3 książki za 35 oszczędź od 50%

Мне бы в небо

Tekst
27
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Мне бы в небо
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 1

– Добро пожаловать в Максвелл. На ближайшие несколько лет для большинства из вас эта база станет домом, – парень в темно-серой военной форме стоял на плацу перед строем высоких крепко сложенных новобранцев и придирчиво их осматривал с высоты своего роста, который был никак не меньше двух метров. Его слегка отросшие темно-русые волосы и аккуратно подстриженная короткая борода бликовали в лучах недавно взошедшего над военной авиабазой солнца, а строгие глаза были прищурены, пока он скользил взглядом по своим будущим курсантам. Несмотря на довольно строгий вид и профессиональную выправку, ему можно было дать не больше двадцати пяти лет.

Сложив руки на груди, отчего и так плотно сидящая на нем рубашка с погонами и лычками военного летчика, застегнутая практически на все пуговицы кроме последней, натянулась еще больше, обрисовывая рельеф мышц, парень продолжил свою приветственную речь, которая была направлена больше на то, чтобы показать всю серьезность, с которой он относится к своему делу, нежели, чтобы объяснить им, что их ждет в дальнейшем.

– Некоторые из вас после обучения станут первоклассными летчиками-истребителями, штурмовиками, разведчиками. Другие – пилотами заправщиков и транспортниками. Третьи же всю жизнь будут вспоминать это время как страшный сон, сидя на скучной работе в офисе. И их, к сожалению, будет больше чем первых и вторых.

Он двинулся широким уверенным шагом вдоль шеренги солдат, рядом с каждым из которых на земле стояла большая сумка с личными вещами.

– Меня зовут Александр Райт, капитан Александр Райт. С вами же я познакомлюсь в процессе обучения. И предупреждаю сразу, поблажек от меня не ждите.

Капитан остановился в самом конце, где с ноги на ногу в волнении переминалась хрупкая девушка с большими серыми глазами, слегка вздернутым носиком и россыпью веснушек на лице. Ее рыжие кудрявые волосы, большой копной лежавшие на спине и развевавшиеся под легкими порывами ветра, доставали до самого пояса камуфляжных брюк, в которые была заправлена белая футболка с коротким рукавом. Девушка едва ли доставала макушкой капитану до плеча и выглядела здесь совершенно неуместно.

– А ты что здесь забыла, куколка? – он окинул ее скептическим взглядом и вытянул в сторону руку, в которую его помощник тут же вложил планшет.

Девушка подобралась и, не скрывая язвительности в голосе, ответила:

– То же, что и все остальные, капитан. Я хочу летать и служить на благо своей страны.

– Имя.

– Жизель Фостер, сэр.

Капитан листал список новобранцев и даже не взглянул на нее.

– Фостер, Фостер… Знаменитый летчик-испытатель Альфред Фостер случайно не родственник?

– Никак нет, сэр, – ее сцепленные за спиной в замок руки сжались так, что побелели костяшки пальцев.

– Мне не сообщали, что в этом наборе будут девушки.

– Меня зачислили в последний момент, сэр.

– Почему не со всеми?

До этого бодрый голос слегка поник, но девушка все-таки ответила:

– Курс был укомплектован. Но один из парней слег с какой-то серьезной болезнью, и меня взяли на его место.

– То есть ты не дотянула до нижней границы на экзамене, чтобы самостоятельно попасть в набор? – Александр бросил на Жизель насмешливый взгляд, и она тут же ощетинилась.

– Я ее перешла и ушла далеко вперед. С одним из лучших результатов. Но кого это волнует, когда сюда предпочитают брать парней со средним результатом, нежели девушек с более высокими показателями. Либо берут своих по протекции.

Девушка зло стрельнула глазками вдоль шеренги, где через пару человек от нее стояла, ухмыляясь друг другу, четверка разномастных парней.

Капитан хмыкнул и наконец посмотрел на нее в упор.

– Бойкая. Что ж, это интересно, – он на секунду задумался, а потом как ни в чем не бывало продолжил свои вопросы: – Почему ВВС? Тебе бы больше подошла гражданская авиация.

