В конце концов, статуя, пошатнувшись, свалилась на мраморный пол. Живая горгулья, громко закричав, растворилась в воздухе.
– И что, всё?
– По-видимому. Давайте спустимся, я, кажется, что-то заметил.
Спустившись на пол, Кларк стал, среди груды камней, что – то искать. Через полчаса он радостно воскликнул:
– Нашёл! – мужчина что-то держал в руке.
– Что это?
– Думаю, именно то, что нам нужно.
Дориан внимательно посмотрел на маленькую пентаграмму.
– Я думаю, что это печатка.
– Думаю, ты прав, Кларк. Как ты её увидел?
– Не увидел, а услышал. Когда та горгулья испарилась, на полу что-то зазвенело, упав. Вот я и подумал.
– Она её на шее носила?
– Возможно. Ладно, идёмте. У нас ещё дела…
Выйдя из Храма Трёх Статуй, в котором, после того, как там побывала колдовская троица, осталось лишь две статуи, а также много осколков и камней, они сразу же отправились в ближайший паб Циртаска.
Поев, отдохнув и выспавшись вдоволь, трое друзей, ночью, при свете свечей, расставленных по всей комнате в большие подсвечники, готическиого стиля, собрались возле стола, стоящего в центре комнаты. Положив все три части ключа на стол, они начали разговор:
– Что теперь с этим делать?
– Нам этого не сообщили.
– А что Некрономикон говорит?
– Ничего. В книге написано лишь то, что это ключ для открытия врат, но вот где эти врата – неизвестно.
– Интересная вещица. Не зря мы столько времени и сил пожертвовали. Я искренне рад, что все было не напрасно. Ведь мы могли ошибиться.
– Благодаря нашей силе и мудрости. Да, вещица еще и очень красивая. – Дориан взял в руки три части ключа – два полукольца и пентаграмму. Затем, крутя их в руках, решил собрать ключ – два полукольца соединились, а пентаграмма оказалась печаткой. В момент соединения перстня, пламя всех свечей в комнате одновременно вспыхнуло, а в комнате резко начал ощущаться запах тлена.
– И что теперь с ним делать?
– Надень на палец! – посмеялся Дитхейн, но Дориан расценил это предложение, как реальное, и очень даже возможное. Покрутив перстень в руках, юноша надел его на средний палец левой руки, и свечи в комнате снова полыхнули, но больше не загорелись. А на стене перед Дорианом стало проявляться нечёткое изображение красного света, которое с каждой секундой становилось всё ярче и отчётливей. На изображении было видно, что это небольшое здание из серого камня, с огромными окнами, арабскими колоннами и, очень давно заброшенными, садом и фонтаном. Через несколько минут можно было вообще рассмотреть, какие травы растут возле здания – настолько было чётким изображение.
– Что это за место, Дориан?
– Я не знаю. А ты, Кларк?
– Нет, я тоже не знаю. Но тут можно подумать логически. Это поместье старое, с арабскими колоннами. Это очень большая редкость. Такие были лет триста назад – сейчас они уже не поставляются в Королевство. Скорее, в этом поместье жил какой-нибудь дворянин, аристократ, ну, или…
– …Или колдун, – дополнил недосказанные слова Кларка Дитхейн. – Юноша постепенно, с трудом, конечно, но пытался вникнуть в магические штучки друзей.
– Да, именно. Это возможно. Подождите, смотрите… Дитхейн, ты прав. Возле здания растут колдовские травы – белладонна, ландыш, сонная трава, белена, амилчеп, амотлиопия…Ладно, друзья, не буду забивать колдовством Ваши юные извилины.
– Спасибо, Кларк. – сострил Дитхейн.
– Я вот смотрю, и не пойму, почему это поместье какое-то… непонятное… Я не знаю, что в нём не так.
– Оно заброшено. Там не живёт никто.
– Не в этом дело… Оно… она… Эврика! Оно же горело! Вот, смотрите – окна без занавесей и решеток, возле двери, где она должна была быть – следы огня. Да, это здание горело. – Выдвинул грамотную мысль юноша, и оказался прав.
– Интересно, конечно… Но, что это за здание, и где оно находится!?
Не успев договорить, Дориан упал на пол и закричал, сильно сдавливая руками череп.
