Беглый жених, или Как тут не свихнуться

Tekst
12
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Беглый жених, или Как тут не свихнуться
Беглый жених, или Как тут не свихнуться
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 23,35  18,68 
Беглый жених, или Как тут не свихнуться
Audio
Беглый жених, или Как тут не свихнуться
Audiobook
Czyta Николь
11,32 
Zsynchronizowane z tekstem
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 4

– Спасибо за вкусный и сытный обед, Ксюша! – торжественно проговорил Василий, отодвигая от себя пустую тарелку. Салат он тоже весь практически умял один. – Разреши обнять себя.

– Это еще зачем? – напряглась я.

– У нас так принято. Если обед приготовила женщина, то таким образом мужчины признают ее превосходство.

– А мужчины у вас тоже готовят?

– Конечно! В этом вопросе у нас равноправие. Но женщина изначально считается слабее, и магией обладает в меньшей степени. Потому мы и выражаем свое почтение, когда она становится равной нам.

Не могу сказать, что поняла его посыл, но и промолчать не получилось:

– Женщины везде считаются слабее мужчин.

– Но так и есть, Ксюша. И в этом нет ничего постыдного.

– А когда мужчина вкусно готовит, женщины его тоже благодарят? – ляпнула я, не подумав.

– Если только сами этого хотят. Мужчина должен быть безупречен во всем.

– Ох уж эти мужчины! – не выдержалась и рассмеялась я. В любом мире они гнут из себя не известно что. А на деле многие из них гораздо слабее женщин. Не внешне, так внутренне.

– Так могу я обнять тебя? – повторил Вася.

– Думаю, обойдусь, – отчего-то смутилась я и принялась убирать со стола.

– Как скажешь, Ксюша, – прозвучал его голос без тени обиды или еще чего. – Жду тебя в комнате, будем учить химию… – и гордо удалился, только трусы и мелькнули в дверном проеме.

Наболтал тут с три короба! Мужчины, женщины, равноправие… А посуду помыть не предложил. Какое же это равноправие, если он сейчас сыто развалится на диване, а я еще проторчу какое-то время на кухне, наводя порядок? Мужчины – они и в Африке мужчины. А в данном случае, в параллельном мире. Тьфу ты! От этой мысли снова стало страшно.

На этот раз Василия я застала в гостиной, но снова с моим учебником по химии. Теперь он листал тот еще быстрее – как только успевал что-то читать там, когда картинки мелькали как сумасшедшие.

– Становись сюда, – встал Василий и вывел меня на середину комнаты.

– Зачем?

– Сейчас все поймешь.

Сам он устроился у меня за спиной, касаясь ее зачем-то. И как я поняла, Василий вытянул руки передо мной и принялся ими размахивать, создавая легкий сквозняк. Тоже не понятно, зачем. И сосредоточиться я ни на чем не могла, когда он был так близко, что я даже через футболку чувствовала, какое горячее у него тело. Как и не могла не думать, что он в одних трусах сейчас. Даже радовалась тихонько, что не без них.

– Ксюша, ты не должна сейчас думать обо мне, – проговорил Василий мне на ухо, едва ли не касаясь того губами.

– С чего это ты взял, что думаю я о тебе?!

– Улавливаю легкое возбуждение, исходящее от тебя.

Я чуть не свалилась. Но ответить или хоть как-то отреагировать не успела.

– Сосредоточься на изображении.

Каком?.. И чуть не вскрикнула, когда в пространстве передо мной, прямо в воздухе стремительно начали появляться изображения химических соединений, формулы, даже фрагмент лаборатории, со штативами и колбами…

– Что это такое? – потрясенно пробормотала.

– Потом объясню… А сейчас просто смотри, не старайся запоминать. Важно, чтобы ты это все увидела…

Трехмерные химические изображения заполнили уже практически всю комнату. Я переводила взгляды с одного на другое, вылавливала все новые и новые и… наслаждалась! Мне это нравилось! До такой степени, что на губах играла легкая улыбка, а душа переполнялась радостью. Хотелось смеяться и даже петь. Все, что сейчас творилось рядом, казалось мне сказочно красивым!

– Все. Теперь просто смотри. И радуйся… – в голосе Василия слышалась улыбка, а сам он вернулся на диван.

