Банкет продолжался, все веселились, много общались, танцевали, пили, закусывали и опять общались. К Алексею с Болотовым присоединились их коллеги-дистрибьютеры из Волгограда и Казани, и за столом велись всякие веселые разговоры.
На следующий день у Завьялова был билет до Самары на фирменный поезд «Жигули».
Веселье было в полном разгаре, и никто не обращал внимания на стоявшего над залом ресторана балконе, где находились номера отеля, Гарри Эванса, который внимательно наблюдал весь вечер за одним человеком. Этим человеком был Алексей Завьялов.
Самара. 2006 год. Февраль
Гарри Эванс и технический директор «Shell-нефть» Николай Кузнецов прилетели в Самару, как и планировали, в начале февраля. В аэропорту их встретил Алексей Завьялов на служебном автомобиле с водителем, выделенным компанией специально для встречи и поездок по делам командировки представителей московского офиса.
Как и было проговорено заранее по телефону, из аэропорта Курумоч они поехали в Тольятти. Там Завьялов забронировал для Эванса и Кузнецова два люкса в отеле «Русь». Командировка была рассчитана на два дня, за которые необходимо было организовать встречу Николая Кузнецова с директором научно-технического центра ВАЗа, а Гарри Эванса – с руководством фирмы «Лада-сервис» – авторизованным дилером Shell в Тольятти, которые рассматривались на возможность заключения «дистрибьютерского соглашения с «Shell-нефть».
Алексей развел по времени эти две задачи, где должен был присутствовать сам, и благополучно справился с их исполнением. Вечером на второй день пребывания в Тольятти (утром Кузнецов и Эванс улетали в Москву) решили поужинать в ресторане «Карл и Клара».
За ужином Николай и Гарри поблагодарили Алексея за хорошо организованную командировку. Она оказалась удачной у обоих. Кузнецов получил заверение от директора НТЦ, что полусинтетическое масло производства Shell после проведенных необходимых испытаний будет предложено руководству концерна для рекомендации в использовании на производимых ВАЗом автомобилях, а Эвансу понравились руководство фирмы «Лада-сервис» и их ресурсные возможности в Тольятти по продвижению продукции Shell – решение о подписании с ними дистрибьютерского соглашения, в принципе, было принято на состоявшейся встрече, у Эванса были такие полномочия.
После ужина на служебной машине, выделенной компанией «Волгазапчасть», Кузнецова и Эванса довезли до отеля. Алексей вышел проводить их до холла. Эванс неожиданно предложил Завьялову попить кофе прямо в холле, где находился аппарат. У него был еще один, как он выразился, служебный вопрос, который не займет много времени. Николай ушел в номер, а Гарри и Алексей, купив капучино в аппарате, сели за свободный столик, стоящий здесь для оформления документов при заселении в отель.
– Алексей, в компании «Shell-нефть», насколько я успел уже разобраться, вы на очень хорошем счету, – начал Эванс.
– Рад это слышать, – сказал Алексей.
– Так вот, – продолжал Эванс, – в задачи большого Shell входит увеличение присутствия концерна в России. Для этого ему нужны обученные кадры, коренные россияне, хорошо понимающие местный менталитет, но также хорошо владеющие всем инструментарием бизнеса, который ковался десятилетиями существования рынка, к большому сожалению, отсутствующего в России до последнего времени. Теперь жизнь исправляет эту несправедливость. Ваша страна встала на цивилизованный путь развития, и этот пробел необходимо устранять. Нам нужны кадры, родившиеся и получившие образование в России, готовые продолжить образование в Англии и вернуться сюда обратно для работы в компании.
Эванс, говоря все это, допил свой капучино, встал, чтобы взять в аппарате для себя кофе еще, начал рыться в кармане брюк в поисках наличных. Алексей, внимательно слушавший Гарри, достал мелкую купюру и протянул ее англичанину.
– Спасибо, я сейчас, кофе закончилось, – сказал Гарри и пошел за кофе к аппарату.
