Przejdź do audiobooka
– Хорошо. – Парень повернулся и пошел к своей квартире.
– Еще раз простите! – прокричала я таинственному незнакомцу.
Молодой человек обернулся, покачал головой и, посмотрев мне в глаза, улыбнулся. На несколько секунд наши взгляды слились в единое целое, и казалось, больше не могут существовать порознь. Флюиды, исходившие от его широкой улыбки, подобно разряду тока, прошли по всему телу, разбудили спящих во мне гусениц и превратили их в прекрасных бабочек. Даже после того как он скрылся за железной дверью, я некоторое время находилась во власти его карих глаз, продолжая стоять в дверном проеме и глупо улыбаться. Руки обессилили от чувств, и курица, словно воспользовавшись моей слабостью, упала прямо на ногу. Кажется, я совсем не заметила удара, и только ощущение холода на пальце заставило очнуться.
– Девчонки, вечеринка окончена, – сказала я, закрыв дверь.
Утром я проснулась от невыносимого чувства жажды и мерзкого запаха, заполнившего комнату. Что здесь произошло? На полу валялись бутылки, белое платье и курица в полотенце. Мясо оттаяло под лучами утреннего солнца и начало вонять. Боль в левой части лица напомнила о предназначении куриной ножки. Я вскочила и побежала к зеркалу. Под глазом красовался фингал. Голова раскалывалась, и, как на зло, в доме не найти ни одной таблетки обезболивающего!
– Да, Саша, молодец, подготовилась к пьянке, ничего не скажешь, – подкалывала я себя.
Я вернулась в кровать и закрыла глаза, надеясь немного поспать, но боль сверлила виски, и вибрация распространялась по всему телу. Кажется, даже волосы болят! Жесть! Может, сходить купить таблеток или… пива?
Прошло тридцать минут, а мне никак не удавалось вырваться из похмельного плена. Я переворачивалась с бока на бок, потом на спину, раскрывалась и укрывалась одеялом, закрывала подушкой лицо и кидала обратно под затылок. Головная боль не проходила, состояние не улучшалось, и я приняла волевое решение пойти в магазин. Я надела первую попавшуюся под руку футболку, натянула шорты, прикрыла отекшее лицо козырьком кепки и вышла на улицу.
Лето было в самом разгаре, и погода баловала жителей теплыми солнечными днями. Дети носились по двору на велосипедах и самокатах. Девушки загорали на лужайках и, оголив все возможные части тела, кокетливо улыбались парням на мотоциклах. Бабушки у подъездов обмахивались веерами и обсуждали современную испорченную молодежь. Мамочки катили разноцветные коляски, демонстрируя пополнение в семье. Мужики играли в карты и потягивали пиво из пластмассовых стаканов. Каждый хотел насладиться моментом. Только я, словно боящийся света вампир, пряталась от палящих лучей под кепкой и, не замечая летних пейзажей, быстрым шагом двигалась к цели. Магазины казались совершенно безлюдными, и только небольшое движение у морозильных камер с мороженым выдавало существование жизни. Меньше народу – ниже вероятность встретить знакомые лица. Никого сейчас не хочу видеть. Напротив лотка с эскимо находились высокие двустворчатые холодильники, заполненные пивными бутылками. При виде алкоголя мой желудок сжался, грозясь выплюнуть вчерашние салаты на потрескавшийся пол. Железные банки превратились в расплывчатые блики света и запрыгали перед глазами. Я закрыла рот ладонью и, согнувшись чуть ли не пополам, выбежала из продуктового магазина. Глоток свежего воздуха ослабил рвотный рефлекс. Спина выпрямилась. Ступни почувствовали твердую землю. Окрепшие ноги побрели к близлежащей аптеке. Я купила спасительное лекарство и, заглотнув одну таблетку, вышла из прохладного помещения аптеки на раскаленную солнцем улицу. Чтобы сократить риск случайной встречи до минимума, обратно я пошла по узким заросшим тропинкам парка, но маневр оказался бесполезным, потому что на лавочке у подъезда сидели две бабульки. Они громко разговаривали и размахивали веерами. Разноцветные панамы защищали их головы от солнца, а сарафаны в цветочек, наоборот, открывали руки и икры. В ногах у одной из старушек лежала маленькая рыжая собака. Она вырыла ямку и, вытянув лапки, наслаждалась прохладой, исходившей от земли. Как только я приблизилась к ее хозяйке, собака зарычала, но не решилась выйти из укрытия и вступить в бой, а лишь устрашающе затявкала.