Мне стало немного зябко, но это ощущения я прогнала, любуясь цветными изображениями, которые так и хотелось потрогать. Но я понимала, что они не настоящие, боялась, что если пошевелюсь, все исчезнет.

Постепенно все происходящее казалось мне все более нереальным. И спать хотелось все сильнее. Глаза непроизвольно начали слипаться. И в какой-то момент (не знаю даже, сколько прошло времени с начала моего «обучения») я едва не упала, такими слабыми стали ноги. Василий подхватил меня и уложил на диван со словами:

– Спи, Ксюша. Сон тебе сейчас необходим.

Последнее, что запомнила, перед тем как уснуть, это как картинки принялись исчезать еще быстрее, нежели появлялись до этого.

***

– О да!.. Да!.. Еще… Так, милый!.. Хорошо… – именно такие звуки ворвались в мое сонное сознание, чтобы пробудить его от крепкой спячки.

Я сначала даже не поняла, где нахожусь. И вообще мне снилась химия. Мы с Андрющей выполняли лабораторную работу. В пробирке дымилось что-то ярко-голубое, и я все боялась, что она сейчас взорвется. Дергала Андрюшу за рукав, чтоб загасил реагент, как вдруг он повернулся ко мне и принялся стонать. Громко так, томно, широко открывая рот и извиваясь всем телом. И главное, женским голосом. А потом и вовсе туман из пробирки как-то очень быстро расползся по лаборатории, и теперь я только слышала стоны и шлепки, но ничего не видела. И тогда я проснулась. Только стоны никуда не делись.

– Мамочки!.. – взвыла я, когда взгляд упал на плазменную панель, где двое занимались тем самым прямо на гинекологическом кресле. – Мамочки! – повторила, переполняясь паникой вперемешку со стыдом, и бросилась с дивана.

Споткнулась о ноги Василия, не заметив его трусов. А он, значит, сидел прямо на полу и смотрел… И как он только нашел этот чертов диск, который однажды притащил Андрюша, для разогрева, так сказать, а я его все никак не решалась выбросить, хоть и хотела уже не единожды.

Черт! Да где же эта кнопка?! Я тыкала во все подряд на панели, пока изображение не исчезло, а гостиная не погрузилась в тишину.

– И зачем ты выключила? – раздался спокойный голос Василия, пока я дрожащими руками доставала диск и пыталась сломать его через коленку.

– А зачем ты это смотрел?! – окрысилась я.

– Из любопытства, – усмехнулся он. – Это у вас называется любовью?

– Это у нас называется порнухой, – буркнула я и поднажала. Наконец-то диск треснул, а потом и разломился. Я даже выдохнула с облегчением и повернулась к Васе всем корпусом. – А у вас нет?..

– У нас и телевизоров нет. А такое я даже в музеях не встречал.

– Ну значит, ваше общество гораздо нравственнее нашего, – устало поплелась я к дивану и опустилась на него, наблюдая, как трусы встали с пола и составили мне компанию.

– Так опошлить то, что есть самое прекрасное в любом мире!.. Да… Я разочарован, – философски изрек Василий.

– Не стоит делать поспешных выводов после просмотра этого… дерьма, одним словом, – скривилась я и откинулась на спинку дивана. – Лучше расскажи мне, как у тебя получилось… ну то, что ты делал… ну, вся эта химия?..

Господи! Как же я устала разговаривать с пустотой! Уже хотелось увидеть глаза Василия. Да просто видеть собеседника. А так – я же даже не знала куда смотреть, кроме этих… Ох, я уже и сама себе надоела. Но ситуация казалась мне все более ненормальной.

– Это магия. Умение создавать голограммы, проецируя изображения из мозга.

– А, ну все понятно! Как я сама-то не догадалась!..

На этот раз моя ирония не укрылась от Васи, и он даже разозлился, судя по голосу.

– Ну а ты что хочешь, чтобы я тебе в двух словах рассказал то, чему нас учат с детства? – возмутился Вася. – Как ты себе это представляешь, девушка?! – ну вот я снова стала девушкой, потеряв имя. – Это магия, Ксюша, – смягчил он тон, и я почувствовала, как его рука сжала мою. – О ней в двух словах не расскажешь. Ее нужно чувствовать внутри себя… Это как любовь, наверное. Хоть последнее мне и неведомо.

