Лезть пришлось долго. Тору все чаще останавливался и отдыхал, обхватив ствол руками и ногами. Несколько раз ему казалось, что снизу слышится знакомое паучье стрекотание. Он понимал, что слишком обессилел и справиться с пауками уже не сможет. Но никто, к счастью, за ним не лез. Главная опасность – не свалиться бы вниз от усталости.
Когда уже не только руки и ноги, но и все тело ломило от усталости, Тору достиг острия гигантского кола. Оказалось, что он упирается в земляную стену гораздо ниже края. Что же делать?
Воин посмотрел вверх и увидел, что сухое дерево растопырило над пропастью толстые кривые ветки. Он вытащил плеть, размахнулся, зацепился за одну из них и, подтягиваясь на руках и отталкиваясь от откоса ногами, наконец-то вылез и обессиленно свалился на каменистую землю.
Какое наслаждение – просто лежать и отдыхать! Вокруг – тишина… Нет, не такая уж и тишина.
Неподалеку кто-то с кем-то спорил. Клокочущие голоса показались Тору смутно знакомыми. Да это же гоблины!
Ввязываться в очередную драку юноше совсем не хотелось, и он решил убраться подальше. Но что-то побудило его прислушаться к этим голосам из тумана. Они о чем-то ожесточенно спорили, постоянно переходя на крик, и Тору наконец отлично расслышал:
– Она моя! Я ее первый заметил!
– Нет, моя! Это я ее первый схватил! – протестовал второй.
– А я говорю тебе – моя! Если бы не я, ты ее вообще бы не увидел!
– Нет, моя! Кто ее поймал и связал?!
– Я тут главный! Говорю, моя, – значит, моя!
– Ну ладно, ладно! Пусть она твоя, но хоть кусочек то дашь откусить, когда мы ее сварим?
– Нет!
«Кого это они собрались варить? Неужели?..»
Встревоженный Тору, вытащив меч, осторожно пошел на голос. Вскоре сквозь туман воин разглядел отблески оранжевого пламени, вздымающегося вверх. Слышалось, как в огне потрескивают поленья. Пахло костром. Судя по всему, гоблины собрались ужинать…
Тору старался подкрадываться как можно тише, укрываясь и пережидая за разбросанными там и сям каменными глыбами. Наконец он приблизился настолько, что туман уже не мешал ничего разглядеть. Осторожно выглянув из-за очередной скалы, воин увидел такое, что чуть не закричал, но зажал себе рот ладонью.
Над костром висел огромный котел с бурлящей, исходившей паром водой, а рядом с ним на боку, поджав колени, спиной к костру и лицом к Тору, действительно лежала Ния, связанная по рукам и ногам. Ноги были туго перетянуты веревкой от колен до щиколоток, руки заломлены за спину. Во рту торчал кляп – скомканная грязная тряпка. Два здоровенных гоблина в кожаных доспехах, с палицами на поясах, сидели сбоку на камнях и продолжали препираться, то и дело показывая ручищами на девушку.
– Хватит спорить! – вдруг рявкнул один из них. – Уже закипело! Пора бросить мясо в котел! У меня уже живот свело, а еще надо ждать, пока сварится! Дать бы тебе по башке, да в тот же котел! Давай вставай, будем закидывать!
Гоблины привстали, подошли к связанной, один приподнял за плечи, другой – за ноги. Девушка горестно застонала, забилась, монстры загыгыкали…
Вдруг тот гоблин, что держал ее за плечи, замер и произнес:
– Подожди-ка… Что это там шуршит?
– Где? – недоуменно среагировал держащий девушку за ноги. – Я ничего не слышу.
– Потому что ты идиот! Ну-ка, проверь! Вон там! За камнем!
Гоблин, отпустив ноги эльфийки, направился именно туда, где затаился Тору. Хранитель быстро отпрянул, накинул капюшон-невидимку и, распластав руки, прижался к камню спиной. Затаив дыхание, он замер, крепко сжимая меч, тоже ставший невидимым. Вот из-за камня медленно показалась уродливая морда. Гоблин в кожаных доспехах, с палицей, болтавшейся на поясе, внимательно осмотрелся. Не очень доверяя глазам, он еще и нюхал воздух, раздувая свои без того широкие ноздри. Тору не шевелился.
