Да, я действительно был в мокрой одежде. Запах тоже не оставлял сомнений. Со мной такого с трех лет не было. Но я проснулся. Голова жутко болело, как и живот. (Послышался вздох.) Первым делом я оглядел себя. Крови на кровати не было. Скажу честно, я от этого был в восторге, даже боль унялась головная. Все сон! И это прекрасно! С кровати я подскочил моментально. Сразу ушел в душ. Ощущение, от того, как на тело попадали струи теплой воды, были божественны. Душ был прекрасен. Но под конец все испортилось. Я услышал тот же смех. Тихий, будто в своей голове, но насмешливый и гордый. На этом мое приятное утро было окончено. Сразу в голове всплыли свежие, будто толка что пережитые воспоминания ночи. Я вылетел с душевой кабинки. Вытираясь, глянул в зеркало. Больше всего боялся, что стерев влагу от пара на зеркале, обнаружу у себя за спиной чудище, или духа, или демона, чем там черт не шутит. Но нет, зеркало показывало только меня… ужасно уставшего на вид, синяками под глазами и пухлыми щеками, будто всю ночь пил, или всю неделю. Такие лица я видел часто. Работал барменом в одном дешевом баре. Некоторые даже не уходили, продолжали пить под дверями нашего заведения после закрытия. Вот и у меня было такое лицо.
– Что было дальше? – Для того ,чтоб спросить, мне пришлось прервать его задумчивое бормотание.
А дальше я ушел на кухню. По дороге я раскрывал жалюзи на каждом окне. Город жил свое размеренной жизнью. Судя по всему было часов десять. На работу больше никто не спешил почти, а тепло еще не стало уничтожающим. Кстати мысли о тепле сразу напомнили про книгу. А после книги вспомнился весь прошедший день. Я отметил с радостью что мне больше не страшно, да и больше не тошнило от воспоминания лица того человека. Только интерес остался. Но книгу захотелось срочно взять в руки. Себе же я объяснил это тем же любопытством. Помня, что книга была закрыта на добрых десять замочков, впервые видел такую надежную защиту от открывания, я был намерен попытаться взломать замки. В детстве научился, хотя почти все наше поколение училось подобным «развлечениям». К величайшему удивлению книгу я не обнаружил. Ни следа от нее. Минут сорок я бегал по дому. Не буду говорить, сколько высокопарных ругательств я произнес в тот день, но мои способности действительно впечатляли. Чтоб унять гнев, расстройство, и жуткую тоску я выскочил из квартиры. Решил проветриться. Кстати да, потеря книги вызвала у меня слишком много, как теперь понимаю эмоций. Самыми сильными была тоска, кажется что-то вроде ломки. Мне нужна была та книга. ( Я поинтересовался, долго ли он гулял. Он задумался, все-таки ответил.)
Да, долго. Я вышел с дому в 10:47. Об этом красноречиво свидетельствовал циферблат на фасаде соседнего здания от моего подъезда. По улицам я двигался методично. От самых популярных заведений шел в менее известные. Не знаю, зачем я бродил. Просто хотелось. Кстати в тот день, на той прогулке, я заметил, что люди мне уступают дорогу. Расходятся по сторонам, даже если следуют мне на встречу толпой. Кто-то уходил на другую сторону от дорог. Я не знаю почему, что им дало такой совет, но от меня шарахались как о прокаженного. В целом день был спокоен. Мне немного полегчало. Но вот правда, чем ближе была ночь, тем более страшно становилось. Вспоминал прожитый день. Когда появился закат я помчался домой почти бегом. Остаться в темноте, среди улицы, где нет ни стен, ни моей кровати, ни книги, о да, книги, именно ее не хватало, мне казалось просто ужасным ее отсутствие. До дома я добежал за час. В это время мрак уже окутывал землю. Мне слышался этот противный смех Виделись в самых темных углах страшные создания. На моих лаза из угла вышел этот длинный человек. Кстати я забыл упомянуть. Что он был длинный, но выстой не больше чем я. Глаз на его руке не было, да и на меня он не смотрел. Это создание прогулочным шагом вошло в толпу. Его никто не замечал, но я замер на месте, от чего в меня кто-то врезался сзади. Едва устояв на ногах, я видел, как это вытянутое создание, протянуло руку с искореженными пальцами до парнишки в крупных наушниках. Оно прикоснулось к его плечу и сказало весело: «Бац!». Парень упал как подкошенный. Никто и внимания не обратил, а длинный посмотрел на меня. Подняв руку до уровня груди, он показал мне средний палец. Громко рассмеялся и испарился. (Снова речь прервалась. Вместо нее ощущалось сильнейшее раздражение. Эта пауза длилась долго, пришлось поторопить.)
– Продолжай. – Сказал я грубо, и он продолжил, явно не довольный бестактностью.
Я впал в оцепенение. Сердце разделилось на две части. Каждая половинка удобно устроилась в моих пятках. Я стоял так минут двадцать, пока движущиеся люди обходили со всех сторон. Вернув себе силы, я ушел домой. Теперь мое поведение было параноическое. Я шарахался каждого темного угла, оглядывался на любые шорохи, смех заставлял ежиться. Дойдя до квартиры, я открыл двери. Абсолютная тьма ожидала меня в помещении. Мне пришлось снять с себя обувь и кинуть в выключатель, чтоб запустить свет в коридоре, а после, используя швабру, я включал свет везде, стараясь, чтоб не попадала никакая часть тела в темноту. У меня были простые планы. Выпить чего не будь покрепче, и уснуть. Но когда в квартире задрожали стены и послышался смех, мой разум заполнила одна мысль: «Кинга! Она нужна!» Всю ночь и половину следующего дня я копался судорожно в доме. Я учинил истинный бардак за два часа! После все остальное время занимался сортировкой, расстановкой, починкой всего, что было не на месте. В эту ночь я разгреб все завалы в доме, даже на балконе умудрился покопаться, используя для этого восемь фонариков автомобильных, чтоб вытеснить темноту. В лучах солнца, утро вышло более чем светлое, даже ослепляющее, я едва держался на ногах. Книги не было, зато везде царил абсолютный порядок. Сил не осталось, я едва дошел до своей кровати, разуметься, сперва опорожнив мочевой пузырь и не только его…. От греха подальше.… Улегшись на подушку, я уснул сразу же. Мне приснилась опять та же пустая комната. Некоторое время я как обычно слонялся взад вперед, оглядываясь на смех и ощущения, что на меня кто-то смотрит. Было неприятно, но по сравнению с тем, что произошло дальше, это было всего на всего неудачной шуткой.