– Здравствуйте, – я поприветствовала соседок. В ответ старушки не сказали ни слова.
Даже если злятся за вчерашнюю вечеринку, то поздороваться все равно можно. Будто сами не шумели никогда. А может, не услышали из-за лая или они глухие? Ладно, фиг с ними. Сейчас я открою дверь, умою лицо, упаду на мягкую кровать… Мои мечты внезапно нарушило щелканье замка, доносившееся из противоположной квартиры. Черт, черт! Это вчерашний парень.
– Привет, – я сказала молодому человеку, когда он вышел на площадку. – Я бы хотела снова извиниться за беспокойство.
– Ничего, бывает, девичник, важное событие в жизни.
– Девичник? – я сначала не поняла, что он имел в виду, но через мгновение пазл в голове собрался: белое платье, подруги, вечеринка – все указывало на скорое замужество.
– Нет, нет, я свободна. – «Зачем я это сказала?! Подумает, что я себя предлагаю, ладно, уже ляпнула». – Мы отмечали новоселье, свадебное платье там вообще случайно оказалось. – «Он точно подумал, что я какая-нибудь алкашка и дебоширка. У меня же и синяк под глазом. Класс!» – Рука сама потянулась к фингалу, но в последний момент мне удалось изменить направление пальцев и заставить их погладить ухо.
– Значит, теперь придется постоянно терпеть шум по ночам?
Я не знала, что ответить на упрек, и молча наблюдала за серьезным, но, надо отметить, симпатичным лицом нового соседа. Парень тоже смотрел на меня. От его пронизывающего ледяного взгляда тело будто снова онемело, и я не могла пошевелиться. Даже когда он подошел ближе, протянул мне руку и сказал: «Андрей», я не сразу поняла, что он хочет, и продолжала неподвижно стоять.
– Меня зовут Андрей, – повторил молодой человек. – А тебя?
– Саша. – Я наконец-то немного расслабилась и пожала ему руку.
– Добро пожаловать в наш дом.
Лицо молодого человека озарила улыбка, и от мрачного взгляда не осталось ни следа.
– Не хочешь сегодня вечером прогуляться? – спросил Андрей.
Такой вопрос застал меня врасплох. Я не ожидала даже, что он на меня посмотрит добрым взглядом, а тут такое предложение. Хочу ли я? Конечно!
– Да, можно.
– Отлично, я зайду за тобой, скажем, часов в семь, нормально?
– Хорошо.
– Тогда до вечера, – попрощался Андрей и вышел из подъезда.
Мое лицо сияло, и бабочки в животе летали как сумасшедшие. Это сейчас было по-настоящему или я до сих пор пьяна?
Я стояла на площадке, обескураженная внезапным предложением. Когда мечты начинают осуществляться, становится действительно страшно. Вчера ты думал о своих желаниях как о чем-то далеком и невозможном, а сегодня они становятся настоящим. Ты боишься неудачи, ведь она принесет новое разочарование. Но и успех пугает не меньше. Он станет причиной изменений в жизни, а перемены, пусть и положительные, принять нелегко.
Открыв дверь дрожащим ключом, я зашла в коридор и выдохнула воздух из сжавшихся легких. Ватное тело скользнуло по дверному косяку. Ягодицы уперлись в пол.
«Саша, как всегда, в твоей голове слишком много мыслей. Нужно просто не бояться и сделать шаг навстречу», – уговаривала я себя, вытирая о футболку взмокшие ладони.
Ровно в семь часов раздался стук в дверь. Я стояла перед зеркалом в ванной и замазывала пурпурный след, который оставила на лице пробка от шампанского.
«Черт, черт!» Суетящиеся пальцы схватили спонж и припудрили синяк.
«Просто красотка! – Я швырнула пудреницу в раковину, и белая керамическая поверхность покрылась коричневой пылью. – Зачем я только согласилась?!»
