– Что произошло? – Спросил сухо и строго я. Так было нужно. После слов о «неудачной шутке» от собеседника стали идти волны такого ужаса и страха, что недолго было самому свихнуться, да и ему тоже окончательно.
Что произошло? А произошел мой детский страх. Сейчас объясню, сейчас.… Все началось с того, что в комнате снова появились глаза, у противоположной стены пара глаз, они смотрели на меня внимательно, неотрывно. Зрачки иногда двигались, свидетельствуя о том, что глаза живые. Скажу, что уже это меня напугало, но если бы это было все. Ох, как я об этом мечтаю.…
После того как появилась первая пара мне стало неуютно. Они смотрели на меня. Я вжался в стену, в угол двух стен с противоположной стороны, и радовался, что сейчас прикосновения с поверхностью не вызывали боли. Чувство давления со стороны глаз было невыносимым, но прижав колени к груди, обхватив себя руками, терпел. Терпел и немного покачивался. Новое неприятное чувство заставило меня посмотреть перед собой. В стене напротив, появились еще два глаза. Они тоже неотрывно смотрели на меня. (Ужас от собеседника стал лениво тянуться ко мне. Пришлось защититься щитом.)
Они смотрели и смотрели….
Смотрели и смотрели…
Я едва встал. Ноги тряслись. Мне не нравились глаза. Рука нащупала на стене что-то влажное. От этого я содрогнулся. Стараясь заставить себя не делать этого, я посмотрел на свою руку. Пальцы лежали на глазнице. Зрачок вращался, что ощущалось подушечками пальцев. Как это было мерзко. Я, закричав, отскочил на центр комнаты. На стенах, всех четырех, начали появляться новые глаза. Сотни, сотни глаз смотрели неотрывно на меня, лишь иногда вращая зрачками. Со всех сторон, стенки из одних глаз! Закричав, зажмурился, прикрыв лицо руками. Мерзкий смех заставил ужаснуться. От него задрожало все тело. И самое ужасное, я ощутил как кто-то, взяв за руки, оттягивает их, заставляет открыть лицо. Несмотря на это, мои глаза были плотно зажмурены, но в какой-то момент, я просто стал видеть сквозь веки, против своего желания. Я видел, что на стенах появляются глаза. Разные, из дерева или стекла, большие и маленькие. Все они вращались и следили за мной. Я носился по комнате – а они следили. Сотни сотен кукольных глаз, все как единый механизм глядели на меня. Я закричал еще громче…. (Голос прервался. Пошла волна ужаса, паники.… Даже воспоминания собеседника заставили ужаснуться. Пришлось помочь, преодолеть страх, вернуть ему способность говорить.)
Эти глаза пронизывали насквозь. Как гвоздиками прибитые вниманием к моей персоне некоторые из них, что сохранили веки, моргали. Меня это сильно напугало. Крик мой стал визгом…. (Снова запнулся. Я начал нервничать, вдруг свихнется, не закончив рассказ.)
– Гленофоб?
Да. Я… я страдаю гленофобией с трех лет, когда систре принесли говорящую куклу. Какие ужасные у нее были глаза, а теперь такие же глаза были везде, и все смотрели на меня, как живые!
(ему полегчало.) Но это не все. Нет, мне и глаз было достаточно. Сердце не просто вжималось в пятки, а там как под прессом превратились в тончайшие пластины наверняка. Я стоял и кричал, надеясь, что скоро умру от страха. Смерти не было. Зато через пару минут, когда ан моей голове почти кончились волосы, я услышал то, что напугало меня еще сильнее. «Мама!» Послышался голос говорящих кукол. Будто тысячи кукол зараз запустились синхронно. От этого голоса стены задрожали, глаза некоторые попадали. Котясь по полу их зрачки, пытались найти меня. На этом месте я проснулся от боли в груди.
– Вас разбудили?
Да. Меня разбудила книга. Книга, которая упала на грудь, с верхней полки над кроватью. Я всегда там хранил любимые. Она упала из-за того, что покосилась полка. Нет не черная книга, всего на всего сборник рассказов Роберта Шекли. От боли я и проснулся. Снова был промокший. Тело била судорога от напряжения всех мышц на протяжении долгой ночи. Единственное что я мог, это судорожно хватать воздух, озираясь, нет ли где тут глаз? В комнате было тихо, но кровать затряслась. На потолке появилось лицо вытянутого человека и хихиканье. Но чрез мгновение все исчезло. Я как ошпаренный вылетел с кровати. Схватив обувь и куртку, я выбежал с квартиры, не закрывая даже. Я выбежал и побежал. Не знаю куда, просто бежал. Спасался от того, что преследует. Я едва не умер от того, что бежал слишком долго. Когда остановился с жутчайшей отдышкой, попытался вернуть голову к способности мыслить. Фигня идея, ничего не удалось! Сев под стену я хватал воздух. Легкие разрывались, меня стошнило. Прохожие косились с омерзением, но мне было все равно. Я решил, что больше никогда не буду спать! Не буду спать сколько смогу! А если не буду способен преодолеть сонливость, лучше расшибусь, сбросившись с моста. И как не странно мне стало легче…
– Но ты так не сделал да? – Спросив, сделал пометку в своем блокноте. Сгусток сине-фиолетовой энергии завращался нервно. После он остановился. Пошла волна возмущенности на все подряд.
– Нет, не сделал! Не сделал! Не успел!!! Я четыре дня ходил по городу. Когда сгущалась тьма, я забегал в первое попавшееся освещенное место. Когда хотел спать нырял в реку, к счастью она была рядом. Я держался, пока один раз не пошел по некогда любимой, но теперь совершенно бесполезной в плане ценности улице. Я свернул в освещенный переулок и получил по голове. Я вырубился…