Заживо в темноте

Tekst
Autor:Mike Omer
470
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Заживо в темноте
Заживо в темноте
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 44,12  35,30 
Заживо в темноте
Audio
Заживо в темноте
Audiobook
Czyta Елена Греб
22,06 
Zsynchronizowane z tekstem
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 5

Гневные вопли Марвина, своего деда, Тейтум услышал еще с лестничной площадки. Похоже, старик в ярости. Интересно, кто на этот раз надул ему в ботинки? Должно быть, Веснушка, рыжий кот Тейтума – и, скорее всего, вполне буквально. Входную дверь Тейтум открывал осторожно: в последнее время Веснушка полюбил спать прямо на пороге и, стоило задеть его дверью, становился очень недоволен. А недовольный Веснушка имеет дурную привычку вцепляться когтями в ноги любому, кто окажется рядом. Сегодня, однако, мелкий хищник охотился где-то в других краях, и в дом удалось войти спокойно.

Крики доносились с кухни. Слышался только голос деда; Тейтум заключил, что Марвин говорит по телефону. Точнее, кого-то распекает.

– Все, мисс, с меня хватит! Свяжите меня с вашим начальником или еще с кем-нибудь, у кого в голове чуть больше мозгов! Я хочу… да, разумеется, хочу медицинскую страховку – ради этого и позвонил! Нет, черт возьми, страховка для пенсионеров меня не интересует! Мне нужна… Алло! Алло!

Тейтум закатил глаза и вошел на кухню. Марвин сидел за столом с полупустой чашкой чая. Он поднял на внука острый взгляд.

– Чертовы страховые агенты! Кровопийцы проклятые! Вытягивают из нас все деньги, да еще и за эти деньги работать не хотят! Ну что им стоит разок пошевелить мозгами, а не отвечать по инструкции?

– Рад, что ты наконец этим занялся, – заметил Тейтум, наливая себе чай. О медицинской страховке он напоминал Марвину уже несколько недель.

– А толку-то? Они не могут понять, что мне нужно!

Тейтум понимающе кивнул. Дед – человек старой школы, предпочитает все вопросы решать лицом к лицу. Заполнять анкеты в Интернете для него невыносимо, от телефонных разговоров он бесится, если они длятся дольше пяти минут. Тейтум ему сочувствовал: мир меняется слишком быстро, и Марвин за ним не поспевает.

Он налил себе и деду кипятка и сел напротив.

– Хочешь, я сам этим займусь? Я знаю, как с ними разговаривать.

Марвин поколебался.

– Да ну? – недоверчиво проворчал он. – Правда возьмешься?

– Конечно. Что тебе нужно?

– Застраховаться для прыжка с парашютом.

Тейтум поперхнулся и отчаянно закашлялся. Горячий чай – отличная штука, только не в носу!

Марвин, скрестив руки на груди, сверлил его взглядом.

– С парашютом? – переспросил наконец Тейтум, все еще отфыркиваясь.

– Да, прыгаю через три дня, уже все оплатил. А теперь вдруг выясняется, что мой возраст их не устраивает! Видите ли, их страховка мой возраст не покрывает, и я должен застраховаться отдельно. Представляешь, наглость какая? Сущее вымогательство!

– Представляю, – ответил Тейтум, вытирая рот салфеткой. – Дед, ты не можешь прыгать с парашютом.

– Это еще почему, черт возьми?

– Потому что тебе восемьдесят семь.

– И что с того? Всего делов – выпрыгнуть из самолета! Земное притяжение, если ты не знал, на стариков и на молодых действует одинаково.

– При чем тут притяжение? У тебя же сердечный приступ будет.

– Не говори ерунды. У меня сердце как у быка.

– У тебя уже был сердечный приступ!

– Больше десяти лет назад? Что нас не убивает, Тейтум, то делает сильнее. Не так уж много времени мне осталось – самое большее, лет тридцать-сорок. Я хочу прыгнуть с парашютом, пока еще живой. Неужто я хочу слишком многого?