– Ладно, – вздохнула я, решив, что не стоит обострять и без того непростые отношения. – А как подействовала на меня твоя магия?

– Тут все просто. Твой мозг уже усвоил все самое важное из учебника. У нас это называется магической визуализацией. Можешь пробежать учебник разок и запомнишь его весь.

– Даже так? – протянула я, вдруг почувствовав себя невероятно умной. – А ты мне и к остальным экзаменам поможешь точно так же подготовиться?

– Если попросишь…

– Прошу, – тут же перебила я, готовая на все – даже позволить обнять себя.

– Тогда помогу, – согласился Вася без всяких условий.

Я еще немного посидела, помолчала, размышляя на тему, что бы еще такого у него спросить. Но на самом деле я оттягивала неизбежное – необходимость читать химию. Магия магией, а потрудиться все равно придется. Да и Вася этого не отрицал.

– Ладно, – вздохнула я. – Пошла я заниматься. А ты… – а что он будет делать? Да и какая разница! – В общем, если захочешь есть, придумай что-нибудь. Продукты я купила…

Как ни странно, но химия читалась с такой легкостью, что я даже порой ловила себя на мысли, что мне это нравится. И время до вечера пролетело незаметно. Я и не заметила, как начало смеркаться.

Оторвали меня от занятий не сумерки, а звонок в дверь. И, наверное, я так увлеклась химией, что пошла открывать, даже не вспомнив про Василия, словно его и не было в моей жизни. А зря…

– Привет, дочур! – обняла меня мама и тискала так, словно мы с ней виделись последний раз не в пятницу, накануне поездки на турбазу, а года два назад. – Ну как ты тут? Мы с папой были неподалеку, вот и решили зайти.

Мой строгий папа меня тоже клюнул в щеку, и это у него было высшим проявлением эмоциональности. Все эти телячьи нежности, как он выражался, он не любил. Он у нас был настоящий полковник. Причем, в прямом смысле слова – полковник милиции.

Я не сразу поняла, почему мой строгий папа смотрит не на свою ненаглядную дочь, а куда-то в сторону. А когда заметила трусы Василия на коридорной тумбочке, то едва не умерла от разрыва сердца.

– Нет, ну я, конечно, многое в жизни повидал. Что такое стоячие носки, знаю не понаслышке. Но вот сидячих трусов еще не видел.

 

– Доча, а что это? – хихикнула мама и рванула уже было к Василию, не перехвати я ее и не сожми крепко руку.

– Мамочка не трогай! – панически выкрикнула, чувствуя, как лихорадочно вертятся шестеренки в голове. – Это такой новый вид искусства – одно из направлений авангардной скульптуры, – ляпнула первое, что пришло в голову. – Трогать нельзя! Все еще очень хрупкое и сырое… Вы проходите на кухню, чайку сейчас попьем, а я только вот отнесу это… – приблизилась я к Василию и, преодолевая ужас вкупе с брезгливостью, схватилась за полоску его трусов, чувствуя под пальцами его горячую кожу.

Благо Василий понял меня правильно и без слов. Он очень тихо проследовал за мной в спальню, где я шепотом взмолилась:

– Пожалуйста, посиди тут, не выходи. Это мои родители, и про тебя им знать совсем не обязательно.

***

Пока я заваривала чай, мама в силу своего характера исследовала мою кухню на предмет чего-то необычного. И конечно же, это необычное она обнаружила.

– Доча, а для кого ты наготовила целый казан жаркого? – рассмеялась она, заглядывая под крышку и переводя на меня недоуменный взгляд. Правильно, добрая половина казана-то уже опустела.

– Голодного волка кормила, – деланно весело отозвалась я, хоть рука и дрогнула, и я пролила заварку на стол, чем заслужила подозрительный взгляд отца. Не то чтобы он действительно меня в чем-то подозревал – у папы уже выработалась профессиональная привычка не верить никому с первого слова.

– Это кто же такой голодный? – уточнила мама.

– Андрюша, кто же еще, – пожала я плечами, мысленно прося прощение у всех.

– Прожорливый тебе достался парень, – заключила мама.

