмыляется он мне в зеркало. Я отворачиваюсь и смотрю в окно, наблюдая за городскими пейзажами, проносящимися мимо нас.

Несмотря ни на что, я люблю этих ребят. Они словно моя семья. Наверное, они и есть моя семья на данный момент, потому что всегда готовы поддержать – во всем.

Улыбнувшись этой мысли, я продолжил наслаждаться нашей короткой поездкой до Коутсвилля, расположенного к западу от Филадельфии, откуда Мартин был родом и жил вплоть до окончания школы. Я с Марти сдружился еще в колледже, и с тех поры мы были не разлей вода. Он меня и раньше приглашал в гости, но все как-то не срасталось: то работа, то иные проблемы. Но в этот раз карты сошлись, и вот я здесь.

Уже к обеду мы с Марти и его семьей добрались до Коутсвилля. Городок хоть и небольшой, но от первого знакомства с ним у меня остались приятные впечатления.

Я чувствовал себя весьма мерзко, поэтому хотелось сбежать подальше от шумной Филадельфии и затеряться среди незнакомцев в другом городе, хотя и таком маленьком и провинциальном. Все это было неважно.

В Коутсвилле мы расположились у родителей Марти, у которых в собственности был огромный дом, и в таком городишке он казался просто дворцом. Для меня в таких хоромах нашлась отдельная гостевая спальня, что не могло меня не радовать до безумия. Я в кои-то веки мог выспаться вдали от работы и всех своих проблем.

Расположившись и разместив свои вещи по комнатам, мы пообедали с родителями Мартина, с которыми я давно был знаком, и мы виделись несколько раз.

– Джоуи звонил, – сказал мне Марти, когда мы закончили обедать и помогали убирать со стола. В доме его родителей было принято все делать вместе.

– Хочет повидаться? – поинтересовался я.

– Да, – согласно кивнул Марти. – Предлагает вечерком сходить в бар – немного поболтать, пивка выпить. Что думаешь? – спрашивает он меня.

 

– Да я-то не против. Как твои родители и Эмили к этому отнесутся? – сомневался я. – Мы же только сегодня приехали.

– Все в порядке. Никто не будет против, – заверяет он меня. – Нам нужно побыть в мужской компании, а уже последующие два дня будут полностью семейными.

– Конечно, идите, ребята, – подошла к нам Эмили и обняла своего мужа сзади, обхватив его руками за талию.

– Ты серьезно? – удивляюсь тому, что она так легко согласилась.

– Да, ребятки, вам надо развеяться, – подбадривает она меня. – Да и Марти давно не виделся со своими парнями.

– Что ж, тогда идем, – соглашаюсь я.

– Отлично, давай пока передохнем, – предлагает Марти. – Чтобы к вечеру быть огурчиками и не упасть от стакана пива.

Мы разбредаемся по своим комнатам, чтобы каждый мог заняться своими делами. Лично у меня было одно желание – выспаться после бурной ночи, о которой вспоминать не было никакого желания.

Глава 2. На рассвете

Стелла

Будильник показывает шесть часов утра. По правде сказать, я никогда не считала себя жаворонком, но раннее утро – это мое любимое время суток. В это время все кажется спокойным и умиротворенным. В доме тишина. На улице тишина. День только зарождается и еще не вступил в свои полные права, потому что ночь еще до конца не отступила. Ночь и день. Они встретились на этом перекрестке, и пока не хотят расставаться. Блаженство.

Я скидываю с себя простынь, поднимаюсь с постели и, накинув легкий шелковый халат, босыми ногами ступаю на пол и иду на кухню. Как следует потянувшись, я включаю кофеварку и иду умываться.

Не дойдя до ванны, я захожу в детскую комнату и подхожу к кроватке, чтобы проверить свою малышку. Мой ангелочек спокойно посапывает, раскинувшись поперек кровати. Ее волосы рассыпались по подушке и спутались ото сна. Ее левая рука и нога свисают с края кровати, и чтобы она не упала, я аккуратно поднимаю их и кладу вновь на кровать. Накрыв Райли простынею, я ее легонько целую в макушку, стараясь не разбудить, и тихо выхожу из ее спальни в коридор.

