Czytaj książkę: «Операция «Бутерброд с сыром»»

Глава 1. Завтрак, который изменил всё (или нет)

Джим Нэйсмит проснулся от того, что его кофе остыл. Это было самое значительное событие за последние три недели. Его корабль, «Ржавый пеликан», тащился через пустоту между системами Фомальгаута и Гаммы Змееносца, и эта пустота была настолько стерильной, что даже плесень на его недоеденном сэндвиче, казалось, скучала, как поэт-романтик в изгнании, и писала вялые хокку на тему тщетности бытия.

Джим был курьером. Не героем, не искателем приключений. Просто человеком, который перевозил вещи из точки А в точку Б, получая за это ровно столько, чтобы оплатить топливо и свой ежедневный рацион, состоящий из синтетической лапши и мечтаний о настоящем сыре. Сейчас его грузом была партия живых кур. Двадцать четыре штуки. Они сидели в специальном отсеке, кудахтали, и, по мнению Джима, строили планы по захвату галактики. Особенно одна, с белым пятном на крыле, которую он про себя звал «Наполеон». У нее был взгляд существа, которое знает что-то, чего не знаешь ты, и это знание делает ее превосходство неоспоримым.

— Ладно, — сказал Джим сам себе, отхлебнув холодный кофе. — Что у нас по расписанию? Логистика, логистика и немного экзистенциальной тоски.

Он включил голографический дисплей. На нем появилась карта маршрута. Пунктирная линия вилась через пояс астероидов, который местные пилоты называли «Кладбищем Дураков». Это был не самый безопасный путь, но самый быстрый. А Джиму платили за скорость, а не за сохранность его нервных клеток.

Внезапно, без всякого предупреждения, из-за большого астероида, похожего на гигантскую картофелину, вынырнул корабль. Он был черный, гладкий, как обсидиановый нож, и от него веяло холодом, как от забытого в морозилке трупа. Это был эсминец тайной полиции Галактического Центра. Такие корабли не патрулировали окраины. Они появлялись только там, где пахло большими неприятностями и жареным.

— Ох, — только и успел сказать Джим.

На частоте связи раздался резкий, металлический голос, лишенный всякой интонации, словно его обладатель проглотил устав вместе с обедом:

— Грузовой корабль «Ржавый пеликан», немедленно заглушите двигатели и приготовьтесь к досмотру! У вас на борту контрабанда, представляющая угрозу безопасности Галактики!

Джим посмотрел на кур. Куры посмотрели на него. «Наполеон» издала звук, который можно было бы перевести как «Ну, я же говорила, идиот».

— Контрабанда? — пробормотал Джим. — Это же просто куры. Они несут яйца. Разве что... яйца, содержащие планы по свержению правительства?

Он потянулся к панели управления, чтобы заглушить двигатели, но его рука вдруг сделала это сама. Пальцы, словно живые, заплясали по кнопкам, как обезумевший пианист, исполняющий смертельный этюд. «Ржавый пеликан» вздрогнул, развернулся на девяносто градусов, и Джим, к своему ужасу, увидел, что летит прямо в узкую щель между двумя огромными астероидами.

— Что я делаю?! — закричал он, но его крик потонул в вое перегруженных двигателей.

Его тело больше не принадлежало ему. Руки и ноги двигались сами по себе, с грацией и точностью, которых он в себе никогда не подозревал. Он выполнял маневр, который назывался «Пьяный скарабей», сложнейшую фигуру пилотажа, придуманную, согласно легендам, безумным жуком-навигатором, и считавшуюся самоубийственной для любого, у кого больше двух конечностей. Корабль вошел в немыслимый штопор, проскочил в щель, и Джим увидел, как лазерный залп «Немезиды» вспыхнул, испарив астероид, который через секунду должен был стать его могилой.

— Ого, — только и вымолвил Джим, когда корабль выровнялся. — Я и не знал, что умею летать задом наперед через пояс астероидов, исполняя «Пьяного скарабея» под аккомпанемент экзистенциального ужаса.

Его руки снова легли на штурвал, дрожащие и мокрые от пота. В голове было пусто. Он просто хотел доставить кур. А теперь за ним гналась тайная полиция. За что? Из-за кур? Или из-за того, что он — «живой носитель», о чем он сам не знал?

Он бросил взгляд на «Наполеона». Курица смотрела на него с выражением, которое можно было назвать только одним словом: «Одобряю». В ее глазах-бусинках читалась вечность и легкое презрение к смертным, не умеющим летать задом наперед.

«Этот идиот даже не подозревает, — подумала про себя «Наполеон», поправляя лапой невидимый галстук. — Что он только что сорвал график нашего вторжения на три часа. Ладно. Придется импровизировать».

Глава 2. Допрос, который ничего не дал (или дал всё)

После того, как «Ржавый пеликан» чудом выскочил из пояса астероидов, Джим позволил себе роскошь — пять минут нервного смеха. Он смеялся так, что куры в отсеке притихли и начали смотреть на него с некоторой тревогой. «Наполеон» же, наоборот, смотрела с одобрением, словно оценивала его психическую устойчивость и ставила ей твердую «четверку с минусом».

— Ладно, — сказал Джим, утирая слезы. — Ладно. Я жив. Куры живы. Полиция... — он бросил взгляд на сканер. — Полиция все еще на хвосте.

Черный эсминец «Немезида» не отставал. Он висел в километре позади, как стервятник, ждущий, когда жертва устанет бежать. Джим понял, что долго он не протянет. Двигатели «Пеликана» были старше самого Джима, а топливные баки уже мигали красным.

— Ну и что мне делать? — спросил он у вселенной.