– Ну почему ты не можешь играть в бридж или ходить на рыбалку, как любой нормальный дед?

– Послушай, ты сказал, что поможешь мне. Так будешь звонить туда или нет?

– Конечно, нет.

Марвин в гневе вскочил и, чеканя шаг, вышел из кухни. Тейтум вздохнул. Если бабуля сейчас смотрит на них с небес – то-то, должно быть, помирает со смеху!

Он встал, взял с собой чай и пошел вслед за дедом в гостиную. Свирепый рыжий кот Веснушка сидел посреди комнаты, яростно хлестал себя хвостом по бокам и не сводил глаз с аквариума, где вокруг единственного украшения – пивной бутылки – невозмутимо плавала кругами одинокая золотая рыбка. Точнее, рыбк. Звали его Тимоти, и они с котом вели постоянный поединок характеров.

Несколько недель назад Тейтум проснулся среди ночи от страшного грохота, с пистолетом в руке вбежал в гостиную – и обнаружил посреди комнаты Веснушку, мокрого насквозь и в полном недоумении, а рядом – опрокинутый цветочный горшок. А в аквариуме, наполовину опустевшем, все так же бодро плавал Тимоти. С тех пор Веснушка регулярно кружил вокруг аквариума, пожирая его обитателя злобным взглядом. Ну а Тимоти… он вел себя так, как и положено аквариумной рыбке.

Хмурый Марвин сидел на диване. Тейтум понимал: если не разрешить конфликт немедленно, дед ввяжется во что-нибудь еще похуже прыжков с парашютом. А он сегодня улетает в Техас – и вовсе не хочет вернуться к свежей могиле. Нужно чем-то занять старика.

– Послушай, – начал он, плюхаясь на диван рядом с дедом. Чай у него в руках опасно всколыхнулся, но каким-то чудом в основном остался в чашке. – Я вечером улетаю в Техас. Хочу попросить тебя об одолжении.

– Ах, теперь тебе от меня что-то нужно?.. Что ж, Тейтум, я не в настроении тебе помогать.

– Ты ведь знаешь Зои Бентли? С которой я работаю?

Марвин покосился на него с явным любопытством.

– Знаю.

– Того парня, что на нее напал, так и не поймали. Ну, помнишь, того серийного убийцу…

– Рода Гловера. Помню, Тейтум. Маразма у меня пока нет.

– Теперь этот тип угрожает ее сестре. Возможно, даже следит за ней. И Зои боится оставлять сестру одну. Ты не сможешь… заглядывать к ней иногда, проверять, как она там?

– Хм. А почему полиция ничего не делает?

– Гловер исчез; о нем ни слуху ни духу уже больше месяца. Однако Зои допускает, что он рыскает где-то рядом. Пожалуйста, просто заходи к ней иногда. Так и ей самой, и ее сестре будет спокойнее.

– Еще бы! Ведь у меня есть пистолет.

Тейтум побелел.

– Э-э… нет, вот пистолет лучше оставить дома.

– И как ты себе это представляешь? Появляется маньяк – и что, я луплю его тростью по башке?

– У тебя же нет трости.

– Ты чертовски прав, Тейтум. Трости нет. А пистолет есть. Так что передай Зои: о ее сестре я позабочусь. Я всегда готов прийти на помощь ближнему, в отличие от некоторых!

Глава 6

Лежа на кровати, с ноутбуком на коленях, Зои снова и снова просматривала «погребальное» видео. На нижнюю половину, где Николь Медина надрывалась в крике и колотила кулаками по крышке своего гроба, она не смотрела. Чуть раньше, когда в комнату заглянула Андреа и спросила, что это за крики, Зои выключила звук.

Она не сводила глаз с мужчины в верхней части экрана. Неотрывно следила за его спокойными, неторопливыми, обыденными движениями. По крайней мере, такими они казались с первого взгляда. Приглядевшись внимательно, Зои заметила, что в какой-то момент его движения ускоряются, становятся торопливыми, возбужденными. И походка делается неуклюжей: так ходят мужчины, когда борются с внезапной и неуместной эрекцией. Он сексуально возбужден.