– Пахнет челове-еком! – гнусаво просипел гоблин и сделал пару шагов к невидимому воину. Тот тихо стал боком отходить, касаясь спиной камня. Урод шлепнул ладонью там, где только что стоял Тору, и стал шарить по стене:
– Запах все сильнее… Я чую! Я все чую! – бормотал он. – Человек еще жирнее эльфа! Ужин будет сытнее… Еще и на завтрак нам останется, и на обед, гы-гы…
Действие капюшона закончилось в тот самый миг, когда гоблин коснулся плеча Тору. Монстр успел, увидев возникшего из ниоткуда человека, выпучить глаза, но юноша резким движением ударил его мечом под подбородок. Лезвие проткнуло голову насквозь, вышло из темени, покрытое буро-зеленой дрянью. Тору выдернул меч, и мертвый гоблин грузно осел на землю и косо завалился набок.
– Эй, что ты там возишься? – послышался голос второго гоблина. – Иди уже сюда. Или нашел чего?..
Тору поднял камушек и, выглянув из-за скалы с другой стороны, кинул его в туман за костром.
– Да что тут творится? – заворчал монстр. – Чертов туман! Кто там шастает? Кому жить надоело? Пожрать не дают…
Он нехотя оставил девушку и, толкнув ее ногой, стал напряженно всматриваться в сторону звука, повернувшись к Тору спиной и поигрывая своей палицей.
Юноша в два прыжка подбежал сзади и яростным ударом разрубил ему голову до шеи надвое, как тыкву:
– Жри!
Сразу после этого Тору присел над девушкой на корточки. Она стонала, умоляюще смотрела заплаканными глазами. Воин выдернул кляп и швырнул его в костер.
– Ты?! – смятенно произнесла эльфийка.
– Я, – просто сказал юноша.
– Как ты тут оказался?!
– А ты думала, так просто от меня отделалась? Ну уж нет, – забормотал парень, разрезая мечом веревки на ее ногах. – Да лежи уже спокойно, не хватало еще тебя поранить… Руки давай… Вот так.
Освободив эльфийку от пут, воин помог ей подняться. Нию шатало, и Тору поддерживал ее. Девушка с брезгливым ужасом взглянула на труп своего несостоявшегося палача.
– А второй где?
– Лежит вот за тем камнем, – с некоторым самодовольством ответил Тору. «Черт побери, как хорошо быть героем», – подумал он.
Эльфийка посмотрела на котел, в котором по-прежнему бурлил кипяток, и ее подбородок задрожал. Она стиснула до боли руку Тору выше локтя.
– Да уж, – задумчиво протянул юноша, смотря на клубящийся пар. – С чем они тебя собирались варить? С приправами или так?
– Ну и шутки у тебя, – буркнула девушка и потупилась.
– Извини, пожалуйста, – сказал Тору.
– Так и быть, извиняю. И, кстати… – на этом эльфийка замолчала, угрюмо смотря в землю.
– Что «кстати»? – спросил юноша, удерживая ее за плечи.
Не поднимая головы, эльфийка тихо прошептала:
– Спасибо.
Тору промолчал, потом сказал:
– Пойдем отсюда.
– Подожди, они забрали мои вещи. Где они?
– Вот, наверное, – ответил Тору, показывая рукой на большой, наполовину полный открытый мешок из грубой холстины рядом с камнями, на которых гоблины устроили привал.
Эльфийка, присев на корточки, стала рыться в мешке:
– Вот мой лук! Вот мой пояс! Моя заколка! И веер! А где же перстень?..
– Твое главное оружие? Думаю, кто-то из них сунул его себе в карман. Дорогая вещица. Придется обыскать, – сказал юноша и, наклонившись, брезгливо обшарил труп с раскроенной головой. Нашел несколько медных монет, грубое огниво и маленький кисет с пахучим табаком.
– У этого нет. Значит, у второго, – пробормотал он и неохотно пошел за глыбу, где лежал труп второго врага.
– Есть! – крикнул он. – Наверное, хотел утаить от командира…
Когда Тору подошел к эльфийке, держа перстень на ладони, девушка уже закинула лук за плечи и заколола волосы. Даже перепачканная грязью и кровью, она была так хороша, что у парня задрожали губы.