Знала бы ты насколько. Да и не парень он мой вовсе. А сидит, вон, в моей спальне. Надеюсь, хватит ума и такта не выходить оттуда.

Родители пробыли у меня недолго. Попили чай, поговорили о сессии. Папа поинтересовался, как проходит подготовка к экзаменам, когда первый экзамен, не нужна ли помощь… В общем, все как обычно и по-семейному. Несмотря на то, что я уже год как жила отдельно, родители считали своим долгом проявлять обо мне неусыпную заботу. Впрочем, я была им за это благодарна, как и за то, что купили мне эту квартиру. Пока еще средств к самостоятельному существованию у меня не было. Стипендия не в счет – что на нее купишь?

Проводив маму с папой, я зашла в гостиную и плюхнулась на диван. Что-то настроение резко испортилось. А от чего, я и сама понять не могла. То ли из-за присутствия Василия в моей квартире, который как раз объявился и тихонечко опустился рядом, то ли из-за сессии, но чувствовала я себя паршиво.

– Хорошие у тебя родители, внимательные, – проговорил Василий. – И сразу видно, что любят тебя.

Голос его прозвучал как-то грустно. Неужто мое настроение передалось и ему? Хотя вряд ли. Скорее, вспомнил отца. А я вспомнила рассказ, что отношения у них вроде как не очень. Но жалости почему-то не испытывала. Может потому, что Василий по сути был мне чужой. Свалился же на мою голову!..

Бросив взгляд на его трусы, я даже неожиданно для себя разъярилась.

– Сними уже их нафиг!

– Кого? – явно удивился Василий.

– Да трусы свои! Еще и в коридор выперся!.. – вспомнила я, что плела родителям. Авангардная скульптура – с ума сойти можно!

– Сама просила их надеть, – обиженно буркнул Василий и принялся стягивать трусы.

Ну и о чем я теперь думаю? О том, что сидит он рядом со мной совершенно голый! Благо, он почти сразу же встал и куда-то ушел. Дожидаться его возвращения не стала, решив вернуться к занятиям. Пусть делает что хочет, раз уж выгнать я его не могу.

Если я думала, что остаток вечера пройдет тихо спокойно, в подготовке к экзамену, то сильно ошибалась. Не прошло и полчаса, как в дверь снова позвонили. На этот раз меня решил навестить Андрюша. Ну вот что за человек! Договорились же, что занимаемся и друг другу не мешаем. А он…

– Привет, малыш! – закрыл Андрей дверь и сразу же прижал меня к себе. Припал губами к шее и принялся покрывать ее поцелуями. И руки его уже вовсю шарили у меня под футболкой. А ведь где-то тут Вася, и он все видит! Черт!

Я убрала руки Андрея и высвободилась из его объятий.

– Ты чего? – удивился он и снова попытался привлечь меня к себе.

– А ты чего?! – встала я в позу. – Мы же договорились…

– Я соскучился, малыш. С воскресенья толком и не виделись. А готовиться к экзамену мы можем и вместе, – все-таки схвати он меня в объятья и сразу же прижался к губам.

И именно в этот момент я почувствовала за спиной Василия. Даже не на уровне интуиции, а он, как обычно, подкрался слишком близко, и я улавливала тепло его тела.

– Андрюш, – уперлась я в грудь своего парня и чуть отодвинулась. Сразу же взвизгнула и отскочила в сторону – Вася даже не думал отходить, и его горячее тело я ощутила всем своим.

– Ксю, ты таракана что ли увидела? – рассмеялся Андрей.

Именно что таракана – огромного, мускулистого и невидимого. И стоит он, дружок, прямо напротив тебя. Почему-то я даже не сомневалась, что Вася никуда не делся и в данный момент внимательно изучает Андрея.

– Ты какая-то странная сегодня, – пробормотал Андрей, окинув меня растерянным взглядом. Видно было, что ему не по себе. Интересно, почему? Чувствует что ли что-то?

– Андрюш, мне правда нужно заниматься, – вздохнула я, не рискуя к нему приближаться, хоть и хотелось обнять и успокоить, сказать, что все в порядке. – Давай завтра встретимся и погуляем.

