Секретарша

Tekst
17
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Секретарша
Секретарша
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 31,34  25,07 
Секретарша
Audio
Секретарша
Audiobook
Czyta Наталья Волкова
18,36 
Zsynchronizowane z tekstem
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

– Мам, если разговор не срочный, давай перенесем его на потом, на вечер, – проговорил Макс. – У тебя все в порядке?

– У меня все как обычно, – как всегда «оптимистично» отозвалась мама. – И мне нужно серьезно с тобой поговорить. Если сейчас тебе некогда разговаривать с родной матерью, то жду тебя на ужин сегодня.

– Хорошо, мам, после работы заскочу. Целую!

Фух. Теперь, кажется, можно ехать, и делать это придется на пределе возможностей, не нарушая правила дорожного движения – этого Макс не позволял себе практически никогда, хоть и любил быструю езду.

На парковочной площадке едва нашел свободное место. А все почему? Да потому что с самого утра все пошло не так, и так поздно он еще ни разу не приезжал в офис.

В забитом до отказа лифте, где его приперла к задней стенке какая-то толстуха, раздражение Макса дошло до точки кипения. Мало того, что приперла, так он еще и чуть не задохнулся в удушливом облаке ее парфюма. И почему женщины так любят запахи с нотками ванили или еще чего приторно-сладкого? Да еще и по полпузырька за раз на себя выливают! Самим не противно? Голова не трещит уже через десять минут? Ему хватило и тридцати секунд этого отравляющего атмосферу соседства, чтобы разболелась голова.

А в приемной Максима поджидал сюрприз в лице юриста. Тот сидел на столе секретаря, улыбался во всю ширь и качал чертей на своих скрещенных ногах. Правда, стоило Владу увидеть входящего начальника, как улыбка сползла с лица, а сам он плавно соскользнул со стола.

– Ты что тут делаешь? – нахмурился Макс, и очень ему не понравился мгновенно преобразившейся вид юриста, из довольного в нашкодившего школьника.

– Да я… Хотел спросить, перечитал ли ты договор по Юниголду? – быстро нашелся тот.

– Какой договор? Который мы вчера обсудили, и ты забрал с собой?

– Правда? – неподдельно удивился Влад. – А ведь и правда забрал. Прости, Макс, что-то память подвела…

– И я, конечно, должен тебе поверить, – усмехнулся Макс, распахивая дверь в свой кабинет и бросая взгляд на часы. Ровно половина девятого, а секретарши нет. И если первый день опоздания он ей готов был простить, то за сегодня не собирается этого делать. – Влад, ты сроду без вызова сюда не являешься. В чем дело? Решил поволочиться за юбкой, что появилась здесь со вчерашнего дня? Забудь! Вот прямо сейчас! У себя на фирме я этого не потерплю. И если мне не изменяет память, ты давно и счастливо женат.

– Макс, но она такая!.. Хорошенькая! Прямо куколка, конфетка…

– Влад! – повысил голос Максим. – Ты перестал понимать русский язык? Хочешь искать новую работу?

– А чего ты бесишься? Самому приглянулась цаца? – прищурился юрист.

– Заткнись и иди работай! Никто мне не приглянулся. Особенно она! Но и альтернативы нет. Так что, два месяца тебе придется сдерживать свои донжуанские наклонности, а мне терпеть ее присутствие. Свободен.

– Да ты хуже синей бороды, – понеслось ему в спину.

– Насиловать и убивать ее не собираюсь, – обернулся Макс и сразу же захлопнул дверь.

В кабинете первым делом зачем-то приблизился к окну, словно сила какая-то приманила. И даже с высоты одиннадцатого этажа узнал в спешащей к зданию девушке свою новую секретаршу. И тут она споткнулась, упала на одно колено. Встала, склонилась и несколько секунд что-то рассматривала. А потом заметно медленнее и прихрамывая направилась к крыльцу.

Неизвестно почему именно в этот момент приступ раздражения и злости отступил, а его место заняла жалость, подкравшаяся как-то незаметно.

Полина

– Стас, мы же вчера уже обо всем договорились, – с досадой произнесла Поля, отворачиваясь от двери. – Нам нужна эта работа!

