Система Эленга. Космическая станция Уран-245.
3-е августа. 1853 год
Их встреча была долгожданной, а от того бурной и очень радостной. Меломан успел только сказать, что очень давно хотел найти своего отца, и вот это случилось. Мы понимали, что им нужно побыть наедине, и мешать не собирались, договорились встретиться на борту Арго завтра, около одиннадцати часов, на этом и распрощались. Все необходимые покупки мы уже сделали, и теперь нам будет, чем заняться в свободное время.
Мы молча дошли до нашего ангара. Вокруг Арго суетились техники, они разгружали только что привезенные контейнеры с энергобатареями, мы присоединились. Аля опустила платформу, и стала помогать грузить на нее ящики. Уже через десять минут все энергоёмкости были уложены на свои места на верхней палубе охранника. Покончив с этой весьма нелегкой работой, Димка предложил забыть о прогулках и просто отдохнуть в свое удовольствие, мы с Алей поддержали предложение.
– Но я сначала в душ, – сказал я, – а то мокрый как мышь.
– Вообще-то всем не помешало бы ополоснуться, – отозвалась Альбина, и пнула контейнер с энергобатареей, – тяжеленькие, сволочи.
– Ага, – выдохнул Димка.
И мы отправились по каютам. Сняв свой насквозь промокший от пота комбинезон, я забросил его в дезинфектор, а сам вошел в тесную душевую кабину, и некоторое время просто стоял под прохладными струями бодрящей влаги. Ополоснувшись, я вышел и, не одеваясь, свалился на свою постель. Торопиться мне было некуда, и я погрузился в свои мысли, или скорее воспоминания. Встреча Меломана со своим отцом напомнила мне о том, что и у меня когда-то был отец. Я очень мало помню о нем, большую часть моих воспоминаний составляют рассказы моей мамы. Ведь когда он пропал, а я уверен, что он не погиб, как нам сообщили, мне было пять лет. Он тоже был пилотом, но не свободным как я, а работал на научно-исследовательский институт, в который, кстати, мама предлагала и мне устроиться. Девятнадцать лет назад на окраине звездной системы Новая учеными была обнаружено непонятное явление, нечто вроде черной дыры. Вот только это явление было непостоянным, а как его в дальнейшем прозвали, мигающим. Эта штуковина появлялась из ниоткуда буквально на несколько секунд и вновь исчезала. Это ее мигание было не ритмичным, а абсолютно произвольным, и ученым никак не удавалось вычислить, когда она снова появится, и на какое время задержится. Вот и было принято решение вылететь к этой дыре, чтобы вблизи зафиксировать ее появление, а заодно и прощупать пространство вокруг этого явления, чтоб получить как можно больше данных. Мой отец заслуженно считался одним из лучших пилотов в НИИ, поэтому ему и пришлось отправиться в этот полет. До этого времени дыра появлялась всегда в одной и той же точке, а когда недалеко от нее появились два научных бота, она возникла прямо перед ними. Среагировать, конечно же, никто не успел, оба научника просто втянуло в ее чрево. И видимо именно в этот момент, не успев поглотить второй бот полностью, эта дыра исчезла, оставив болтаться в пространстве треть одного научного челнока. Ощущение было таким, будто его аккуратно отрезали, никаких тебе рваных переборок, все чисто и ровно. Эта информация, конечно же, сразу была засекречена, а семьям пропавших просто сказали, что в результате какой-то неисправности произошел сильнейший взрыв, что даже и пыли не осталось. Вот только в возрасте девятнадцати лет я познакомился с одним человеком, который сказал, что очень хорошо знает моего отца. Звали его Вадим Геннадьевич, он тоже был пилотом, и работал вместе с отцом. Даже в тот рейс должен был лететь с ним, но комиссия его зарубила. В момент нашей встречи Вадим был пьян, вот тогда он и рассказал мне, что до сих пор у секретчиков в одном из ангаров находится та самая срезанная часть от второго бота. А еще, что та самая дыра после этого инцидента в нашей звездной системе больше не появлялась. Все это было странно, и в гибель ребят он не верил, а после этого разговора и я перестал. Но и уверенности у меня, по поводу возможной встречи с отцом, не стало больше. С Вадимом я больше не встречался. А через какое-то время и думать забыл и о встрече с ним и о том, что отец возможно жив. В дверь постучали. На пороге стоял озабоченный Димка.
– Ты где пропал? – спросил он, когда я открыл ему дверь.