В ванной привычным движеньем выдавливаю горошину пасты на свою зубную щетку и начинаю чистить зубы, смотря на себя в зеркало.

Все эти действия выходного дня доставляют мне неимоверное удовольствие. Я все делаю степенно и не торопясь, потому что сегодня мне некуда спешить. Нас ожидает праздничный уикенд, который мы решили с Райли провести в моем родном городе Коутсвилле, располагающемся в шестидесяти двух километрах к западу от Филадельфии. Я решила сбежать от суматохи большого города и посвятить время нашей маленькой семье.

За последние четыре года – это практически первые полноценные выходные, которые мне удастся провести вне работы, и уделить время своей малышке.

Налив себя чашку кофе, я выхожу на крыльцо и усаживаюсь на подвесное кресло – качели, облокотившись спиной на мягкие подушки, и наслаждаюсь видом просыпающегося городка.

На улицах ни души. От этого тихого вида у меня становится так тепло и невероятно спокойно на душе. Вот если бы всегда было именно так размеренно, по-домашнему, как бывает во многих американских семьях. Наша с Райли жизнь больше похожа на русские горки, а не на американскую мечту, но мы любим свою жизнь. Это наше настоящее и это пока все, что у нас есть. Мы с ней есть друг у друга.

Я понимаю, что если у нас когда-то и будет размеренная жизнь, то очень и очень нескоро, поэтому стараюсь насладиться моментом, пока моя непоседа не проснулась. Райли никогда не дает мне скучать. Я рада, что у меня такой жизнерадостный и активный ребенок. Она дает мне толчок в жизни. Она дает мне стимул идти дальше ради нас и не сдаваться.

Я молча улыбаюсь и продолжаю наслаждаться своей чашечкой крепкого кофе без сахара, как я люблю.

Так я сижу около часа, пью кофе и читая местную газету, которую я купила вчера в супермаркете по приезду в Коутсвилл, пока не слышу топот детских ножек, выбегающих на крыльцо через сетчатую дверь.

– Мамочка, – говорит сонным голоском моя малышка, распахнув дверь и остановившись в дверном проеме. – Я проснулась, а тебя нет в твоей спальне! – восклицает возмущенно она и выгибает свои ладошки в сторону, обиженно изогнув свой аккуратный маленький ротик.

– Иди ко мне, Райли, – зову я ее к себе, раскрыв руки. Она несется ко мне со всех ног. Я наклоняюсь и заключаю ее в объятия, усаживая к себе на колени. – Доброе утро, – говорю я ей ласково, прижимая к себе покрепче.

– Доброе утро, мамочка, – щебечет Райли, даря миллион поцелуев моему лицу.

– Ты меня сейчас зацелуешь до смерти, Райли, – хохочу я в голос.

– Ты же моя мамочка, – говорит дочь. – А что мы будем сегодня делать? – так-так, Райли уже с самого утра полна энергии, как и всегда.

– Сначала тебе нужно умыться, позавтракать, а потом придумаем что-то интересненькое, – говорю я заговорщически, щекоча ее подмышками.

– Мамочка, перестань, – хихикает весело Райли, после чего я перестаю ее мучить, хоть и люблю ее заливистый смех. – А можно не чистить зубы? – широко улыбаясь, спрашивает Райли.

– Ну уж нет, маленькая мисс, – я строго направляю на нее свой указательный палец. – А то не получишь на завтрак свои любимые шоколадные шарики с молоком, – пытаюсь я договориться с ней, зная, как она не любит чистить зубы.

– Хм, – вздыхает дочь, немного насупившись. – Хорошо, мамочка, – и вновь бросается обнимать меня.

*     *     *

Всю первую половину дня мы с Райли провели дома, объедались вкусностями, смотрели любимые мультики дочери, а после обеда на лужайке за домом мы наполнили надувной детский бассейн, где моя принцесса плескалась вместе со своими кузенами – детьми моей двоюродной сестры Элоизы, пока мы с ней сидели в теньке и попивали домашний лимонад. В такую июльскую жару освежающий напиток был весьма к месту.