Все утро он ходил за ней и нудил на тему, что занимается она какой-то ерундой вместо того чтобы искать нормальную постоянную работу. Поля психовала как никогда, хоть и старалась внешне оставаться спокойной.

Она уже опаздывала. Не по времени пока еще. Но точно знала, что за те десять минут, что оставались до начала рабочего дня, добраться никак не успевает. Ей было стыдно перед начальником, который не любит опозданий. Она понятия не имела, что будет говорить в собственное оправдание. Еще и Стас трепал нервы нещадно!

Простояв на остановке около пяти минут, Полина вынуждена была тормознуть попутку.

Водитель попался не в меру болтливый и приставучий. Весь короткий путь до работы он не умолкал ни на секунду, сыпля комплиментами настолько банальными, что вызывали оскомину. Поля, конечно, старательно ему улыбалась, и ни о чем не могла думать, кроме того что минуты утекают, а они простаивают на светофорах и в небольших пробках. Стыдно было ужасно, и она уже заранее предвидела, как отреагирует на ее появление Максим Станиславович. В том, что сам он уже в офисе, Поля не сомневалась.

Покидала машину с надоедливым водителем Поля, когда часы уже показывали без двадцати девять. Она опаздывала уже на десять минут, и мысль эта просто убивала.

Ночью прошел дождь, и повсюду блестели лужи. Кто бы мог подумать, что выложенная тротуарной плиткой площадка перед офисным зданием окажется настолько скользкой. В какой-то момент Поля и сама не поняла как поскользнулась и неловко приземлилась на одно колено.

– Господи! – чуть не плача произнесла, вставая на ноги и разглядывая пораненную коленку, выглядывающую из огромной дырки на колготках.

Падение явилось довершающим событием в череде всех тех неудач, что преследовали ее все утро. И как ей теперь явиться пред ясные очи руководства в таком виде? Никакая строгость офисного костюма не могла скрыть позорной дырки на колготах. Тем более, что юбку даже сама Поля находила коротковатой. И запасных колгот, как на зло, у нее с собой не было, хоть одно время она и завела привычку кидать таковые в сумочку. И если заляпанные грязью туфли она может оттереть салфеткой, то что делать с дыркой и коленкой понятия не имела.

На одиннадцатом этаже первым делом Поля отправилась в туалет, где сняла колготки и привела в порядок туфли. Ни пластыря, ни антисептика у нее с собой не было. Пришлось обойтись обычной проточной водой и промыть кое как рану. А обреченность все разрасталась. Она опоздала уже не меньше чем на полчаса, и теперь пощады можно не ждать.

Больше всего ей хотелось забиться в какой-нибудь угол и прорыдаться как следует. От жалости к себе, от досады на Стаса, зануду-водителя, мокрую плитку… Но даже этого сейчас она не могла себе позволить. Ведь ее ждал строгий и непримиримый ни с чем руководитель.

Входя в приемную, она никак не ожидала, что первыми, на что наткнется, будут светло-карие, отливающие пожухлой зеленью глаза начальника. Он стоял посреди приемной и смотрел на вошедшую Полину с непонятным выражением на лице.

– Доброе утро, Максим Станиславович! – нашла в себе силы проговорить спокойно она, ожидая взрыва в любой момент. Она так и не придумала, что скажет ему в собственное оправдание. Кроме как правда, больше ничего в голову не приходило. Да и неприятно было обманывать и выкручиваться.

– Что с вашей ногой? – взгляд его скользнул по ее фигуре и остановился на ране, из которой уже снова потихоньку сочилась кровь.

В этот момент Поля испытала несвойственное для себя. Никогда раньше не краснела и удивлялась этой способности у кого-то другого. А сейчас почувствовала, как лицо затапливает жаром.

– Упала, – взгляд ее тоже опустился на коленку.

– Рану нужно обработать, – кивнул он. Облегчение заставило едва затрепетать душу – кажется, он не сердится за опоздание и даже немного сочувствует ей, чего уж точно она не ожидала. – Идите сюда, – приблизился Максим Станиславович к стеллажу, и Поля поняла, что предлагает он ей присесть на стул для посетителей.