Кларк тут же оторвал от головы его руки, и сам стал сдавливать голову юноши, это должно было помочь. Вскоре Дориан открыл глаза, и прекратил кричать.
– Что это было? – юноша выглядел растерянным и шокированным.
– Кажется, я понял. Твой отец пытался связаться с тобой ментально. Силой мысли. Он передал сообщение, и только теперь я понял, что это за место.
– Сила мысли… Боже… И что же это за место?
– В 130 году один некий Князь Дефонк I захотел, чтобы в Карпатах не было магии, и тогда он, властвуя одной командой некромантов, поймал другую, их завели в вот этот самый дом – поместье, но князь обманул всех – он закрыл огромные двери, и поджёг здание. В ту ночь в поместье сгорело около пяти сотен некромагов – самая многочисленная смерть. Здание держится на магии – и это место – одно из самых ужасных и одновременно сильных на земле. Говорят, когда входишь туда, слышны их крики, плач и стоны погибающих.
– Ужасно и несправедливо. Но где оно находится?
– На сколько моя память мне не изменяет – это город Каднорск.
– Это где? – Юноша напрягся, ибо понимал, что их вновь ждет путешествие, которое отнимало много сил, времени и нервов.
– Ныне этот город называется Циртаск. – с каплей гордости ответил Кларк.
– Где мы сейчас и находимся?
– Да, Дитх. Я знаю, где это поместье. Уже утром мы пойдём туда.
– Я могу уже снять перстень? А то устал стоять и держать на весу руку.
– Да, Дориан, конечно.
Юноша опустил руку, с облегчённым видом и произнёс:
– Неужели! Ну, раз мы знаем, что это и где, когда пойдём?
– Я же сказал, что утром, а сейчас все ложимся спать!!! – приказным тоном, но с улыбкой, произнёс Кларк.
Утром друзья спали чуть больше обычного, но проснувшись от довольно редкого луча солнца в Карпатах, сразу, же собрались и отправились в путь, но уже пешком – лошадей пришлось оставить в постоялом дворе.
Сначала друзья прошли через весь город, перешли реку, луг и подошли к лесу.
– В глубине леса и находится поместье, – произнёс Кларк.
Лес был очень густым – было множество деревьев, кустарников, прочих трав и растений, и поэтому друзья двигались к огромному пустырю, а когда достигли своего места назначения, они были подраны, как дикие собаки.
– А вот и поместье! – радостно произнёс Кларк, снимая с одежды головки репейников и других колючек.
– Друзья, Вы готовы?
Юноши молча, кивнули. Они всегда были готовы идти вперед, к цели.
Здание, хоть ему и было несколько веков, всё равно не потеряло своей красоты. Поместье возвышалось над землёю на два этажа, которые были выше обычных этажей поместий – около шести метров каждый. Дверей не было, но по проёму было видно, что некогда они были массивными и железными. Окна были обгоревшими, лепка на поместье давно исчезла и облупилась, правда в некоторых местах она ещё держалась. Ко входу вела небольшая лестница из четырёх ступеней, камни, которой уже частично по выпадали или раскололись. По бокам от дверей стояли высокие арабские колонны – они, наверное, единственное, что сохранилось в своём первоначальном виде. Это – или заслуга прекраснейших мастеров, или заслуга времени – что оно не разбило колонны.
Вокруг поместья росло много трав и кустов, а по паутине на дверном проёме было ясно, что давно здесь никого не было.
– Дориан, думаю, тебе первым стоит войти.
Юноша махнул головой и вошёл.
– Ощущение не очень. Шум, непонятные голоса, и атмосфера дома сего, на душу очень давит. Если, конечно, она у меня все же имеется.
Дитхейн и Кларк тоже вошли.
– Да, Дориан, ты прав. – Как вердикт, произнёс Кларк, мрачно покачав головой.
– А я не слышу ничего. – С легкой грустью произнес человек.
– Ты человек, Дитхейн – тебе и не дано, и, знаешь, это к лучшему.
– Пусть будет, как есть. Меня это устраивает. Моя специализация кардинально отличается от вашей. – С легкой гордостью произнес воин, проведя рукой по пыльной стене помещения.