– Вам не кажется, что вы слишком рано делаете выводы, сэр? – Жизель сделала презрительное ударение на последнем слове.

Капитан прищурился, как будто оценивая ее, но промолчал. Развернувшись на каблуках, он занял свое прежнее место перед строем и продолжил:

– График на ближайший месяц. Подъем в шесть утра. В шесть пятнадцать зарядка. Семь тридцать – завтрак. Теоретические занятия начинаются в восемь ноль ноль и заканчиваются в шестнадцать часов с перерывом на обед с часу до двух. В семнадцать ноль ноль ужин. Девятнадцать ноль ноль – вечерняя тренировка. С восьми часов вечера и до отбоя в десять – свободное время, которое я бы советовал посвятить изучению материала. Увольнительные в город раз в неделю. Но вы должны сразу усвоить, что это ваша награда за успехи и дисциплину. Малейшая провинность или неуспеваемость, и вы будете ее лишены. Вопросы?

Из строя раздался растягивающий слова голос, звучавший так, как будто парню было лень говорить. Он словно делал одолжение всем присутствующим на плацу:

– Когда нас допустят к полетам?

Капитан Райт слегка скривил губы в ехидной усмешке:

– При обращении ко мне вы должны использовать слова «сэр» или «капитан». Что касается вашего вопроса, через месяц я проведу свой личный экзамен и решу, кто из вас пойдет дальше и будет допущен для начала к симуляторам, а кто покинет мою роту. Реальные полеты начнутся не раньше чем через три месяца. И дослужатся до них не все.

Капитан обвел курсантов хмурым взглядом, уже сейчас почти со стопроцентной уверенностью определяя для себя, с кем он расстанется через месяц. И снова остановил свой взгляд на единственной девушке, которая вряд ли продержится здесь долго. С ее бойким язычком она едва ли выживет в армии. Тем более в чисто мужском коллективе, который будет каждый день испытывать ее на прочность. В итоге она либо сломается и уйдет сама, либо сорвется, нарушая дисциплину, за что ему лично придется ее отчислить.

Был еще третий вариант, о котором капитану совсем не хотелось думать. За время его работы несколько парней и девушек, не выдержавших нагрузки и конкуренции, пришлось доставать из петли.

– Если вопросов больше нет, забирайте свои вещи и отправляйтесь в кубрики.

 * * *

Дойдя до расположения, Жизель заняла одну из двух последних комнат, рассчитанных на троих жильцов, и посчитала чистым везением и хорошим знаком, что ей не придется делить ее с каким-нибудь парнем. Это было бы настоящим испытанием для нее.

Будучи единственным ребенком в семье, она с самого детства привыкла быть одна. И делить комнату с кем-то совершенно не хотелось. Хотя нельзя было сказать, что жить в мужской компании было бы для нее чем-то новым, если вспомнить последние четыре года.

Комната была абсолютно крошечная. В нее едва ли вмещалось три узких кровати с маленькой тумбочкой у изголовья каждой из них, большой платяной шкаф, один на всех жильцов, и маленький письменный стол с жестким деревянным стулом, стоящий под окном.

Кинув спортивную сумку на дальнюю кровать, Жизель подошла к окну и выглянула на улицу, расплываясь в довольной улыбке. Кажется, это будет ее любимое место во всей комнате. Она уже представляла себе, как забравшись с ногами на широкий подоконник, будет читать свои конспекты или книги по авиации и время от времени кидать взгляды на взлетную полосу, которую едва ли можно было различить на таком большом расстоянии. Но она точно знала, что все равно сможет рассмотреть взлетающие в небо истребители.

Отдернув шторы, позволяя высоко стоящему солнцу проникать в комнату, девушка вернулась к своей сумке и начала раскладывать вещи, которых было совсем немного. Спортивный костюм, двое джинсов, несколько футболок и клетчатых рубашек, одно единственное платье, кеды, нижнее белье и банные принадлежности. Пожалуй, это и все. Но больше ей и не понадобится. Все равно большую часть времени она будет носить форму, которую ей выдали здесь.