Вернувшись, Эванс продолжил:
– Короче, предложение такое. Компания Shell выдает грант для обучения в ряде британских ВУЗов, включая Королевский колледж Лондона и Оксбридж. Грант покрывает расходы на обучение, проживание и перелет в две стороны. Предпочтение отдается соискателям, не учившимся ранее в Англии. Помимо этого, студент должен уже иметь диплом о высшем образовании и обладать хорошим знанием английского. Претендент на грант не может быть старше 35 лет.
Эванс сделал паузу, смакую свой капучино. Алексей, уже поняв, куда клонит англичанин, внимательно слушал, не перебивая, и теперь не проронил ни слова. Завьялов ждал продолжения разговора.
– Мне нравится в тебе, Алексей, умение выслушать собеседника до конца, – сказал Эванс. – Мы хотим предложить тебе обучение в Оксфорде. То есть компания Shell предлагает тебе грант для обучения в одном из самых престижных вузов Англии, да и всего мира, впрочем. Ты подходишь по всем параметрам нам и по всем параметрам, необходимым, чтобы быть соискателем. Учиться там 12 месяцев.
– С английским языком проблема, – сказал Алексей. – Хотя она самая легко устранимая при желании и усердии. У меня мама учитель английского языка.
– Это ты правильно говоришь, – сказал Эванс. – Не торопись, подумай. Сколько нужно тебе времени, чтобы подумать?
– Сколько у меня его есть? – спросил Алексей.
– Месяц, – сказал Эванс.
– Хорошо, Гарри, не позже, чем через месяц, я вам сообщу, – сказал Алексей.
– Этим вопросом по поручению большого Shell занимаюсь только я, – сказал Эванс. – Поэтому, когда примешь решение, любое решение, звони мне лично.
– Хорошо, я понял, – сказал Алексей.
– Ну, тогда я спать, завтра рано вставать, – сказал Эванс, вставая.
– Я заеду за вами утром, как договаривались, – сказал Алексей, вставая тоже.
Они попрощались до утра. Алексей сел в автомобиль и сказал водителю везти его домой в Самару. До дома ехать по ночной пустой трассе часа полтора-два, немного поспать и обратно за Кузнецовым и Эвансом в Тольятти, чтобы отвезти их в аэропорт Курумоч.
По дороге домой Завьялов думал о предложении Эванса. Такой шанс круто повернуть судьбу и получить возможность карьерного роста выпадает крайне редко. Да и от одного названия – Оксфорд – дух захватывает. Алексей представил строчку «образование» в своем резюме, в которой будет написано «Оксфорд», и зажмурился от удовольствия и восхищения. Плюс ко всему после целевого обучения попасть в кадровую обойму компании Shell – дорогого стоит.
Приехав домой уже в полночь, Алексей рассказал обо всем Вике.
– Леш, а что тут думать-то, надо соглашаться, – с восторгом произнесла Вика. – Это же совсем другой уровень жизни, если все это получится.
– Двенадцать месяцев, Вик, учиться, – сказал Алексей. – Будешь тут одна.
– Да ладно, какие проблемы, – сказала Вика. – Космонавты вон летают по году. Зато потом семья на всю жизнь обеспечена. Кроме того, даже если в Shell потом не будет интересно ну или что-то не так пойдет и ты уйдешь, образование-то останется. Корочки Оксфорда – это не хухры-мухры.
– Да, ты, наверно, права. Надо соглашаться, – сказал Алексей.
– Скажи этому Гарри прямо завтра, когда их в аэропорт повезешь, что согласен, – сказала Вика.
– Успею, – улыбаясь и гладя по голове жену, сказал Алексей. – Он мне месяц дал.
– Ну, так-то да, надо выдержать паузу для солидности, – согласилась Вика. – Но тормозить тоже не надо, чего доброго, кто еще подвернется. Да и в Москве всяких крутых родителей полно, вдруг кто-то захочет свое чадо устроить, если узнает, что есть возможность.
– Эти крутые родители московские и Оксфорд, и Кембридж, и Гарвард, и Принстон, и учебу на Марсе сами оплатить могут, – смеясь сказал Алексей. – А вот для нас с тобой, провинциалов, – это шанс, дорогая.