Трое друзей обошли поместье, и пришли к одной двери.
– Она заперта. Кажется, я знаю, как можно открыть её. – Дориан достал из мешочка перстень. Руки слегка дрожали, но духом он был устойчив. Немного поискав глазами, увидел в стене, слева от двери, небольшое углубление, затянутое паутиной. Убрав белую сеть, выплетенную пауками, он рассмотрел углубление.
– Вот оно – оно в точности повторяет перстень, точнее – печатку-пентаграмму.
– Что делать, и как быть – тебе выбирать. – Кларк положил руку на плечо другу. Ему явно нужна была поддержка близкого человека в этот момент.
– Я знаю, – с этими словами Дориан вставил перстень в углубление, и тут же дверь приоткрылась. Из неё шёл не то пар, не то дым, могильный холод и ощущался стойкий запах тлена и серы.
Дориан открыл дверь, и трое друзей вошли внутрь…
Трое друзей думали, что они войдут в помещение или залу, но они вошли, вернее, вышли в окрестности замка, который величественно возвышался на холме, вдали от друзей. Слева находился поднятый мост через широкий глубокий ров, в котором еле слышно шумела черная вода. Дитхейн подошел к краю, глянул в пучину, поежился, и тут же вернулся к друзьям. По краям двора находились небольшие сооружения, а во дворе было множество людей, которые тут же обратили внимание на странников, но подошёл к ним лишь один человек.
– Добрый день, странники. – высокий мужчина в мундире стражника, с мечом наперевес, бегло бросил взгляд на людей.
– Здравствуйте. – Произнес Дориан, расправив усталые плечи.
– С чем пожаловали?
– Мне нужен мой отец. – Твердо ответил юноша.
– И кто же он?
– Кьяртхелл.
Мужчина вначале сощурился, а потом громко засмеялся.
– А отчего же Вы смеётесь? – вступил в диалог Кларк.
– Он не может быть Вашим отцом. – Стражник неустанно смеялся.
– С чего же?
– Потому что я так сказал.
– А я сказал – отведи меня к нему!
Мужчина промолчал, и вместо этого вытащил из-за пазухи кинжал, но меч остался висеть на поясе, и пригрозил Дориану. Кларк же в свою очередь схватил руку мужчины, развернул его вокруг себя, и, выхватив его кинжал, приставил его к горлу.
– Ты слышал, что сказал Пиковый Туз? Веди нас к Кьяртхеллу!
Мужчина послушно махнул головой. Он прекратил смеяться. Уже было не смешно.
Войдя в замок, мужчина, которого они схватили с собой, стал указывать на место, где находятся тринадцать ступеней. Они долго шли по замку, и наконец, пришли к двери.
– Открывай! – Кларк был суров и груб.
Мужчина послушно отворил дверь. Впереди находилась небольшая каменная площадка, а далее, вверх, поднималось тринадцать широких и высоких ступеней. Они вели к ещё одной двери наверху. Все ступени выглядели, как обычная лестница, только не было перил – их заменяли две каменные стены по бокам. Было довольно грязно и пыльно, но при этом была одна странность – помещение не откликалось эхом. Это не последняя странность, которая их поджидала.
– Как идти? – вновь пригрозив стражнику его же кинжалом, спросил Кларк.
– Я не знаю! Отпустите меня. – мужчине было страшно, и он этого не скрывал. От былого смеха не осталось и следа.
– Иди!
– Нет, не надо! Прошу! – умоляющим голосом закричал мужчина, но Кларк не слышал его – он просто толкнул мужчину на первую ступень. Тут же мужчина загорелся, и уже через мгновение прах исчез. Грязи стало больше. На стене, возле этой ступени проявилась надпись:
"На первую ступень может ступить лишь Пиковый Туз"
– Дориан, это твой шаг! Это твой путь! Удачи! – громко произнёс Кларк, подбадривая друга, а у самого, при этом, сжималось сердце от волнения и страха за друга. Спустя много лет, у Кларка появились эмоции и сострадание. Но этот юноша для него уже стал родным.
Пиковый Туз набрался решительности и шагнул на первую ступень. Было страшно, волнительно и трепетно, но пути назад не было. Даже, если бы он и был, то Дориан бы не свернул с пути, даже под страхом смерти, хотя, чего греха таить, смерть шла с ними четвертой, просто она слегка отставала. Тут же возникла стена на второй ступени, и дверь.