Жизель настолько устала, добираясь до базы всю ночь на машине через несколько штатов, что сама не заметила, как уснула, опустившись на кровать с жестким матрасом, даже не заправив постельное белье, всего на пару минут, чтобы перевести дух.

* * *

Ее разбудил громкий звон общего будильника, пронесшийся через всю казарму ровно в шесть утра. С детства привыкшая к жизни по графику и ранним подъемам, Жизель без промедления встала, чувствуя себя наконец-то отдохнувшей, и, схватив несессер со всем необходимым и маленькое полотенце, вышла из комнаты, направляясь по длинному, слабо освещенному коридору в общую душевую, которая пока еще была пуста. Парни явно все еще не могли вытащить себя из кроватей.

Уже вытирая посвежевшее от холодной воды лицо полотенцем, она услышала гомон приближающихся парней и успела выскочить из душевой за секунду до того, как они вошли, пихаясь локтями, чтобы побыстрее занять пятнадцать умывальников, расположенных в ряд на кафельной стене.

Добравшись до своей комнаты, Жизель быстро натянула на себя черные форменные шорты и серую футболку и, завязав волосы в высокий хвост и схватив подмышку каремат, отправилась на зарядку.

В рассветных сумерках капитан Райт, свежий и бодрый, стоял посреди плаца, скрестив руки на груди, в ожидании, пока все соберутся.

– Шевелимся, девочки! Я не буду ждать вас вечно!

Семьдесят новобранцев выстроились перед ним в несколько рядов, расстелив карематы рядом с собой, и Жизель к своему неудовольствию поняла, что оказалась рядом с тем неприятным блондином, который спрашивал вчера о полетах, а его друзья окружили ее с трех других сторон.

Она обратила на них внимание еще на вступительных экзаменах, которые сдавала несколько месяцев назад, специально приезжая сюда из Колорадо-Спрингс. Тогда они вели себя ровно точно так же, высокомерно и заносчиво, как будто весь мир принадлежит им, и, казалось, совсем не сомневались в результатах своего тестирования. В отличие от нее, больше всего на свете мечтавшей поступить сюда и трясущейся как банный лист от накрывавших ее нервных переживаний. Потому что несмотря на свою усиленную подготовку в течение последних нескольких лет, девушка совсем не была уверена, что дотянет до нужного уровня. Впрочем, сомневаться в себе и своих силах было одной из черт ее характера, наряду с завидным упрямством и сумасшедшим жизнелюбием, которые с лихвой компенсировали неуверенность в себе.

 

Солнце медленно вставало из-за многочисленных построек, а капитан уже во всю раздавал указания. Под его громкий счет весь плац пришел в движение.

Они разминали руки и ноги, шею и поясницу. Вся рота сонно молчала, пытаясь разогреться и взбодриться, иногда поеживаясь от утренней прохлады уже начинающейся осени, которая все никак не могла отвоевать свое место у только что закончившегося, но пока так и не желающего уходить лета. И только, казалось, окружившей Жизель четверке было все нипочем. Девушка в очередной раз почувствовала приступ неприязни, когда наклонилась вперед и услышала свист позади себя:

– Отличный зад, детка!

Жизель сделала вид, что не обратила внимание на возглас темнокожего парня. Только сильнее сжала кулаки.

Вокруг послышались сдержанные смешки.

– Отставить разговоры! – громкий голос капитана рокотом прокатился в рассветной тишине. – Минута берпи. По моему счету. Раз!

Жизель присела на корточки, опуская руки ладонями на коврик перед собой. Остальные курсанты вокруг нее сделали то же самое.

– Два!

Девушка, опираясь на руки, в прыжке выкинула ноги назад и встала в планку.

– Три!

Все семьдесят человек одновременно опустились грудью на каремат и снова поднялись на выпрямленных руках.

– Четыре! Пять! Шесть!

Еще одним прыжком подтянули ноги к себе, снова приседая на корточки, резко выпрыгнули вверх, хлопая ладонями над головой, и опустились обратно в присядь.

Капитан продолжил считать, постепенно ускоряя темп.