– Я так рада, ты не представляешь, – сказала Вика, обнимая Алексея. – Есть будешь?
– Нет, из ресторана только что, – сказал Алексей. – Я в душ и спать. Завтра вставать в шесть утра. Поставь, кстати, будильник.
Так на небольшом и коротком семейном совете Завьяловы решили согласиться на предложение компании Shell в лице Гарри Эванса, сотрудника британской разведки МИ-6 и по совместительству, а правильнее сказать – работающего под прикрытием в компании «Shell-нефть».
Оксфорд. 2006 год. Декабрь
После того как Алексей дал согласие на обучение в Оксфорде с целевым возвращением в Россию для работы в компании «Shell-нефть», усиленного изучения под руководством мамы английского языка, а также разного рода формальностей, основной из которых, как он понял, было подписание между ним и компанией Shell договора о дальнейших обязательствах работать в России, Завьялов оказался в знаменитом Оксфорде.
Из 38-ми факультетов Оксфордского университета по прямому указанию Гарри Эванса, объясняя это дальнейшими планами использовать Алексея Завьялова на работе в компании, он поступил на факультет юриспруденции, чему был даже рад, так как это давало широкий выбор применения полученного образования в жизни.
Университет находился в английском городе Оксфорд, расположенном в 80 километрах к северу-западу от Лондона. С населением около 150 000 человек, 30 000 из них были студентами. Размах возможностей получить хорошее образование, а не только корочки знаменитого Оксфорда, был налицо. В вузе имелся блестящий преподавательский состав, среди профессоров 80 членов Королевского общества и 100 членов Британской академии. Оксфорд подарил миру 27 выпускников, ставших нобелевскими лауреатами по физике, химии, экономике, литературе, премии мира. С учетом преподавательского состава – 51 обладатель Нобелевской премии.
Поселился Алексей на квартире, которую также оплачивала компания Shell. Здесь было все для комфортной жизни: спальня, ванная, гостиная и кухня.
В университете очень популярным являлось занятие спортом. Со своим уровнем тенниса, которым он поразил англичан своего факультета, считавших, что в теннис умеют играть только они, Алексей вскоре уже был в сборной команде Оксфорда и достойно выступал на межвузовских турнирах, заводя все новые знакомства и с других факультетов Оксфорда, и из Кембриджа, давнем конкуренте теперь уже и его университета, в спорте в том числе.
К концу первого семестра Алексей полностью адаптировался к жизни в Оксфорде. Его английский стал абсолютно свободным. Дисциплины он осваивал легко и с большим усердием. Впереди маячила жизнь совсем другого уровня, чем та, которой он жил до сих пор. Вкус достатка и комфорта затягивал Алексея с невероятной быстротой и силой. Он вдруг начал ловить себя на мысли, что уже не хочет жить в России, а им необходимо перебираться жить в Европу, и не куда-нибудь, а именно в Великобританию, непременно в Великобританию.
Каждые три дня Алексей созванивался с Викой. Международный роуминг сотовой связи был очень дорогим, поэтому разговоры были короткими и в основном касались информации по сыну, финансам семьи. Выручал приличный запас, созданный за время работы в компании «Волгазапчасть». В конце каждого разговора Завьялов интересовался делами у родителей, своих и Вики, передавал им привет, из экономии им он не звонил.
Первый семестр обучения почти закончился, оставался еще один – и домой. А там, думал Алексей, надо будет правильно сориентироваться на будущее. В договоре, который он подписал с компанией Shell, были прописаны обязательства работать у них не менее пяти лет. В случае увольнения необходимо было оплатить 100 процентов суммы обучения в Оксфорде, независимо от того, когда будет увольнение по собственной инициативе, через год или через четыре года и одиннадцать месяцев. План война покажет, размышлял Завьялов.