– Не смотри на меня так, – насупилась Ния. – Знаю, что грязная. Умыться бы… Точно! Надо загасить костер и подождать, пока вода остынет.
Так и поступили. Тору быстро разбросал горящие поленья. Потом по просьбе Нии оттащил изуродованный труп гоблина подальше – к своему собрату за скалой. После чего юноша и девушка присели рядом на камни и завели разговор.
– Не понимаю, как эти два дурака смогли тебя поймать, – задумчиво сказал Тору.
– Очень просто. Когда я поднялась на край рва, то не успела пройти и десяти шагов, как на меня накинули аркан и сбили с ног. Я стала читать боевое заклинание, но не успела: гоблины забили мне рот этой мерзкой тряпкой.
– Кстати, а как же ты вылезла? Я еле-еле смог это сделать, битый час карабкался. Ты что, еще и летать умеешь? Вот уж не удивлюсь!
– Почти. Есть одно заклинание – оно мгновенно переносит на сто шагов в любом направлении: вверх, вниз, куда угодно. Как, ты думаешь, я попала в замок? Ждала полнолуния? Вот уж нет!
– А, ну да, очередное заклинание. Кто бы сомневался! А почему в бою ты его не применяла? Вжик – и нет тебя! От цербера бы ускакала вмиг. И от пауков. Да и от меня…
– Его можно использовать только один раз в сутки. Ну а главное – в этот момент меня никто не должен видеть. Ни враги, ни друзья. Потому я и ушла от тебя подальше.
– Надо же, сколько ограничений. Я уж думал, маги всесильны!
– Ах, если бы! Увы, всемогущий Эввос не дает слишком большой силы никому из живущих. Чтобы не нарушить равновесие.
– Я слышал об этом… Да уж, очень с твоей стороны мило – бросить меня одного на дне глубокой ямы, в тумане с пауками. Могла бы просто попросить отвернуться.
– Вот сейчас и попрошу. Вода-то, наверное, уже остыла. Ай! – эльфийка сунула палец в котел и тут же отдернула руку.
– Надо еще подождать… Слушай, я спас тебе жизнь и считаю, что вправе задать вопрос: что тебя сюда привело?
Ния долго не отвечала.
– Месть, – наконец сквозь зубы произнесла девушка. Она старалась не поднимать глаз, чтобы не встречаться ими с Тору.
– Между прочим, у меня тоже есть дело к Аркатону, – стараясь, чтобы его голос звучал спокойно, сказал юноша.
– Да неужели?! – взглянув на него издевательски выпученными глазами, съязвила Ния.
– А ты знаешь, где его искать? – немного погодя спросил Тору.
– Я – как, наверное, и ты, – предполагала, что он в Низерате, – нервно ответила волшебница. – Но, как видишь, мы оба ошиблись. Замок пуст. В нем лишь один сторож с собачкой, от которой мы еле сбежали. А теперь даже не знаю, куда идти.
– Теперь-то уж нам точно стоит объединить наши силы, – уверенно сказал молодой человек. – К тому же я догадываюсь, где сейчас находится демон.
– Да?! – моментально оживилась Ния. – Ну, так говори!
– Возможно, он сейчас в королевстве Мортегалл, владениях короля Люциуса. Правда, до Мортегалла еще добраться надо.
– А что делает Аркатон в землях Люциуса? С чего ты взял, что он именно там?
– Все просто. Именно Люциус освободил душу демона из многолетнего заточения, и теперь тот возглавил королевскую армию.
– Откуда ты все это знаешь? – чуть надменно спросила девушка. Она уже не прятала глаз.
– Мне дедушка рассказал, а он много чего знает, – со значением ответил ей Тору.
– Надеюсь, твой дедушка не ошибается, – произнесла Ния не слишком-то уверенно.
– Так что, дальше идем вместе? – прищурился воин.
Ния кашлянула в кулак и ничего не ответила.
– Вода уж точно остыла, – уверенно сказала она. – Помоги мне, пожалуйста. Надо опустить котел на землю. Раз уж меня не сварили, так хоть помоюсь.
– Да, моя госпожа, – с усмешкой отозвался Тору.
Котел висел за дужку на тонком бревне – точнее, стволе молодого дерева с грубо отломанными ветками, лежащем на двух вкопанных в землю рогатинах. Парень с трудом приподнял его с одного конца и с натугой поставил котел на землю чуть в стороне от кострища, почти не расплескав горячую воду.