Еще одно свидетельство, что это не розыгрыш. Этот человек воплощает в жизнь свою фантазию. Что именно его возбуждает? Что он снимает все это на камеру и показывает миру? Крики и стук из-под земли? Или само закапывание ямы?

Пока рано судить.

В дверь постучала Андреа.

– Зои? Есть хочешь?

Еще бы не хотеть! Зои поставила видео на паузу, вновь, нахмурившись, взглянула на экран. В верхней его части мужчина разравнивал песок. В нижней – в беззвучном крике, с широко открытым ртом застыла Николь.

Зои захлопнула ноутбук и встала. Она действительно проголодалась: от запаха жареного мяса приятно заурчало в желудке. Андреа ждала за дверью – бледная, с потухшими глазами, и при виде ее Зои охватили сострадание и стыд. Уже очень давно она не видела сестру такой. Обычно Андреа была веселой, энергичной, полной жизни… теперь же ее угнетал и высасывал силы неизбывный страх.

– И что у нас на ужин? – с показной бодростью поинтересовалась Зои.

– Я сделала шницель с пюре.

– Шницель? Звучит очень по-европейски!

– Кажется, это австрийское блюдо, – ответила сестра и, повернувшись, побрела на кухню.

Зои последовала за ней и увидела на клетчатой красно-белой скатерти две тарелки, от которых поднимался пар. Почетное место на каждой занимал кусок мяса – по всей видимости, курицы, – обжаренный и вывалянный в сухарях, а рядом – горка пюре с маслом, украшенная декоративным зеленым листочком. На краю каждой тарелки лежал ломтик лимона. И выглядело, и пахло все очень аппетитно: рот у Зои сразу наполнился слюной.

Пока та садилась за стол, Андреа достала из холодильника две банки пива.

– Выдави лимон, – посоветовала она.

Так Зои и сделала. Затем отрезала кусочек шницеля и положила в рот. В хрустящей корочке чувствовался вкус сухарей, перца – и уюта. Курятина мягкая, нежная, отлично прожаренная: сущее наслаждение! И лимон удивительно к месту.

– Здорово, правда? – улыбнулась Андреа, и на миг Зои показалось, что перед ней прежняя сестренка, веселая и энергичная.

– Потрясающе!

– На самом деле ничего особенного. Просто куриная грудка в сухарях. Едва ли заслуживает звезды Мишлена.

– Но определенно заслужила звезду Зои!

– Ты просто проголодалась, – слегка порозовев, заметила Андреа и начала резать свой шницель.

– А почему ты дома? – отхлебнув пива, спросила Зои. – Разве сегодня вечером не работаешь?

Андреа пожала плечами, уткнувшись в тарелку.

– Меня уволили.

– Что?

– Сегодня позвонил Фрэнк. Сказал, что нашел кого-то мне на замену. – Как ни старалась сестра говорить беззаботно, ее голос срывался.

Фрэнком звали хозяина ресторана, где работала Андреа.

Переваривая эту новость, Зои поняла, что первая ее реакция – облегчение. Ночные смены в ресторане были для них с сестрой источником постоянных споров. Зои считала, что это большой и совершенно ненужный риск. Гловер может подстеречь Андреа на задворках ресторана, куда она выходит выбросить мусор. Или выяснить, каким маршрутом она возвращается домой, и схватить, едва девушка выйдет из такси. Или…

 

– И почему он тебя уволил? – спросила она наконец.

– А ты как думаешь? – с горечью ответила Андреа. – Сказал, что не может платить официантке, которая не готова отрабатывать три ночные смены в неделю.

– Милая, мне очень жаль, но…

Андреа бросила вилку на стол.

– Зои, я так больше не могу! Прошло уже больше месяца. И никто, нигде, ни разу его не видел! А агент Колдуэлл говорит…

– Агент Колдуэлл ошибается! – гневно выплюнула Зои. – Он не видит, что Гловер…

– Он говорит, что Гловер очень осторожен. Что он не рискнет вступить в прямой контакт.

