Хорошо было в моём не очень сытном детстве – начитаешься всяких жуль-вернов с луи-буссенарами и грезишь дальними странами дни и ночи… А если летом доведётся забраться в небольшое лесное болото под Куранской горой в поисках щурят, то видишь себя первопроходцем влажных тропических лесов Африки, и тогда длинные рыльца щурят на поверхности мутной воды представляются тебе крокодиловыми мордами.
В том далёком детском далёке мы «глотали» книжки, писанные для нас на протяжении двух столетий. Читает ли кто из нынешних детей эти старые книжки? Сомневаюсь…
А чем сейчас завораживают детские души детские писатели?
Новые книжки для детей сегодня писать, подозреваю, очень трудно. Всеми новейшими средствами передвижения и телекоммуникации вся людская мерзость и возведённые законом в «права человека» поведенческие человеческие мутации настигают детишек во всех уголках мира – в такой ситуации крокодилов можно причислить к друзьям детишек.
Тринадцать негритят
Пошли купаться в море…
Je n’ai pas mangé il y a trois jours…
Я люблю чёрных ребятишек. Наверное, моему северному глазу приятна необычность их анатомии – складные подвижные тельца, шоколадная кожа, в венчике курчавых волос правильного овала лица с белками глаз под длиннющими ресницами и блестящей белизны зубами между пухлых губ…
Когда я готовился к моей первой поездке в Африку, накупил множество советских значков – «Буду раздавать тамошним детишкам». Глупость моей затеи ясно выявилась уже в Сенегале, где при выходе из отеля «Шератон» я впервые столкнулся с мальчишками Дакара.
«Бонжур, месье!.. Бон арриве! Дон муа кадо!» («Привет, месье! С прибытием! Гони подарочек!»)
– Бонжур, бонжур! – обрадовался я и полез в карман за значками.
Мальчишки значки взяли, но радости не проявили:
– Месье, дон муа сан франк… – Je n’ai pas mangé il y a trois jours… («Месье, ты бы мне бы лучше сто франков дал… Я уже три дня ничего не жрал…»)
Чёрные потомки товарища Пеструхиной.
– Профессор, купите несколько журналов в фонд помощи детям Германии!
– Не возьму.
– А почему?
– Не хочу.
– Вы что – не сочувствуете детям Германии?
– Нет, я сочувствую.
– Тогда почему вы не берёте журнал?
– Не хочу.
– Ну, знаете ли, профессор, не будь вы мировым научным светилом, вас следовало бы арестовать!
– За что?
– А вы не любите пролетариат.
– Да, я не люблю пролетариат… – грустно сказал Филипп Филиппыч и пошёл обедать…
(Михаил Булгаков «Собачье сердце»)
Не у всякого есть талант стать писателем-сочинителем, у меня такого дара нет. Но присмотреться к окружающей нас жизни может всякий. Я вот прищуриваю глаза и вижу то, что мне нужно – во флибустьерских морях бригантины и пираты, поднимающие их паруса…
Тут главное не перестараться с прищуром глаз, иначе вместо бригантин вы увидите «чёрный» воздушных флот разыскиваемого Интерполом русского бизнесмена мистера Бута, а вместо пиратов – многочисленных детей Шариковых-Швондеров.
Ну, а дальше – дело техники и словаря Лингво-11.
Вчера только-только поступил заказ написать что-то для детей – сговорились, что я напишу про детей. И вот уже сегодня, будто специально, на входах-выходах торговых центров нашего городишки появились пары здоровых тёток и дядек, предлагающих сделать пожертвование в помощь бездомным детям. Эти пары простояли целый рабочий день, а люди проходили мимо, не проявляя заметного энтузиазма остановиться и пожертвовать.
У меня просто кипело в душе от гнева: одна из богатейших стран мира с изощрённой налоговой системой посылает своих инициативных граждан цыганить на улицах копейки на решение одной из важнейших проблем любого государства.
Когда в том же торговом центре к тебе пристаёт мужчина со словами:
– У меня семеро детей – помогите! – неумно отчитывать его:
– А зачем ты их настрогал столько?
Просто дайте ему ранд-два-четыре-пять или скажите «У меня нет наличных», – и отвалите.
Однако у меня чесалось вступить в дискуссию с «инициативными» гражданами, побирающимися на нужды бездомных детей: «Слушайте, а ведь ваше Христарадничанье оскорбительно. Разве этими крохами можно залатать прорехи в ежедневных нуждах уличных детей?»