– Ванна готова! – с дурашливой серьезностью доложил он.
– Отвернись! – велела Ния.
Тору, как благородный рыцарь, не ослушался дамы. Он стоял к ней спиной, слышал шорох спадающих одежд, а потом плеск воды, смотрел на звезды, улыбался и вздыхал. Потом воин вдруг подумал, что в этом краю водится изрядно гоблинов, а может, и других опасных тварей, поэтому надо быть начеку. «Да я же настоящий ее телохранитель», – не без удовольствия подумал он.
Однако купание явно затягивалось.
– Ния, долго мне еще стоять на страже?
– Стой, мой верный рыцарь! Я решила еще и постираться. Не надевать же мне на чистое тело грязное белье!
– Чудесно. А потом, значит, будем ждать, пока оно высохнет! Ния, нам все равно еще черт знает сколько идти по этой пустыне! Приведем себя в порядок, когда доберемся до мало-мальски приличного жилья!
– Вам, мужчинам, не понять, вы все грязнули, – отозвалась красавица. – Значит, так: пока мое платье будет сохнуть, я посижу вот тут, на камушке. А ты на меня не смотри.
Тору пожал плечами:
– Да не очень-то и хотелось!
– Ах, так?.. – обиженно произнесла девушка. – Я-то была уверена, что нравлюсь тебе.
– Ну, – замялся юноша. – У нас общая цель, а так…
– Вот это правильно! Даже не вздумай на что-то там надеяться! Между нами ничего нет и быть не может. Нас с тобой связывает только общий враг. Вот расправимся с ним – и поминай как звали!
– Угу, до первого гоблина, – произнес себе под нос Тору. Девушка не отозвалась – может, не расслышала.
Краем глаза юноша замечал ее легкую быструю тень – Ния развешивала постиранную одежду на ветках высохших деревьев.
– Ладно, повернись, – наконец сказала она.
– Слушаюсь, моя госпо…
Обнаженная эльфийка сидела на камне, обхватив согнутые ноги ниже колен. Уперев между ними подбородок, девушка в упор смотрела на парня. Гладкая нежно-розовая кожа, с несколькими царапинками там и сям, с синеватыми прожилками, была подобна тончайшему фарфору. Ах, какие изящные пальчики на ее ступнях, с перламутровыми, словно жемчуг, ноготками, трогательно поджатые…
– …Жа, – наконец выдохнул Тору, стараясь собраться с мыслями. Сердце бешено колотилось. Спокойно, сказал он про себя, спокойно. Воин должен держать себя в руках. Это просто красивая девушка. Правда, очень-очень красивая.
– По… послушай, Ния, у меня в походном мешке найдется покрывало… можешь завернуться, а я не буду смотреть, – сбивчиво заговорил Тору.
– Да, не мешало бы укрыться чем-нибудь. И поспать, в конце концов. Когда спишь, не так есть хочется. А есть-то не-ечего, – грустно протянула эльфийка.
– Н-не совсем нечего. У меня есть волшебное с-снадобье «Утолитель», одной к-капельки хватит, – воин, ругая сам себя за невнятное бормотание и заикание, суетливо, дрожащими руками, ковырялся в мешке, и его руки дрожали. Наконец он извлек и покрывало, и флакон.
Через несколько минут Ния свернулась клубком под покрывалом, а Тору сгреб еще не погасшие головешки назад в кострище, раздул огонь, добавил еще веток, и пламя разгорелось.
Он присел на корточки и стал любоваться спящей девушкой. Как же она прекрасна! Кажется, сейчас она стала еще привлекательней, когда контуры ее тела лишь угадываются под тканью. Никому не отдам, защищу, сберегу…
Только под утро парень привалился спиной к камню и задремал, держа ладонь на рукоятке меча. Слух его был чуток: несколько раз Тору вздрагивал от едва слышного шелеста или скрипа и, крепко сжав рукоять, напряженно озирался по сторонам.
Вдруг послышалось особо сильное шуршание, а затем треск и какой-то клекот. Все это доносилось из-за скалы, за которой лежало два мертвых гоблина. Обнажив меч, Тору осторожно заглянул туда – и увидел, что на трупы слетелось несколько черных птиц-падальщиков, которые начали свою жуткую трапезу, взмахивая крыльями и перепархивая с одного тела на другое.