Дориан открыл дверь, и вошёл в комнату. В абсолютно голой комнате со стенами противно-серого цвета, стоял мужчина.
– Здравствуйте. – Дориан пытаясь побороть страх, быстро поздоровался с незнакомцем. Это был невысокий мужчина с изрезанным морщинами лицом, но удивительно молодыми и добрыми глазами цвета янтаря.
– Здравствуйте. Что Вас привело? – его голос был мягкий и успокаивающий. Стало немного легче дышать.
– Я к отцу. – Дориан уже более уверенно произнес, глядя мужчине прямо в глаза.
– Ваше имя?
– Дориан.
– Ваше полное имя.
– Я не знаю. Я был подкидышем. – Он даже никогда не задумывался, а есть ли у него полное имя. Он понадеялся разгадать и эту загадку.
– Имя Вашего отца.
– Кьяртхелл Берноте Фон Дэрасто Магнос.
– Что есть Ваш ведущий ключ?
– Некрономикон.
– Сколько глав в книге?
– Она состоит из 2 глав, 9 книг и множества прикладных книг.
– А кто автор Библии Некрономикона?
– Абдаллах ибн Джабир ибн Абдаллах ибн Амр аль-Хазраджи аль-Ансар.
– Обладаете ли Вы Некрономиконом?
– Да, но не могу ею управлять.
– Вы один пожаловали?
– Нет, с друзьями.
– Почему же сейчас один? – тональность голоса мужчины едва заметно сменилась. Строгие короткие вопросы Дориану уже слегка успели наскучить.
– Я не хочу их подставлять под смерть – я дорожу своими друзьями. А ещё они очень долгое время мне помогали, а теперь пришло время мне самому всё делать.
– Ты – молодец. Ты силён – ты дорожишь своими друзьями – это похвально.
– А можно спросить?
– Никто этого не запрещал.
– А к чему все эти вопросы?
– Будущий бог некромагии должен быть силён во всём. Двери на новую ступень тебе открыты. Проходи. Но будь осторожен.
– Спасибо. – делая осторожные шаги, произнес Дориан, постоянно озираясь по сторонам. Сейчас нужно было быть максимально оторожным, как никогда.
В стене возникли двери, и Дориан стал двигаться к ним. Неужели, эти вопросы и были испытанием? Если все ступени будут такими легкими, то это хорошо, но очень странно. А если нет, то Дориана не пугали трудности, он и так в свои юные годы уже успел сделать «сладкий» глоток смысла жизни. Стены к началу ступеней стали невидимы, и Дориан увидел друзей. На их лицах было счастье и радость.
Дориан махнул головой, и вошёл в другую комнату – на третью ступень. «Так, что же у нас тут?» подумал юноша. Он начал ходить по комнате и разглядывать её от и до. Пол был устелен самым дорогим персидским ковром, а посреди него стоял большой деревянный стол с резными ножками и такие же стулья. На столе в высоких подсвечниках, горели две свечи и несколько тёмно-алых роз были в вазе.
– Проходи и присаживайся за стол. – послышался милый женский голос. Дориан не стал спешить с ответом на приглашение. Но, когда из-за ширмы вышла молодая девушка в шёлковом красном платье, он обомлел. Перед ним стояла молодая красотка лет двадцати. Её длинные чёрные волосы, которые переливались и блестели в свете горящих свеч, ниспадали по точеной фигуре, при этом не скрывая объёмы её бюста. Мужское нутро напряглось. Тут даже мертвый воскрес, не говоря уже о молодом жаждущем полубоге. Она была стройна, высока и прекрасна. Обворожительная белая кожа, глазки, как у лисички, и прекрасный глубокий, завораживающий взгляд, проникающим в самые потаенные уголки сознания.