Послышался второй стук. Я выбежала в зал, подлетела к высокому зеркальному шкафу и поправила подол темно-синего платья. Собственное отражение вызывало чувство отвращения. Закрыв лицо руками, я плюхнулась в кресло.
«Почему, почему всегда так?! Первое свидание, а я как урод!»
Третий удар в дверь проник в голову и взломал клетку, в которой были заточены рациональные мысли.
«Он же пригласил меня на свидание, а хуже моего утреннего вида и быть не может. И вообще, я не позволю какому-то фингалу испортить мне вечер!»
Я подскочила с кресла, схватила маленькую белую сумочку, лежавшую на пуфе в коридоре, и открыла дверь.
– Привет еще раз. – Андрей стоял на пороге, одетый в темно-синие джинсы и синюю футболку. – Красивый цвет! – подметил Андрей одинаковый выбор цветовой гаммы.
Как же менялось его лицо, когда он улыбался. Я смотрела на Андрея и не могла оторвать взгляд от милых ямочек на щеках. Горящий румянец предательски выдавал мое смущение. Я неуверенно топталась в прихожей и хотела поскорее выйти на улицу, чтобы избавиться от его пронизывающего взгляда. Но Андрей явно не хотел меня отпускать. Он сделал шаг вперед и оказался совсем близко. Я вдохнула запах парфюма и почувствовала тепло, исходящее от спортивного тела. Кожаный ремень сумки захрустел под тяжестью горячих пальцев. Грудная клетка содрогнулась от учащенного громыхания сердца. Возбуждающие электрические импульсы рассыпались по коже. Напряжение нарастало с геометрической прогрессией, и только чудо могло спасти человечество от всепоглощающего взрыва чувств.
– Это тебе, – сказал Андрей и протянул красную розу.
– Спасибо.
«Пойду поставлю в вазу» – фраза, которая спасла меня от сладкого плена его глаз. Мне одновременно хотелось и убежать, и броситься в его объятия.
– Готова? – спросил Андрей, когда я вернулась в коридор.
– Да… сейчас… балетки…
Голова находилась под его дурманом, и я не могла сформулировать фразу.
На свежем воздухе ко мне вернулась способность мыслить. Я огляделась по сторонам. Стемнело, и фонари зажглись вдоль разукрашенных домов. Улица была заполнена молодежью. Современные хиты разрывали колонки, а экраны телефонов подсвечивали юные беззаботные лица. Мы отошли от подъезда и зашагали вдоль тротуара. Рука вновь теребила тонкий ремешок сумки. Я не знала, что сказать. Андрей тоже молчал. Неловкая пауза затянулась.
– Как тебе наш район? – Андрей начал разговор.
– Подальше от центра, много зелени, как я и хотела. А ты давно здесь живешь?
– Около пяти лет, до этого снимал, потом купил квартиру и переехал сюда.
– То есть ты всю жизнь провел в этом городе?
– Получается, да. Пойдем в парк? Там сегодня ярмарка.
Я кивнула. Мне было все равно куда идти, только бы с ним, рядом, смотреть в его глаза и слышать его голос.
– А родители живут на Лесной, там за мостом. – Андрей указал рукой влево. – У них свой дом. Бывала там?
– Если честно, то я даже не знаю, про какой мост ты говоришь. Я в городе не так давно.
– Так ты не местная?
– Нет.
– Значит, тебе обязательно нужно дружить с аборигеном, который покажет самые лучшие места.
– И у тебя уже есть кто-то на примете?
– Да, он лучший парень в городе, и более того, он идет с тобой рядом.
– Звучит очень самоуверенно.
Андрей улыбнулся.
– И чего ты уже добился?
– Например, я открыл свою автомастерскую, – сказал Андрей и повернул направо. – Нам сюда. До парка немного осталось.
– Свою автомастерскую, здорово. У моего отца тоже был бизнес, и он говорил, что, чтобы начать собственное дело, нужна смелость.
– Да больше не смелость, а деньги. Стартовый капитал, – быстро ответил Андрей и, сделав паузу, добавил: – Почему был бизнес?
– Его отжали после смерти отца.
– Прости.
– Ничего, ты же не знал, – я едва сдержала слезы. – А чем твои родители занимаются?