– Колдуэлл ничего не понимает! Фантазия Гловера в том…

– Зои, мне плевать на его фантазии! Что, если он действительно лег на дно – и будет скрываться еще год, или два, или пять? Все это время я буду вот так жить?! – Слезы, которые она долго пыталась скрыть, покатились по щекам; одна слеза упала на шницель и впиталась в слой сухарей.

– Андреа! – Зои потянулась к сестре, но та отдернула руку.

– Ладно, забудь, – сказала она. – Работа все равно была хреновая.

Не зная, как утешить сестру, Зои молча вернулась к еде. Андреа утерла слезы и тоже принялась за шницель.

Через несколько минут тяжелого молчания Зои сказала:

– Звонил Тейтум. Не возражаешь, если, пока мы будем в Техасе, к тебе будет иногда заглядывать его дед? Он уже стар, и Тейтум говорит, что ему очень одиноко.

Андреа смерила ее проницательным взглядом. В отличие от Зои, она не унаследовала от матери длинного носа с горбинкой, но получила от отца те же пристальные зеленые глаза. Зои прямо встретила ее взгляд. Несколько секунд прошли в молчании; Зои не знала, поверила ли сестра ее невинному объяснению.

– Конечно, – ответила наконец Андреа. – Он милый, правда?

– Правда. И почти никого здесь не знает.

Это была уже откровенная ложь. За те полтора месяца, что Тейтум с дедом прожили в Дейле, Марвин успел завести себе компанию – в основном из людей намного моложе себя – и дважды устраивал в квартире внука шумные вечеринки, после которых соседи вызывали полицию, а квартиру приходилось долго приводить в порядок.

– Мне все равно нечем заняться. Собственного жилья нет, работы теперь тоже…

– Найдешь другую работу.

– Я устала, Зои. Страшно надоело бояться!

Зои молча кивнула: нежное, тающее во рту пюре вдруг утратило для нее вкус. Андреа всего этого не заслужила! В отличие от Зои, она всегда старалась держаться подальше от насилия. Не могла видеть, как кому-то делают больно – даже по телевизору. А теперь из-за того, что она – сестра Зои, в ее жизнь ворвался монстр…

– Как только вернусь, я все исправлю, – пообещала Зои, от души надеясь, что сумеет сдержать свое слово. – Манкузо обещала дать мне доступ к делу. Найду этого ублюдка Гловера и засажу его за решетку!

– А если нет?

– Что-нибудь придумаем. Обязательно. Обещаю.

Глава 7
Сан-Анджело, Техас, вторник, 6 сентября 2016 года

Едва они вышли из аэропорта, раскаленный воздух ударил Зои в лицо и на секунду прервал дыхание. В здании, где работали на полную мощность кондиционеры, было прохладно, и она думала, что погода снаружи не слишком отличается, – но как же ошиблась! Казалось, техасская жара за мгновение высушила кожу. Яркое солнце слепило глаза: прикрыв их ладонью, как щитком, Зои огляделась. Торопливо сняла черный пиджак, сложила и повесила себе на локоть. Солнечные очки остались дома. Собиралась она в спешке и поздно ночью, так что о ярком солнце как-то совсем не подумала. Придется купить новые.

– Наша машина должна быть там. – Тейтум показал в сторону стоянки. Выглядел он как типичный агент ФБР из сериалов – строгий черный костюм, большие черные очки, начищенные до блеска ботинки – и, похоже, совсем не страдал от жары. – Серебристый «Хёнде Эксент». Сказали, он припаркован с северного края стоянки.

Зои взглянула в ту же сторону. Стоянка в нескольких дюжинах ярдов. Как дойти туда по этому пеклу?

– У тебя воды не найдется? – сипло спросила она, вспомнив, что Тейтум покупал бутылку воды в аэропорту.

Порывшись в сумке, Грей извлек оттуда воду и передал Зои. На жаре пластиковая бутылка сразу начала запотевать. Бентли отвинтила крышку и, запрокинув голову, поднесла горлышко к губам.