Ноги красавицы были приподняты над полом на высоте около двадцати сантиметров – юноша ещё удивился, как только женщина может держаться на таком высоком каблуке. Это было красиво, но неудобно и нецелесообразно. Посмотрев выше, Дориан еще больше был поражён красотой – длинные стройные ножки были облачены в тонкие шёлковые чулочки, резинка которых нежно и сексуально обволакивала своим чёрным кружевом пышные бёдра девушки, но через длинные разрезы платья, была видна лишь небольшая часть ножек красавицы, но и этого хватило, что бы у Дориана заиграло похотливое желание. Это было через чур откровенно. Девушка грациозно подошла к Пиковому Тузу, и ласково провела изящной рукой по его щеке.
– Не стоит быть таким напряжённым. Расслабься, милый.
– Оооо… Кто ты? – Дориан пытался совладать со своими чувствами и желаниями сорвать с девушки ткань, прикрывавшей её наготу и слиться с ней в страстном соитии горячих тел. В его фантазиях она уже была его рабой.
– Я? Моё имя Сэлли. А твоё, красавчик? – её голос ласкал не только его слух.
– До… Дориан… – юноша сильно заикался.
– Прекрасное имя. Такое же прекрасное, Дориан, как и ты сам… Присаживайся. – девушка мягко поманила его рукой к себе.
Дориан послушно сел на пушистую кровать, сплошь устеленную красным шёлком. Затем девушка угостила Дориана красным вином, вкуснейшими ягодами и фруктами, и даже мясом куропатки, столь же сладким и сочным, какими оказались и губы девушки. Сэлли с юношей не разговаривали, только прикосновения, ласки и поцелуи. Затем она оголила пышную грудь, и дала юноше ласкать и трогать себя. Как же он этого желал. Дориан же жадно целовал и мял нежные груди женщины, посыпая её белоснежное тело лепестками красных роз. Заведя юношу, она начала сводить его с ума, но, как истинная леди, в нужный момент отскочила от него. Дориан наблюдал, как красотка Сэлли грациозно передвигалась по комнате. При этом её грудь и ягодицы медленно колыхались, а шёлковые волосы струились по тонкому и ровному стану девушки. Скрывшись за занавесями, девушка появилась быстро, и уже с двумя трубками из листьев в руках. Такую он видел у Кларка, и знает, что это можно курить. Сэлли легла на кровать, и, облокотившись на Дориана, предложила ему одну трубку. Затянувшись белым дымом, Туз сразу же почувствовал лёгкое головокружение и пьянящий аромат ореха. После этого девушка прикоснулась к губам Пикового Туза. Он видел, как из его рта ещё плавно перетекает в уста красотки белый дым табака, но потом он стал голубым. Дориан сразу же отрезвел, и начал отталкивать шлюху. Но это было не просто – она села сверху юноши, и стала выпивать из него непонятный голубой дым. Это было красиво, но по телу парня растекалась слабость, и он почувствовал, как падает в пустоту.
Через пару мгновений, очнувшись, он схватился за ножку стула, и ударил девушку его железной верхушкой – Сэлли в миг же упала на кровать. Тогда Дориан соскочил с кровати, и метнулся к кинжалу. Но девушка успела к этому времени прийти в себя, и бросилась к Дору.
Она не заметила, что Туз уже схватил кинжал, и, резко развернувшись, он вонзил его в прекрасную грудь женщины. Дориан думал, что из сердца польётся кровь, но он ошибся – лицо девушки искривилось, она застонала, а из груди прыснула голубая жидкость. Через мгновение на полу лежала груда искорёженных костей, слегка обтянутых кожей. Из всей красоты и напыщенности осталось лишь красное шёлковое платье…
Дориан выскочил из комнаты, через отворившуюся железную дверь…
Дориану было тяжело дышать, глаза еще застилала легкая пелена, а в голове творился сумбур. Но он всё равно преодолел третью ступень, и впереди его ждала четвёртая. Он набрался решительности и смелости, открыл дверь, которая тут же за ним закрылась. Дориан оказался в очередной шикарно обставленной комнате. Снова. Снова комната. Снова испытание. На миг Дориан хотел психануть, разъяриться, и просто уйти от всего этого, но в нужный момент юноша опомнился, встряхнул головой, и собрался с силами. Стало легче и лучше. Он приготовился. Он думал, что сейчас выскочит монстр, но ошибся – в комнате никого не было. Тогда Дориан начал осматриваться. Покои были более шикарны, ежели в предыдущей комнате. На полу лежали редчайшие персидские ковры, на которых были дорогие кресла, столики, статуи и вазы. Дориан долго был один, и он уже начал думать, что это испытание на совесть – сможет ли он выжить в таких условиях.