Спорить показалось Поле себе дороже, и она сделала то, что велели – опустилась на стул, с ума сходя от неловкости, что он стоит перед ней и смотрит теперь сверху-вниз, на ее макушку.

В воздухе разлилось какое-то напряжение, рожденное тем непонятным равновесием и ожиданием чего-то, что установилось между ними. Не исключено, что где-то рядом притаилась буря, которая только и ждет возможности разыграться. Но этого ей пока не позволяли.

Максим Станиславович вдруг скрылся в своем кабинете, оставляя Полю в растерянности. Он ничего не сказал, и она понятия не имела, можно ли ей встать со стула и приступить к работе. Но даже додумать мысль до конца не успела, как он вернулся с аптечкой.

Раскрыв пластиковую коробочку на ее столе, он достал из той перекись водорода, вату и лейкопластырь. А потом опустился перед ней на корточки и заглянул в глаза теперь уже снизу-вверх.

– Не думаю, что будет больно, но потерпеть придется, – тихо проговорил.

Поля смотрела на начальника как зачарованная, понимая, что попадает под власть чего-то гипнотического. Возможно, так на нее действовал его взгляд, а может, голос, но скорее всего, все вместе: то как он вел себя, удивляя и настораживая. Она все еще продолжала ожидать взрыва, все меньше понимая, что же сейчас происходит.

Собственноручно он обработал ее рану перекисью, действуя даже не аккуратно, а как-то ласково, бережно. Сердце Поли замирало временами, но вовсе не от боли (она вообще не чувствовала его прикосновений во власти самых противоречивых эмоций), а от чего-то совершенно непонятного и незнакомого ей.

В тот момент, когда Максим Станиславович распаковывал пластырь, дверь в приемную распахнулась. Кто пришел, Полина не знала, с ее места дверь не была видна, но сразу же раздался голос начальника:

– Закрой дверь и зайди позже!

Он смотрел на дверь и того, кто там молча стоял, совсем не с таким выражением, что за секунду до этого на нее. И дверь тихо прикрылась, а взгляд начальника с быстро затухающей в нем строгостью вновь обратился на нее.

– Не больно? – спросил он и приблизил губы к коленке, легко подул на ту, отчего по коже Поли пробежали мурашки.

Лейкопластырь наклеивал так же нежно, разглаживая тот пальцами, стараясь не касаться кожи, но ненароком задевая ту.

 

– В обеденный перерыв я свожу вас в магазин, за колготками, – выпрямился он. – А сейчас пора приступить к работе. Надеюсь, рана вас не сильно беспокоит.

– Не беспокоит, – нашла в себе силы ответить Полина, хоть горло и сжимал какой-то спазм. – Максим Станиславович! – окликнула она, когда он уже находился возле двери в свой кабинет. Молча оглянулся, глядя на нее с вопросом в глазах. – Спасибо вам! – с чувством произнесла.

– Не за что. Вы бы сделали то же на моем месте, – и скрылся в кабинете.

Поля еще какое-то время продолжала сидеть на стуле для посетителей, пытаясь собраться с мыслями и глядя на разобранную аптечку. Сегодня у него получилось удивить ее, сильно. Ведь совсем не этого она ждала от своего грозного босса.

Глава 4

Максим

– Что это такое?

Макс смотрел ей в лицо, хоть взгляд так и тянуло опуститься пониже. Гораздо ниже, если быть точнее, в район ее коленки, которую он сегодня старательно лечил.

Странное чувство он испытал сегодня, заклеивая пластырем ее рану и сосредоточенно избегая касаний кожи. На миг показалось, что делает он это не первый раз и именно с ней. Но это же нелепица какая-то!

Далась ему ее коленка! Особенно, когда эта… пытается установить тут свои правила. Нет никто, без году неделя, временная личность, а туда же.

– Что именно, Максим Станиславович? – невозмутимо так поинтересовалась, что его внутренне передернуло, а внешне возникло желание разораться.

Если так и дальше пойдет, то вскоре он станет ходячей истерикой. Вот и на Влада сегодня с утра пораньше спустил собак. За то что приперся в приемную не вовремя. Ну конечно, он же был занят ее коленкой! Да и не в коленке дело, а в том, что юрист его за два дня побил все рекорды посещения его кабинета. Медом тому тут, что ли намазано?