«Инициативным» гражданам повезло – я столкнулся с профессором Пупышевым:
– Миша, мне хочется посоветовать каждому из них взять по лопате – они за часы, потраченные стоянием с протянутой рукой, заработали бы больше денег на свою благотворительность!
– Ну, ты у нас прямо булгаковский профессор Преображенский!
У меня даже есть не совсем оформленное соображение о роли тяги к общению в сотворении Человека из Животного.
Старики, не жмитесь на расходы и миритесь с сутолокой приёма гостей в вашем доме по любому маломальскому поводу.
Вчера, 18 марта 2007, была 10-летняя годовщина моего постоянного пребывания в Южной Африке… в Лимпоповии… в Полокване…
Я собрал у себя первого набора пятёрку сертифицированных айболитов и нашего экс-босса Маховского «попить пивка» и пообщаться по поводу 10-летней годовщины моего пребывания в ЮАР.
Гости прибывали с 5-минутным интервалом – все шесть машин аккуратно припарковались во дворе без побития боков моего «лендровера» и татьяниного «мерса».
С удовольствием отмечаю изменение выражений лиц айболитов за три года их существования на свободной Лимпоповии: стандартное российское клеймо исчезло – место разгладившихся складок угрюмости-подозрительности-настороженности заняла трезвая улыбка «чувства глубокого удовлетворения» (откуда было знать про возможность такой метаморфозы незабвенному Леониду Ильичу?).
Айболиты мало пьют. Нахваливают Татьянину закуску.
Профессор Маховский отмечает великолепный пятничный доклад-отчёт Мацевича по минимальным инвазивным хирургическим методам, которые они с Опариным наладили за последний год в провинциальном госпитале:
– в пищеводе – стентирование стенозов и наложение резиновых колец на варикозные вены;
– в желудке – наложение клипс на кровоточащие сосуды;
– на жёлчных путях – стентирование общего жёлчного протока;
– в брюшной полости – холецистэктомии, фундопликации, аппендэктомии;
– в плевральной полости – декортикация лёгкого и что-то там ещё…
Все айболиты сдали юаровские экзамены первой ступени – на право работать здесь зауряд-врачом; для полнокровной регистрации специалистами им ещё сдавать и сдавать…
Один из айболят сдал все положенные экзамены и получил приглашение на продолжение учёбы в США.
Он подтвердил правдивость описания в статье The Journey of a Foreign-Trained Physician to a United States Residency.
Этот айболёнок уже сидит на чемоданах.
Дай, Господь, ему такого же успеха в другом забугорье-заокиянье…
У меня с детства трепетное отношение к служителям церкви.
С годами пришло понимание огромной роли и тяжести их труда.
На юге Африки я встретился, как минимум, с четырьмя очень толковыми священнослужителями. В Анголе это был падре Мануэл Гарсия – основатель католической миссии и госпиталя в местечке Вога. В Свазиленде я дружил с главой католической школы-интерната отцом МакДональдсом и был буквально окружён любовью в семье 218 протестантского пастора по имени Поп. Католического епископа всея Лимпоповии я знал гораздо глубже – просто оперировал его по поводу рака слепой кишки.
Эту «глубину» нашего знакомства сам бишоп Вельон всегда старается показать окружающим, когда мы стоим рядом у маленькой церквушки в поселке Ханейсберг, где заканчивал свою полувековую миссию в Африке 83-летний фламандец.
Сегодня бишоп отслужил последнюю мессу на африканской земле.
«Пока меня не парализовало, я поеду на Родину – в одном из монастырей Бельгии есть для меня место».
Я не мог пропустить такого события – прибыл выразить этому потрясающей жизнерадостности человеку благодарность за то, что он пережил мою хирургию.
Последняя проповедь бишопа на африканской земле.
Последнее причастие
Последняя служба бишопа была недолгой.
В заключение – я просто обомлел от восторга! – бишоп заказал мой любимый гимн.
Lord of the Dance
1. I danced in the morning
Я танцевал в то утро,
when then world was begun,
когда рождался мир,
and I danced in the moon при лунном свете танцевал,
and the stars and the sun,
при звездах и под солнцем.
and I came down from heaven and
И спущен был с небес
I danced on the earth —
для танца на земле
at Bethlehem I had my birth.
рожденьем в Вифлееме.
Припев.
Dance, then, wherever you may be,
Давай танцуй, куда б ты ни попал!
I am the Lord of Dance, said he.
Я – Бог Танца! – Он сказал.
And I'll lead you all, wherever you may be,
Я поведу любого, куда б он ни попал.
And I'll lead you all in the dance, said he.