– Тьфу на вас! – поморщился юноша, вернулся на свой «пост» и снова стал смотреть на милое лицо спящей девушки.
«Вот она, красота. А в нескольких шагах – жуткое уродство и смерть. Вся жизнь такова, – подумал он. – Мне это кажется удивительным лишь потому, что я слишком молод. Мудрый дедушка Иолл, наверное, только бы усмехнулся».
…Утром, когда Ния, снова попросив парня отвернуться, оделась в сухое и чистое (хотя и надорванное во многих местах), они направились в путь на восток, в сторону королевства Люциуса.
Все брели и брели, а вокруг простиралась та же унылая пустошь: песок и гравий, обломки скал, редкие корявые сухие деревья… Несколько раз попадались старые, вросшие в землю скелеты, непонятно, каким существам принадлежавшие. Иногда в пасмурном небе пролетали черные птицы – кажется, те самые падальщики.
– Эта пустыня Хаджи выглядит, будто после жуткой войны, – задумчиво сказал Тору.
– Так и есть, – ответила Ния. – Когда-то здесь был цветущий край, леса и поля, плодородные нивы и сады, уютные деревушки людей, эльфов, гномов и других мирных существ. Никаких гоблинов, троллей, гурмалаков. Так рассказывают в моем роду.
– И что же случилось?
– Сам должен догадаться. Древнее зло пришло на эту землю…
– Аркатон?
– Да. Посмотри, эта земля заражена скверной, и даже деревья, растущие здесь, словно корчатся от боли, зовут на помощь… Если мы не остановим Аркатона, именно так будет выглядеть весь мир.
– Мы?..
– Ну а кто еще, – серьезно и печально произнесла девушка, словно эта истина открылась ей только что, и она ее совсем не радует.
– Дедушка Иолл мне говорил, что даже один человек может спасти мир, если так будет угодно Всевышнему, – чуть заискивающе сказал Тору.
– Ну а тем более двое, – задумчиво промолвила Ния. И, чуть погодя, повторила как будто с некоторым удивлением: – Да, именно двое. Мужчина и женщина. Все правильно…
Тору в это время думал о том же, просто не высказывал вслух. И слова девушки обожгли его. Юноша, однако, ничего так и не сказал, только поджал губы.
Дальше какое-то время шли молча, думая каждый о своем.
– Тебе не холодно? – спросил, наконец, Тору, просто чтобы услышать голос Нии.
– Нет, я же эльфийка. Мы, эльфы, хорошо переносим что холод, что жару.
– Да, хорошо быть эльфом, – кутаясь в свое не слишком-то теплое одеяние, произнес юноша.
– Уж куда лучше, чем быть смертным вроде тебя.
Воину показалось, что Ния произнесла это слишком самодовольно, и вспомнил рассказы дедушки Иолла о том, что эльфы очень своенравный и горделивый народ.
– Ладно, ты уж особо нос не задирай, – мягко сказал юноша.
И снова они шли молча.
– Все! – вдруг произнесла эльфийка. – Я устала и не сделаю больше ни шага.
Тору ничего на это не ответил. Он лишь молча подошел к девушке и, ловко подхватив ее на руки, понес вперед. Ния, кажется, совсем не удивилась, как будто именно этого и ожидала. Она обняла молодого человека руками за шею и положив голову ему на плечо, шепотом спросила:
– Зачем ты это делаешь?
– Ты знаешь, зачем, – твердо ответил хранитель.
Вскоре Ния, похоже, задремала, ну а Тору, как верный слуга, нес ее на своих сильных руках, и ему было невыразимо хорошо от этого.
Но и его силы оказались не бесконечны. Когда Тору окончательно устал, он аккуратно положил девушку на землю и присел рядом, как накануне ночью. Он и не заметил, как провалился в сон, словно в туман.
Тору снились райские, неописуемой красоты зеленые пейзажи, пропитанные солнечным светом, откуда-то слышался беззаботный детский смех, и юноша знал, что заглянул в то самое прошлое пустыни Хаджи, о котором рассказала Ния. Жуткое предчувствие, что вот-вот все это кончится, вдруг нахлынуло на него. Краски стали тускнеть, с небес послышался нарастающий гул, все накрыла черная тень, а невидимые дети вокруг закричали от ужаса…
В этот момент юноша и проснулся.