Вселенная ответила. В виде еще одного корабля, вынырнувшего из гиперпространства прямо перед ним. Этот был красный, с золотыми полосами, и выглядел как... передвижной ресторан? На его боку красовалась надпись: «Гурман-Экспресс. Доставка вкуса в любую точку галактики».

— Что за... — начал Джим, но не успел закончить.

Красный корабль открыл огонь. Не по «Пеликану», а по «Немезиде». Лазерные лучи скрестились в космосе, как шпаги двух разъяренных аристократов. Джим, воспользовавшись суматохой, рванул штурвал на себя и ушел в крутое пике к ближайшей планете — газовому гиганту с красивым именем Сатурналия-4.

— Что происходит?! — кричал он, но его руки снова действовали сами. Они вели корабль в атмосферу, маневрируя между турбулентными потоками, как серфер между волнами. — Я не умею этого! Я даже водительские права получил с третьего раза!

«Пеликан» прорвался сквозь облака и рухнул на поверхность планеты, оставив за собой дымный след. Джим выбрался из кресла, пошатываясь. Куры в отсеке возмущенно кудахтали. «Наполеон» смотрела на него с выражением, которое можно было перевести как «Ну, по крайней мере, мы не взорвались».

Джим открыл люк и вышел наружу. Воздух Сатурналии-4 был плотным, сладковатым, пахнущим чем-то средним между жасмином и жареным луком. Пейзаж напоминал декорации к фильму о конце света: скалы, туман, и ни одной живой души.

— Отлично, — пробормотал Джим. — Просто отлично. Я застрял на планете, название которой звучит как реклама маргарина, за мной охотятся полиция и... кто-то еще. И у меня двадцать четыре курицы, которые, кажется, знают больше, чем я.

Он не успел договорить. Из тумана вынырнули три фигуры в черных бронированных скафандрах. Тайная полиция. Они окружили его мгновенно, и один из них, с эмблемой в виде шестеренки на груди, произнес:

— Джим Нэйсмит. Вы арестованы за перевозку запрещенных грузов, уклонение от досмотра и... — он сверился с планшетом, — ...за использование маневра «Пьяный скарабей» без соответствующей лицензии.

— Лицензии?! — взвыл Джим. — Я не знал, что я его использую! Мои руки сделали это сами!

— Именно так говорят все виновные, — холодно ответил полицейский.

Джима доставили на борт «Немезиды». Коридор, по которому его вели, был длинным и серым, но стены его были украшены голографическими плакатами. На одном из них была изображена карта галактики с множеством красных точек, разбросанных по спиральным рукавам. Подпись гласила: «Зоны активного поиска. Объект: Нэйсмит, Джим. Приоритет: Омега».

— Омега? — пробормотал Джим. — Это что, выше, чем бета? Потому что я всегда считал себя скорее бета-версией человека.

Конвоир не ответил.

Комната для допросов была серой, пустой и давила на психику так, словно ее проектировал архитектор-мизантроп. В центре стоял стол, а на нем — устройство, похожее на шлем с множеством мигающих огоньков. Напротив Джима сидел человек с лицом, которое, казалось, никогда не знало улыбки. Его звали Инспектор Морн.

— Итак, мистер Нэйсмит, — начал Морн, сложив руки на столе. — Что вы перевозите?

— Кур, — честно ответил Джим.

— Кур, — повторил Морн, не меняя выражения лица. — И только?

— Ну, еще немного синтетической лапши для себя. И запасной носок. Он был чистый, клянусь.

Морн пристально посмотрел на него. Затем он кивнул на шлем.

— Это психотронный сканер «Правдолюб-7». Он считывает нейронные импульсы и переводит их в слова. Он не может лгать. Наденьте его.

Джим сглотнул. Он взял шлем и надел его. Устройство мягко зажужжало, и на экране перед Морном побежали строчки текста.

— Хорошо, — сказал Морн. — Еще раз. Что вы перевозите?

— Кур, — сказал Джим.

На экране появилась строчка: «Кур. Птиц. Они несут яйца. Я везу их на станцию Новая Одесса. Там будет ферма».

Морн нахмурился. Он явно ожидал другого.

— Вы уверены? — спросил он, наклонившись вперед. — Подумайте о своем грузе. Что вы на самом деле везете?

Джим подумал. Он подумал о курах. О «Наполеоне». О том, как она смотрит на него. О том, что он хотел бы съесть на завтрак. Бутерброд с сыром. Тонкий ломтик хлеба, немного масла, и большой кусок острого чеддера. Идеальный бутерброд.

Экран психотронного сканера вспыхнул. На нем появилась одна-единственная строчка: «Координаты: 47-Альфа-9. Сектор Гурмана. Планета: Эпикурея. Ключ доступа: активируется при чихании».

Морн откинулся на спинку стула. На его лице впервые появилось что-то похожее на эмоцию. Это было торжество, смешанное с жадностью.

— Значит, чип, — произнес он. — Вы только что подтвердили его существование и даже назвали координаты. Благодарю вас, мистер Нэйсмит. Вы даже не представляете, как помогли следствию.

Джим открыл рот, чтобы возразить, но не смог произнести ни слова. Он думал о бутерброде. Он просто думал о бутерброде. А чип, засевший в его голове, решил, что это отличный момент, чтобы выдать координаты легендарной планеты. Джим понял, что попал. И, судя по выражению лица Морна, это было началом чего-то очень, очень плохого.

Когда конвоиры увели Джима, Морн остался в комнате для допросов. Он подошел к передатчику дальней связи и набрал код. На экране появилось лицо человека в адмиральском мундире.

— Докладывайте, Морн.

— Сэр, — Морн позволил себе легкую улыбку. — Объект «Омега» подтвержден. Чип активен. Мы получили координаты Эпикуреи.

Адмирал молчал несколько секунд. Затем он произнес:

— Отлично. Готовьте флот. Мы выдвигаемся немедленно.