Элоиза поделилась со мной новостями и сплетнями Коутсвилля. На повестке дня были свадьбы, рождения детей и разводы наших общих знакомых и других жителей городка. За последние пару лет отсутствия в родном городе много что успело поменяться.

Когда уже время перевалило за четыре часа после полудня, мы по-прежнему находились на заднем дворе. Я намазала Райли спину детским кремом, чтобы она не обгорела на солнце. Элоиза в это время все продолжала трещать без умолку, хотя я ее и не пыталась остановить, наслаждаясь таким чудесным и беззаботным днем.

Но вдруг раздается звонок моего сотового телефона, на экране высвечивается имя моей школьной подруги Джулии, с которой мы были очень близки и до сих пор часто общаемся несмотря на то, что живем в разных городах. Мы с ней очень близки.

– Да, Джулс, – отвечаю я на звонок.

– Привет, подруга, – веселым голосом говорит Джулия. – Чем заняты?

– Элоиза пришла в гости, дети плескаются в бассейне, – отвечаю, вытирая руки бумажным полотенцем и удаляя остатки солнцезащитного крема с рук.

– А как там моя любимица Райли? – Джулия крестная мамой моей дочери и безмерно ее любит.

– Ох, это проказница больше всех наводит шума в этом доме, – рассмеялась я. – Порой хуже мальчишки.

– Да ладно тебе, она же еще ребенок, – пытается успокоить меня подруга. – Какие планы на вечер?

– Поужинаем с Райли, мультики посмотрим и на боковую, – раскрываю я наш мега-детский-план на вечер.

– Ты серьезно? – задирает меня Джулия. – Стелла, тебя сто лет не было в городе, и ты даже не сходишь со своими подругами пропустить по стаканчику? – застает меня Джулия врасплох.

– А как же Райли? – сомневаюсь я. – Джулс, мне не до баров, ты же знаешь. Может, я уложу Райли, а вы с девочками придете ко мне в гости? – предлагаю ей свой вариант.

– Да ладно тебе, Стелла, – уговаривает меня Джулия. – Попроси свою сестру посидеть с Райли, тем более что мы все равно собираемся выйти только, когда угомоним своих чад. Ты же не единственная у нас мамочка на этой планете. Давай, соглашайся, – продолжает она наседать на меня.

– Даже не знаю. Не хочу оставлять Райли, – смотрю я вопросительно на Элоизу, которая внимательно следила за нашим разговором.

– Иди, – шепчет мне кузина. – Я заберу к себе Райли, она будет только рада поиграть с моими сорванцами, поверь мне.

– Хорошо, – говорю я Джулии, – я с вами! Заедите за мной в одиннадцать, чтобы я смогла отвести Райли к Элоизе и уложить ее спать, она без меня не уляжется. Это у нас ритуал.

– Договорились, подруга, – радостно вопит мне в трубку Джулс. – Девчонки очень обрадуются.

– До встречи, Джулс, – я вешаю трубку и смотрю на Элоизу. – Спасибо, что согласилась взять Райли к себе.

– Тебе надо выйти куда-нибудь, Стелла, – уговаривает она меня. – Ты работаешь как проклятая, поэтому иди и даже ни о чем не думай.

– Райли – все, что у меня есть, – говорю я ей. – Ты же знаешь, что я за нее все отдам.

– Дорогая, про себя тоже не надо забывать, – она ведь абсолютно во всем права. – Тебе всего двадцать восемь лет, ты молода и красива. Тебе надо развеяться.

– Хорошо, – соглашаюсь я. – И чего вы меня все уговариваете? – озвучиваю вслух мучающий меня вопрос. – Ладно, давай вытаскивать наших разбойников из воды, а то уже скоро в лягушек превратятся.

С трудом вытащив детей из бассейна, Элоиза со своими чадами уходит домой. Мы с Райли принимаем ванну, ужинаем, после чего вечером я ее увожу к Элоизе.

Райли недолго играет со своими кузенами, после чего, уложив ее спать, я возвращаюсь домой, чтобы собраться для предстоящей вылазки с подругами.

Это должна была быть простая посиделка с девочками, но вечер оказался полон неожиданностей.