– Это! – ткнул он в поднос.

– Ваш кофе, – удивленно взлетели ее брови.

– Я не про это, а про это, – палец его переместился к изящной металлической вазочке с конфетами и несколькими печеньями.

– Конфеты и печенья к кофе.

– Вы мисс очевидность? Или миссис?..

А это он зачем спросил? Ему-то какая разница, замужем она или нет! Разве что, он сегодня мистер «глупые вопросы».

Новая секретарша решила проявить смекалку и оригинальность, заменив привычные карамельки, которыми потчевала его ежедневно Галина Ивановна, на должно быть, изысканный шоколад в разноцветной фольге и печенья в форме цветочков (оставалось надеяться, что пекла те она не сама, этого ему только и не хватало!).

– Максим Станиславович, вы снова забываетесь, – нахмурилась она, но даже на полутон не повысила голос.

Удивительная выдержка! Где такому учат, не спросить ли адресок? Потому что его выдержка в последнее время явно дает сбои. Как вот сейчас, например.

– Вы так считаете? – усмехнулся он. – А вы? Не кажется ли вам, что подобное, – кивнул он на вазочку, – излишнее? Мы тут работаем, а не занимаемся чревоугодием.

– Мне кажется, что вы обращаете внимание на пустяки, – улыбнулась она, и Макс даже растерялся, хоть и старательно не подал вида. – И от карамели портятся зубы. Не хотите же вы к пятидесяти годам заиметь полный рот протезов. Кроме того, к вам постоянно приходят гости, их тоже неудобно угощать сосачками.

– Чем? – аж поперхнулся он. Надо было ей ляпнуть это слово именно тогда, когда он решил глотнуть кофе.

– Сосачками. Карамельки без начинки с разными вкусами. Вы такие в детстве не ели? – еще шире растянула она губы в улыбке. – Лично я ела и постоянно получала за это нагоняй от мамы.

Вот отчего, скажите на милость, в этот момент он представил эту высокую и стройную девушку, с пышными каштановыми волосами и в строгом темно-сером костюме девчонкой, бегающей босиком по лужам и сосущей карамельки? Да так отчетливо представил, что даже невольно тряхнул головой в попытке прогнать наваждение. Должно быть, лет в десять она была худой как щепка, голенастой и… такой же противной – всегда и всех поучала. Вот и сейчас смотрит на него, как добрая учительница на провинившегося ученика. А он понятия не имеет, что можно ответить.

– Предлагаю закончить эту бессмысленную дискуссию и приступить к работе, – сухо проговорил. – Задания опять будете записывать или запомните? – сварливо поинтересовался, понимая, что сам себе противен.

– Запишу с вашего позволения.

Секретарша метнулась в приемную, но уже через пару секунд вновь застыла возле его стола с дежурным блокнотом.

Диктуя ей задание на сегодняшний день, Максим невольно наблюдал, как закусывает она губу, как быстро двигается ее рука по листу, как наклоняет голову в процессе.

Вспомнились слова отца, что секретарша его новая и временная симпатичная. Так ли это? Пожалуй что так, только вот симпатичных девушек пруд пруди, куда как важнее, как распоряжаются те своей внешностью. Частенько им это идет не во благо, ну или тем, с кем их сводит жизнь.

– Еще какие-нибудь поручения будут? – раздался ее голос, и Макс понял, что задумался крепче, чем хотелось, и перестал с ней разговаривать.

– Нет, пока все. Вопросы?

– У матросов нет вопросов! – звонко проговорила она и снова улыбнулась.

Да что ее так радует, черт подери?! Не разодранная же коленка? Или отсутствие колготок, что, собственно, нарушает установленный дресс код. Кстати, о птичках.