– Что, нравиться? – раздумья юноши прервал громкий, красивый голос мужчины. Почему они все здесь красивые и обворожительными голосами? Иногда становиться приторно. Дориан обернулся на голос, и почти обомлел – перед ним стоял красивый мужчина с завораживающими глазами, бархатным мягким голосом. Одет тот тоже был в костюме из красной кожи со вставками чёрного бархата. И вновь красный цвет.
– Здравствуйте. – Дрожащим голосом произнёс приветствие Дориан.
– И я рад видеть тебя. А что ты смотришь на меня, как на чудо заморское?
– Да, вот думаю я, не инкуб ли Вы?
– Фууу! – мужчина скривился. – Я? Может, но тогда бы я соблазнял девушку, а не мужчину. Можешь не волноваться – я простой человек.
– Надеюсь. А то суккуба я уже уничтожил. И что же это за испытание?
– Что, уже надоело?
– Ну, не то, что бы… – Дориан проникся доверием к незнакомцу. Наверное, из за солидарности или усталости.
– Да ладно, понимаю. Все, кто до меня доходили, дальше не хотели идти – это тяжело очень. Кстати, ты голоден?
– Нет, суккуб накормила меня уже.
– Хорошо. Тебе повезло, что она тебя, а не ты её накормил.
– Она пыталась. И, к моему сожалению, у нее это почти получилось.
– Ключевое слово – почти. Ты тут, а значит, у неё ничего не получилось. Я рад. Ты силён – молодец – с женщиной смог справиться. Вино будешь?
– Нет, я откажусь. У меня ещё испытания.
– А ты уверен, что тебе туда нужно?
– Да, конечно. – Голос Дориана стал тише.
– А для чего? – мужчина расхаживал по комнате, шурша подолом платья, и не унимался задавать вопросы.
– Что бы попасть к отцу, и занять его место.
– А оно тебе нужно?
– Я не знаю. – В Дориана проснулась слабость. Это еще действовало вино от суккуба, в котором неизвестно что было, и сколько ждать, пока кровь очистится, а разум прояснится.
– Ясное дело, что не знаешь – тебя ведь даже не спросили. Так?
– Да, Вы правы. – Увы, это было сложно принять, но он был прав. Его даже не спросили. Это коробило Дориана, но он всегда отметал эти мысли от себя, а тут сам случай представился, чтобы задуматься о смысле всего происходящего.
– Ну, вот видишь. Может, прекратишь свой путь?
– Я не знаю. – юноша сел на кресло и опустил голову в раздумьях.
– Ты вообще, как я посмотрю, ничего не знаешь! Думаю, тебе не хватает похвалы и заслуженных даров. Ты ведь с самого рождения для окружающих – почти игрушка – делаешь всё во благо других – а тебе за это даже ничего не дают – не восславляют, и не благодарят.
– Вы снова правы.
Мужчина действительно был прав – он говорил то, что болело у юноши, и то, о чём он действительно горевал.
– Я могу тебе дать всё, что ты захочешь! Но всего три вещи! Чего ты хочешь? Богатства? Счастья? Любви? Уважения? Весь мир?
Дориан с завороженными глазами смотрел на мужчину. Вот она, его долгожданная награда.
– Да, я хочу жить нормальной жизнью обычного человека. Встретить хорошую, умную и красивую женщину, и скорее выбраться отсюда!
– Смотри! – мужчина раскрыл руку, а на ней было красивое магическое представление – изумительной красоты особняк в три этажа, счастливый Дориан, а рядом с ним обворожительная и манящая женщина, которая обнимает его, смотря влюбленными глазами, и еще четверо маленьких, радующихся жизни детишек. Его детишек. Это его семья и его жизнь. Он счастлив.
– Этого ты хочешь? – Мужчина смотрел на юношу и был доволен собой.
– Да, именно! – Дориан почти закричал от радости и воодушевления.
– Я дам тебе всё это, но если ты покинешь этот замок, и передашь возможность двигаться дальше мне – вместо тебя!