Я поведу вас в танце! – Он сказал.
2. I danced for the scribe
Я станцевал семинаристу
and for pharisee
и его учителю-буквоеду,
but they would not dance
но они – не для танца
and they wouldn't follow me.
и не пошли за мной.
I danced for the fishermen,
Я протанцевал рыбакам —
for James and John —
Джеймсу и Джону.
they came with me
Они пришли ко мне —
and the dance went on.
и танец пошёл.
3. I danced on the Sabbath
Я танцевал на Шабад —
and I cured the lame.
лечил немощных.
The holly people
Святоши обвинили
said it was a shame.
меня в святотатстве.
They whipped and they stripped
Меня высекли, и нагого
and they hung me high,
вздыбили на высоком распятье,
and they left me there
и оставили там
on the cross to die.
умирать – на этом кресте.
4. I danced on a Friday
И я танцевал в ту пятницу,
when the sky turned black —
под почерневшим небом —
it's hard to dance
тяжело танцевать
with the devil on your back;
со злом за спиной.
they buried my body
Моё тело похоронили —
and they thought I'd gone —
думали, что со мной покончено.
but I am the dance
Но я – Танец!
and I still go on.
И я продолжаюсь!
5. They cut me down
Они подсекли меня,
and I leapt up high —
а я взвился ввысь:
I am the life
Ибо я – Жизнь,
that'll never, never die.
что никогда, никогда не умрёт!
I'll live in you
И я буду жить в вас,
if you'll live in me.
коль вы будете живы во мне.
I am the Lord
Я – Бог Танца! —
of the Dance, said he.
Так сказал Он.
Припев.
Давай танцуй, куда б ты ни попал!
Я – Бог Танца! – Он сказал.
Я поведу любого, куда б он ни попал.
Я поведу вас в танце! – Он сказал.
Пение закончилось…
Бишоп перекрестил нас и сказал:
– Я желаю вам танцевать и далее с Иисусом Христом».
Я подарил бишопу бутылку хорошего французского красного вина, доставленного мне с острова Реуньон, красивую пачку китайского чая с острова Тайвань и чек на небольшую сумму «на дорожные расходы»…
«Доктор, вы сделали хорошую работу – я живу уже пять лет. Спасибо, на самом деле».
Мы расцеловались…
Три мушкетёра: дюк Шотландии Джек, дед Айболит и бишоп Вельон
В хирургических палатах Лебовахомо госпиталя всегда можно встретить больных с укусами скорпиона. Первые несколько десятков виденных мною больных не имели каких-либо осложнений, и я стал высказывать сомнение в целесообразности госпитализации жертв атаки скорпионов вообще – и особенно их помещения в хирургическую палату: «Я никогда не видел никаких осложнений от укусов скорпиона… Описаны панкреатиты у детей, но я их никогда не встречал».
За последние две недели мне пришлось хлебнуть стыда – если ты никогда ЭТОГО не видел, это совсем не значит, что ЭТОГО не существует!
Выяснилось, что в нашем регионе скорпионы особые – большие и чёрные, самые ядовитые.
Сначала пришёл молодой мужчина, у которого после укуса скорпиона развились типичные боли жевательных мышц.
Потом был ребёнок с некрозом пальца кисти и суровым отёком предплечья, потребовавшим декомпрессионной фасциотомии – операции, спасающей руку от омертвения вследствие нарушения кровообращения.
А вчера так и вовсе чудо – никогда не забуду! Мне представили подростка с чуть ли не полным набором синдрома скорпионизма, который включал спутанность сознания у больного и его дезориентацию, выраженную атаксическую походку, боль жевательных мышц, жуткое слезотечение и гиперсаливацию, боль в области укуса.
Кубинец Хулио Сантойо ликовал, показывая мне больного.
Мой конфуз завершился замечанием молодого чёрного врача по поводу моего прямого перевода русского «укус скорпиона» на английский в форме «Scorpion bite»:
– Доктор Рындин, скорпион не кусает, он жалит. Правильно говорить – «Scorpion sting».
Как пишут в книжках, прогрессирование синдрома скорпионизма у детей может завершиться лёгочной недостаточностью, требующей аппарата искусственной вентиляции лёгких. Наиболее эффективное лечение – введение специфических сывороток, нейтрализующих яд скорпиона. Однако в связи с риском реакций на сыворотки, их применение ограничено строгими показаниями.