Глава 3. Знаки внимания

Николас

Вечер наступил очень быстро, и уже в десять часов, в канун Дня Независимости, мы сидели с Марти и его школьными друзьями в местном баре, который был самым популярным здешним местом. Мы попивали Будвайзер и вели непринужденный разговор.

Давно я никуда не выбирался в мужской компании, чтобы вот так просто сидеть в прокуренном баре в небольшом городке и вести разговоры ни о чем. К тому же, мы успели сыграть несколько партий в бильярд, чего я тоже давно не делал. Хотя в студенческие годы очень увлекался этой игрой, и, бывало, ночи напролет проводил за этим занятием, забыв обо всем. Удар у меня был хорошо поставлен, и данный навык я еще не успел растерять, поэтому мне пришлось опечалить приятелей Мартина своей победой.

Так, проводя довольно-таки весело время для местного колорита, мы вернулись за свой столик и заказали еще по бутылке пива. Бар уже набился народом под завязку, поскольку был вечер пятницы, и людей становилось все больше и больше.

Я сидел, отвлекшись от разговора ребят, и изучал посетителей бара, когда через несколько столиков от нашего заметил четырех девушек, сидящих за высоким столом. Они держат стопки с прозрачной жидкостью в руках. Я предполагаю, что это Текила, судя по наличию белой дорожки соли на их запястьях.

Мое внимание приковывает одна из них, пожалуй, самая красивая, хотя остальным тоже привлекательности не занимать. Несомненно, они здесь самые запоминающиеся особы, и с этим не поспоришь. Они чем-то выделяются из общей массы посетителей бара. Мне становится интересно не на шутку.

Я начинаю рассматривать приглянувшуюся молодую женщину, устремив взгляд в ее сторону, и смакую развернувшуюся передо мной картину, пью пиво. Ее каштановые волосы собраны в прическу, которую нечасто встретишь в провинциальной забегаловке. С одной стороны они тщательно собраны заколкой, а с другой уложены в легкие кудри, спадающие естественной волной на ее изящные плечи. Мне нравится то, что я вижу.

Марти продолжает что-то рассказывать нам с ребятами, но я совсем не слушаю, продолжая рассматривать незнакомку, не в силах оторваться от нее. Еще более загадочным ее делает то, что я полностью не вижу ее лица, только профиль. Он настолько изящный и завораживающий, что становится ясно – она красавица. Безусловно.

Одна из девушек что-то говорит, остальные держат рюмки в руках и хихикают, слушая ее, так что я делаю вывод – она произносит тост. После я вновь сосредоточиваю внимание только на одной особе, столь привлекшей мое внимание. Она аккуратно высовывает свой язык, соблазнительно проводит им по запястью, слизывая соль, после чего подносит рюмку с прозрачной жидкостью ко рту и быстрым движением опрокидывает ее. Затем другой рукой она подносит к своим пухлым губам кусочек лайма, впиваясь в него, и морщится, мило сожмурив свой аккуратно очерченный слегка вздернутый носик.

Я борюсь со своими внутренними демонами, которые зачем – то приехали со мной в этот небольшой городок, хотя сегодня утром я их оставил в номере отеля с той малознакомой блондинкой. Боже, как бы мне хотелось попробовать остатки лайма на ее губах. Меня очень волнует увиденное мини-представление от незнакомки, но вдруг Марти меня дергает за плечо, при этом все остальные ребята громко смеются.

 

– Эй, Ник, ты еще с нами? – говорит он мне, когда я понимаю, что вообще ничего не слышал из сказанного им.

Вот черт!

– Эм, да, – сконфуженно отвечаю я. – Просто задумался, – делаю глоток пива.

– Засмотрелся на тех красоток? – спрашивает Джоуи, указывая пальцем именно в ту сторону, где сидит прекрасная незнакомка в компании своих подруг.

– Да нет, просто мысли о работе не отпускают, – пытался я увести разговор в другую сторону.

– Рассказывай – рассказывай, – выказывает свое сомнение Марти. – В твоих мыслях она уже, наверное, раздетая лежит в номере отеля…

– Да перестань, – морщусь я, демонстрируя свое отвращение к грязным мыслишкам Мартина. А на самом деле он попал в самую точку, сделав ее жирнее в два раза. Мои мысли занимала только эта незнакомая мне девушка, об обнаженном теле которой я уже на самом деле начал мечтать.