– Да просто сморило немного, – ответил я, взъерошив волосы на своей голове, – а что, долго меня не было?
– Ну да, – глядя на часы, ответил он, – около часа. Я тут подумал, мы ведь и без Меломана вполне сможем батареи установить куда надо.
– Ну да, там ведь ничего сложного.
– Тогда займемся? – спросил вмиг приободрившийся Демон.
– А почему бы и нет, – улыбнулся я.
После обеда мы поднялись на верхний уровень. Замена энергобатарей действительно не была сложной процедурой, к тому же, по сути, и заменять ничего не нужно было. На борту наших Интерцепторов имелась дополнительная энергоячейка и поэтому в нашу задачу не входила замена старых батарей, а только установка новых.
– Непривычно как-то без музыки, – первым догадавшись, в чем причина дискомфорта, сказал Димка.
– Ага, – согласился я, укладывая в выдвинутый держатель усиленную энергобатарею.
Она легко встала на свое место. Тщательно закрепив ее, я принялся подключать к ней кабели, которых было четыре. Что-то перепутать было невозможно. У каждого провода был свой разъем, поэтому вставить его в другое гнездо было нереально. Помимо этого они еще и разного цвета были, эта предосторожность, очевидно, была предпринята для полных идиотов. После подключения кабелей я включил питание на пульте флугера и убедился, что все было правильно сделано.
– У меня все ровно, – сказал я Димке, который в свою очередь уже карабкался в кабину своего перехватчика.
– И у меня тоже, – спустя некоторое время крикнул он.
– Теперь надо и Меломану установить, – выключив питание и спрыгнув с подножки, предложил я.
– Только попробуйте! – раздался голос из-за моего флугера.
Я медленно обошел Интерцептор и увидел, как из люка в полу вылезает Аля, а помогает ей, поддерживая ее за ручку, ни кто иной, как Меломан собственной персоной.
– Ты чего тут делаешь? – вырвалось у меня.
– Вот тебе раз, – возмутился он, – я к ним вернулся, а они мне не рады.
– Да я не о том, – начал оправдываться я, подходя к ним, – а как же твой отец?
– Вы вроде долгое время не виделись, и мы думали, что ты до завтрашнего дня точно не появишься, – добавил подошедший Димка.
– Он уже улетел, – начала за Виктора Аля.
– Ага, – кивнул он, – отец со своими ребятами на Уране уже более двух недель и именно сегодня вечером у них был запланирован вылет, поэтому я и вернулся раньше.
– Вон оно как, – улыбнулся я, – а мы тут…
– …Вижу, – перебил Меломан, – мою работу делаете, надеюсь, щиты еще не установили?
– Куда уж нам до щитов, – потупил взгляд Демон.
– Вот и славненько, сейчас мою батарею поставим, а потом пойдем пить чай с домашними пирожками.
– Вот заливает, – улыбнулся Димка, – какие на Уране-245 домашние пирожки?
– Я серьезно, – возмутился Меломан, – у отца на рейдере, навигатор в прошлом повар, он у них всегда чё-нибудь печет, а тут целый тазик пирожков испек. Ну и узнав, что я сын его капитана, отсыпал мне добрую половину.
Установка энергобатареи на флугер Меломана заняла не более десяти минут. После чего мы дружной компанией отправились в кают-компанию пить чай. И даже Виктор попросил именно чаю, мотивируя это свое желание тем, что кофе с домашними пирожками пьют только люди, не имеющие, ни вкуса, ни совести, и вообще такие личности самые настоящие извращенцы. Обещанные пирожки действительно присутствовали, еще и в трех видах. Тут были: и пирожки с капустой, и с картошкой, и еще с клубничным вареньем и, что самое интересное все продукты были натуральными. Хотя признаться честно я думал, что их начинка будет синтетической, и не без причины, ведь если мыслить согласно логике, то выходило, что эта, без сомнения очень развитая станция просто не может позволить себе такую роскошь. Отчасти я был прав, продуктов для изготовления этих пирожков на Уране-245 не было. Просто все необходимые ингредиенты имелись у того самого повара, и как во время нашего чаепития рассказал Меломан, этот навигатор всегда берет с собой натуральные овощи, мясо и другие продукты, и экипаж не покинет планету, пока на борту не будет необходимого количества продовольствия. Навигаторские пирожки действительно очень напоминали домашние, никто не старался по быстрому накидать их в свой желудок. Все, не торопясь, смаковали. Это было удачное завершение сегодняшнего дня. И я наивно надеялся, что так удачно подобравшаяся компания уже никогда не распадется.
