Венец из Пяти Ветвей

Тогда-то древнее божество вальяжно вывалилось на берег... и тут же нервно задёргало огромным чёрным глазом, оценив представшее перед ним зрелище. Подобной наглости он не ожидал даже от дочерей Иблиса, к числу которых, собственно, и принадлежала эта пакостница с растрёпанными пепельными волосами. А та, восторженно визжа, уже неслась к колоссальной туше, без умолку балаболя какую-то детскую чушь.

Лишь сухо и ёмко подытожила у себя в голове: «Дерьмо. Вот и помолилась». Глядя на женщину, склонившуюся у ног развалившегося на диване внушительного незнакомца в самом конце тёмного помещения, Асгетт уже мысленно присоединялась к этой неистовой безмолвной исповеди. И делать это она будет до самого начала Великого Совета, – смиренно на коленях и ни в коем случае не поднимая головы. Вот только под этим таинством она подразумевала нечто совсем иное.

– Тоже мне проблема. Я сзади пристроюсь. – божество провело длинным языком по щеке пленника, заставив того дёрнуться и напрочь позабыть о недавнем возбуждении. – Сзади жнеца, разумеется. Окинув взором валяющиеся на каменных плитах тела, божество резюмировало: – На безрыбье и рак рыба.

В свои шесть лет юное дарование целиком легло на плечи отца. Четырнадцать отборных вояк, не робевших перед царской плахой, со слезами молили избавить их от почётной роли её телохранителей. Девчонка владела уникальным навыком: она ломала психику даже ветеранам: слабакам хватало часа, самые стойкие держались неделю. У Вхара наконец-то перестал дёргаться глаз – нерв просто сдался и отмер. Окончательно.

Вход строго по одному и только после окончания Великого Совета, – Асгетт манерно, с донельзя фальшивым смущением опустила пушистые ресницы. – Но при одном крошечном условии: кандидаты должны быть хотя бы немного симпатичнее, чем наследник Каменной Долины. А это, согласитесь, планка не то чтобы высокая.