Впереди Рождество и Новый год. Настроение у Алексея было отличным. В Оксфорде он пользовался мобильным телефоном с оператором сотовой связи Vodafone, который, к его удивлению, тоже оплачивала компания Shell. Такой роскоши не было ни у кого, кто, как и он, учился по стипендии компаний, отправивших в университет Оксфорда своих сотрудников за образованием. Когда этот телефон ему давал Гарри Эванс, который сопровождал его сюда из России вплоть до собеседования и зачисления в университет, он предупредил, что есть определенный лимит на нем и говорить необходимо только по делу и коротко. На вопрос Алексея про звонки жене в Россию Эванс повторил: коротко и по делу, так как международный роуминг дорогой и чтобы не было иллюзий, что богатый Shell может позволить себе сорить деньгами. «Богатеи – те еще скупердяи, – добавил, смеясь, Эванс, – привыкай».
Вот на этот мобильный телефон и позвонил ему Гарри Эванс в один из воскресных выходных дней прямо с утра.
– Привет, студент, – приветствовал по телефону Алексея Эванс по-русски.
– Доброе утро, Гарри, – ответил немного заспанным голосом Алексей, он накануне поздно вечером приехал с турнира по теннису «Рождественский бонус» из Кембриджа, где занял в личном зачете третье место, а команда Оксфорда по набранным очкам одолела команду Кембриджа.
– Не разбудил? – поинтересовался Гарри.
– Нет, я уже почти встал, – сказал, прокашлявшись, уже более бодрым голосом Алексей. – А ты где?
– В каком смысле? – посмеиваясь спросил Гарри.
– Ты звонишь из России? – спросил Алексей.
– Нет, я в Лондоне, прилетел вчера, – ответил Гарри. – Какие планы на сегодня?
– Никаких. Отсыпаться, – сказал Алексей.
– А если я предложу тебе прокатиться в Лондон? – спросил Гарри. – У меня есть для тебя культурная программа. Рождеством же пахнет вокруг.
– С удовольствием, Гарри, – сказал окончательно вмиг проснувшейся Алексей.
– Ну, тогда запоминай, где встретимся, – сказал Гарри и продиктовал название станции метро, а также обрисовал место встречи. – На всякий случай мой лондонский телефон теперь у тебя есть, перезвонишь, если потеряешься.
– Ок. Тогда в 13.00, как договорились, – сказал Алексей и начал одеваться.
Лондон. 2006 год. Декабрь
Гарри Эванс встретил Алексея на выходе из станции метро Oxford Circus.
– Ну, здравствуй, Алексей, – сказал, протягивая руку для приветствия, Эванс.
– Привет, Гарри, – отвечая на рукопожатие, сказал Алексей.
Эванс был стильно одет в пальто цвета Camel, на нем был шарф Burberry и коричневые ботинки Barker. Из-под пальто угадывался дорогой мужской костюм.
На Алексее была куртка-аляска. Предполагая посещение каких-либо общественных мест, он надел костюм и на всякий случай галстук.
– Нас ждут в ресторане, – сказал Гарри, посмотрев на часы. – Хочу познакомить тебя с твоим бывшим соотечественником. Мы давно с ним дружим. Отметим вместе Рождество.
– Отлично, хорошая идея, – сказал на достаточно приличном английском Алексей.
– Неплохо, ты говоришь почти без акцента, – сказал Гарри.
– Здорово, что ты это придумал и вытащил меня в Лондон, – сказал Алексей уже по-русски. – Немного развеюсь.
Они пошли по Oxford Street, одной из главных улиц Вестминстера, наполненной всевозможными магазинами и ресторанами. По традиции, каждое Рождество на Oxford Street зажигают праздничную подсветку со звездами.
По пути в ресторан, который, по словам Гарри, находился на этой улице, Эванс как заправский гид рассказывал Завьялову про ту часть Лондона, где они находились, а также про преимущества столичной жизни перед провинцией, к которой он относил Оксфорд в том числе. При сравнительном упоминании Москвы и городов России, в которые Эванс по своей работе в «Shell-нефть» уже успел съездить, качество жизни в Англии, да и вообще в Европе было не в пользу Родины Алексея.
Так за экскурсией и разговором Эванс и Завьялов дошли до ресторана Scarlett Green, около которого Гарри остановился и произнес:
– Ну, вот мы и пришли.