– Папа – инженер, мама – учитель. Такие вот стандартные российские профессии, а вот я в бизнесмены подался. Сложно, конечно, но мне нравится, нужно постоянно быть в теме, двигаться, развиваться.
– Ты молодец.
– Ты меня сейчас захвалишь, но спасибо, – Андрей посмотрел на меня и улыбнулся.
Я не могла отвести от Андрея взгляд и молча следовала за ним к парку, плетеные ворота которого виднелись за поворотом.
Два старых высоких дуба приветствовали посетителей на входе. Остальные деревья, украшенные картонными фонариками, сопровождали три широкие асфальтные дорожки. Светящиеся гирлянды, словно паутины, окутывали парк, петляя от одной разноцветной палатки к другой. Ароматы шашлыка и жареной кукурузы пропитали сладкий летний воздух. Детвора каталась на мини-автомобилях и прыгала на батутах в форме диких животных. Ребята постарше сновали туда-сюда, стараясь посетить каждое развлечение или хотя бы поглазеть на участников. Взрослые подбадривали своих отпрысков и, не выдерживая подступившего азарта, сами пускались кидать дротики и прыгать в мешках.
– Пойдем, – Андрей позвал за собой.
Мы обошли очередь из желающих пострелять, образовавшуюся у шатра с надписью «Тир», и остановились у стола с воздушными шариками. Андрей отдал купюру молодой девушке в костюме французского клоуна с выбеленным лицом, кивнул в сторону разноцветного букета из шаров и сказал:
– Вот этот, пожалуйста.
Тонкие пальцы продавца ухватились за кудрявую ленточку и грациозным движением передали малиновое сердце Андрею, а он протянул его мне.
– Спасибо. – Я сжала ленту в ладони и огляделась по сторонам: из всех взрослых, находящихся в парке, только я держала воздушный шарик. – Не стоило.
Неуверенная улыбка появилась на моем лице.
– Ты улыбнулась, значит, стоило.
Андрей взял мою руку.
Его нежное касание пробудило в животе знакомое чувство полета, и я, будто сама став шариком, оторвалась от земли и полетела в безмятежный мир любовных грез.
– Видишь, вон там ресторанчик под открытым небом? Я заказал нам столик, идем.
Держась за руки, мы направились к ресторану, который идеально подходил для романтического свидания. Приглушенный свет скрывал парочки от любопытных глаз, мягкие стулья расслабляли напряженные тела, медленная музыка создавала любовную атмосферу.
– Присаживайся. – Андрей отодвинул для меня стул.
– Спасибо. – Я привязала шарик к спинке стула и села.
Как только мы заняли столик, к нам сразу подошел официант и предложил меню.
– Мы выберем и позовем вас, – сказал Андрей. – Здесь всегда вкусные стейки, тебе нужно обязательно попробовать.
– Ты часто бываешь в этом ресторане?
Вопрос сам сорвался с губ. Рука переключилась с ремешка сумки на кулон. Хорошо хоть я не добавила «с другими девушками». Конечно, он приглашал сюда женщин, может, даже сидел на этом самом месте и так же хвалил кухню. Какой ужас, я ведь ревную! Глупо. Я понимаю, но просто прихожу в бешенство от одной мысли, что он с другой. Так, зачем об этом вообще думать? Если что-то и было, то осталось в прошлом, а сейчас он со мной.
– Когда родители приезжают, часто сюда ходим, – сказал Андрей, как будто прочитав мои мысли.
Ответ Андрея немного меня успокоил, но я все равно чувствовала себя не в своей тарелке и продолжала вращать пальцами кулон.
– Выбрала что-нибудь?
– Да.
Пока Андрей общался с официантом, я прожигала его взглядом. Не могу сказать, что Андрей обладал идеальной голливудской красотой, но от него исходила какая-то неподдельная уверенность, которая притягивала словно магнит.
– А чем ты занимаешься? – прервал мои размышления Андрей.
– Я работаю в торговом центре «Иволга» продавцом в отделе одежды. – Я оторвала ладонь от украшения и положила на стол.
– И как, нравится?
– Это, конечно, не работа мечты, но в целом нормально.
– А какая работа мечты?
– Не знаю, сейчас уже не знаю, но до всего этого… – Я опустила глаза. – Я училась на дизайнера одежды и подрабатывала в одном модном доме. Мне нравилось.
