Za darmo

Три детства. Как на нас влияют семейные сценарии

Tekst
16
Recenzje
Oznacz jako przeczytane
Три детства. Как на нас влияют семейные сценарии
Audio
Три детства. Как на нас влияют семейные сценарии
Audiobook
Czyta Авточтец ЛитРес
4,09 
Zsynchronizowane z tekstem
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 11

Семейные установки как основа для принятия решений: «Ну куда ты поедешь?!»


Лика родилась в небольшом городе и всю жизнь прожила в нем, как и ее родители. Город был красивый, с разными историческими местами, театрами, парками и симпатичными кофейнями, но, глядя на огромный мир, показанный в телевизоре, Лика периодически принималась мечтать о путешествии. Не на дачу и обратно, как она обыкновенно ездила с бабушкой и дедушкой, а о настоящем приключении и поездке, например, в огромный мегаполис.

Однако стоило Лике заговорить о своей детской фантазии, как старшие молниеносно принимались ее разубеждать, потому что: «это опасно», «дорого», «сложно доехать и тем более устроиться в чужом городе», она слишком «домашняя девочка» для такого испытания. В ход шли всевозможные доводы, всегда припомнилась история троюродных дедушек, Савелия и Анатолия, один из которые уехал на заработки, но был ограблен еще в поезде и высажен на неизвестной станции жестокими контролерами; второй отправился покорять большой город и не вернулся вовсе. В заключение родные тяжело вздыхали и добавляли, что им будет невероятно страшно и больно отпускать свою маленькую девочку.

Лика слушала и запоминала. Поэтому когда в школе устраивали экскурсии, она всегда отказывалась от поездок в другие города, даже в самые короткие, однодневные, рассчитанные на то, чтобы показать детям соседний город и вернуть их не поздно вечером. Лика искренне прониклась семейными историями, так что, когда пришло время выбирать институт, она не задумываясь поступила в местный гуманитарный вуз, располагавшийся недалеко от дома, и была очень собой довольна.

Шли годы. Лика устроилась в небольшую компанию. Дела шли хорошо, она добилась повышения, но в рамках новой должности ее обязали отправиться в командировку в столицу для прохождения курсов по повышению квалификации. Для Лики это стало настоящим испытанием. С одной стороны, ей не хотелось терять должность и подводить коллектив, с другой, мысли о Савелии и Анатолии не выходили у нее из головы. Родные не помогали ситуации, они испуганно вздыхали и охали, отсчитывая дни до поездки.

На вокзал Лику провожали всей семьей. Мама и папа звонили каждый час, уточняя, не случилось ли чего-то страшного в поезде, не появлялось ли рядом подозрительных личностей. Лика считала дни до возвращения домой, но потом… что-то поменялось. Переборов страх, она отвлеклась на вид из окна, где проносились поля, леса и села с маленькими домиками. Потом она увидела столичный вокзал, да, многолюдный, шумный, но красивый. А выйдя в город, Лика поразилась тому, как здесь все отличалось от ее родных мест. После первого семинара по повышению квалификации девушка отправилась на экскурсию, на следующий день – в музей, на третий – в главную картинную галерею.

Поездка, казавшаяся изначально пыткой, превратилась в то самое удивительное приключение, о котором Лика мечтала в детстве. После возвращения домой она сразу же придумала, куда хочет поехать в отпуск. Родные волновались, но Лика дала им понять, что она справится. Их советы сделали ее бдительной, но это не могло помешать ей познавать мир самостоятельно.

Сейчас Лика много путешествует, а в семье ее теперь называют не «домашней», а «самой смелой девочкой».

Полезные свойства и ресурсность такого сценария:

Лика бóльшую часть жизни провела в комфортной, в каком-то смысле тепличной среде: она всегда была в окружении семьи и знакомых мест, у героини не возникало необходимости задумываться о переезде и других серьезных переменах, и ей удавалось избегать многих стрессовых ситуаций. Кроме того, стоит отметить, что родные Лики не удерживали ее в родном городе насильно, они переживали за девушку, и та чувствовала их любовь и поддержку, что укрепляло чувство комфорта, очень важного фактора для любого человека.