В ЮАР круглые сутки открыт доступ к специальному центру при укусах ядовитыми змеями, скорпионами, пауками и всякими другими экзотическими тараканами. В момент моего прихода в отделение Хулио Сантойо был занят разговором с консультантом этого центра. Центр этот находится за 1500 км от нас – в Кейптауне. Чудеса техники – мобильные телефоны – позволяют вам связаться с этим центром прямо с места атаки каким-нибудь ядовитым гадом в любой точке страны. Вы даёте консультанту словесный портрет гада (с помощью сегодняшних мобильных телефонов можно послать и фото) и получаете в ответ: «Укус гада болезнен, но не смертелен!» Возможен и другой вариант: «Похоже, что вас укусила чёрная мамба. Сыворотки у вас в машине, случайно, нет? Тогда сконцентрируйтесь – вам осталось жить не более часа!»
Чудеса информационных технологий неописуемо расширили возможности врачей для выбора правильного решения. Речь идёт об интернетовских источниках медицинской информации.
Поступил ко мне высокий симпатичный чёрный парень с отёком правого бедра, на внутренней поверхности которого был большой участок подкожного кровоизлияния с водянистыми пузырями вокруг. Всё это было очень похоже на следствие укуса паука. Почему-то в голове у меня укус паука сочетался с непременной болью. Однако парень категорически отрицал какую-либо боль перед появлением отёка на ноге.
Выпытываю у парня:
– Где ты живешь? Где ты спал накануне?
Живёт он в поселке при шахте, где полно всяких насекомых. По причине жары (или выпивки) ночь спал на ковре на полу. Всё сходилось на причастности к его страданию паука, кроме отсутствия боли.
Лезу в Интернет и с помощью Google.co.za, нахожу кучу информационных источников, представляющих картинки самих пауков, места их укусов и методы лечения. Выбираю Wikipedia, the free encyclopedia, которая мне сообщает, что укус водящегося в наших краях шестиглазого песчаного паука первоначально может быть безболезнен:
Spiders known to have necrotoxic venom are found in the family Sicariidae, a family which includes both the recluse spiders and the six-eyed sand spiders. Spiders in this family possess a known dermonecrotic agent sphingomyelinase D, which is otherwise found only in a few pathogenic bacteria. Some species in this family are more venomous than others; according to one study, the venom of several species of six-eyed sand spider indigenous to southern Africa, contains an order of magnitude more of this substance than do other Sicariidae spiders. Bites by spiders in this family can produce symptoms ranging from minor localized effects, to severe dermonecrotic lesions, up to and including severe systemic reactions including renal failure, and in some cases, death. Even in the absence of systemic effects, serious bites from Sicariidae spiders may form a necrotising ulcer that destroys soft tissue and may take months and very rarely years to heal, leaving deep scars. The damaged tissue may become gangrenous and eventually slough away. Initially there may be no pain from a bite, but over time the wound may grow to as large as 10 inches (25 cm) in extreme cases. Bites usually become painful and itchy within 2 to 8 hours, pain and other local effects worsen 12 to 36 hours after the bite with the necrosis developing over the next few days.
Пришлось дважды делать парню очень обширное иссечение некротических тканей на бедре чуть ли не до самой паховой складки, а потом кожную пластику. Укуси паук чуть-чуть повыше – парень настрадался бы куда больше.
Количество хирургических патологических (болезненных) состояний настолько велико, что некоторые за всю долгую жизнь иного хирурга встречаются только раз-другой.
За 15 лет работы торакальным хирургом-онкологом не менее сотни раз глазами видел грудной лимфатический проток между аортой и пищеводом справа; лечил не более пяти больных с повреждением упомянутого протока – опять же справа…
Ту часть грудного лимфатического протока, которая располагается слева, до недавнего времени видел только раз (этот редкий для меня случай я представлял виртуальному интернетовскому собранию русскоговорящих хирургов).
К 10-летней годовщине пребывания в ЮАР судьба преподнесла мне достойный подарок – я впервые повредил у больного грудной лимфатический проток слева.
Как и всегда, ситуация началась со звонка доктора Читати:
– Док, у меня лежит наша коллега. У неё СПИД, а на компьютерной томограмме грудной клетки видны увеличенные лимфатические узлы под дугой аорты. Мне нужно знать – это туберкулёз или СПИД-обусловленная лимфома. Сделайте биопсию.
Красивая молодая женщина…
Показываю ей КТ-снимки со словами:
– Коллега, вот эти узлы я могу достать только при торакотомии.
Больная соглашается.
Утром следующего дня сначала помогал доктору Ландауэру (кардиоторакальному хирургу юаровской выучки) выполнять декортикацию правого лёгкого, а потом доктор Ландауэр ассистировал мне при переднебоковой торакотомии слева у несчастной докторицы.