– Значит, нужно снова стать дизайнером.
– Проще сказать, чем сделать. Кому здесь нужны мои вещи?
– Проще вообще ничего не делать. И ты же не пробовала, может, нужны, – настаивал Андрей. – А тем более есть интернет, там-то точно найдутся желающие.
– Не знаю, может, ты и прав, но мне страшно сделать первый шаг.
– Я помогу, если захочешь. – Андрей взял меня за руку. – Подумай.
Музыка заиграла громче, лампочки заморгали разноцветными огнями, одна за одной на танцпол потянулись пары.
– Потанцуем? – спросил Андрей.
Я кивнула.
Андрей обнял меня за талию, моя ладонь коснулась его шеи. Мы отдавались танцу, не замечая людей вокруг. Для нас существовали только звуки музыки, наши прикосновения и желания. Все было понятно без слов. Химия, возникшая, между нами, заставляла тела приближаться друг к другу, не оставляя даже миллиметра пространства. Казалось, что мы можем танцевать целую вечность, и только изменение ритма композиции вынудило нас вернуться на прежние места.
Еда стояла на столе. Поскольку жаркий танец пробудил в нас не только любовное желание, но и чувство голода, то мы быстро расправились со всеми блюдами.
– С кем-нибудь здесь подружилась? – спросил Андрей, подавая пустую тарелку официанту.
– Да, с девчонками с работы.
– Это с ними ты ночью веселилась в свадебном платье? – улыбаясь, спросил Андрей.
– Это случайно получилось. Платье осталось от прежней хозяйки, мы выпили и решили побыть невестами.
– Аха-ха, ты увела свадебное платье?
– Получается, да.
– А фингал – это вы выясняли, кто первый его наденет?
– Аха-ха, нет. Лена так шампанское метко открыла.
– Да, девчонки, умеете вы отдыхать.
Мы смотрели друг на друга и улыбались. В какой-то момент мне показалось, что время остановилось и мы одни на этой планете: только я и он.
– Ну что, пойдем? – сказал Андрей. – Поздно, тебе наверняка завтра рано вставать.
– Да, точно, завтра же опять на работу.
Я надела сумку через плечо, взяла малиновый шарик и вышла из-за стола.
Несмотря на то, что мы шли обратно знакомым маршрутом, я не особо понимала, где именно мы находимся, и если бы я осталась здесь одна, то, скорее всего, не добралась бы до дома. Но со мной Андрей, а значит, я в безопасности. Именно чувство защищенности, которое я испытывала, находясь радом с Андреем, притягивало меня к нему, и интуиция подсказывала, что он именно мой мужчина.
– Ты в семье один? – я не жаждала разговаривать о своей семье, но о родственниках Андрея хотела узнать побольше.
– У меня есть сестра. Младше меня на десять лет. Сейчас в девятом классе. Такая проныра, советы мне дает, как надо делать, как не надо. Я ее кнопкой называю, а она бесится от этого. Кричит на меня: «Я взрослая уже!»
– Девятый класс, это ей лет шестнадцать?
– Да, будет через месяц.
– Скоро ее ухажеров начнешь гонять.
– Так уже гоняю. Представляешь, один в окно хотел к ней залезть, я заметил и в бубен дал сгоряча, не сильно, конечно, так, чтобы припугнуть. Он упал и скорей бежать со всех ног. Маша давай орать, батя полез за ружьем с солью. – Андрея махнул рукой. – Та еще веселуха была.
– Ты прям суровый старший брат.
– А потому что, если хочешь встретиться, постучи в дверь, а не пробирайся в окно, как шпана какая-то. Так что, если к тебе кто в окно полезет, ты сразу зови, у меня имеется опыт борьбы с надоедливыми кавалерами.
– Обязательно. Но кроме тебя ко мне в окно лазить некому.
– Нет, я культурный, только через дверь, и то, если пригласишь.
– Ай! – Что-то твердое ударилось в бок и рухнуло на асфальт. Бесцеремонное вторжение в личное пространство заставило пальцы разжаться и отпустить ленточку. Воздушное сердце вырвалось на свободу и улетело в ночное небо.