Мы можем видеть, что на протяжении долгого срока Лика совершенно спокойно живет в небольшом городе, подходящем ей по ритму, реализует свой учебный и профессиональный потенциал. У нее не возникает потребности сравнивать себя с другими и испытывать на фоне этого стресс и неуверенность в себе, она не стремится перенимать для многих устоявшуюся модель: большой город – большие возможности. В том, что ее образ мышления верен, Лику также подтверждается реакцией ее близкие, которые всегда любили и поддерживали ее.


Риски и ограничения:

Лике повезло, несмотря на то, что ей пришлось все же покинуть свой город, пусть и ненадолго, она справилась с этим испытанием. Стоит понимать, что чем старше становится человек, тем труднее ему будет преодолевать годами сформированные и закрепленные в нем страхи. У Лики могли бы случиться серьезные проблемы с социальной адаптацией, если бы она продолжила избегать поездок и видеть во всем возможную угрозу. К счастью, Лика поняла, что семейные страшилки о троюродных дедушках Савелии и Анатолии не актуальны в современном мире. Если бы не вынужденная командировка, жизнь Лики сложилась бы совершенно по-другому и едва ли бы девушка отважилась когда-нибудь на путешествие по стране, ограничивалась бы документальными фильмами и просмотром фотографий. Лика могла бы вовсе не раскрыть свой потенциал путешественницы: оставшись в родном городе, она вряд ли смогла бы узнать о собственной «смелости» и проверить себя на прочность.

Помимо этого, укоренившийся в ее голове образ «идеальной дочери», которая не бросает родных и всегда их слушается, мог бы навредить Лике, ее карьере и личной жизни. Девушка могла бы и вовсе потерять мотивацию как-либо развиваться или покидать родной дом. Здесь можно увидеть, насколько сильным способен оказаться «голос» расширенной семьи – опыт нескольких поколений формирует у ребенка устойчивое ощущение, что раз так считают старшие братья и сестры, мама с папой, бабушка с дедушкой, то значит, что они точно правы в своих утверждениях.

Глава 12

Семейные традиции: «А по-другому мне невкусно!»



В семье Максим все готовили оливье с рыбой. С этим была связана своеобразная семейная легенда: когда бабушка Максима, будучи маленькой девочкой, перед Новым годом где-то услышала про невероятно вкусный салат оливье и попросила у своих родителей его приготовить. С продуктами в послевоенное время были большие проблемы, но родителям так хотелось порадовать ребенка, что они, скремнившись, собрали почти все ингредиенты кроме колбасы или мяса, которые стоили в те годы «дороже золота». Тогда прадедушка отправился на местную речку рыбачить, просидел на морозе несколько долгих часов, умудрился простыть, но вернулся с добычей. С тех пор и повелось в семье Максима делать салат именно по этому странному рецепту, сперва в память о родительской заботе, а уже потом, потому что всем так казалось просто-напросто вкуснее.

Истории создания рыбного оливье Максим узнал в подростковом возрасте, до тех пор он искренне считал, что именно так и следовало готовить салат. Искренне спорил с друзьями и приятелями, не понимавшими, как такое «вообще можно есть». Став старше, Максим заметил, что скорее это он отличается от других и честно попробовал «правильный салат оливье». Не понравилось, и всякий раз, когда кто-то узнавал о его семейной традиции и пытался переменить вкусы Максима, тот наотрез отказывался, уверяя, что ему точно будет невкусно.

В итоге все друзья Максима оставили попытки его переубедить, больше того, если он отмечал Новый год вне дома в дружеской компании, на столе рядом с огромной порциями «правильных» салатов, всегда соседствовала маленькая мисочка рыбного оливье специально для Максима.