При этом он достал из кармана мобильный телефон и позвонил по нему.
– Пойдем, приятель уже здесь, – сказал Гарри Алексею и направился в ресторан.
Раздевшись в гардеробе, они прошли в зал ресторана, где их встретил метрдотель, который проводил Алексея и Гарри к столику, за которым сидел знакомый Эванса, изучающий меню.
Увидев подошедших Гарри и Алексея, мужчина встал, улыбнулся Эвансу, пожал ему руку:
– Привет, дружище, я уж заждался вас тут, – сказал он по-русски.
– Здравствуй, Аркадий, – сказал Гарри, пожимая руку приятелю.
Это был мужчина лет сорока, с уже заметной лысиной на голове и небольшим пивным животиком. На нем были джинсы и синий спортивный пиджак в стиле кэжуал, надетый на черную водолазку.
– Аркадий, – представил Гарри Алексею своего знакомого.
– А это Алексей, будущий юрист московского представительства Shell в России, студент Оксфордского университета, – представил Алексея Эванс.
После приветствий и представлений все сели за стол, официант, наблюдавший за этой сценой издалека, быстро подошел, сказал, услужливо улыбаясь, что он будет их обслуживать, и дал Алексею и Гарри (у Аркадия уже были) меню кухни и винную карту.
– Так, официально заявляю, что сегодня я угощаю как пригласивший вас сюда и как гостеприимный коренной англичанин, хотя в гостеприимстве с вами, русскими, тягаться бесполезно, это я понял в командировках по городам России, – коротким спичем начал Гарри Эванс.
– Алексей, закрывайте левой ладонью блюда ресторана в меню и также названия напитков в винной карте и выбирайте самое дорогое и много, – пошутил, смеясь, Аркадий.
– Нет проблем, – сказал Гарри. – Наслаждайтесь вечером, друзья, выбирайте все, что душе угодно, так, кажется, у вас в России говорят?
После того как все определились с заказом и официант упорхнул его выполнять, Гарри, Аркадий и Алексей решили выпить за знакомство и встречу английский виски, который по их просьбе официант принес, пока они определялись с заказом блюд.
Через час от первоначального небольшого дискомфорта от встречи с незнакомым человеком и необходимостью с ним общаться по предложенным обстоятельствам, каким был этот спланированный Эвансом обед, не осталось и следа. Немного захмелев и почувствовав легкость вхождения в контакт, Алексей коротко рассказал о себе, как-то так получилось само собой, постепенно отвечая на вопросы Аркадия, который оказался очень комфортным и ненавязчивым в общении. Естественным казалось и то, что перед Завьяловым сидел человек – его соотечественник, хотя и бывший, которому хотелось поговорить по-русски и о России. Гарри Эванс при этом участия в разговоре почти не принимал, лишь изредка вставляя небольшие комментарии.
– А чем вы занимались в России, я имею в виду – кем работали? – спросил Алексей у Аркадия, когда почти все про себя уже рассказал.
– У меня был бизнес, мы продавали оргтехнику, – сказал Аркадий. – Может, слышал «Азиясеть»?
– Нет, не слышал, – сказал Алексей.
– Мы в основном охватывали только Москву и Московскую область, – продолжал Аркадий. – Хотели расширяться, уже наметили Киров и Рязань. Начали в этих городах присматривать помещения в аренду и прощупывали местный кадровый ресурс. Но ничего не получилось. Компанию захотели отжать силовики, и мы вынуждены были с партнером ее продать. Естественно, что продали в два раза дешевле, чем она стоила.
– Силовикам? – спросил Алексей.
– Нет, – ответил Аркадий. – Как-то побрезговали. Короче, как бы это точнее сказать, жаба задушила этим упырям продавать. Поэтому дешево, срочно, но другим.
– А у «других» этих проблем с силовиками не будет? – спросил Алексей. – Если они глаз именно на «Азиясеть» положили.