Спасибо, Марти, что питаешь мою и без того озабоченную и развратную фантазию.

– Кто это там? – выгнул свою голову Люк в сторону этих девушек.

– Что-то я не припомню их имена, – говорит неуверенно Марти, словно пытается вспомнить хотя бы одну из них.

Мы все вместе смотрим на девушек, но они не видят наши изучающие взгляды.

– Так это же Джулия Аллен и Стелла Бейкер, – говорит Джоуи, словно его осенило.

– Точно, – подхватывает Люк. – А то я смотрю, вроде лица знакомые, а понять кто они, не могу.

– А кто две другие, не припомню, – пожимает плечами Джоуи.

– Потому что они все учились младше нас на три года, – деловито высказывается Люк, – вот ты их и не помнишь.

– Эти девчонки хоть и были нас младше на три класса, – ухмыляется Мартин, – а головы вскружили всем старшеклассникам.

Все остальные парни кивают в знак согласия. Мне же добавить нечего, ведь я ни с кем из них не знаком.

– А Стелла так вообще такой красоткой стала, – облизывается Люк, – прямо не узнать.

– Она и в школе была звездой, могла и выпускницам дать фору, – поддакивает ему Джоуи.

Парни опять согласно кивают, а я не знаю, кто из них Стелла. Хочется думать, что это именно та самая красотка, что завладела моим вниманием.

– А давайте им бутылочку шампанского преподнесем, – предлагаю я. – Пусть девушкам приятно будет. – Ребята удивленно смотрят на меня.

– Нашел уже жертву, чтобы подкатить? – скалится на меня Мартин.

– Ну, ты и пошляк! Почему сразу подкатить? – увиливаю я. – Вы их знаете, можно их пригласить присоединиться к нам и просто весело пообщаться и все. Я угощаю, – делаю я невинное лицо, словно совсем не причем. Хотя коварный план уже в моей голове созрел.

– Что-то вроде встречи одноклассников, – все еще уговариваю их я.

– Ну, ладно, – соглашается Джоуи, остальные кивают в знак согласия.

Марти наклоняется ко мне и тихонько шепчет, чтобы остальные ребята не слышали:

– Сдается мне, ты что-то задумал! – подмигивает он мне. Я лишь мотаю головой, пытаясь все отрицать, состроив серьезное лицо.

Я иду в бар, где нахожу официантку и прошу ее передать девушкам бутылку лучшего шампанского, которое у них в наличии. А также я прошу ее вручить записку, чтобы ни в коем случае не остаться незамеченным, и адресую свои слова именно той очаровательной незнакомке, что занимает мои мысли на протяжении последнего часа, попросив также официантку указать на наш столик. После возвращаюсь к парням и жду реакции девушек.

Главное, чтобы мои ожидания оправдались и все пошло по плану.

Моему плану.

Это я затеял эту игру. Значит, и правила тоже мои. Я лишь довольно ухмыльнулся про себя.

Стелла

О да, я видела эти взгляды мужчин, прикованные к нашим персонам. Я очень давно никуда не выбиралась, поэтому последние несколько лет я была лишена этих знаков внимания.

На самом деле от всего этого я себя чувствовала слегка неуютно. Все обстояло куда проще, когда тебе было 20 лет, и твоя душа была открыта новым знакомствам, флирту и горячим поцелуям.

Чтобы немного, так скажем, «разогнаться» и поймать хорошее настроение, мы с девчонками выпиваем по стопке «Текилы», которую я опрокидываю, и она стекает по моему горлу, обжигая внутренности. Я морщусь.

Мы болтаем о всяких глупостях, при этом я пытаюсь оценить обстановку бара, так как ни разу здесь не была. Я вообще с того момента, как забеременела Райли, не выходила никуда в Коутсвилле, а последний год я практически не появлялась в родном городке, поэтому уже начала забывать лица когда-то своих знакомых.