– Ну хорошо, – не очень уверенно пожал он плечами и направился к двери. Там обернулся и уточнил: – У тебя точно все в порядке?

– Все хорошо! – бодро улыбнулась я и закрыла за ним дверь. – И как это называется? – резко повернулась, уперла руки в бока, не сомневаясь, что Василий все еще тут.

– А что? – прикинулся Вася веником.

– Ты на него как-то воздействовал? – нахмурилась я, очень надеясь, что выгляжу грозно. На самом деле, я даже была ему немного благодарна. Как бы вела себя, останься тут Андрей? Да понятия не имею!

– Ты не обрадовалась ему, вот я и подсобил тебе немного.

Подсобил… Слово-то какое откопал. Не понимала я Васю. То с умным видом рассуждает о голограммах, то выражается как деревенщина.

– Это твой мужчина? – последовал Вася за мной в спальню, куда я отправилась с твердым намерением продолжить занятия.

– Андрей – мой парень. А что? – забралась я на кровать с явным намерением его игнорировать. Отчего-то Вася меня сейчас бесил.

– Да ничего. Просто отношения у вас странные.

– И чем же они странные?

– Ну он пришел сюда только за одним…

– Это еще за чем? – что за намеки? Говорил бы уже прямо.

– Поиметь тебя.

Я аж выронила учебник от таких слов. И кажется рот мой никак не хотел закрываться. А глаза аж заболели, так широко я их раскрыла, жаль только вот смотреть куда не знала по-прежнему.

– Что, прости?

– Овладеть тобой было его единственным желанием, – спокойно пояснил Василий. – По нему ж все и без магии видно было. Странно, что ты этого не заметила.

Внутри зашевелилось что-то гаденькое, природу чего я не разобрала. И развивать и дальше эту тему не собиралась, уж точно не с Василием. Мы уже давно с Андреем перешли ту грань, когда секс становится неотъемлемой частью отношений. Но никогда раньше я не думала об этом в плане эмоций. Андрей умел дарить плотское удовольствие, и заниматься с ним любовью мне нравилось. Хотелось верить, что у нас это взаимно.

– Вась, ты меня прости, но я хочу позаниматься в тишине.

– А я хочу, чтобы ты накормила меня ужином. Голодно как-то…

– Ну уж нет! Хочешь есть, иди и ешь. Я тебя тут кормить не нанималась! – голодно ему.

На мою тираду он ничего не ответил. А еще через какое-то время я услышала, как хлопнула входная дверь. И куда он отправился? Искать ту, что его покормит? Ну и скатертью дорожка! А у меня есть дела поважнее.

Глава 5

К тому времени, как собралась спать, Василий не вернулся. Аппетита не было, а потому я ограничилась стаканом теплого молока и отправилась в кровать. Он сказал, что замки для него не помеха, вот пусть и гуляет, сколько хочет. Нагуляется – вернется. А нет, так на нет и суда нет.

День выдался далеко не томный, и я так устала морально, что в сон буквально провалилась. Но продлился он не долго, и проснулась я с ощущением тревоги.

Лунный свет заливал комнату. На миг мне стало так страшно, что лежать и дальше не смогла. Встала и отправилась искать Васю по квартире. В гостиной прислушалась. Не уловив его дыхания, потрогала диван. Пусто… Ни на кухне, ни в ванной Василия не было. Как и на балконе, куда я тоже не забыла заглянуть. А часы показывали меж тем половину второго ночи. И где его носит, скажите на милость?! А главное – с чего это вдруг я так разволновалась, что даже сердце защемило?

Оставаться дома я больше не могла. Вот не могла и все тут. Меня прямо тянуло выйти на улицу и проверить, не затаился ли Вася где-нибудь во дворе.

Темноты я не боялась, да и город свой родной знала как свои пять пальцев. И все же, стоило выйти во двор, как одолела оторопь. Но опять же, я смотрела на полную луну и понимала, что боюсь не за себя. Отчего-то волновалась за Васю. Хотя, ему-то что может угрожать? Ну даже если на его след выйдут эти зверовые следопыты, так еще нужно умудриться поймать того, кто невидим.

Стоя возле подъезда, я дышала полной грудью и ругала себя на чем свет стоит. И куда я поперлась?! Даже в двухкомнатной квартире, если он решит затаиться, мне будет трудно отыскать Василия. А тут. Как я намеревалась прочесывать двор?!