– Не знаю. Нас это уже мало волновало. – сказал Аркадий. – Кстати, о наших проблемах с ними покупатели знали. Думаю, что на этом и сыграли, когда торговались. Что касается дальнейшей судьбы нашей компании, то она благополучно работает и даже расширяется. Только уже под другим названием. Скорее всего, у ее новых владельцев все в порядке с «красной» крышей, есть кому порешать вопрос с коллегами, которые нас прессовали.
Аркадий разлил виски всем за столом.
– Не хочу это вспоминать, – сказал он. – Давайте лучше выпьем за благословенную Великобританию, которая приютила, дала возможность работать без оглядки на то, что в любое время у тебя могут все это отнять слуги государственные, и еще за то, что не выдает беглых в лапы инквизиции по их гребаным запросам.
Аркадий, сказав это, выпил залпом виски и запил его колой.
– Вы же не курите, – то ли спросил, то ли сказал утвердительно Аркадий. – Я пойду покурю в курилку, здесь нельзя. – При этом он вышел из-за стола и уже неуверенной походкой пошел в сторону места для курения.
– В России на него и на его партнера завели уголовное дело, потом был суд заочно, – сказал Гарри. – Их осудили и требуют выдачи.
– А за что? – спросил Алексей.
– Точно не знаю, нашли за что, – сказал Гарри.
– А ты давно его знаешь? – спросил Алексей.
– Да, года три-четыре примерно, – сказал Гарри. – Меня познакомил с ним один наш общий приятель, с этой поры и общаемся.
– А здесь, в Лондоне, он чем занимается? – спросил Алексей.
– У него свой ресторан, – сказал Гарри. – Тех денег, которые удалось выручить от продажи российской компании, хватило на дом и ресторан. Он молодец. А вот друг его упал на дно. Деньги все ушли на наркоту, жена вышла замуж и уехала в Штаты, кажется.
– Да, невесело, – сказал Алексей.
– В России работать сложно, – сказал Гарри и внимательно посмотрел на Завьялова. – Ты это и сам знаешь. Там нужна власть, которая будет поддерживать развитие интеграции с западным миром, где накоплен большой опыт гармоничного развития личности и достойной жизни. Такие силы в России есть. Надеюсь, что когда-нибудь твоя страна будет настоящей европейской державой, Алексей.
Аркадий вернулся за стол. Ужин продолжили, сменив тему на более мажорную, не связанную никак с политикой и околополитикой.
Вечером Гарри и Аркадий проводили до станции метро Oxford Circus Алексея, который уехал в Оксфорд. Утром Завьялову необходимо было продолжить учебу.
Эта встреча произвела на Завьялова очень сильное впечатление. Он еще больше убедился в правильности своей цели: увезти семью на постоянное место жительства в Европу, а лучший вариант – в Англию, а еще лучше – в Лондон.
«Надо только доучиться, получить заветные корочки Оксфорда, потом отработать в „Shell-нефть“ по контракту, а может, даже и раньше, как карта ляжет, и сюда», – думал Алексей, сидя в мягком кресле поезда из Лондона до Оксфорда, в который сел на Paddington Station.
Проводив Завьялова и попрощавшись с Аркадием, Гарри Эванс не торопясь пошел по Oxford Street. Остановившись у небольшого кафе и увидев, что там есть свободные места, зашел, сел за столик и попросил принести ему чашку латте. Потом достал мобильный телефон и набрал номер:
– Все прошло хорошо, – сказал на английском Эванс по телефону. – Угостил его знакомством с Аркадием, это тот русский, я тебе рассказывал про него. Все идет по плану. Завьялов ест информацию охотно и переваривает ее правильно, как нам и надо. Я завтра в Москву. Слушайте его дальше. Мне нужна его полная характеристика: пристрастия, слабые места, личная жизнь и так далее. Сами знаете что. На связи.
Гарри Эванс допил латте, вышел на горящую цветными огнями рождественскую Oxford Street и, прогуливаясь, наслаждаясь праздничной атмосферой, пошел в сторону лондонской подземки.