– Если хочешь… – начал Тейтум – но Зои уже опрокинула в себя все одним глотком, – …допивай.

– Спасибо! – Она с наслаждением облизнула губы.

Солнце пекло нещадно; Зои, пробираясь между машинами, буквально чувствовала, как плавятся мозги. Размышлять о серийных убийцах в таком климате невозможно: все мысли только о том, что купить, чтобы выжить на этой жаре. Какую-нибудь панаму на голову. Большую бутылку воды. Легкую блузку и шорты. Портативную морозилку, чтобы в ней жить…

– Вот она!

Тейтум открыл машину. Зои поспешно нырнула туда, надеясь спастись от жары, но и в салоне оказалось жарко и душно.

Грей завел мотор, и из кондиционера ударил поток горячего воздуха; впрочем, вскоре он остыл и принес благословенную прохладу. Зои направила струю воздуха прямо себе в лицо, чувствуя, как к ней медленно возвращается способность мыслить. Интересно, как она должна ловить здесь убийцу – не выходя из комнаты с кондиционером?

Пока Тейтум искал в телефоне кратчайший путь к отделению полиции Сан-Анджело, Зои включила радио и крутила ручку настройки. Услышав «Begin Again» Тейлор Свифт, удовлетворенно откинулась на спинку сиденья, ожидая, когда Тейтум тронется с места.

– Так. – Он поднял глаза от телефона. – Мы же не будем это слушать?

– Будем.

– Зои, я так не могу!

– А придется. Давай, поезжай.

– Вот что я тебе скажу! – Тейтум просиял. – Давай выбирать музыку по очереди. В этот раз я решаю, что слушать, в следующий раз – ты.

– Ладно.

Грей подключил свой телефон к заряднику и немного в нем порылся.

– Что ж, мой выбор – «Дженезис».

– А мне нравится «Дженезис», – откликнулась Зои, довольная тем, что попытка Тейтума привить ей хороший музыкальный вкус провалилась. – В молодости у меня была кассета «Invisible Touch» – заслушала до дыр!

– Не сомневаюсь. Но я говорю о «Дженезис» до того, как оттуда ушел Питер Гэбриел и группа покатилась на дно. Этот альбом называется «Selling England by the Pound». Шедевр!

Он включил музыку и тронулся с места. Рокот автомобильного мотора сплелся с печальным голосом одинокого певца.

Прислушиваясь к музыке, Зои выглянула в окно. С одной стороны расстилалась бесконечная равнина, лишь кое-где тянулись к небесам одинокие деревья. Другую сторону дороги скрывали от взора заросли кактусов.

Мысли Зои обратились к Андреа. Чем-то сейчас занята сестренка? Еще спит? Она говорила, что с утра начнет искать новую работу. Бентли подавила укол тревоги при мысли о том, что Андреа будет разъезжать по Дейлу одна. Зои оставила ей ключи от машины, чтобы сестре не приходилось брать такси или ездить на автобусе.

– Похоже, тебе жара совсем не мешает, – заметила она, повернувшись к Тейтуму, чтобы отвлечься от невеселых мыслей.

– Я вырос в Аризоне.

Зои кивнула.

– А тебе нравилось в… – Она сообразила, что не помнит названия городка, где родился Тейтум.

– В Уикенберге? Пожалуй. Город очень маленький, все друг друга знают. У меня была одна и та же компания – трое лучших друзей – с детского сада и до выпускного класса. И темп жизни там совсем не такой, как в большом городе. После школы мы часами играли в футбол или просто болтали, пока родители или Марвин не загоняли меня домой.

– Марвин жил поблизости? – спросила Зои.

Тейтум улыбнулся.

– После смерти бабули поселился в соседнем доме. Они с папой обожали общаться через окна. Дома стояли чуть поодаль друг от друга, так что приходилось кричать. Соседи просто с ума сходили. «Эй, Марвин, зайдешь к нам посмотреть игру?» «Конечно, Толли, а что у вас на ужин?» «Марвин, ужин мы съели час назад!» «И меня не позвали?!» – Тейтум фыркнул. – И так, пока мама не захлопнет окно.