Через какое-то еще время, за которое так ни на что и не решилась, я поняла, что меня тянет в сторону озера, что находилось метрах в пятистах от моего дома. Недолго думая, чтоб не дать себе возможности передумать, туда я и отправилась, молясь про себя, чтобы эти долбаные следопыты не бродили где-нибудь поблизости со своей чуйкой. О шпане, шляющейся по ночам, как ни странно, я не думала, как и не опасалась их.

В нашем городе восемь озер, и все они по кругу соединены между собой. Ближнее ко мне озеро располагалось в небольшом овражке, окруженном со всех сторон лесопосадкой. К озеру вела широкая лестница. Днем здесь было полно отдыхающих, купающихся и загорающих. Но сейчас озеро пустовало и лишь таинственно поблескивало в лунном свете. Природа спала, даже листья на деревьях не шевелились. И одна я шлялась по ночному городу, в поисках приключений на свою пятую точку.

Быстро сбежав по лестнице, я остановилась возле небольшой дамбы, прислушиваясь к шуму падающей воды. Где-то там, под землей, она бежит к следующему озеру, и так по кругу возвращается снова в это.

– Иди сюда, – от голоса Василия я едва не описалась, таким громким он мне показался.

– Куда сюда?

– Нет, стой. Я сейчас… А то точно свернешь себе шею…

Учтиво, ничего не скажешь. И ласково так!

Что Василий приблизился, я поняла только тогда, когда он взял меня за руку и куда-то повел.

– Садись, – велел, останавливаясь возле невысокого бортика дамбы. – Ногами внутрь.

– А если я упаду туда? – с ужасом смотрела я на низвергающуюся воду.

– Не упадешь, я не дам, – поступил лаконичный ответ. Судя по всему, сам он уже именно так и сделал – опустился на край дамбы.

А, была-не была. Упаду, не убьюсь – высота вроде небольшая. Только вот выбраться оттуда будет проблематично.

Василий галантно придержал меня, пока не устроилась удобно.

– Чувствуешь? – спросил через какое-то время.

– Что?

– Прохладу от воды.

Она, действительно, струилась по ногам, создаваемая движением воды.

– Чувствую, – кивнула я, заражаясь очарованием момента. Или настроение Василия передалось и мне. Но в душе вдруг проклюнулась грусть.

– Красиво тут и спокойно, – вновь проговорил он.

– А следопытов не боишься? – занудливо уточнила я.

– Ночью нет. Люди их племени отличаются крепким сном. Они сейчас залегли где-нибудь в лесу и храпят в две глотки.

Вот значит как. Получается, зря я за него боялась.

– Почему ты ушел?

– Захотелось погулять и подумать.

Наверное, он пожал плечами, ну так мне казалось. А может и нет. Да и какая разница.

– А почему пошел сюда?

Вася какое-то время молчал, а потом заговорил так тихо и печально, что все внутри у меня перевернулось от приступа жалости или сострадания.

– Я тебе не рассказывал… но живу я в лесу, недалеко отсюда. Если идти пешком, то от твоего дома до моего лагеря минут пятнадцать ходьбы…

– Как так?! – перебила я и вцепилась в плечо Василия. – Как пятнадцать минут? Ты же говорил…

– Пятнадцать минут, – спокойно повторил Вася, – если не считать безвременной пропасти между мирами.

– Ничего не понимаю, – пробормотала я и даже тряхнула головой.

 

Прядь моих волос за что-то зацепилась. Только когда Василий заговорил, поняла, что это он их перехватил и продолжает удерживать.

– Мягкие, как пух, и пахнут вкусно, – втянул он носом воздух. – Ты очень красивая девушка, Ксюша, хоть и мелкая, – зачем-то добавил. Это чтоб я не дай бог не сочла за комплимент, что ли? Да и фиг с ним! – Я хорошо знаю этот город. Когда мы были мальцами, то часто устраивали вылазки. Воровали магическое поле, укутывались в него и тикали в город. И на этой дамбе бывало просиживали ночи напролет. Только…

– Что? Что только?