– Возможно, в бухгалтерии или кадрах вам помогут с колготками, – посмотрел он, наконец, на вожделенную коленку и в тайне возликовал, когда заметил смущение своей секретарши. Не все тебе нотации читать, лапочка! – Поспрашивайте…

– Это вряд ли, Максим Станиславович, – тряхнула она копной волос. Эта девушка явно не любит подчиняться, ведь он же велел ей собирать волосы. Ну да ладно, это не принципиально. – Ваши дамы все… несколько крупнее меня, – слегка замялась она. – Если вас смущает мой вид, могу быстренько сбегать в ближайший магазин. Мне хватит и получаса.

– Нет. Поступим по-другому…

Он уже собрался позвонить в гараж и распорядиться, чтобы кто-нибудь из свободных водителей свозил ее в магазин, но передумал тут же не известно почему.

– Поехали! – резко встал из-за стола, и кресло недовольно «взвизгнуло».

– Сейчас? – удивилась она. – Вы же предлагали сделать это в обед.

– В обед у меня дела, совсем забыл.

Не было у него никаких дел в обед, придумал только что. Он вообще собирался весь обед работать, как привык делать частенько. И зачем ляпнул? Теперь вот придется выкручиваться.

– Здесь недалеко есть торговый центр. Если не будете долго глазеть на витрины, то управимся за полчаса, как вы и сказали, – первый направился он к выходу из кабинета, но возле двери притормозил. Дам принято пропускать вперед, к этому он приучен с детства, и даже с этой секретаршей не намерен нарушать собственные принципы.

Полина

Ничего себе! Это его машина?

Поля застыла возле красного спортивного автомобиля, что в народе принято называть «эгоистами». Эгоист, потому что мест в машине всего два – водительское и пассажирское. И эта обтекаемая красота никак не вязалась с подтянутым и даже несколько консервативным внешним видом ее хозяина.

– Садитесь, чего же вы? – нетерпеливо замер Максим Станиславович возле распахнутой дверцы машины.

Поля опомнилась и посеменила к нему. Должно быть, выглядела она сейчас как первобытный человек, оказавшийся в современном мегаполисе.

– Красивая у вас машина, – скромно похвалила, оказавшись внутри удобного салона и дождавшись, когда босс займет водительское место.

Чем дальше, тем все более дикой казалась ситуация. Мало того, что руководитель фирмы сам лично везет ее на своей экзотической машине, так еще и не куда-нибудь, а в торговый центр за колготками! Анекдот какой-то, честное слово.

– Мне тоже нравится, – отозвался он, удобно устраиваясь в кресле. Двигатель приглушенно заурчал, а автомобиль плавно тронулся с места, шурша шинами. – Люблю быструю езду.

Последняя фраза немного напугала. В отличие от него, Поля не любила быструю езду вообще. Стас обожал гонять на своем внедорожнике, особенно по пересеченной местности. Пару раз она хапнула с ним настоящего драйва и с тех пор побаивалась с ним ездить, избегая этого всеми правдами и неправдами. Но иногда все же приходилось, когда, например, они навещали его мать, что жила за городом. Благо, делали они это не часто, с мамой Стас предпочитал телефонное общение.

До торгового центра, действительно, было рукой подать, Максим Станиславович сказал правду. Тем более странным казалось, что он решил отвезти ее туда. Ну потратила бы на поход за колготками она на десять-пятнадцать минут больше. Не так много те решили бы.

– Надеюсь, управитесь вы быстро, – повернулся он к ней, притормаживая возле центра.

Голос его прозвучал ворчливо, и Поля поморщилась про себя. Странный какой-то – ведет себя как старикашка, а ездит на спортивном авто. Собрал в себе все возможные контрасты. Даже нежность в нем умудряется уживаться с нетерпимостью. Ну по отношению к ней, так уж точно.

– Десять минут, и мы сможем ехать обратно, – ответила Поля и с гордо поднятой головой покинула салон автомобиля.

Ноги неприятно холодил влажный ветер. Он беззастенчиво задувал под юбку и вызывал толпы мурашек на обнаженной коже. Только сейчас Полина осознала, что колготки больше одежда, чем модный аксессуар.

В первом же магазине женской одежды она нашла все необходимое и купила сразу две пары, чтобы одну иметь про запас в сумке, как делала раньше. Вторую надела в уборной торгового центра и так вернулась в машину руководителя. По дороге бросила взгляд на ручные часы. Как и обещала, уложилась в десять минут ровно.