Полезные свойства и ресурсность такого сценария:

Семейные рецепты всегда ассоциируются у нас с детством, уютом и теплом родительской любви. Наверняка, у многих было такое, что мамин суп казался самым правильным и наваристым, а бабушкины пирожки – самыми вкусными, с которыми не шли ни в какое сравнение покупные и т.д. Благодаря показанному выше сценарию Максим, живший в расширенной семье, совершенно точно чувствовал себя ее частью, а история возникновения рыбного оливье делало традицию еще более значимой и сентиментальной. Для Максима, как и для остальных членов семьи, их фирменное блюдо было не только вкусным дополнением праздника, но и своеобразным островком стабильности, неким символом их семьи. Так что даже такая незамысловатая и приземленная вещь, как салат, могла дать герою ощущение комфорта в трудной жизненной ситуации. Здесь важен не только вкус, но и ассоциативный ряд, возникающий у Максима в голове: Новый год, бабушка и мама готовят вместе на кухне, мило болтая, а он, маленький, ждет приближения праздника.


Риски и ограничения:

Может показаться, что такой сценарий совершенно безобидный, однако и тут есть свои «подводные камни». Максим стал отказываться от других вариантов оливье, лишь потому что он привык к сочетанию с рыбой. Герой изначально скептически относился к чужим рецептам, и после единственной, заведомо предвзятой попытки попробовать что-то новенькое, окочально убедился, что ему вкуснее готовить по-своему. Перед нами классическая ситуация закрепленного позитивного восприятия «старого».

Также Максим до сих пор чувствует себя немного отстраненным от остальных. Каждый раз, когда он отмечал Новый год вне дома, то приносил на застолье свой контейнер с оливье. В то время как остальные ели общий салат, Максим отделялся от остальных. Это может показаться мелочью, но мы прекрасно понимаем, что на месте сюжета с оливье могла возникнуть любая другая категория.

Глава 13

Семейные традиции: «Моя красная шапочка»



Василисе рассказывали, что ее прапрабабушка была очень талантливой мастерицей, любой лоскут у нее шел в дело и любая вещь получалась невероятно красивой, но главное умение прапрабабушки – вязание. Она делала такие шали и рукавички, что к ней специально приезжали в деревню, делали заказы. В том числе и люди из дворянских семей.

 

Времени с тех прошло очень много. Родные Василисы давно переехали в город, ходят на обычные работы, однако традиция вязания сохранилась. Прапрабабушка обучила всему прабабушку, та – бабушку, а та, в свою очередь, маму. Весь дом полнился рукоделием: газетницы, картины, «чайные бабы», игрушки на елки и, конечно, всевозможные шапки, шарфики, перчатки, варежки, теплые носки. Василиса с детства знала, у них не принято покупать то, что можно связать. Поначалу ее это никак не волновало, героиня послушно надевала все, что делали для нее мама с бабушкой и разве что иногда жаловалась на колючую шерсть.

Но с возрастом ситуация начала меняться. Василиса, как и многие ее одноклассники и одноклассницы, хвасталась обновками в школе, но однажды, когда она в очередной раз пришла в связанной бабушкой свитере, одна из девочек спросила: «А почему тебе родители все вяжут? У них нет денег купить тебе что-то?», – это стало первым странно-болезненным воспоминанием Василисы, после которого она всерьез задумалась, действительно, а почему? Второй неприятный инцидент произошел относительно скоро после разговора с одноклассницей, Василиса с мамой отправились в магазин за новыми брюками, и там наша героиня увидела невероятно красивую красную шапочку с помпоном. Разумеется, мама от покупки отказалась: «Вот еще, это же машина сделала, без души. Мы тебе лучше свяжем». Буквально через несколько дней у Василисы в руках лежала новая шапочка, но все в ней было не то: и цвет, и вязка, и даже помпон, казавшийся в магазине красивым, здесь смотрелся как-то нелепо.