Дориан, восхищённый и жаждущий окунуться в жизнь, представленную на руке мужчины, хотел было сказать «да», но что-то его остановило. Будто его стукнули по голове. Возникло ощущение, что Кларк, со своими строгими взглядами на жизнь, стоит сзади него и бьет огромным камнем по голове. Дориан обернулся, но никого не было. Мысли стали возвращаться в прежнее русло.
– Ну же! Тебе стоит сказать лишь «да» – и ты свободен. Что же может быть лучше свободы!? – на лице мужчины играла ехидная улыбка.
– Знаете, у меня есть своё мнение и виденье того, что касается темы свободы – я, больше, чем уверен, что каждый в нашей жизни, хоть раз задумывался над этим вопросом. И это очень хорошо, ведь человек, задумывающийся над смыслом и сущностью бытия, может считаться образованным и грамотным, ведь размышлять может лишь таковой.
А теперь, что касается Свободы. Вариантов Свободы множество, но разделяются они на две категории: физическая и моральная. Но, все мы прекрасно понимаем, что от чего-то зависим, а значит – мы не свободны. По этой причине я расскажу не виды и свойства свободы, а наоборот виды её отсутствия. Так вот, как я уже сказал, есть два вида заточения: физическое и моральное.
Физическое же делится на два вида: прямое и общественное. Прямое заточение или лишение свободы – вот поэтому, как и выражаются – самое что ни на есть прямое заключение – тюрьма. Известно, что не все, далеко не все, находятся там не от хорошей жизни, но в этом вина самого человека, в любом случае, даже если, как выражаются, были не в том месте, и не в то время… Также к физической несвободе относится и общественное заключение, которыми являются узы брака, или любые другие отношения. Всем известно, что, если, человек находится в отношениях с другим человеком, он, являясь преданным, никогда не посмотрит в сторону другого человека, потому что он не свободен. Для кого-то узы брака являются добровольными, а для кого-то вынужденными, но всё равно они являются лишением свободы человека.
Что касается морального лишения Свободы, то оно в нашей жизни происходит постоянно.
Мы в этой жизни зависим от всех личных обстоятельств: семья, брак, труд, обучение различным наукам и способностям. Везде присутствует вышестоящие люди, от всех мы зависим, и всё потому, что все зависит от нас по – иного просто не может быть. Ведь, если, каждый человек отстраняется от труда, обучения, всех должностей и обязанностей, и будет жить один, то мир так очень скоро вымрет… Таким образом, становится ясно, что мы не можем быть свободными – хоть по одному пункту мы заточены, и свободным не может быть никто даже Всевышний (не учитывая рамок атеизма), потому что у него тоже есть дела и обязанности…
Таким образом, можно подвести итог, что человек только в одном может почувствовать хоть маленькую долю свободы – в искусстве. В моральном, духовном мире – где он может остаться наедине со своим умением, или душевным миром, миром, где присутствует лишь то, что его устраивает, не перечит ему и всё относительно нормально. Закрываясь в духовном мире, человек таким образом «освобождается» и немного забывает о проблемах и обязанностях…
– Ну, ты и.… Да, Дориан, ты умён. – Мужчина был действительно восхищен размышлениями юноши.
– А Вы сомневались? И ещё одно. Вы сами сказали, что все эти испытания – простая трата времени и вообще – это гиблое дело. Зачем же это Вам нужно?
– Я хочу остановить всё это, что бы ни гибли люди, что бы не было рабства! – Он с яростью стукнул кулаком по деревянному столу. От удара послышался гул.
Все слова и речи, которые текли из уст мужчины, были приятны и сладки Дориану, но юноша вмиг одумался, или его что-то остановило, и он громко произнёс:
– Нет! Мне не нужно ничего этого! Я не хочу!
– Но как? Почему? – мужчину накрывали ярость и гнев. Он сжал руки в кулаки, отчего его костяшки пальцев побелели.
– Отец, и моё кровное происхождение, родовое имя – вот что мне дороже всего! И богатство мне не нужно, да и жену я встречу, и детей она мне родит. И всего этого я добьюсь сам – честностью и умом. – Дориан отрезвел от мнимых радостей, которые ему предлагали и твердо стоял на своем решении и выборе. Злость росла с каждой минутой.