– А мне вот интересно, почему при такой пунктуальности вы умудряетесь второй день подряд опаздывать на работу? – не торопился заводить двигатель Максим Станиславович, пристально разглядывая ее лицо.

И что он только пытался на нем прочитать? Уже давно Полина научилась маскировать свои чувства под маской учтивого спокойствия, как учили их в институте на уроках этики. Разве что дома позволяла себе расслабиться, да и то когда это же ей позволял сделать Стас. Порой и с ним приходилось возиться как с малым дитя и прятать истинное настроение.

– Вчера так получилось не по моей вине. А сегодня я проспала, извините, – не придумала ничего лучше, как выложить правду. Терпеть не могла изворачиваться и сочинять правдоподобные версии!

– Вот так просто? Я проспала, – передразнил он и сделал это не очень удачно. Вернее, совершенно неудачно и не похоже.

Вновь в душе поднялось раздражение, которое Поля затолкала подальше.

– Нет, для меня это не просто, поверьте. Опаздывать не люблю, хоть вы, возможно, и другого обо мне мнения. Но и оправдываться люблю еще меньше. Понимаю, что вы мой руководитель, и я заслужила нагоняй за опоздание. Но не вижу причин наказывать меня слишком уж сурово за то, что проспала.

Высказав все это начальнику, Поля ждала приступа раздражения и чего-нибудь не особо приятного в словесном выражении. Как же она удивилась, когда этот странный мужчина откинул голову и расхохотался.

– Вы всегда так прямолинейны? – наконец, отсмеялся он и смог заговорить.

Вот уж не ожидала, что сможет развеселить его до такой степени. Даже у самой невольно заиграла улыбка на губах. Да и смех его был очень заразителен, из разряда тех, когда смеешься над смеющимся человеком, нежели над какой-нибудь шуткой.

– Не всегда, разве что на работе.

– А как же дома? – пытливо посмотрел он на нее и выехал с парковки.

– Дома можно не придерживаться шаблонов, быть самой собой.

– А сейчас, значит, вы строите из себя что-то искусственное? – усмехнулся он.

– Не совсем верно, – качнула Поля головой. – Просто я секретарь, которая в любой ситуации должна сохранять спокойствие и проявлять выдержку.

– Очень интересная позиция, – словно самому себе пробормотал Максим Станиславович. А потом еще тише добавил: – Хотел бы я вас увидеть в неформальной обстановке.

– Зачем? – тут же отреагировала Поля, даже сама сообразить не успела.

– Что зачем? – бросил он на нее мимолетный взгляд.

– Зачем вам знать, какая я на самом деле?

– Просто интересно, – пожал он плечами.

Больше до самого офиса они не обмолвились ни словом. Каждый думал о своем. О чем думал он, Полина даже примерно не догадывалась. Она же размышляла на тему, что нелегко ей придется эти два месяца, с таким-то неординарным руководителем.

А вечер готовил ей неожиданный сюрприз, на который не намекало ровным счетом ничего.

***

Поля выдвинула ящик стола, вздохнула и добавила к уже имеющейся горе шоколадок еще одну, которую только что ей презентовал улыбчивый и пузатый Денис Сергеевич – начальник гаража.

Начиная с того момента, как Максим Станиславович уехал на деловую встречу, сообщив, что до конца рабочего дня уже не вернется, в приемную снова началось паломничество. На этот раз Полина решила не запираться изнутри. Таким способом она ничего не добьется точно, разве что нарвется на очередной выговор со стороны руководства, если он вдруг наткнется на запертую в разгар рабочего дня дверь. Как-то нужно говорить с мужской половиной коллектива, объяснить им, что она всего лишь секретарь. Разве что, моложе всех женщин коллектива на энное количество лет.

 

Каким-то образом между визитами вежливости она еще умудрялась работать и даже не отставать от графика. Тихо радовалась, что руководителя нет на рабочем месте. Иначе, трудно было бы предугадать его реакцию, застав он кого-нибудь из Полиных гостей в приемной. Правда, действовали те хитростью, не сомневаясь, что начальник на выезде. А ну как он решит вернуться? Что будет тогда?