– Ты как? – Андрей обнял меня за плечи.
– Да вроде нормально. – Я с досадой посмотрела вверх. – Чокнутые дети, носятся как ненормальные!
– Это точно.
Андрей помог нерадивому гонщику подняться, вручил самокат, и тот как ни в чем не бывало полетел прочь по заполненной людьми дороге.
– Давай срежем. – Андрей повернул налево. – А то тут много народу.
– Да, давай.
Мы шли по извилистой тропинке и болтали об интересах друг друга. Андрей с удовольствием рассказывал о своем прошлом, шутил и пытался узнать побольше о моей жизни до приезда в город, но я не была готова открываться. Да, Андрей мне, безусловно, нравился, но я слишком мало его знала, чтобы раскрывать шкаф со скелетами.
Фонари остались позади, и свет едва проникал сквозь навес из веток. Полумрак порождал боязнь несуществующих фигур и звуков. Воображение рисовало пугающие картины и заставляло в них верить. Я съежилась, сдавила ремешок сумки и придвинулась ближе к Андрею.
– Ты чего?
– Как-то тут жутковато.
– Не боись, я же…
Треск деревьев заставил Андрея замолчать. Он сделал шаг вперед и закрыл меня плечом. За поворотом мелькали невысокие силуэты. Они склонились к земле и, словно стервятники, рыскали по карманам своей жертвы.
– Эй! – закричал Андрей и двинулся на грабителей, которые были больше похожи не на опасных преступников, а на сопливых подростков.
Поняв, что их обнаружили, темные фигуры кинулись врассыпную и растворились в густых зарослях лопухов. Андрей бросился к лежащей без сознания старушке.
– Вроде жива. – Он достал из кармана телефон. – Нужна скорая в парк на Горького, на пожилую женщину напали. Да, без сознания. Нет, видимых ран нет…
Пока Андрей разговаривал с диспетчером, я стояла рядом и смотрела на побелевшее лицо пожилой женщины. После похорон моей семьи вид полумертвого тела не вызывал у меня ни страха, ни отвращения, и лишь жалость сжимала сердце. Бедная, надеюсь, она выживет.
– Это наша соседка, Лидия Семеновна. Вот уроды! Так, нужно вынести на главную дорожку, а то скорой сюда не проехать. Давай. – Андрей приподнял обездвиженное тело. – Придержи голову.
Мы с Андреем работали, как слаженная команда, и вскоре Лидия Семеновна оказалась на лавочке, где ее обступили многочисленные зеваки.
– Андрюшенька, – прохрипела старушка, поднимая дрожащие веки.
– Лидия Семеновна, я здесь, все будет хорошо. – Андрей взял женщину за руку. – Вон, скорая едет.
Толпа разбежалась от кричащих звуков сирены, и карета скорой помощи остановилась рядом с Лидией Семеновной, которая делала отчаянные попытки подняться с лавочки.
– Лежите. – Андрей опустил плечи пожилой женщины.
Медики в синей форме вынесли носилки, переложили на них Лидию Семеновну и поместили в машину.
– Мы можем поехать с ней? – спросил Андрей у полного мужчины с нашивкой «фельдшер» на груди.
– А вы кто, родственники?
– Нет, соседи.
– Хм. – Медик закатил глаза и отвернулся.
– Но у нее нет родственников, поэтому, можно сказать, мы ее самые близкие люди. – Андрей сжал пальцы в кулаки и тут же выпрямил обратно.
Мужчина закрыл задние двери и ничего не ответил.
– Пожалуйста, – я попросила жалобным голосом. – Мы очень переживаем.
– Ла-а-адно, – протянул фельдшер. – Идите на передние сиденья. Он пропустил вперед себя медбрата и хлопнул скользящей дверью. Мы уселись на два свободных места рядом с водителем. Скорая выехала из парка под истошный вой сирены.
Я совершенно не знала Лидию Семеновну, и поэтому мои переживания ограничивались лишь чувством сожаления о случившемся. Но по напряженному выражению лица Андрея я поняла, что он действительно волнуется за здоровье старушки. Наверно, за годы, прожитые по соседству друг с другом, у них завязались теплые дружеские отношения. Конечно, я могла не ехать с Андреем в больницу и пойти домой спать, но мне просто по-человечески хотелось поддержать его, ведь я знала, как это тяжело и больно – терять близких людей.