– Раз!

– Два!

– Три!

– Четыре! Пять! Шесть!

Жизель слышала, как по бокам от нее начинают тяжело дышать парни. Они были больше и тяжелее нее, да и явно не такие выносливые, поэтому упражнение давалось им сложнее.

– Раз! Два! Три! Четыре! Пять! Шесть!

На очередном прыжке она почувствовала, как находящийся по правую руку от нее парень с испанской внешностью, падая, пихнул ее, и девушка, не удержав равновесие, полетела прямиком на заносчивого блондина, а через секунду уже лежала на нем сверху.

– Ну привет, детка. Я, конечно, знал, что красавчик, но не думал, что ты кинешься на меня вот так вот сразу, да еще и при всех, – парень хитро улыбался, обхватив ее руками и не давая девушке подняться на ноги.

– Отпусти меня, придурок! – зашипела она, пытаясь вырваться.

– Что здесь происходит? – капитан грозно взирал сверху вниз на лежащую на земле парочку, отбрасывая на них длинную тень.

Жизель снова пихнула парня под собой и, когда тот все-таки разжал руки, тут же поднялась и отскочила в сторону:

– Я просто упала, сэр.

– Слишком быстро для тебя, Фостер?

– Никак нет! Это случайность, – она потупила взгляд, отвечая скорее своим кедам, чем стоящему перед ней капитану.

– Еще одна такая случайность, и ты будешь бежать дополнительный круг.

Интересно, как это у него получалось, заставлять ее бояться его, даже когда парень говорил спокойным, тихим, но одновременно с тем насмешливым голосом.

– Есть, сэр!

– Построились друг за другом! Десять кругов вокруг плаца! – капитан отвернулся, возвращаясь на свое место в центре, а Жизель почувствовала на себе взгляд расплывшегося в довольной улыбке блондина.

– Я, кстати, Винсент. Винсент Хендерсон.

– Да пошел ты! – у Жизель внутри все кипело от злости. Мало того, что он подставил ее, обратив на нее недовольство капитана, так еще и облапал.

«Выдыхай, Жизель. Ты знаешь, зачем ты здесь. Ты докажешь своему отцу, что и сама чего-то стоишь. И никто не помешает тебе стать летчиком», – она мысленно повторяла это себе как мантру, пока ее кеды отбивали мерный ритм по асфальту.

А через десять минут закончив пробежку, пока парни вяло собирали карематы, Жизель быстро схватила свой, скручивая его на ходу, и так же бегом направилась в расположение с намерением принять душ раньше остальных и, желательно, успеть сделать это до того, как парни завалятся в душевую.

Забежав в свой кубрик и быстро похватав все необходимое, она маленьким смерчем пронеслась обратно по коридору и заскочила в одну из кабинок, захлопывая за собой дверь. Меньше тридцати секунд ей понадобилось на то, чтобы раздеться и включить воду, с удовольствием подставляя свое тело под горячие капли. Она замерла, наслаждаясь приятными ощущениями и тем, как расслабляются под водой ее мышцы, но спохватившись, спешно начала намыливать шампунем длинные волосы, распространяя по всему помещению запах цитрусов и мяты.

Через пару минут душевая наполнилась веселым гомоном и смехом десятков парней. И, выключая воду, Жизель застонала от досады, что все-таки не успела покинуть этот рассадник тестостерона. Кажется, придется свыкнуться с тем, что как бы она ни торопилась, утренний душ она будет принимать при них.

Девушка обтерлась полотенцем, завязывая его как тюрбан на голове, натянула на все еще влажное тело спортивный костюм и вышла из кабинки под всеобщее улюлюканье.

– Воу-воу-воу! Вы только посмотрите на эту индийскую принцесску.

Винсент в одном полотенце, повязанном на бедрах, возник прямо перед ней, преграждая выход и поигрывая мышцами. По бокам от него стояли его дружки: Хорхе Мартинес, Гарет Лонг и Кори Прайс. Душевая содрогнулась дружным мужским хохотом.

– Спешишь куда-то?