А вот начальница кадров, Кира Юрьевна, застала «в гостях» у Полины, когда зашла в приемную за подшивкой с приказами, логиста Юру. Вот уже второй раз за два дня никак не получалось прогнать его на рабочее место. На этот раз Юра руки не распускал, но настаивал, чтобы Поля соглашалась пойти с ним на свидание. Да ни когда-нибудь, а сегодня вечером, после работы.

– Юрочка, тебе нечем заняться? Или ты не знаком с графиком технологических перерывов? – спросила логиста в лоб кадровичка.

Тот сразу встрепенулся, подбоченился, но со стола так и не слез. Очень нахальный тип, уверенный в собственной неотразимости, – охарактеризовала его про себя Поля. Симпатичный, но скромность его украсила бы еще больше.

– Кира Юрьевна, у меня сейчас как раз перерыв, – выдал он лучезарную улыбку.

Но смутить кадровичку было не так-то просто, как и очаровать. Несмотря на малый рост, духом она была сильна.

– У тебя индивидуальный график перерывов? Не помню, чтобы согласовывала что-то подобное, – нахмурилась она. – Если хочешь, могу устроить тебе личную проверку наполняемости рабочего времени, с составлением тайм шита.

– Ой, только не это, – сокрушенно вздохнул парень и слез, наконец-то, с Полиного стола. – В последний раз чуть не свихнулся.

– Тогда, марш на рабочее место, и чтобы я больше тебя здесь не видела! Иначе, возьму на личный учет, и тайм шит ты у меня будешь заполнять каждый день.

– Спасибо вам! – поблагодарила начальницу кадров Поля, когда за Юрой закрылась дверь.

– Ты с ним построже, дорогуша! – все так же строго проговорила Кира Юрьевна. – Иначе на голову сядет. У себя? – кивнула она на кабинет начальника.

– Уехал на встречу. Сказал, что сегодня уже не вернется.

– Ну что ж, придется отложить решение неотложного вопроса на завтра, – улыбнулась Кира Юрьевна, ни грамма не расстроившись, и не по возрасту легко выпорхнула из приемной.

А Поля вдруг вспомнила, что так и не забрала грязную посуду из кабинета начальника, что и решила сделать незамедлительно.

Каково же было ее удивление, когда вместо конфет и печений в вазочке она обнаружила целую гору фантиков.

– Вот, значит, как, – усмехнулась. – Шоколадные конфеты пришлись по вкусу? Не то что карамельки! То-то же, – ворчала она и посмеивалась, наводя порядок на столе босса.

К концу второго рабочего дня устала Поля не меньше, чем в первый. С радостью покидала приемную, спеша на улицу. Не смущал даже моросящий дождь – все же лучше, чем офисная духота. Ну и предстоящий поход к родителям радовал, только вот осталось сообщить Стасу, что задержится сегодня.

– Ты ж недавно была у предков!

Полину передернуло от такого определения. Сколько раз она просила Стаса не называть ее родителей предками, но каждый раз он игнорировал ее просьбы. Да и свою маму называл не иначе как мать или мамашка. Поля же считала это проявлением неуважения, пренебрежением. Жаль, что Стас отказывался понимать очевидное.

– Стас, я соскучилась по ним. К тому же папа приболел…

– Да иди уже, все равно же сделаешь по-своему, – тут он был абсолютно прав! – вынуждена была признать Поля. – Я, тогда, тоже сгоняю к матери. Может, деньжат подкинет. А то у меня краски заканчиваются, да грунтовку с холстами нужно прикупить. У нас же ипотека, – ехидно закончил.

Да! У них ипотека, о которой голова почему-то болит только у Поли. Обязанность следить за графиком погашения кредита и своевременно вносить нужные суммы он тоже переложил целиком и полностью на ее плечи. Как и средства на это отводятся исключительно из ее зарплаты. Деньги с редких продаж картин или той материальной помощи, на которую довольно щедра его мама, Стас предпочитает тратить на себя и свое творчество, редко преподнося какой-нибудь подарок и Полине. И она почему-то стесняется с ним говорить об этом. Стас вообще далек от материального, особенно когда это не касается его лично. Ну да ладно, справлялась же как-то раньше. Осилит и в дальнейшем, значит.