Оказалось, Ния взгромоздилась сверху на камень рядом с ним в той же позе, в которой сидела прошлым вечером, обхватив руками колени. Только сейчас она была одетой и пристально смотрела на него. «Мы поменялись местами: я спал, а она охраняла», – подумал Тору. А вслух сказал, стараясь, чтобы голос звучал достаточно насмешливо:
– Ты еще здесь? Я-то думал, прочитала заклинание – и уже в ста шагах.
– Да, вот только собиралась, знаешь ли, – с легкой улыбкой произнесла девушка, – но передумала. С тобой веселее, да и гоблины по округе бродят…
Тору поднялся и присел рядом с девушкой.
– Слушай, а пить тебе не хочется? Вот я изнемогаю от жажды. Эх, где же гоблины набрали столько воды?..
– Вода? – хмыкнула волшебница. – Не проблема!
– Снова волшебное заклинание?
– Не совсем.
Ния слезла с камня и стала пристально разглядывать землю вокруг, как будто что-то искала. Тору с интересом наблюдал. Немного погодя эльфийка радостно воскликнула:
– Вот она!
Ее находкой оказалась маленькая изящная ящерица – ярко-салатовая, с красно-фиолетовым брюшком. Удивительно, что девушка ее не спугнула – наоборот, ящерица словно ждала свою хозяйку. Ния посадила зверька себе на ладонь и, поднеся ко рту, слегка подула на нее.
– Что ты делаешь? – тихо спросил Нию молодой человек.
– Передаю ей свои мысли. В отличие от нас, ящерицы много где бывают и много чего знают. Если ее вежливо попросить, она поможет нам найти воду.
Сказав это, Ния спустила ящерку на землю и приказала:
– Беги!
– И что теперь?
– Мы должны следовать за ней. Главное – не упустить ее из виду.
Ящерица мелькала меж камней, то появляясь, то исчезая. Воин и волшебница неотступно шли, а порой и бежали вслед. Маленькая «ведунья» шныряла от камня к камню, иногда ненадолго замирая на месте, как будто раздумывая, куда двинуться дальше. Наконец, ящерка залезла на один из совершенно неприметных булыжников, изобильно разбросанных по пустыне, вытянулась в струнку и застыла, словно позируя неведомому художнику: ах, какая же я красивая!
– Ага! Нашла! – воскликнула Ния. – Спасибо! – обратилась она к ящерице, и та моментально спрыгнула с камня и унеслась прочь.
– Рано ей было «спасибо» говорить. Что-то никакой воды не вижу, – скептически прищурился Тору.
– Значит, надо копать, – уверенно возразила девушка. – Не все в этом мире лежит на поверхности.
– Ты серьезно?
– Серьезнее не бывает, – ответила Ния, встала на колени и начала своими нежными руками разгребать землю под камнем, на котором сидела ящерица. Тору присоединился к девушке, и вскоре они вырыли ямку, в которую могла бы поместиться небольшая тыква.
– Хватит, – сказала эльфийка.
– Где вода-то? – буркнул юноша, с недовольством разглядывая свои грязные ладони.
– Надо подождать. Совсем чуть-чуть…
Стоило Ние произнести эти слова, как дно ямки потемнело, и проступила лужица. Вскоре вода, под радостные крики Тору, заполнила почти всю ямку. Она была мутной, и Ния сказала:
– Подожди, пока отстоится.
Действительно, вскоре вся пыль осела на дно, и вода стала прозрачной, как знакомый Тору с детства ручей, в котором жила фея Маола. Вспомнив о ней, юноша вдруг подумал, что мог бы, наверное, легко призвать ее прямо сейчас.
– Пей, – сказала девушка.
– Да, ты действительно волшебница, – улыбнулся ей Тору, а про себя подумал: «Нет, Маолу пока призывать не буду. Кто-то из них будет ревновать. Может, и обе».
Тору и Ния сполна утолили жажду ключевой водой, юноша наполнил ею свою флягу. А потом они вымыли руки и ополоснули лица. Вслед за тем воин и эльфийка вновь побрели по пустыне. Наконец-то стала появляться зелень. Сначала трава была пятнами среди песка, а потом, наоборот, песок стал пятнами среди густеющей травы, в которой виднелись какие-то мелкие цветы. Потом появились кусты и деревья, не скрюченные злой силой, а самые что ни на есть обычные. Даже тучи на небе рассеялись, и все озарило солнце.