– Не хочу смущать вас своим присутствием, – ей совсем не нравился напор, с которым они насели на нее в первый же день, но Жизель старалась казаться равнодушной.

– О, нас этим явно не смутишь, – ей подмигнул Хорхе, тот самый парень, который толкнул ее во время упражнения.

– Как насчет того, чтобы составить мне здесь компанию вечером? – Винсент нахально улыбался. – Отметим первый учебный день.

– Боюсь, меня совершенно не заинтересовало это предложение. А вот они, – она указала пальчиком на троих маячивших рядом парней, – точно согласятся. Думаю, ты и без меня отлично проведешь время со своими мальчиками. Главное, не увлекайтесь.

И Жизель, гордо вздернув носик, прошла мимо, толкая входную дверь.

– О, поиграем в недотрогу? Ну что ж, посмотрим, кто кого, – крикнул Винсент ей вслед и обернулся к друзьям. – К концу месяца она окажется в моей постели.

– Это вряд ли, – коренастый смуглый парень, улыбаясь, похлопал его по плечу. – Не по зубам тебе малютка, Винс.

– Это мы еще посмотрим, Прайс… Посмотрим…

* * *

Жизель, полыхая гневом, ворвалась в свою комнату и захлопнула дверь.

– Да как он..!

Нет, она, конечно, ожидала чего-то подобного. Но в первый же день?

– Да, Жизель, вот тебе и взрослая жизнь. Большие мальчики не теряют время. А такие богатенькие папенькины сынки как Винсент еще и привыкли к тому, что каждая приползет к нему, стоит только поманить пальцем.

Девушка запуталась в штанинах, переодеваясь в форму, и упала на пол.

– Да чтоб тебя! Спокойно, девочка, в баре справлялась и здесь справишься. Не позволяй им вывести себя из равновесия!

К концу дня Жизель казалось, что Винсент и его ребята вознамерились сделать ее жизнь здесь невыносимой. Они оказывались рядом, куда бы она ни пошла, садились позади нее на лекциях, постоянно окликая и мешая слушать преподавателей. В столовой и так по своей природе неуклюжая девушка из-за этой четверки перевернула поднос с едой, оставшись без обеда.

Она делала вид, что ей все равно, что ее это совершенно не трогает, но иногда все-таки огрызалась, не сумев совладать с эмоциями. В итоге в начале девятого, после вечерней тренировки, она завалилась в свою комнату совершенно обессиленная и, даже не приняв душ, тут же рухнула на кровать, проваливаясь в глубокий сон.

Глава 2

Первая неделя в Максвелл подходила к концу, и Жизель в нетерпении ждала субботы, когда она наконец сможет выбраться в город и встретиться с друзьями. Здесь жили их родители, и ребята часто наведывались сюда, хотя большую часть времени проводили в Колорадо-Спрингс. Сегодня они обещали показать ей бар, облюбованный пилотами, в котором и сами нередко зависали.

После утренней пробежки весь день девушка провела в своей комнате, подбивая небольшие хвосты по учебе, а после ужина, натянув красное в белый горох платье с развивающейся короткой юбкой и белые кеды, Жизель прыгнула за руль своего старенького черного мустанга, на который накопила еще учась в школе, и выехала с базы.

Прогнав по пустынной трассе около тридцати километров, девушка въехала в город Монтгомери, где на окраине и располагался бар с громким названием «Золотые крылья» и соответствующей вывеской прямо над входом. Припарковавшись на небольшой площадке, уже наполовину заставленной машинами, и зайдя в полутемное помещение с приглушенной тяжелой музыкой, Жизель осмотрелась.

Место было и правда колоритное. Стены, обитые деревом, такие же деревянные подпорки до самого потолка, расчерченного балками, столы из пивных бочек по центру, мягкие темно-красные кабинки вдоль стен, несколько бильярдных столов, на которых играли разномастные компании. Все стены были увешаны шарфами, значками и табличками, а также старыми и современными фотографиями летчиков и разнообразных самолетов.

– Жизель!

Она обернулась на крик и за столиком у дальней стены заметила двух своих лучших друзей, к которым и бросилась, огибая слоняющийся по бару народ.

