Czytaj książkę: «Откровения на ветру»
Очки разочарования
Каждая женщина, которая готовится стать мамой, может перед Новым годом посетить волшебную лавку, чтобы выбрать там себе волшебный предмет, который поможет ей в воспитании ее будущего ребенка.
Здесь есть и духи безусловной любви (которые усиливают материнскую любовь и помогают выражать это чувство), и таблетки красноречия (которые помогают найти много прекрасных слов, чтобы выразить материнские чувства), и эликсир заботы (который сделает любую женщину самой заботливой и преданной мамой)… А можно еще было здесь купить и такие уникальные вещи, как шапку-невидимку контроля (которая позволяет незримо присутствовать рядом с ребенком), пряжу жертвенности (если вязать из нее, а потом распускать связанное, можно отдавать частичку своей жизни своему ребенку)… Много было вещей в волшебной лавке. Условие было одно – вещь дается только одна в одни руки, на каждого ребенка, которого ждет беременная мама.
Многие из вас, дорогие мамы, сейчас удивятся: «Какая волшебная лавка? Все это выдумки!» А я вас уверяю – каждая из вас в ожидании своего малыша именно перед Новым годом посетила такую лавку, просто вы забыли об этом… Так устроен мир, что посещение этой лавки надо забыть, чтобы не было соблазна вернуться и обменять выбранный товар. Что выбрала — то твое!
Так вот, одна женщина, ожидая появления на свет своей дочки, тоже пришла в такую лавку и задержалась около прилавка с очками. Она всегда была модницей и любила красивые вещи, но эти очки были прекрасны. Ей сразу же захотелось их примерить. На вид они все были одинаковы, но продавец, седой старичок с окладистой бородой и свитере домашней вязки, поспешил ей на выручку.
- Хотите примерить?
- Да, мне нравятся эти очки. Для чего они?
- Сначала расскажите, каким вы представляете своего будущего ребенка? Какую жизнь вы ему желаете?
И женщина задумалась. Конечно, она мечтала быть самой лучшей мамой и мечтала, чтобы жизнь ее дочери прошла гладко и без потрясений. И уж она точно знает, какой должна быть ее жизнь. Она представила ее малышкой в нарядном платье; потом школьницей, прилежно тянущей руку над партой; девушкой в свадебном платье под руку с красивым и успешным мужчиной; заботливой мамой в кругу детей; взрослой женщиной, сидящей за рабочим столом в кабинете; зрелой дамой, заботящейся об ее старости. Она так явственно представила всю жизнь своей дочери, что поняла, что точно теперь знает, какой она у нее должна быть. И она все это проговорила продавцу волшебной лавки.
- Я мать, и я лучше знаю, что хорошо для моей дочери. Я хочу средство, которое поможет ей прожить такую жизнь, которую представляю для нее я.
- А если ваша дочь захочет прожить свою жизнь, а не ту, что вы представляете?
- Тогда я буду очень разочарована. Мне нужна такая вещь, которая поможет видеть мне все те качества дочери и поступки, которые заставят свернуть ее с намеченного мной пути, и указывать ей на них. Я хочу, чтобы моя дочь была послушной.
- Вы уверены? – усомнился продавец.
- Да. Я буду видеть и указывать ей, как жить, тогда она действительно будет счастлива.
- Тогда вы верно выбрали себе прилавок. Это очки разочарования, и они-то вам и нужны. Правда, есть еще другие — очки очарования, и в них вы будете видеть свою дочь идеальной и каждый ее выбор и поступок верным, даже если у вас будет другое мнение на этот счет. Может, примерите и эти?
- Нет, спасибо, но эти мне подходят больше. Упакуйте, пожалуйста.
И женщина вышла из лавки с красивым серебристым футляром, в котором лежали великолепные очки. Она отправилась домой и стала готовиться к встрече со своей малышкой.
Сначала она выбрала ей отца – именно такого, который, по ее мнению, мог обеспечить семью и стать опорой для нее. Правда, при этом пришлось разрушить его личную жизнь, но очки разочарования всегда были под рукой. И она устраняла все препятствия.
Потом она выбрала ей имя, дату рождения... и вот они с дочкой встретились. Она так была рада встрече, что на некоторое время забыла про свои очки. Но потом решила разглядеть свою дочку лучше и все-таки надела их.
- Дорогая, а почему ты так не похожа на меня? — с удивлением спросила мама. — Смотри, какие у меня гладкие и блестящие темные волосы, а у тебя совсем светлые и вьются мелким бесом… Ты такая худая и нескладная. Нет, так оставаться не может. Волосы надо подстричь покороче. Платья носить подлиннее. И есть как можно больше.
Дочка взглянула на маму большими синими глазами, захлопала ресницами, на которых сверкнули слезинки, и подставила свои кудри под ножницы. Ей было жалко с ними расставаться, но она любила свою маму и хотела, чтобы она была довольна.
И каждый раз, когда мама надевала очки разочарования, она всегда находила повод придраться. То она не с теми детьми дружит, то она не в те игрушки играет, то не те книжки читает…
Когда дочка пошла в школу, мама решила помогать ей с домашними заданиями. И опять ей понадобились эти очки. Но вместо первых успехов дочки в очках разочарования были видны только кривые буквы и цифры в дочкиных тетрадках. Сразу замечались ошибки, помарки. Почти все было не так: как девочка сидит за столом, как читает, как пишет, как смотрит, как говорит.
«Я же показываю ей ее ошибки, чтобы она их исправила и приблизилась к идеалу, — думала мама, снимая очки разочарования и убирая их в серебристый футляр. — Я просто желаю ей добра!»
Незаметно дочка подрастала, а мама все чаще пользовалась очками разочарования. Она уже почти не снимала их. И все, что она видела через них, разочаровывало ее. «Все люди злые и агрессивные, меня никто не понимает... — сетовала она, — Я так много трачу сил на то, чтобы все вокруг было идеально и хорошо, но этого никто не ценит».
И, конечно, больше всех ее разочаровывала дочка. Она прогоняла из дома ее подружек: «Нечего тебе с ними дружить!», она осуждала ее выбор первой любви: «Нашла в кого влюбиться!», она запретила ей даже думать о поступлении в вуз, который нравился дочке: «Тебе будет лучше учиться в том, что рядом с домом. Никаких других городов и общежитий. В другом городе скатишься по наклонной, сгуляешься и забросишь учебу. А окончив этот вуз, получишь работу с небольшой, но стабильной зарплатой».
Darmowy fragment się skończył.