– Толли? – переспросила Зои.

– Толливер. Но все звали папу Толли… Послушай, великолепный проигрыш!

Зои не разделяла его восхищения «великолепным проигрышем». Ей вообще не нравилась музыка, в которой постоянно меняется стиль.

– А мои родители почти не кричали друг на друга, – сказала она. – Не хотели давать соседям пищу для сплетен. Если им случалось спорить, мама сначала проходила по дому, закрывала все окна, а потом уже начинала повышать голос.

– А у моих родителей громкие ссоры были любимым развлечением! По-моему, их обоих это только веселило. Что-то вроде сериала вживую.

Тейтум умолк и задумался, барабаня пальцами по рулю в такт музыке.

– А чем ты занималась, когда была маленькой? – спросил он несколько минут спустя. – До того, как начала ловить серийных убийц.

– В основном, читала. Все, что попадалось в руки. У нас в Мейнарде была хорошая библиотека, и несколько раз в неделю я отправлялась туда на велосипеде за новыми книгами.

– Так и думал, что ты была книжным червем!

– Ну нет, я вовсе не сидела на чердаке, обложившись горой книг, с утра до ночи! – возразила Зои. – У меня были друзья… точнее, одна подруга.

– ЛПН?

– Не знаю, что это значит.

Тейтум удивленно взглянул на нее.

– «Лучшая подруга навсегда»! Я думал, это все знают.

Зои пожала плечами.

– Ну, не очень-то навсегда – я с ней уже лет пять не общалась. Но в то время мы очень дружили. Постоянно ездили друг к другу в гости на велосипедах… Вообще, только сейчас осознаю, что с велосипедом я не расставалась. Хотя ни разу не садилась на него с тех пор, как уехала из Мейнарда.

– Я тоже всюду ездил на велике, – подхватил Тейтум. – Думая о детстве, первым делом вспоминаю, как давлю на педали, разгоняюсь все быстрее и быстрее… Каждый день я ездил в школу и обратно – и засекал время, ставил рекорды и сам себя побеждал. И с ребятами мы устраивали велосипедные гонки на шоссе. Или отправлялись на Черепашью Гору… Ну, не сказать, что это настоящая гора, но в то время этот холм казался нам огромным. Доезжали до вершины, а потом соревновались, кто быстрее спустится вниз.

– Просто чудо, что ты выжил!

Тейтум рассмеялся.

– С тех пор, как я переехал к Марвину, следили за мной не слишком усердно, это точно!

Зои попыталась представить, каким подростком был Тейтум. И вдруг поняла, что ей это действительно интересно – интересен этот человек.

– Что случилось с твоими родителями? – спросила она. Раньше они никогда об этом не говорили: Зои знала только, что Тейтума вырастил дед.

– Погибли в автокатастрофе, когда мне было двенадцать. В них врезался пьяный водитель.

– Мне очень жаль.

– Спасибо. Тот водитель тоже погиб – и, пожалуй, ему повезло. Иначе Марвин выследил бы его и прикончил. А так просто вырастил меня. По-моему, результат получился вполне пристойный.

– Более чем!

– Ты бы слышала, какие баталии вокруг времени возвращения домой разворачивались у нас в одиннадцатом классе! – Тейтум сверкнул улыбкой.

Они подъехали к городскому отделению полиции Сан-Анджело: громоздкому, довольно унылому на вид коричневому зданию. Тейтум притормозил и свернул на парковку.

– Ну что? – спросил он, выключая мотор. – Как тебе альбом?

– Нет припевов, нет ритма, и мне не нравится, когда солист начинает орать. Впрочем, вступление к первой песне звучит неплохо. Будь таким весь альбом, он бы мне понравился.

Грей скривил губы.

– Нужно послушать несколько раз, чтобы…

– Тейтум, этот раз был последним. И в следующей поездке музыку выбираю я. – Она вышла из машины и захлопнула за собой дверь.