В приемном покое Лидию Семеновну переложили на каталку и увезли по длинному коридору в самое сердце больницы. Я и Андрей остались ждать результатов обследования на узком потертом диване. От усталости моя голова упала на плечо Андрея. Его ладонь коснулась моей руки. Как же приятно ощущать его рядом! Только ради этого момента стоило проехаться по городу на скорой и провести остаток вечера в окружении полупьяной компании с разбитыми лицами.
– Устала? – спросил Андрей.
– Немного, – соврала я.
– Извини, что так получилось. – Андрей погладил меня по голове.
– Ты же не виноват, что на Лидию Семеновну напали.
– М-да. Ладно, обещаю, что следующее свидание будет более позитивным.
Высокий худощавый врач, похожий на аиста, выскользнул из кабинета и быстрыми широкими шагами подошел к нам.
– Это вы приехали со старушкой?
– Да, – ответил Андрей. – Как она?
– Все выглядит неплохо, травм нет, похоже, она потеряла сознание просто от испуга, но нужно понаблюдать, так что пока она останется в больнице.
– Ясно.
– Там еще нужно решить вопрос с документами. Вы завтра днем тогда приезжайте, подробнее и поговорим. – Мужчина развернулся на одной ноге и исчез за дверьми кабинета.
– Ну что, пойдем, отвезу тебя домой, – сказал Андрей и обнял меня за плечи.
Обычно волнительный момент прощания у входной двери сегодня был простой формальностью. Усталость убила романтические чувства и волнения.
– Спасибо за вечер. – Андрей чмокнул меня в щеку. – Мне было приятно с тобой общаться
– Мне тоже.
– Могу я тебе позвонить после сегодняшнего экшена?
– Да. – Я опустила подбородок и улыбнулась.
– Замечательно, продиктуй, пожалуйста, номер, – вежливо попросил Андрей, достал мобильный телефон и стал набирать произносимые мной цифры.
– Сейчас я тебе позвоню, чтобы ты не пугалась незнакомого номера, а то не ответишь, что мне тогда делать.
– Тогда придется лезть в окно.
– Аха-ха, тогда да. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи.
Каждый из нас зашел в свою дверь, и, хотя физически Андрей был не со мной, я будто чувствовала его присутствие, ведь только одна кирпичная стена отделала нас друг от друга. Сняв балетки с уставших ног, я прошла в зал. Радостные мамины глаза заблестели в холодном свете включившейся люстры. Сумка выскользнула из руки и почти бесшумно упала на пол. Я взяла со стола стеклянную рамку с семейным портретом и погладила мамино лицо, застывшее на безжизненном снимке. Как же я по ней скучаю! Как же мне хочется рассказать ей об Андрее, о моих чувствах к нему. Папа! А ты бы сейчас расспрашивал меня о его профессии и семье, а Ксюха бы, хихикая, подслушивала за дверью. Слезы сами покатились из глаз. Сначала это были одинокие соленые капли, но по мере того, как голова заполнялась кричащими воспоминаниями, поток усиливался и стекал водопадом на дрожащую грудь. Ноги подкосились, тело рухнуло на пол и съежилось в комочек. Всхлипывания, вырывавшиеся из недр раздраженных легких, трясли сгорбившуюся спину. Спазм пронзил вибрирующий живот. Не в силах остановить рыдания, я покорилась неожиданному приступу истерики.
Иссушенные солеными потоками губы больше не двигались. Из опухших глаз не текли слезы. Мышцы размякли. В голове перестало шуметь. Вдоволь помучив мое и без того истерзанное сердце, истерика отступила. Тогда я собрала оставшиеся силы, доползла до кровати, выпила успокоительное, стоящее на тумбочке, и упала на мягкий матрас.
«Все будет хорошо, – говорила я себе.
Новый день действительно начался с приятного. Андрей написал «Доброе утро», и я с радостью ответила ему тем же. Вечером он позвонил и рассказал, что Лидия Семеновна здорова и завтра ее отпустят домой.