Система Эленга. Охранный бот Арго. 4-ое августа. 1853 год
Спать вчера легли поздно. Очень долго разговаривали на тему нашего дальнейшего сотрудничества. Этот разговор начала Аля, и как я и надеялся, она предложила всем нам остаться с ней, и в дальнейшем работать вместе. Я, конечно же, был согласен, Димку никто не спрашивал, видимо они этот вопрос уже обсудили, а вот от Виктора мы не ожидали отказа, хотя стоило догадаться. Оказалось, что его отец, узнав, что у Меломана вместе с этим рейсом и контракт кончается, предложил ему работать вместе. А работа у Германа, так звали Витькиного отца, и вправду очень интересная. Его маленький флот еще месяц назад состоял из четырех рейдеров, но после встречи с пиратским кланом Белых каперов, их осталось только три, и то один пришлось утилизировать, восстановлению он не подлежал. Герман занимался поиском неизвестных месторождений всевозможных минералов, металлов и прочих ископаемых. Это дело было интересным потому, что рейдеры производили свои поиски в очень далеких и часто ни кому не известных звездных системах. За подобную информацию платили очень хорошо, а поэтому это дело было еще и хорошо оплачиваемым. На месте Меломана я тоже не отказался бы от такого предложения. Слова Виктора нас, конечно же, не обрадовали, но и переубеждать его мы не собирались. Герман вернется на Уран-245 примерно через две недели, и будет ждать сына, так они договорились. А мы с Димкой и Альбиной займемся поиском новой работы.
Сейчас мы находились недалеко от орбиты планеты-завода, прибыли мы сюда немного раньше срока. По этому нам предстояло ждать. Аля находилась в пилотской рубке, Меломан уже на протяжении нескольких часов занимался установкой новых щитов на наши флугеры.
– Хреново, конечно, что Витька уйдет, – вздохнул Димка, – такой парень хороший.
– Ага, – кивнул я, – и отличный техник.
– Аля хотела пораньше поговорить на тему нашей совместной работы, но я как чувствовал, что пока не стоит.
– А мне ты не мог сказать, что она не против того, чтоб мы остались, я всю голову себе сломал, как к ней подойти с этим вопросом.
– И ты так плохо обо мне думаешь? – возмутился Димка, – я вообще-то Але давно предложил работать вместе.
– Ладно, – махнул я рукой, – не бери в голову, просто мне хотелось быть в курсе.
Из динамиков, расположенных где-то на потолке, раздался голос Али.
– Ребята, зайдите в рубку, разговор есть.
Мы с Димкой переглянулись, я ничего не понимая, пожал плечами, и мы направились на капитанский мостик. Альбина сидела в своем кресле. Она взглядом указала на свободные места, таким образом давая нам понять, что пока все не соберутся, никаких объяснений ждать от нее не стоит. Не успел я присесть, как в рубку ворвался Виктор. Как всегда в виде загруженного работой техника. Из его карманов торчали пучки разноцветных проводов, какие-то непонятно для чего нужные схемы, а так же различные отвертки и самых немыслимых видов ключи. Меломан протирал руки какой-то тряпицей, отдаленно напоминающей рукав рубашки.
– Ну, чего у нас новенького? – спросил он.
– Я сейчас разговаривала с Архимедом, – начала Аля, – грузиться они будут как минимум до вечера, а у нас появилась работенка.
– Очень интересно, – протянул Виктор, усаживаясь в кресло техника, специально для него оставленное свободным.
– Вот и я о том же, нам предстоит покинуть систему без Архимеда. Я получила от Ахматулина координаты точки встречи еще с каким-то транспортником.
– Ага, – хохотнул я, – и сопроводить его в пределах системы, дурдом какой-то.
– Не угадал, – улыбнулась Аля, – точка встречи находится в четырех световых годах от нас.
– Чего-то я не понял, – подключился Димка, – это больше парсека, какая необходимость так далеко встречаться?
– Да, – ответила Альбина, – на такой гиперпереход уйдет не более пяти минут, мне тоже очень интересненько, почему они сами не долетят до нас.