Лазурный берег Франции. 2007 год. Сентябрь
После успешного окончания Оксфордского университета, где Алексей Завьялов проучился 12 месяцев на факультете юриспруденции, компанией Shell ему и его семье был предоставлен поощрительный отдых на Лазурном Берегу на 10 дней. Для Алексея это было полной неожиданностью, когда Эванс позвонил в августе перед самым выпуском и объявил эту невероятную приятность. На счастье, у Вики был в заграничном паспорте еще непросроченный Шенген и ее прилет к мужу во Францию, куда Завьялов отправился сразу после получения документа об окончании университета, не оказался проблемой.
Лазурный Берег – юго-восточное средиземноморское побережье Франции, протянувшееся от города Тулона до границы с Италией. Другое название – Французская Ривьера. Нередко знаменитый южный район Франции считают от Марселя. Здесь находятся знаменитые на весь мир Ницца, Канны, Сен-Тропе, в состав региона входит также Княжество Монако. Своим поэтичным названием местность обязана французскому писателю Стефану Льежару, написавшему роман «Лазурный берег».
Для Завьяловых был забронирован номер в отеле Radisson Blu, 1835 Hotel & Thalasso Cannes, куда и приехал из Англии вначале Алексей, а через день прилетела к нему Вика. Отель располагался в центре города Канны, в 5-ми минутах ходьбы до Дворца фестивалей, набережной Круазет и роскошных магазинов. Из окна номера отеля открывался великолепный вид на просторы Средиземного моря.
После годовой разлуки и бурной встречи, которая затянулась на сутки, Алексей и Вика, не выходя из отеля, заказывая себе из ресторана еду и выпивку прямо в номер, все же решили выбраться на свободу и погулять по городу, тем более что во Франции никогда не были.
Все, что их окружало, приводило в восторг и впечатляло своей красотой, продуманностью и какой-то перманентной праздничностью, которая здесь чувствовалась во всем, где бы они ни находились и чем бы ни занимались. Кроме оплаты отеля и всей логистики этого отдыха на двоих на банковскую карту Barclays банка, открытую Shell на Завьялова, компания перечислила десять тысяч евро. Формулировка такого бонуса, озвученная в телефонном разговоре с Эвансом, выглядела так: «За усердие в учебе и успешное получение знаний для работы в мировом гиганте – компании Shell».
Эта сумма, находившаяся на карте, плюс некоторые остатки накоплений Завьяловых позволяли Алексею и Вике почувствовать праздник жизни, протекающей на всемирно известном Лазурном Берегу. За первых два дня, пока они находились в Каннах, удалось обойти все знаменитые и красивые места южного французского города.
На третий день, взяв напрокат Opel Insignia класса «стандарт» за 43,38 евро в день в местной компании по прокату автомобилей National на оставшееся время – семь дней, – Завьяловы решили проехать маршрутом автопутешествия по Лазурному Берегу Франции. Каждое утро, вставая в 6.00, Алексей и Вика садились в арендованный Opel и ехали в какой-то из городов этого красивейшего побережья. За неделю (по одному дню на каждый город) им удалось побывать в Ницце, Ментоне, Княжестве Монако, Антибе, Сен-Рафаэле и Марселе.
О таком путешествии можно было только мечтать, и, как оказалось, все может случиться в этой жизни и любые цели, если правильно расставить приоритеты для их достижения, могут оказаться покоренными. И еще, как думал Алексей, конечно, нужна удача, которая, если уж пришла в твою жизнь, то остается только не упустить шанс и развить успех дальше.
– Хотела бы жить здесь? – спросил Алексей Вику, управляя автомобилем, когда они ехали из последнего города, который посетили, находясь на Лазурном Берегу – это был Марсель, – обратно в Канны.
– Здесь, ты имеешь в виду, на Лазурном Берегу? – спросила Вика, сидевшая рядом на пассажирском сидении.
– Нет, необязательно даже во Франции, – сказал Алесей. – Вообще, в Европе, в Англии, например.
– Я там не была. Мне здесь понравилось. Море, пальмы, все улыбчивые, нет какого-то нервоза в людях, как у нас там, – сказала Вика.