– Ну наконец-то, Фостер! – ее подхватили огромные ручищи, подняли над полом и закружили.

Девушка, смеясь, расцеловала громилу в щеки, и Маркус нехотя опустил ее на пол.

– Привет, хохотушка, – второй парень, Стивен, поднимаясь с места, обнял ее и поцеловал в макушку.

Довольная Жизель плюхнулась на диванчик рядом с ним, только теперь замечая еще одного парня за их столом, и тут же смущенно потупила взгляд.

– Здравствуй, Фостер.

– Капитан, – она слегка кивнула столу.

– Ладно, парни. Рад был вас видеть, но мне пора, – капитан Райт поднялся и, похлопав парней по плечам, скрылся в толпе.

– Вы что, знаете его? – произнесла Жизель заговорщическим шепотом и наклонилась ближе к друзьям.

– Конечно, знаем. Мы вместе учились, служили, летали, пока он не перевелся сюда около трех лет назад, – ответил ей Маркус.

– А пару раз мне даже пришлось вытаскивать ваши задницы из крупных неприятностей, – Стивен подмигнул расхохотавшемуся брату.

– О да! Классные были времена!

– И… и как он? – Жизель неуверенно поерзала на стуле, и Маркус поднял на нее удивленный взгляд.

– Что значит «как он»?

– Малявка, ты что, запала на него?

– Ты с ума сошел? – девушка возмущенно пихнула Стивена в плечо. – Он мой капитан и жутко меня раздражает.

И Жизель рассказала об их первой встрече на плацу.

– Да ладно тебе, – Маркус снисходительно погладил ее по лежащей на столе руке. – Алекс никогда не делает поспешных выводов. Видимо, в тот день он был просто не в духе.

– Но он цепляется ко мне!

Капитан и правда требовал от нее больше, чем от большинства других курсантов, иногда разочарованно качая головой, когда девушка в чем-то ошибалась. Со стороны могло показаться, что он предвзят к ней и намеренно издевается.

– Он дотошен и, как ты выразилась, цепляется только к тем, кого считает способным. Видимо, ты проявила себя. Алекс болеет своей работой и самолетами. Он не будет тратить время на неудачников. Так что, держись, Жизель. Он тебя еще погоняет.

– Ну спасибо, Стив, утешил.

– Как вообще прошла первая неделя?

Весь вечер они весело проболтали, обсуждая учебу Жизель, работу парней, их боевые вылеты и различные забавные ситуации, произошедшие за время обучения и службы. О надоедливом Винсенте и его компании упоминать она не стала, зная, что ребята тут же побросают все и отправятся вытрясать из них дурь, чтобы те больше не лезли к ней.

Спустя несколько часов девушка возвращалась на базу отдохнувшая и воспрявшая духом, с явным намерением не сдаваться и достичь поставленной перед собой еще много лет назад цели.

С этими двумя Жизель познакомилась лет в четырнадцать и, хоть они и были на восемь лет старше нее, не представляла себе жизни без братьев. Маркус и Стив Бейкеры были двойняшками, совершенно непохожими как внешне, так и по характеру.

Громила Маркус родился на несколько минут позже брата, был взбалмошным, смешливым и рисковым парнем, тело которого было сплошь покрыто татуировками. Именно из-за него они вместе чаще всего влипали в разные ситуации.

 

Стройный и подтянутый Стивен, как старший брат, был более спокойным и ответственным, зачастую ворча на Маркуса и Жизель, когда они совершали какие-либо глупости.

Ребята всегда поддерживали ее в любых начинаниях, которые только могли прийти в голову их маленькой подружке. Именно они были рядом, когда девушка решила поступать в летное, а вся ее семья и даже отец, самый близкий и родной человек, отвернулись от нее из-за страсти к самолетам и небу.

Мать пришла в ужас от одного упоминания ВВС и старалась в качестве альтернативы предложить ей работу стюардессы. Отец же… О нем девушке думать совсем не хотелось.