Тору и Ния вошли в лес. На одной из полянок, где оказалась чрезвычайно удобная, чтобы на нее присесть, коряга, девушка предложила устроить привал. Они натаскали сухих веток и развели небольшой костер, усевшись рядышком.
– Знать бы дорогу, – задумчиво пробормотала Ния.
– Да уж, карта местности нам бы не помешала, только где ж ее взять? – растерянно вздохнул молодой человек.
– Все понятно, – скептически заметила Ния. – Вы, мужчины, всегда беспомощны, как дети. Тебе повезло, что ты встретил меня.
– Я знаю, – честно сказал Тору. Девушка на это едва заметно приподняла бровь.
Эльфийка подняла тонкий прутик и быстро начертила на свободном от травы участке земли круг с четырьмя симметричными обозначениями – стороны света, что ли? – а в промежутках между ними располагались непонятные символы. Затем девушка подобрала клиновидный камушек и воткнула в центр своего рисунка. Сорвала в траве какой-то стебель и положила его на камешек. Сделав это, Ния сложила ладони вместе и, закрыв глаза, начала что-то нашептывать себе под нос.
Тору был заинтригован:
– Что ты делаешь, а?
– Тише, невежда! Молюсь духам ветра, что бы они указали нам путь.
– Думаешь, это поможет?
– Замолчи и не мешай!
Через некоторое время стебель начал потихоньку двигаться туда-сюда, словно хотел удобнее разместиться на камушке. Наконец он застыл.
– Туда! – безоговорочно заявила девушка.
– Ты в этом уверена?
– Духи ветра никогда не ошибаются, – твердо заверила эльфийка.
Попив воды из фляги и отхлебнув «Утолителя», Тору и Ния двинулись в указанном направлении. Тору снова первым завел разговор.
– Может быть, расскажешь о себе? – спросил он эльфийку.
– Что именно ты хочешь узнать? – настороженно произнесла та.
– Ну вот – как ты стала волшебницей? Да еще такой сильной! Откуда столько знаешь и умеешь? И еще: какие у тебя счеты с Аркатоном? Считаешь, это он убил твоего отца? Как это произошло?
– Слишком уж много вопросов. И все ответы – не для чужих ушей, – сухо ответила Ния.
– Да ладно тебе! Неужели я все еще не заслужил твоего доверия? Даже обидно.
Девушка некоторое время молчала и, наконец, заговорила:
– Хорошо, я расскажу не все, но самое главное. Жду, что в ответ ты расскажешь о себе – откуда ты такой боевой взялся.
– Конечно! – с жаром согласился Тору.
– Мой отец был великим правителем государства Орис, что в самой восточной части Ноа. Звали его Онифрил. Он был очень могущественным магом и обладал сильнейшим заклинанием Четырех Стихий: воздуха, воды, огня и земли. Это заклинание невероятной сокрушительной силы, и не приведи Всевышний, чтобы оно попало в злые руки. Мой отец понимал это и оберегал секрет заклинания. Но о том, что такое заклинание есть и кто его хранитель, знали все эльфы. Каким-то образом узнал и Аркатон. Конечно, демон решил во что бы то ни стало заполучить его. Представь себе, он лично явился к моему отцу и предложил ему полмира в обмен на заклинание Четырех Стихий…
– И папа, конечно же, отказался.
– Да, ты прав. Аркатон угрожал, запугивал – и, в конце концов, ушел ни с чем. А вскоре после этого моего отца убили. Понятно, кто подослал убийцу, не так ли? Самое ужасное – я оказалась свидетелем расправы, но была тогда совсем маленькой девочкой, – Ния замолчала и закрыла лицо руками. – Я ничего не могла сделать, просто забилась от страха в темный угол. Хватило ума не закричать, и убийца не заметил меня. Лица убийцы не видела – он был в темном плаще с капюшоном. Знаю только, что моего отца он ударил прямо в сердце – именно тем мечом, что ты сейчас носишь с собой. Я хорошо его разглядела в руке убийцы, запомнила и форму, и орнамент. Это не просто меч, как ты уже понял…
– Да уж, его невозможно потерять, он всегда, как я понял, возвращается к хозяину. То есть ко мне.