– Озера все высохли давным-давно, и у нас это место пугает заброшенность, пустынностью, словно поселилась в нем смерть. Знаешь, как страшно нам было. Сидим, трясемся от ужаса, чувствуем подступающий морок, но не уходим… Страшно и желанно… И в крови кипит манорий.

– А это что такое?

– Как адреналин, только сильнее. Он вырабатывается в нашей крови, когда страшно. Такой продукт мутации…

Вася снова замолчал, а я погрузилась в раздумья. Постапокалипсис какой-то получается. Они живут так, как жили бы мы, если выжили или кто выжил после ядерной катастрофы. Вася – потомок тех, кому повезло. А может наоборот – не повезло.

– Так ты сознательно сбежал в наш мир? – осенило меня.

– Ну да… Говорю же, здесь мне все знакомо.

– А обратно вернуться можешь?

– Смогу, если пожелаю мгновенной смерти.

Ох, лучше бы я не спрашивала. От его ответа на душе стало так тошно, хоть вой.

– Вась, пошли домой, – нащупала я его руку и крепко сжала. Захотелось вдруг поддержать, успокоить что ли. Сама не понимала, что испытывала, только на глаза просились слезы. – Я покормлю тебя.

– Пойдем, – отозвался он, перехватил мою руку и помог подняться. – Пока ты прям тут не уснула, – добавил и в голосе его прозвучала улыбка.

***

Два дня пролетели быстро и даже очень. Не могу сказать, что все было тихо спокойно, но до экзамена я дожила. Несколько раз звонил Андрюша, и каждый раз мне приходилось выкручиваться, почему не хочу, чтобы он приходил. Кажется, он обижался и в отговорки мои слабо верил, но хорошо хоть не начинал выяснять отношения по телефону и не приходил больше ко мне домой. Но настроение мне все это неизменно портило.

– Я могу уйти, пока вы тут будете миловаться, – предложил после очередного звонка Вася.

– Нет уж, спасибо! – огрызнулась я.

– Но я же вижу, что ты расстроена. Только причины не пойму…

Причины он не поймет! А что тут непонятного? Конечно, я расстроена, что приходится врать своему парню, придумывать отговорки, вместо того, чтобы провести с ним вечер почти по-семейному, посмотреть телек, потрепаться обо всем, как мы любим. Да просто погулять! Так нет же, вместо этого я сижу дома, готовлю на десятерых, потому что у меня незваный гость, которого и выгнать не могу, да и голодным оставить тоже. Конечно, это же так трудно понять! А этот гость, к слову, занят исключительно своими делами. Может уйти, когда ему вздумается, правда преимущественно ночью, и пропадать неизвестно сколько. А потом вдруг появиться в самый неподходящий момент, когда я его и не жду. Скоро я вообще заикой с ним стану!

– Какое удовольствие может быть от любовных утех, если ты этого не хочешь? – ошарашил меня Вася в следующий момент. И так спокойно он это сказал, словно речь шла о носках, какие выбрать – черные в елочку или черные с ромбиками.

– С чего ты взял, что я не хочу? И какое тебе вообще до этого дело?! – возмутилась я.

– Не подумай, Ксюша, что я хочу вмешаться в твою жизнь, но я же не слепец, – произнес Василий в своей обычной высокопарной манере, которая порой меня так раздражала. – Из вас двоих близости хочет именно он, а ты готова ему отдаться, потому что считаешь, что так будет правильно.

– Да что ты плетешь!..

– То, что вижу и чувствую. Не хочешь говорить со мной на эту тему, ответь тогда себе на вопрос: как часто у вас это происходит по твоему желанию? Было ли такое, чтобы ты захотела своего мужчину первая?

– Вась, хватит, а! – еще не хватало с ним обсуждать мою интимную жизнь! Хватит с меня и того, что вынуждена от нее отказываться по его милости.

В день экзамена я проснулась в отвратительном настроении. Вот вроде и готова, Вася даже вчера по билетам меня погонял и заверил, что смогу ответить на любой дополнительный вопрос. Но так не хотелось проходить через все это. И почему сессия меня неизменно ввергает в тоску? Не потому ли, что экзаменов в нашей жизни слишком много?