Может, Василиса бы окончательно разлюбила всякое рукоделие, она и так после всех этих неприятных ситуаций сталась меньше носить одежду, что ей связали, уж больно не нравился ей и фасон, и оттенки. Василиса успела несколько раз крупно поругаться с мамой, но внезапно бабушка предложила: «Вася, там ты сама попробуй! Глядишь, найдешь схему, которая тебе понравится. А что? Твоя мама тоже, когда подросла, стала вязать по-своему, по-молодежному». Василиса сперва отнеслась к предложению скептически, но, порывшись в интернете, нашла очаровательную схему шапки с кошачьими ушками, загорелась идеей. Конечно, перед тем, как воплотить задумку в жизнь, Василисе пришлось усердно заниматься. В процессе она с удивлением обнаружила, что ей… нравится. Вязание успокаивало, а сидя рядом с бабушкой и мамой, помогавших ей, она чувствовала себя как никогда близкой с ними.

Наконец, и шапка с ушками была готова. Хоть мама и смотрела на шапку с явным изумлением, Василиса гордо расхаживала по дому и приговаривала: «Это моя красная шапочка», – и то и дело подбегала обнять и поблагодарить маму и бабушку, за то, что они ей помогали и все объясняли. Кстати, шапка в школе произвела фурор, многие ребята захотели такие же. Василисе было, разумеется, приятно, но мысленно она понимала, что даже если бы никто ее шедевра не оценил, от этого время проведенное с мамой и бабушкой не стало бы менее ценным.

Полезные свойства и ресурсность такого сценария:

Очевидно, Василиса освоила очень полезный навык вязания. Это не только интересное хобби, но и отличное занятие для реализации творческих фантазий и развития мелкой моторики. Также стоит отметить, что вязание сплачивало расширенную семью Василисы: по вечерам они сидели с мамой и бабушкой, болтали, смотрели фильм и рукодельничали. Это стало для них неким ритуалом перед сном, когда они могли полностью забыть про все заботы и заняться любимым делом, и это совершенно точно их сближало. Кроме того, Василиса явно чувствовала внимание со стороны мамы и бабушки: девочка поняла, что близкие тратили довольно много времени на вязание, выбор дизайна, цветовой палитры, и что это – намного сложнее и интереснее, чем просто пойти в магазин.

Также можно добавить, что создание чего-либо своими руками вместо покупки в магазине явно помогало сэкономить деньги. Хоть это и не самое главное в данной истории, мы можем отметить момент с экономией и выделить его как некий «бонус» к замечательному хобби. Если Василисе захочется, она вполне может делать одежду на заказ, поскольку сейчас ручной труд ценится очень высоко.


Риски и ограничения:

Несмотря на то, что Василиса в конце концов поняла значимость и прелесть их семейной традиции, поначалу все складывалось не так хорошо. Василиса, глядя на других детей, которые носили шапки из магазинов, думала, что с ней и ее семьей что-то не так. До сих пор у Василисы остался неприятный осадок от того, что сверстники в школьные годы хихикали в стороне и указывали пальцами на ее вязаную одежду. Это серьезно повлияло на самооценку главной героини, и, хоть и прошло несколько лет, Василиса до сих пор вспоминает ситуацию с бестактным вопросом одноклассницы.

Что касается внутрисемейных взаимоотношений, то и тут были проблемы: Василиса и мама просто не понимали друг друга и иногда это даже приводило к конфликту. Василисе мог не понравиться дизайн шапки, а мама в ответ могла обидеться, ведь она приложила немало усилий. В этой ситуации важно уметь слушать и слышать, но у мамы с дочкой это получилось не сразу и в дальнейшем могло бы привести к еще большим проблемам с пониманием друг друга.

Также был велик риск того, что такое психологическое давление, хоть и неосознанное, на Василису, постоянные фразы про: «Ну мы же потомственные вязальщики, ты тоже должна хоть что-то уметь связать», – могли бы закончиться очень плохо для обеих сторон. Удачно, что у Василисы не случилось полного отторжения семейной традиции, что безусловно, повлияло бы на отношения внутри семьи.