– Вот-вот, хозяином почему-то меч выбрал именно тебя. Пока что. Это меня, честно сказать, беспокоит. Но такое возвращение – не главная его особенность. Такой меч среди знатоков называется мечом-вампиром.
– Он что, питается кровью врагов, которых убивает?
– В том числе и это. Чем больше на него попадает крови, тем он, так сказать, сильнее становится. Но главное – он поглощает любую магическую атаку, направленную на него и его хозяина. Поэтому я и не смогла тебя победить в замке…
– А я думал, это благодаря моей ловкости, – язвительно вставил Тору.
– Можешь так думать и дальше, только не перебивай. Только таким волшебным оружием и можно убить сильного мага, каким был мой отец. Этот меч называют Битуран. По сказаниям, еще десять тысяч лет тому назад его выковал искусный кузнец по имени Калиб.
– Моему мечу – десять тысяч лет?! – изумился Тору и с некоторой иронической опаской покосился на торчащую из-за пояса рукоять. – А я им только что валежник для костра рубил…
– Просила же не перебивать! Выковал он его не из простого железа, а из неземного металла, который выплавил из небесного камня, упавшего на землю. Этот камень кузнецу принес чернокнижник по имени Даур, который хорошо разбирался в оккультных науках и черной магии. А вот Калиб ничего в этом не понимал, иначе бы, наверное, и не взялся за такую работу. Зато в кузнечном деле равных ему не было. Поэтому Даур и пришел именно к нему. Он попросил Калиба изготовить уникальное оружие, пообещав столько денег, сколько ему хватило бы на всю оставшуюся жизнь. Кузнец согласился. Он долго ковал и закалял Битуран, словно чувствовал, что это вершина его мастерства и венец всей жизни. Так оно и получилось… В оговоренное время пришел Даур. Калиб отдал ему меч и протянул руку за монетами. А черный маг платить не захотел…
– Убил кузнеца?! – ахнул Тору.
– Да. Зарубил вот этим самым мечом. Да, лезвие, которое ты носишь на поясе, окроплено кровью Калиба, величайшего кузнеца всех времен, и Битуран, поверь мне, все еще помнит кровь своего создателя…
– После твоего рассказа, – признался юноша, – мне хочется выбросить этот меч подальше и никогда о нем не вспоминать.
– Представь, каково мне постоянно теперь видеть оружие, убившее моего отца, – грустно сказала Ния. – Но выбрасывать меч уж точно не надо – великая сила заключена в нем, и в битве с могучим Аркатоном он еще как пригодится… Да ты и сам это понимаешь. По легендам, один удар этого меча убивает абсолютно любого противника, каким бы сильным и в каких бы доспехах он ни был.
– Да, я в этом уже убедился. Что-что, а убивает он отлично. Но продолжай.
– Даур с помощью этого меча натворил много злых дел и добился всего, чего хотел: богатства, славы, власти. Он стал главным советником злого правителя Ларкана – именно поэтому в нашем мире тогда, десять тысяч лет назад, наступили Темные Времена, о которых ты, может, даже слышал…
– Да, об этом сохранились легенды, я их слышал в детстве от Иолла. Мне тогда казалось: это было так давно, что даже не интересно. Эх, знать бы…
– Единственное, что не смог преодолеть Даур, – собственную смертность. Он долго продлевал свою жизнь с помощью разных магических практик, в том числе используя кровь детей и юных девственниц, которых убивал ради этого. Скорее всего, этим самым мечом…
– Ния, перестань, или я все-таки его выброшу.
– Держи себя в руках, воин! Итак, Даур пережил короля Ларкана и стал его преемником. Он пережил всех своих ровесников. Но его время все-таки однажды вышло. Есть даже легенда про то, как к нему лично явился Всевышний, рассказал обо всех его немыслимых грехах и отправил в ад. Все может быть. В общем, когда колдун умер, империя, созданная Ларканом, рассыпалась. Детей-наследников этот беспримерный злодей так и не нажил. Чему лично я не удивляюсь. Ну а волшебный меч… Он куда-то сгинул на долгие годы. Остались только древние чертежи и рисунки, по которым я его сразу и узнала, когда увидела в руках убийцы.