* * *

Сентябрь пролетел незаметно. Жизель быстро втянулась в учебу, много времени посвящая военному делу и физической подготовке. Из-за своей врожденной неуклюжести на тренировках ей было сложно, хотя девушка, сколько себя помнила, всегда занималась спортом и была в отличной форме.

Но армия это не гражданская жизнь, где ты пришел в спортзал, отзанимался в комфортном для тебя темпе и ушел по своим делам. Здесь все было гораздо сложнее и даже суровее. Но, казалось, за последние четыре года она научилась адаптироваться к любым условиям.

Капитан Райт гонял их, не жалея. Он заставлял их проходить полосу препятствий в полном боевом обмундировании под все еще горячим солнцем, а мог поднять всю роту среди ночи, выгоняя семьдесят человек на плац и заставляя отжиматься в лужах под срывающимися с приходом октября ливнями.

Жизель приползала в свой кубрик промокшая до нитки, а сил хватало только на то, чтобы стащить с себя грязную одежду и рухнуть в кровать. Наутро же она вставала измотанная и разбитая.

В такие дни она особенно остро реагировала как на подкаты Винсента, который то издевался над ней, пока никто не видел, то наоборот был подозрительно мил и обходителен, так и на придирки капитана. Девушка огрызалась, из-за чего ее один раз даже лишили увольнительной.

– Еще одно слово, Фостер, и я выкину тебя отсюда несмотря на твои успехи, – голос капитана был спокоен, а глаза прищурены. – Это армия, куколка. Здесь беспрекословно подчиняются приказам своих командиров. Если ты не в состоянии совладать со своими эмоциями и засунуть желание язвить в задницу, то вылетишь сразу после моего экзамена.

Жизель только и оставалось, что замолчать и сжимать кулаки от злости.

– Это ясно?

– Да, сэр.

* * *

За несколько дней до промежуточного экзамена все семьдесят курсантов как с цепи сорвались. Даже самые тихие и дисциплинированные парни не гнушались различными подставами, ведь каждый из них прекрасно понимал, что дальше пройдут не все. Каждые несколько минут в коридорах учебных классов или в казармах происходили стычки, но офицерский состав упорно закрывал на все это глаза, даже когда несколько человек попали в лазарет с легкими травмами.

Жизель с ужасом ждала, когда же придет ее очередь, ведь в общем рейтинге, который был вывешен на доске объявлений и обновлялся каждые два дня, она была одной из первых.

Только Винсент ходил по базе совершенно спокойно в компании своих друзей. Весь его вид говорил о том, что парень ни секунды не сомневается, что их четверка попадет на следующий этап обучения.

В этот день на вечерней тренировке, затянувшейся практически до самого отбоя, они отрабатывали стрельбу по мишеням в тире. И спустя несколько минут после первых выстрелов Жизель наконец-то смогла чуть-чуть расслабиться. Она стояла, отгороженная от других двумя перегородками, с большими наушниками на голове, хоть немного заглушающими громкие звуки, перекинув толстую рыжую косу через плечо, и держала двумя руками пистолет, чувствуя себя уже гораздо спокойнее.

Звук выстрелов не затихал. Капитан прохаживался вдоль кабинок, контролируя их группу из двадцати человек, и время от времени выборочно проверял мишени.

Парень задумчиво остановился у кабинки Жизель, дожидаясь, пока она истратит все патроны в обойме, и нажал на кнопку. Мишень поползла к ним.

– Неплохо. Но можно лучше.

– Спасибо, сэр, – тихо произнесла Жизель сквозь зубы, натягивая наушники обратно на голову. Все ее выстрелы поразили либо центр, либо следующий после него круг. Другие же курсанты не могли попасть даже в третий. И это «неплохо» было как минимум не справедливо.

Капитан двинулся дальше.

– Что, принцесска, Алекс не оценил твоих стараний? – Винсент возник за ее плечом так внезапно, что девушка подскочила и промахнулась мимо мишени.

Парень стоял в ее кабинке, засунув руки в карманы камуфляжных брюк, привалившись боком к перегородке, и нагло ухмылялся.

– Главное, что твои оценивает, – она отвернулась, перезарядила магазин и продолжила стрелять.