– Проснитесь ребята! – воскликнул Меломан, взмахнув зажатым в кулак, промасленным рукавом, – вы до сих пор не поняли, с кем мы имеем дело? Я уже давно все понял, и не удивлюсь, если никакой компании Восход не существует, а их дружки не могут сюда подлететь только из-за того, что систему охраняют ВКС.
На самом деле все понимали это, вот только первым говорить ни кто не хотел. Долгую минуту мы сидели молча. Аля смотрела в пол, я не видел ее глаз, но догадывался, что они у нее блестят, но далеко не от восторга. Не поднимая взгляда, она попросила:
– Мальчики, вы, пожалуйста, при выходе в точке встречи будьте во флугерах, ну как бы, в общем, мало ли, что.
Все молча кивнули.
– Аль, – начал Виктор, – а когда отправляемся?
Она взглянула на часы:
– Через семь минут, – и видимо взяв себя в руки, переключилась на рабочий лад, – исходя из этого, я попрошу экипаж занять свои места.
– Так точно, – шутливо вытянувшись отрапортовал я, таким образом пытаясь подбодрить ее.
И у меня это получилось. Аля подняла взгляд, улыбнулась, и так же шутливо топнув своей ножкой, прикрикнула на нас.
– А чего стоим? Поторопитесь!
И мы дружно кинулись к выходу. Уже через пару минут я сидел в кабине своего Интерцептора и подгонял Меломана. А дело было в том, что незадолго до этого он устанавливал щит на Димкин флугер, и поэтому у того была снята изрядная часть обшивки. Демон носился вокруг, взъерошивая свои волосы, мне было понятно его переживание, и на его месте я тоже не хотел бы оставаться на борту Арго.
– Извини Димка, – начал успокаивать его Виктор, – ну кто знал, что эти идиоты куда-то нас отправят, я сейчас могу все собрать, но тебе придется вылетать вообще без защиты.
– Да и хрен с… – начал было он.
– …Сидеть! – раздался из динамиков крик нашего капитана.
Оказывается, Аля все эти разговоры слышала и, узнав о том, что ее Димке предстоит вылет с нефункционирующим щитом, конечно же, встала на дыбы.
– Кочетов Дмитрий, – продолжила она таким голосом, что у меня по всему телу пробежали мурашки, и пришло осознание, что, ослушавшись этого голоса можно легко и непринужденно лишиться своего драгоценного здоровья, – только попробуй сесть за пульт, обратно не пущу.
Меломан только пожал плечами, и не долго думая, побежал к своему перехватчику. Глядя на Димку, я почувствовал, что у меня пропал дар речи. Наверное, я должен был его как-то поддержать, вот только слов я не мог найти. Таким обиженным и разбитым я его еще ни разу не видел. Эту молчаливую ситуацию прервал уже вполне спокойный голос Али.
– Димочка, ты бы не мог спуститься в рубку, мне нужна твоя помощь.
Он шумно выдохнул и медленно отправился к люку. И ведь все мы, включая и Димку, догадывались, что нашего вылета скорей всего и не будет. Я сказал ему об этом, он только махнул рукой и даже не обернулся.
– Так будет лучше, – услышал я голос Меломана в динамиках своего шлема.
– Ты о чем? – спросил я, не понимая.
– Да вообще-то это я незаметно включил связь с рубкой, то есть специально, чтоб Аля услышала. А вдруг какая-нибудь бойня произойдет, мало ли может, нас там уже ждут, и как ты думаешь, сколько ему удастся продержаться, не имея даже стандартных щитов?
Я, конечно же, все это понимал, но от этого понимания легче не становилось.
– Да, ты молодец, я не смог бы так.
В левой части обзорного стекла моего шлема мигал зелененький индикатор, изображающий кружок, внутри которого горели две точки. Это говорило о том, что Меломан предусмотрительно выбрал приватную линию связи, значит, нас никто не слышал, и это хорошо. Я включил питание и, дождавшись ответа систем, отрапортовал:
– Киса в норме.
– Аналогично, – подключился Виктор, – все в шоколаде.
– Поняла вас, – ответила Аля, – я герметизацию начну прямо сейчас, чтоб потом время не терять.
Пока она производила необходимые действия, я разглядывал свою кабину. В ней определенно чего-то не хватало, было как-то неуютно, что ли. Надо будет повесить какую-нибудь безделушку. Вот у Меломана весит древний носитель информации – диск, как называет его сам Виктор, на котором, если верить его словам, и в данный момент записана музыка какого-то классика, вот только прочитать эту информацию уже невозможно, вряд ли подобная техника где-нибудь осталась. И в каком музее он его спер? Вот вроде и ничего особенного, а с этим абсолютно прозрачным куском пластика в его кабине стало намного уютнее. -Через десять секунд уйдем в подпространство, – снова появился голос Али в эфире, – готовы?