Погода тоже не радовала – с ночи зарядил дождь и переставать не собирался, а все усиливался. Лупил себе по лужам, радостно пузырясь и хлюпая. Словно так и должно быть. И все бы ничего, дождь я даже любила, когда он теплый, но мне-то придется под ним добираться до универа. И Андрей, как назло, не позвонил и не предложил за мной заехать. А еще и сонливость не хотела улетучиваться в такую погоду. Даже утренний душ не способствовал восстановлению бодрости.

А на кухне меня ждало потрясения. Нет, я конечно, слышала, как Вася там гремит кастрюлями, и даже радовалась, что сегодня завтрак не на мне, но когда зашла и увидела его во всей красе, чуть не повалилась в обморок. Если бы я не знала точно, что это он, решила бы, что на моей кухне вдруг появился совершенно посторонний мужчина.

– Ты чего с лица то сошла? – оглянулся на меня Вася. – Словно призрак тебе явился, – хохотнул он и продолжил нарезать сыр. Помидоры с огурцами уже были нарезаны и аккуратной горкой свалены в тарелку. Видно, понятие сервировки стола Васе не было знакомо.

Я же не могла справиться с бешенным сердцебиением, до такой степени испугалась. А еще я, оказывается, успела забыть, как Вася выглядит. И сейчас эта гора мышц, с голым торсом и в одних штанах, занимала чуть ли не половину моей кухни. Да уж… Когда он был невидим, мне не было так тесно.

– Садись к столу, Ксюша. Буду завтраком тебя кормить, – все так же не поворачиваясь, сообщил Вася. – Ведь у тебя сегодня важный день.

Спорить не стала, протиснулась бочком к столу и плюхнулась на табурет, все еще пытаясь отправиться от потрясения.

Вскоре передо мной уже стояла большая кружка кофе с молоком, как я люблю, и рядом с овощами Вася поставил полную тарелку бутербродов с сыром. Сам же и принялся их активно уплетать, шумно прихлебывая из своего бокала. И хоть аппетит мой еще не проснулся, да и волновалась я перед экзаменом, но один бутерброд все же решила ухватить, пока Вася их все не смел. В том, что этот мужчина никогда не страдает отсутствием аппетита, я уже убедилась и не раз.

Не могла удержаться от разглядывания его лица, стараясь делать это ненарочито. Все же глазищи у него такие черные, что в них даже смотреть страшно. И эти волосы… Торчат в разные стороны, словно ни разу не побывали в руках цирюльника, будто их топором обрубили и оставили как есть.

– Вась, может подстрижем тебя? – неожиданно предложила я.

– А ты владеешь этим искусством? – он аж жевать перестал, уставившись на меня своими омутами. А я растерялась и не знала, что ответить. – У нас это только самым сильным магам подвластно.

– Что это? – окончательно опешила я. Вот это?! Выстричь воронье гнездо, что у него сейчас в волосах?!

– Сотворить прическу, – погладил он себя по голове.

– Прическу?.. – вовремя оборвала себя. Вася явно не понимал моего посыла и гордился своей неровной лохматостью. Я же поняла, что в таком виде ему нельзя шляться по улицам. Не следопыты, так наши доблестные органы на него точно обратят внимание. – Я тебя сегодня свожу к своему магу, а вернее магессе, – пробормотала я уже самой себе, поставив себе мысленную галочку, чтоб не забыть. Хотя, стоит его снова увидеть, как сразу же вспомню.

Когда я уже обувалась в коридоре, Вася вышел проводить меня. Он приблизился ко мне вплотную и проговорил:

– Я должен кое-что сделать, – и смотрит так, словно я и без слов должна знать, что именно. Ну просто сама загадочность!

– Что именно? – резко выпрямилась я, чувствуя, как закружилась голова.

– Иди сюда, – бесцеремонно взял он меня за плечи и повернул к себе спиной. А потом обхватил мою голову своими ручищами и велел: – Подумай о своем Андрюше.

– Это еще зачем?

– Ксюша, просто представь его образ, без лишних вопросов, – устало вздохнул Василий, словно я какая докучливая муха.

Естественно, мне много чего хотелось ему сказать, но время и так поджимало. И если начну сейчас припираться, то рискую опоздать на экзамен. А потому я молча подчинилась, решив, что обязательно потребую у него объяснений по возвращении.

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?