– Мне нет дела до его одобрения.

– Конечно, ведь ты и так уже попал на следующий этап, – Жизель слегка прищурилась, не отрывая взгляда от мишени своего пистолета, удобно лежащего в вытянутой руке. – Папочка за тебя постарался. Можно вообще не напрягаться.

– Только скажи, принцесска, он и за тебя постарается, – подойдя к ней чуть ближе, парень провел рукой по ее спине, опуская ладонь на бедро Жизель. – За определенную плату.

Девушка медленно развернулась, скидывая его руку, и уперла горячее дуло пистолета под подбородок Винсента, который зашипел от боли и в страхе отшатнулся, но наткнулся спиной на перегородку между кабинками. Его глаза в панике бегали по сторонам.

– Что, уже не такой смелый? Не смей. Прикасаться. Ко мне, – прошипела Жизель и опустила пистолет, ставя его на предохранитель и откладывая на стол. Она не успела и шагу сделать, как по тиру пронесся громоподобный бас.

– Фостер, ты совсем сдурела? – капитан скалой навис над маленькой девушкой. – Что это было?

Жизель отвела взгляд в сторону и слегка съежилась:

– Ничего. Нервы немного сдали, сэр.

– Ах, нервы сдали? Сейчас я их успокою, – и, не сводя с нее метающий молнии взгляд, он продолжил, заглушая выстрелы: – Всем закончить стрелять и разойтись по кубрикам! Фостер, за мной.

Все новобранцы сдали оружие, и толпа двинулась на выход. Жизель, едва поспевая, неслась в потоке вслед за широко шагающим капитаном, с ужасом думая о том, что ее сейчас может ждать.

* * *

Капитан шел вперед, сжимая и разжимая кулаки. Девчонка с каждым днем выводила его из себя все больше и больше. Маленькая заноза в заднице. Не вытащить. Тогда, первый раз увидев ее на плацу, он был уверен, что меньше чем через месяц она сложит свои вещи и уедет домой. Но с каждым днем все больше убеждался, что ошибся. Его в кои-то веки подвело чутье.

Жизель оказалась способной, целеустремленной, с достоинством переносящей все тяготы армии в целом и жизни в мужском коллективе в частности.

Еще никогда он не видел в курсантах такого стремления. И как бы он ни осаживал ее, как бы ни нагружал заданиями, девушка, сжав зубы, шла вперед. Капитан видел, что компания ребят не дает ей прохода, и помимо учебы и тренировок, девушке приходится еще и отражать их атаки. Но он предпочитал не вмешиваться. Пусть. Это только закалит ее характер. Главное, чтобы парни не перегнули палку.

Ему было интересно наблюдать за их противостоянием со стороны. Маленькая хрупкая Жизель, чья жизнь, по всей видимости, никогда не была простой. Девушка, которой приходилось самой прогрызать путь наверх, к своей мечте. Девушка, которую все ошибочно воспринимали пустоголовой куклой. Да и что скрывать, еще совсем недавно Алекс думал о ней точно так же.

И высокий Винсент, сын известного отца, большого чиновника, который с самого детства катался как сыр в масле и ни в чем никогда не нуждался. Парень, который несмотря на все старания отца вырастить из него хорошего человека, мужчину, стал шалопаем и приличным мерзавцем.

Капитан презирал таких людей. Тех, кто сам из себя ничего не представляя, кичится богатством и успехом своих родителей. Тех, кто думает, что им все позволено и сойдет с рук. Алекс лично знал его отца и все никак не мог взять в толк, как этот честный, порядочный и уважаемый человек вырастил такую беспринципную сволочь. Перелюбил, избаловал.

Думая об этом, парень каждый раз мысленно благодарил своего отца, военного летчика, за то, что тот с детства держал его в ежовых рукавицах, не давая расслабиться ни на минуту, наказывая за любую провинность или недостойное поведение. Но в то же время Александр всегда знал, что его любят и поддержат. И он поставил для себя самую важную цель: никогда и ни при каких условиях не разочаровать отца. И пока успешно с этим справлялся.