– То есть ты желаешь отказаться от моих даров, и двигаться дальше, через девять ступеней?
– Именно. – Туз стоял на своём.
– А ты уверен, что сможешь пройти все испытания? – мужчина продолжал вносить сомнения в правильность дела.
– Да, я уверен.
– Ну что ж, тогда ты откажешься и от этого? – мужчина раскрыл другую руку, а на ней, снова – в магическом свете, была девушка – юная и красивая.
– Кто это? – по коже пробежал неприятный холодок.
– Селена. Твоя мать.
– Я не верю! – голос Дориана стал тише.
– Восемнадцать лет назад она, по вьюге и метели, принесла тебя в монастырь, а сама погибла. Я могу вернуть её!
Дориан не знал, что ему делать, и как поступить. Он метался между живым отцом и мёртвой матерью. Он задумался. Лишь на миг. Но семейное предназначение перевесило – ведь мать уже не вернуть.
– И всё равно я скажу, нет. – Эти слова дались тяжело юноше, но после того, как они вырвались из груди, в горле исчез неприятный ком, терзающий не только горло, но и душу.
Мужчина злился и пребывал в дикой ярости.
– Тогда три раза скажи нет! И я отпущу тебя.
– Нет! – твёрдо произнёс Дориан.
Мужчина, после первого «нет», раскрыл обе руки, в которых была мать Дориана, и сцена счастливой семьи.
– Нет! – снова сказал юноша, но уже более поникшим и слабым голосом. Вновь образовавшийся ком в горле разрывал сердце и слезы вот-вот готовы были брызнуть из голубых глаз.
– Да! – воскликнул мужчина.
– Нет! Я сказал нет! – почти закричал Дориан. Слабость ушла, а на её месте образовалась сила.
В стене возле юноши возникла дверь, и он со всей мощью дёрнул её на себя, и исчез за нею – в новой комнате – на пятой ступени… Глубокий выдох.
Но на этот раз всё было тяжелей – хотя бы морально.
Дориан стоял в пустой комнате, и уже через минуту к нему явился ангел. Это был действительно ангел – светящаяся оболочка, огромные белые крылья, и даже нимб на голове.
– Здравствуй, Сын мой.
Дориан от удивления потерял дар речи.
– Ты выжил после Люцифера – ты молодец. Ты ведь понял, кто он?
– Да, конечно, я понял. Он пытался искусить меня – предлагал дорогие сердцу и одновременно страшные вещи.
– Он – Демон, он всегда творит зло. Мальчик мой, ты веришь в Бога?
– Нет. – Сказал, как отрезал. Конечно, что ему терять от таких слов, если он сам полубог.
– Как? Ладно, ты ещё молод и глуп. После смерти, ты уж прости, что затрагиваю эту скверную тему, но куда мечтаешь попасть – что, же ближе тебе – Рай или Ад?
– Попасть? В рай, наверное. – Дориан еще не задумывался об этом.
– Я могу помочь. Я должен раскрыть тебе великую тайну – пройдя все ступени, ты не найдёшь там своего отца – там ты погибнешь, пропадёшь – тебя убьют и, забрав твою силу, отправят в ад.
– О… – Дориан поник. Он не ожидал такого. – Это… это подло. Я думал, что обрету отца.
– Я могу помочь избежать сей участи – и ты выживешь, а после смерти попадёшь в Рай.
– Я согласен. Что взамен тебе должен я?
– Отказаться идти дальше, мальчик мой!
– Нет! Это очередной обман! – Оказалось, что нельзя доверять даже ангелам.
– Значит, если ты так говоришь, то ты не веришь в Бога нашего, глупец, в Создателя Всего! Слаба Вера твоя! Это же он создал тебя. Он верит в тебя, а ты не веришь в него!
Ангел давил на больное, и Дориан не знал, что делать. Юноша, уже было, желал согласиться с ангелом, но в последний момент он одумался, и вспомнил про своего Бога – отца – единственного кровного родственника, и понял, что отец для него дороже рая, что, лучше, он сейчас откажется от Святой Земли, но будет рядом с отцом. И позже в Чистилище попадёт, но не откажется от семьи. Хотя, дорога в рай юноше и так не светила – некромант в рай никогда не попадёт…