При выковыривании узлов из аортального окна убеждаюсь, что их реальный размер несколько меньше того, каким он представлялся на КТ-снимках.
Стараюсь убрать узелки на совесть. К концу процесса выковыривания отмечаю появление из ложа удалённых лимфатических узлов жидкости белесоватой кисельной консистенции.
«Это что – гной?» – не сразу соображаю я.
«Черт! Это же лимфа!» – вспоминаю операцию двухлетней давности по ушиванию грудного лимфатического протока, повреждённого при ножевом ранении.
«Самое удивительное – я только что видел этот белесоватый сосуд при выдирании цепочки узлов. И почему моя подкорка не забила тревогу? Наверное, от недостатка визуального контакта с этой структурой».
«Мама моя родная!» – мысленно причитаю, ушивая восьмиобразными вайкриловыми швами ткани аортального окна, – «Ну, вроде бы молоко течь перестало, а?»
– Да, всё нормально! – успокаивает меня доктор Ладауэр.
Помещая два дренажа в плевральную полость, мысленно составляю план послеоперационного ведения больной: «Ничего не давать есть пять-семь дней – кормить только введением в вену солевых растворов. Соматостатин для угнетения микроциркуляции крови в слизистой оболочке желудочно-кишечного тракта. Чёрт, с докторами-пациентами всегда что-нибудь не так!»
На другой день объясняю пациентке:
– Доктор, узлы на самом деле оказались не столь велики, как мы представляли себе по данным К-снимков. Я думаю, что ни туберкулёза, ни лимфомы там нет – просто реактивная гиперплазия. Я так старательно убирал все узлы, что даже потревожил ваш грудной лимфатический проток. Я тщательно ушил его, но для надёжности решил поморить вас голодом пять дней – дам вам TPN (тотальное парентеральное питание).
Чёрные пациенты – самые благодарные на свете. Они благодарят нас, даже умирая от осложнений наших корявых рук.
Нет, с доктором Паттерсон всё обошлось: на пятый день я разрешил ей есть – по дренажам лимфа не потекла, я с облегчением удалил эти трубки.
Но все эти долгие пять дней и ночей красавица докторица была у меня в голове.
А при гистологическом исследовании удалённых лимфатических узлов действительно не нашли ни лимфомы, ни туберкулёза – только реактивную гиперплазию.
«Едешь в Рим – живи, как римлянин».
Нет, конечно, мудрость правильная, но вот как стать римлянином?
Когда ты почувствуешь, что ты уже становишься римлянином?
В нашем хирургическом деле это становление начинается с приглашения тебя аборигенами к своим умирающим, на похороны и на свадьбы…
Сейчас меня на свадьбу пригласил бур, которого я оперировал по поводу отрыва машиной кожи нижней половины передней брюшной стенки… Злые языки болтали, будто бы у Буду – так зовут бура – машина оторвала мошонку, а русский доктор её пришил. Это было бы лестно, но это враки – мошонка со всеми мужскими причиндалами у Буду оказалась сохранной.
Буду Шуленберг – брат потомственного врача Питера Шуленберга. Буду не стал врачом, а посвятил себя фермерскому делу. В этой связи он обратился с просьбой к пастору придать свадебной проповеди фермерскую ориентацию.
Молодой шустрый пастор обратил просьбу Буду в шутку:
– Братья мои во Христе, просьба Буду напомнила мне один случай из нашей пасторской практики: один фермер принёс накануне свадьбы пастору 2000 рандов со словами:
«Ориентируйте в своей проповеди мою будущую жену на служение мужу. Вот, прихожу я с поля – жена снимает мне обувь, подаёт умыться – холодного пива выпить – покушать… И всё такое…»
Во время свадебной церемонии пастор построил свою речь на первоочередности ухаживания мужа за женой.
Бур рассердился и после свадьбы пришёл к пастору:
– Your Reverence, как же так – ведь я вам дал 2000 рандов?!
Пастор:
– Всё правильно, но твоя невеста принесла мне 3000 рандов.
Свадьба протекала не совсем обычно для русского глаза – ни пьяных, ни побитых морд… На столах еда, а выпивку покупай за свой счёт в баре.
Имел место тамада – он время от времени выдёргивал к микрофону родственников и друзей. Вскорости туда подошёл жених с ответным словом и бутылкой пива в руке – хлебнул и начал благодарить присутствующих по списку, накарябанному на мятой бумажке.