Зато, через десять лет у них будет собственное жилье. А когда найдет постоянную работу, можно будет намекнуть Стасу на свадьбу и ребенка. Как же она хочет родить малыша! Неважно, мальчика или девочку. Она уже его любит. Да и мама с папой моложе не становятся и уже не раз заговаривали о внуках. Она ведь у них единственная и любимая дочь…

Папа усиленно делал вид, что сильно болен. Лежал на диване, укрытый пледом, и мама как раз доставала у него термометр, когда Поля вошла в такую знакомую квартиру, с привычными и родными сердцу запахами отчего дома. Здесь она жила с рождения, и комната ее до сих пор оставалась таковой, словно родители все еще надеялись, что дочь их вернется домой. Понятно, что делали они это не со зла, а от большой любви. И Поля платила им тем же – старалась навещать как можно чаще и звонить каждый день.

– Леша, прекрати выматывать мне душу, – журила мама папу. Пока еще ни один из них не заметил ее появления. – Температуры у тебя нет, ну а с насморком мы боремся. Давление тоже в норме. Перестань ныть как малое дитя. Сейчас принесу тебе горячего бульона и только попробуй его не съесть!

– Только не бульон! – замахал руками папа, и Полина тихонько прыснула. – Лучше приготовь мне глинтвейна из того вина, что тебе подарила Светка на восьмое марта.

– Еще чего! Никакого алкоголя, ты же принимаешь таблетки. Ой, доча! – увидела ее мама, и на лице ее расцвела радостная улыбка. – А почему не предупредила, что придешь? Я бы твоих любимых курников напекла.

– Вот потому и не предупредила, чтоб ты не колготилась на кухне, – обняла Поля маму, втягивая родной запах ее волос с примесью сдобы. – Привет, пап! – чмокнула родителя в щеку. – Чего это ты вздумал болеть?

– Того, что потный из гаража выбегал на ветер, – проворчала мама, – а теперь вот строит из себя самого больного в мире Карлсона…

У родителей Поля засиделась допоздна.

Обычно в такие дни за ней заезжал Стас. Сам он не любил ходить в гости к ее родителям, да Поля и не настаивала. Без него в родном доме было как-то проще и говорилось легче. Да и отец недолюбливал Стаса. Считал, что тот сидит на шее у его дочери. Полина с ним не спорила, но и не соглашалась. Просто, Стас – творческая натура, а у таких людей понятие о жизни своеобразное и отличное от других, богемное, одним словом.

Как бы там ни было, но сегодня Стас не смог за ней заехать, потому что почему-то задержался у матери. Такси вызывать в нынешней материальной обстановке – непозволительная роскошь. Добираться до дома Поля решила на общественном транспорте. Благо еще было не сильно поздно, и автобусы ходили.

Остановка находилась рядом с родительским домом. На нее Поля и отправилась, невзирая на мамины охи и ахи. Она всматривалась в темноту дороги в попытке разглядеть фары автобуса, стоя на пустующей остановке, когда рядом со свистом затормозила машина и резко распахнулась дверца, едва не сбив ее.

Максим

Мама сегодня отличилась по полной. Стоило только Максиму заикнуться, что навещал отца, как посыпались вопросы в духе: И как она – цветет и пахнет? Поди, расплылась как на дрожжах на золотых-то харчах? Все еще мечтает подарить Славику наследничка, чтоб тебя оставить с носом?..

К Зое, второй жене отца, мама питала давнюю «любовь». Появилась та в жизни отца, когда Макс был еще совсем маленьким. Он и помнить-то себя начал, когда родители уже развелись. С отцом общаться долгое время мать не разрешала, да и жил тот с молодой женой в другом городе. Про сына не забывал, конечно, подарки присылал регулярно, как и помогал матери материально. Но разве подарки могут заменить живое общение? Нет, конечно. И все детство Максим жутко обижался на отца, а жену его так и вовсе ненавидел. Пока они не вернулись в родной город, и отец не открыл тут дополнительный филиал фирмы…

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?