– Море, пальмы – это хорошо, – сказал Алексей. – Но на все это великолепие не то чтобы жить здесь, а даже на то, чтобы посмотреть на праздник жизни, надо заработать. В конце концов сюда можно приезжать, если ты житель Евросоюза, без всяких виз.
– Леш, не темни. Говори прямо, ты что-то задумал? – спросила Вика.
– Год жизни в Англии на многое мне открыл глаза, – начал издалека Алексей. – Понимаешь, Викуль, мы там, в России, как будто не живем, а постоянно рубимся за место под солнцем. А когда получается нарубить…
– «Капусту», – улыбаясь перебила мужа Вика.
– Ну да, «капусту», – сказал Алексей. – Так вот, эту самую «капусту» мы едем тратить под их солнце: в Европу, Азию, Америку и даже в Австралию с Новой Зеландией. А знаешь почему?
– Почему? – спросила Вика.
– Да потому, что соотношение «цена – качество» не в нашу пользу, – ответил Алексей. – Это во-первых. Во-вторых, работая и живя здесь, в Европе, например, ты не откладываешь получение этого комфорта на потом. Он за окном, за дверью. Вышел – и ты в порядке. Каждый день, каждый час, каждую минуту. Ты понимаешь, о чем я говорю? – спросил Алексей Вику.
– Да, конечно, понимаю, Леш, – сказала Вика. – Ну, допустим, мы приехали жить в Европу, не важно – во Францию, Англию, Италию или еще там куда, дальше что? Ты сам говоришь, что, чтобы тут жить, нужны средства, то есть хорошо оплачиваемая работа. У тебя, если я правильно понимаю, контракт с Shell минимум на пять лет работы в России. Они именно, опять же, если я правильно понимаю, для этого и оплачивали это твое обучение в Оксфорде.
– Это верно, Вик, – сказал Алексей. – Ну, во-первых, пять лет работы в «Shell-нефть», куда меня берут на работу, это не такой уж большой срок, за который можно наладить связи с кадровой обоймой компании в том же Лондоне, а они постоянно на связи, я имею в виду московское представительство и лондонский офис. Во-вторых, план война покажет, может, и раньше удастся как-то слинять в Европу или Америку. Shell – это транснациональная компания, работает по всему свету. Хотя я бы, конечно, лучше жил и работал в Европе, а точнее, в Англии, а еще точнее – в Лондоне.
– Мы бы жили, – поправила Вика.
– Само собой, Вик, не цепляйся к словам, это же априори, – сказал Алексей и завернул на АЗС. – Надо заправиться. Ну вот и знак нам – все будет хорошо, – сказал Алексей, показывая на огромную красно-желтую ракушку и логотип Shell, указывающие на принадлежность заправки. – Наши во Франции, – пошутил он, смеясь.
Через час в Москве этот разговор, записанный в арендованной машине, слушал Гарри Эванс. На съемной квартире, где жил Эванс, вечером, получив запись беседы Завьяловых, смакуя виски со льдом, он внимательно слушал откровения Алексея с женой и что-то помечал в своем органайзере.
Москва. 2007 год. Сентябрь
Прилетев в Россию, Завьяловы разделились. Несмотря на то, что Алексей очень сильно соскучился по маленькому Володе (сына он не видел уже чуть больше года), ему пришлось остаться в Москве, а Вика полетела в Самару, где оставила сынишку на своих родителей на время поездки во Францию.
На 28 сентября у Завьялова была назначена встреча с Гарри Эвансом. К удивлению Алексея, она была спланирована не в офисе «Shell-нефть» на Смольной, 24 А, а в гостинице «Садовое кольцо», где Эванс забронировал ему номер на двое суток, которые, по словам Эванса, необходимы для срочного решения формальных вопросов, связанных с дальнейшим трудоустройством Завьялова.
Отправив жену в Самару, Алексей прямо из Домодедово поехал на Проспект Мира, 14, где находилась гостиница «Садовое кольцо», и заселился по брони в одноместный люкс. Приведя себя в порядок с дороги, он спустился в ресторан, где в 19.00 договорился встретиться с Гарри Эвансом.