Следующую неделю мы практически не виделись. Я работала каждый день, и у Андрея были срочные заказы. Но, несмотря на загруженность, он всегда находил время, чтобы подвезти меня с работы домой, забежать на несколько минут, принести что-то вкусненькое, поговорить по телефону и написать «Спокойной ночи». Я очень скучала по нему, и, когда наступил долгожданный выходной, и мы договорились о встрече, у меня будто выросли крылья от счастья. Стояла прекрасная жаркая летняя погода, и Андрей предложил провести время на пляже, однако через несколько минут пребывания в его машине я заметила, что мы направляемся вовсе не туда.
– А куда мы едем? Пляж же в другой стороне.
– Пляж – это обыденно и скучно. Я везу тебя в более захватывающее место. Должен же я реабилитироваться за прошлый раз.
– Интересно, ну ладно.
– Надеюсь, тебе понравится. Осталось немного. Сейчас повернем, и ты сама увидишь.
И действительно, через несколько минут я поняла, что Андрей имел в виду, говоря про захватывающее место. Это был небольшой мост через речку, на котором происходило что-то невероятное. Люди разного возраста то и дело прыгали вниз, забирались и опять, с азартом разбегаясь, ныряли, кричали и смеялись. Они прыгали солдатиком, бомбочкой, парами, тройками, неожиданно толкали и бросали друг друга в воду. Их действия источали неподдельную свободу и жизнерадостность. Никого не интересовало, что подумают другие, все наслаждались моментом и просто веселились. Однако мне прыгать совсем не хотелось, я в принципе не люблю нырять. Вода затекает в уши, я боюсь удариться о дно, и, вообще, это небезопасно.
– Там невысоко, это только кажется. Надо просто первый раз прыгнуть и втянешься, – с такими словами Андрей взял меня за руку и повел к краю моста. Видя мое недоверие к этому мероприятию, он добавил: – Давай я прыгну первым, а ты посмотришь и поймешь, что это совсем не страшно.
Он снял футболку и смело прыгнул вниз, а через несколько минут он снова стоял рядом.
– Ну что, готова?
– Ой, не знаю. – Я потрепала бантики на купальнике. – Может, не надо?
– Давай, смелей, я с тобой. Хочешь, прыгнем держась за руки?
– Нет, я сама. Ты только прыгай первым, а я за тобой.
– Точно?
– Точно.
– Пообещай.
– Обещаю.
Андрей снова отважно спрыгнул с моста и уже ждал меня внизу.
– Давай, ты сможешь!
– Я боюсь!!!
– Ты обещала, а свое слово нужно держать.
Страшно, конечно, а что делать, не убегать же со слезами, как трусиха, тем более действительно пообещала. Я закрыла глаза и спрыгнула.
Как же здорово! Ты молниеносно погружаешься в воду, она поглощает тебя, а потом ты всплываешь с желанием повторить. Андрей был прав, главное – побороть свой страх и сделать первый шаг. Несомненно, для настоящих экстремалов прыжок с моста – сущий пустяк, но для меня это подвиг. Адреналин во мне зашкаливал, и я не могла остановиться, я хотела еще и еще. И вот мы стоим на том же самом месте, где началось это безумие – на краю моста. Андрей прыгает первым, я следую за ним. Мной снова овладевает чувство стремительного погружения во что-то новое. Именно такие неизведанные эмоции я испытываю по отношению к Андрею. Я бесстрашно прыгаю в бурную реку страстей, растворяюсь в ней и требую продолжения. Внимание и забота Андрея как вода омывает меня со всех сторон, я погружаюсь в его мир, мне его всегда мало, и я задыхаюсь на глубине возникших чувств.
В воде наши тела оказываются очень близко друг к другу. Нежные руки Андрея дотрагиваются до спины, плеч, поднимаются к шее. Его мокрые губы касаются моих. Конечно, я очень хотела, чтобы Андрей меня поцеловал, но никак не могла предположить, что все случится вот так, днем, в воде, на глазах у незнакомых людей. Я довольно стеснительный человек, но сейчас повышенное внимание публики никак меня не беспокоило.
Неожиданно волна брызг накрыла нас с головой и немного остудила случайный порыв любви. Ребята летели в воду один за другим и вынудили нас выйти на берег, покинув теперь уже знаковое для наших отношений место первого поцелуя.