Ключевые идеи книги: Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше. Стивен Пинкер

Tekst
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Ключевые идеи книги: Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше. Стивен Пинкер
Ключевые идеи книги: Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше. Стивен Пинкер
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 24,81  19,85 
Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше
Tekst
Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше
E-book
27,62 
Szczegóły
Ключевые идеи книги: Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше. Стивен Пинкер
Audio
Ключевые идеи книги: Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше. Стивен Пинкер
Audiobook
Czyta Татьяна Маерс
13,79 
Szczegóły
Audio
Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше
Audiobook
Czyta Стефан Барковский
27,62 
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Оригинальное название:

The Better Angels Of Our Nature: Why Violence Has Declined

Автор:

Steven Pinker

Тема:

Обязательное чтение

www.smartreading.ru

Введение

«Эта книга – о самом главном, что произошло в человеческой истории». Чтобы так начинать разговор, надо быть очень уверенным в фактах и сути, и Стивен Пинкер уверен. Действительно, самое важное, что с нами случилось за тысячелетия, – мы научились обуздывать насилие! Впервые в истории огромное большинство людей не живет в постоянном страхе. Понятие о правах человека распространяется на всех людей, а не на горсточку избранных.

Большинство читателей, как предвидит Пинкер, сразу же возмутятся: напротив, именно сейчас опасность как никогда велика. Две мировые войны продемонстрировали склонность человека к самоуничтожению, новейшие технологии дают ему в руки невиданное оружие, и наша гибель неотвра тима. Все, что мы наблюдаем вокруг – имущественное расслоение, терро ризм, гражданские войны, – знамение скорого конца.

Это восприятие действительности в значительной мере формируют СМИ. Новость об убийстве попадет в передовицу, а факт, что общее число убийств в этом году вновь снизилось, – едва ли. Достаточно 10 убийств в год на миллион человек, чтобы мы каждый день ужасались нескольким актам жестокости. Мы попадаем в одну из ментальных ловушек: когда мы лег ко можем привести пример какого то явления, это явление кажется нам известным и распространенным. Кроме того, близкое в пространстве или времени событие «весомее», чем события отдаленные.

Опровергнуть эти заблуждения можно лишь статистикой, что Пинкер блис тательно и проделывает, последовательно приводя данные и графики, свидетельствующие о постоянном, с самого начала истории, тренде – на снижение насилия.

Тем самым затрагивается вопрос о человеческой природе. Каковы источ ники заложенной в нас агрессии и какие человеческие качества («лучшие ангелы») способны им противостоять? Какие перемены происходили в об ществе, как развивающиеся навыки и знания способствовали распростра нению эмпатии и прогресса?

Эволюционная психология рассматривается здесь в совокупности с социаль ной психологией (институты и инфраструктуры), с философией и полити ческой историей. Для чего это менеджеру, специалисту или предпринима телю? Для того, чтобы понимать, на каких ценностях базируется развитие социума, и сохранять связь с ним, растить детей в соответствии с лучшими качествами человечества, строить отношения внутри и во вне организа ции, опираясь на историю человечества.

1. Паттерны истории: впереди катастрофа?

Чудовищное кровопролитие первой половины XX века и создание ядерного оружия побудило многих мыслителей, историков и простых обывателей ожидать в скором времени окончательной катастрофы человечества. Предстоят ли нам еще более жестокие войны и ядерный апокалипсис? Многие ответят на этот вопрос утвердительно, ссылаясь на:

• очевидный пример мировых войн, революций, геноцидов;

• доказательства агрессивной природы человека, которые мы наблюдаем повсеместно: междоусобицы в постколониальном мире, терроризм и т. д.;

• испорченность современного человека, не сдерживаемого верой и традицией;

• общую распущенность, рост преступности, грозящий войной «всех против всех»;

• «Фаустову сделку» – наука и технологии снабдили нас разрушительным оружием;

• философские представления о циклах развития и конце цивилизации.

На основании циклической теории интенсификацию войн предсказывал в 1950-х Тойнби.

С другой стороны, вторая половина ХХ века – беспрецедентно долгий период избегания войн между великими державами и развитыми странами, а именно такие войны были наиболее разрушительными.

Периоду после 1945 года историк Джон Гэддис дал название «Долгий мир».

Является ли это временной передышкой, или мы можем объяснить причинно-следственные связи, приведшие к Долгому миру, и надеяться на его прочность? Продолжительность мира сама по себе не так уж обнадеживает: сторонники теории циклов полагают даже, что чем дольше отсрочка, тем страшнее будет сама катастрофа.

Оптимистов сравнивают с индюшкой, которая накануне Рождества радуется взаимопониманию с людьми.

Главный вопрос – о паттернах истории: в самом ли деле наблюдается эскалация насилия? Существуют ли циклы, в которых периоды разрядки сменяются ожесточением насилия?

При сравнении ХХ века с прошлым неверное представление могут вызвать три фактора:

1) Пропорции. Если прежние войны уносили меньше жизней, то в пропорции к тогдашнему населению Земли – больше.

2) Историческая близорукость. Мы гораздо лучше помним недавние события.

Из 21 страшнейшей массовой бойни 14 случилось до ХХ века – в абсолютных цифрах, а в перечете на проценты от населения Земли из событий ХХ века только Вторая мировая попадает в «черную десятку». На первом месте – мятеж Ан Лушаня в VIII веке, уничтоживший 2/3 населения Китая (шестую часть населения Земли).

3) Неверная оценка рисков. Согласно теории Тверски – Канемана, люди оценивают вероятность события не статистически, а вспоминая доступные примеры.

Существенную роль в формировании искаженного восприятия играют СМИ, подробно описывающие садистские убийства, теракты, стычки вялотекущей гражданской войны. Газеты и телевизор при этом не сообщают изо дня в день о снижении преступности или о том, что в таком-то регионе Африки уже 29 лет нет гражданской войны. Возникает ощущение, что мы живем «среди насилия».

При выстраивании паттернов особенно важно сравнение с XIX веком: многие авторы апокалиптических сценариев утверждают, что если циклов и не существует и даже если прослеживается многовековая тенденция к снижению насилия, в ХХ веке произошел перелом к худшему:

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?