Изучив обстановку вокруг, я должна была признать, что для провинциального бара здесь было весьма неплохо, интерьер уютный. По центру располагался бар с высокой барной стойкой из темно-коричневого дерева, за которой стояли высокие стулья со спинками, обтянутыми кожей шоколадного оттенка. По периметру стояли высокие столики, а по бокам от них по кругу располагались столы для компаний побольше с диванами светло – бежевого оттенка обеих сторон. С потолка над всеми столами свисали люстры, похожие на подвешенные на металлические нити светящиеся шары. Также, в дальнем углу находилась импровизированная сцена, где, по всей вероятности, выступали местные музыканты.

– Подруга, где летаешь? – пихнула меня локтем по обыкновению слегка беспардонная Келли, щелкая перед моим лицом пальцами.

– Что? – спросила я, попадая из своих мыслей прямиком в реальность.

– Ну, ты даешь! – удивилась она. – Уже глазки кому-то строишь? – подмигнула она, странно ухмыляясь.

– Не говори ерунды, – вмешалась Джулия, сделав сердитую гримасу и не дав мне ответить на неуместное предположение Келли. Я любила Джулию за то, что даже в самой странной и непонятной ситуации она была за меня. Защищала меня, что было очень ценным.

Я лишь покачала головой, удивленно усмехнувшись, после чего Келли поняла, что сболтнула что-то не то и попыталась исправить ситуацию.

– Ой, только не говори, что собираешься жить монашкой, – ее опять повело не в ту сторону. – Ты молодая и привлекательная, хватит уже прятаться!

– И что мне теперь бросаться на первого встречного? – вопросительно я изогнула бровь, посмотрев на нее. – Я пришла сюда провести время с вами, а не мужиков клеить, – отбивалась я от нее.

– Ты что слепая, подруга? – не могла она угомониться. – Посмотри, да половина мужиков в баре по тебе одной слюни пускают, – очертила она полукруг рукой, обведя помещение бара. Я же просто не могла поверить своим ушам, что мне приходилось в этом участвовать. Зря я согласилась, сейчас бы вместе с Райли мы посапывали друг у друга под боком. Мне было бы тепло и уютно.

– Кел, перестань лезть не в свое дело, – вмешивается Брэнда, не выдержав болтовни нашей подруги.

– А что я такого сказала? – искренне удивляется она. – Я просто хочу, чтобы Стелла наладила свою личную жизнь.

– А меня не хочешь спросить, нужно мне это или нет? – спрашиваю ее. – У меня все нормально, ничего другого мне не нужно.

– Ага, как же, – сердито сложила Келли руки на груди. – Так и умрешь старой девой.

– Спасибо на добром слове тебе, Кел, – обалдеваю от ее слов. – Столько не виделись, и ты начала опять меня сватать, только уже со всеми посетителями мужского пола в этом баре, – высказываюсь я, после чего делаю глоток из принесенного официанткой бокала сухого «Мартини».

– Ладно, забыли, – подытожила Джулс. Она всегда была нашим примирителем, когда мы начинали ссориться или вздорить.

Только я успела поставить свой бокал на стол, к нам подходит официантка, держа в ведерке со льдом бутылку шампанского, судя по этикетке дорогого, и четыре фужера на подносе.

– Это для Вас, – поясняет официантка, размещая принесенное на нашем столе.

– Но мы этого не заказывали, – говорю я, подруги сверлят официантку вопросительным взглядом.

– Все верно, – мило улыбается нам девушка. – Потому что это для вас заказал тот мужчина, – поворачивается она в сторону от нас и указывает куда-то вдаль, но было непонятно, кто именно оказал нам такой знак внимания, ведь бар полон до отказа. Но вдруг через несколько столиков от нас я замечаю компанию из четырех мужчин возраста слегка за тридцать. Лица троих из них были мне знакомы, но тот привлекательный брюнет, что помахал нам рукой, доброжелательно улыбнувшись, казался мне незнакомым. Я раньше его никогда не видела, клянусь Богом.

Остальные мужчины, заметив его жест, тоже посмотрели в нашу сторону и улыбнулись, отсалютовав нам своими бокалами. Я оглянулась на девчонок, которые в ответ тоже им жестикулировали, улыбаясь во весь рот.