Моментально акция протеста Поленова прокатилась по деревне. Все местных жители, оставшиеся из них, повторяли за Тихоном Яковлевичем и сделали его своим героем. Со временем, поддержки стало всё меньше, ибо люди продолжали бесследно исчезать под предлогом того, что переезжают в новый дом. Но кто знает, ведь не могли они по своей воли сдаться? Может быть в их адрес поступали угрозы?
Так, людей оставалось всё меньше, а негатива по отношению к Поленову всё больше. Местные олигархические семьи ненавидели старика, дошло до того, что ему даже запретили покупать продукты в супермаркете. Это уже был вверх подлости, эти толстосумы просто хотели лишить старика средств для пропитания. К счастью, Поленов нашёл выход, питаясь только плодами своих грядок.
В итоге, пошли угрозы – сейчас уже наступило такое время, когда Поленов остался последним прежним жителем деревни, который жил здесь ещё до прихода олигархов. Однажды, Тихон Яковлевич обнаружил у себя в почтовом ящике связку писем. Все они были набиты оскорблениями в адрес Поленова и угрозами, мол, не уедешь отсюда, тогда прибьём.
Но почему в таком случае не пойти в полицию, спросили бы вы у Поленова? Да просто смысла нет! Ну пойдёт он в полицию и что – его просто отпустят и скажут, что это дело и выеденного яйца не стоит ещё и поддержат власть имущих, мол они правы, а ты кусок дерьма тут не выделывайся – у тебя прав на это нет. Права есть только у богатых, а законы – для бедных.
Понимая это, Тихон Яковлевич лишь сидел и выжидал. За всё это время он так и не снял плакат, хоть и несколько раз это делали другие. Бывали случаи, когда плакат заливали красной краской, обливали пивом и т.д., но Поленова это не останавливало. Он держался до самого конца…
Сегодня же терпение у Голицына лопнуло. В деревню приехала техника – бульдозеры, экскаваторы и грузовики. Прибыли они сюда уж точно не просто так, всё дело рук олигарха, и ехали они все в сторону дома Поленова.
Произошло это где-то в 9 утра. Поленов уже поднялся и работал во дворе. Увидев технику, он убежал в дом и стал наблюдать в окно. Около его территории также стоял олигарх Голицын, держа в правой руке громкоговоритель и стоя вместе со своими друзьями, только вот уже без семей. Конечно, не стоило их детям и жёнам это видеть…
– Тихон Яковлевич, я обращаюсь к вам по-хорошему, – начинал Голицын, – по-доброму, если же не послушаете, придётся идти на крайние меры. Вы нарушает мои планы, ставите под откос мой проект. Поленов, покиньте дом, будьте уверены в том, что получите новый. Я не скажу вам, где он, но можете в этом не сомневаться.
Поленов открыл окно и крикнул из него.
– Я никуда уходить не намерен, если уж собираетесь сносить мой дом, похороните под его завалами и меня. Я не покину родное Сорокино, никогда! Слышите?
– Такие ответы не принимаются, – отвечал всё также в громкоговоритель Голицын.
– Ваши предложения тоже я принимать не намерен. Я отсюда не уйду!
Голицын на это только махнул свободной рукой, убрал громкоговоритель и отдал приказ:
– Сносите дом!
– Но как? – смутился один из строителей маленького роста из Средней Азии, – сносить дома с живым человеком?
– Да, это приказ! Сносите дом, если Поленов не собирается покидать его, то пусть будет так, но я от своего не отступлюсь.
– Я не делать этого!
Голицын со злости ударил мигранта по лицу. Тот схватился за подбитый глаз.
– Ты, мразь узкоглазая, типа такой отважный! – кричал ему в лицо олигарх, – давай, чем мне ответишь?! Чем! Я тебе твою мерзкую морду так набью, что родная мать не узнает.