– Типа у нас есть выбор, – ответил Меломан.
Место нахождения неизвестно. Военная космическая станция Вега-11. 4-ое августа. 1853 год
– Охранник покинул систему.
– А какая мне разница, – возмутился координатор, – генерал, это ваша работа, таким незапланированным вызовом вы снова ставите под угрозу секретность. Видимо мне придется принять меры по пресечению таких действий.
– Нет, координатор, вы не поняли, – поспешил с объяснениями докладчик, – охранник покинул систему один, без трейлера.
– Спецсвязь у вас с собой? – спросил тот и, не дождавшись ответа, отключился.
Генерал подошел к пульту терминала, произвел над ним какие-то действия и после окончания извлек из внутреннего кармана поблескивающую металлом коробочку, размером с сигаретную пачку. Набрав на миниатюрном пульте, на лицевой части коробочки, одному ему известную комбинацию цифр и букв, открыл ее. Внутри находился наушник с выносным микрофоном, генерал поспешно сунул его в ухо. Все члены имели такие коробочки. На каждой был свой код доступа, ошибившись хоть в одном символе, хотя бы раз, содержимое ее уничтожалось безвозвратно, по этому каждый хозяин такой связи знал свой код доступа лучше собственного имени. Разместив наушники поудобнее, генерал подошел к столу и возобновил внутреннюю связь со своим замом, прерванную дабы сообщить координатору новость.
– Засекли? – спросил он у полковника, как только на экране появилось его лицо.
– Не успели.
Генералу показалось, что его зам сказал это с каким-то облегчением.
– То есть как!? – взревел старший начальник, – тогда чем вы там занимаетесь?
– Господин генерал, просто охранник уже вышел из гиперпространства.
Эта новость ошарашила генерала. Такой короткий переход был бессмысленным.
– Где они? Уже спокойно спросил он.
– Четыре с половиной световых года от Урана-245.
Все это было, по меньшей мере, странным. Какой смысл покидать систему и останавливаться в пустоте.
– Свяжитесь с Громовым, – распорядился начальник. И отключил микрофон внутренней связи. Примерно в это же время в наушнике раздались шумы статики и через мгновение голос координатора.
– Докладывайте генерал, все по порядку.
– По прибытии в систему у меня появилось больше возможности контролировать наших подопечных. Какое-то время они находились на станции Уран-245, там с них глаз вообще не спускали. Трейлер в это время находился на орбите Завода и в данную минуту все еще там. Когда охранник покинул станцию…
– Весь экипаж был на борту? – перебил его координатор.
– Да, весь.
– Вы уверены?
– Абсолютно, могу предоставить материалы, включая съемку посадки и старта со станции.
– Это не сейчас, продолжайте.
– В общем, охранник некоторое время находился неподалеку от Завода, а потом ни с того ни с сего развернулся и стал набирать скорость, удаляясь от системы, совершив гиперпереход.
– Конечную точку вы, конечно же, не знаете? – разочарованно проговорил координатор.
Генерал улыбнулся.
– Знаем, – ответил он, – они вышли в четырех световых годах от системы, в полной пустоте и сейчас не двигаются.
На панели замигал сигнал вызова внутренней связи.
– Минуту, – сказал генерал координатору и включил внутреннюю.
На экране появился зам, вокруг него суетились связисты.
– Есть новости, – начал полковник, – охранный бот перед выходом из системы связывался с транспортником.
– А какого хрена я узнал об этом только сейчас! – взревел начальник, – почему у меня еще нет распечатки переговоров?
– Это не возможно, – потупившись, ответил зам, – сигнал очень хорошо блокировался, о чем была речь понять не возможно.
– Вашу мать, – ругнулся генерал, – что с Громовым?
– Связались, его люди уже на месте, ждут распоряжений.
– Вот пусть стерегут, только не навязчиво, не дай бог на охраннике появится хоть одна царапина, я сам лично вас…
в динамике, который все еще находился в ухе генерала, раздалось покашливание. Вот черт, а ведь связь с координатором не была прервана, только сейчас к начальнику пришла в голову эта мысль.
– Ваши разборки с подчиненными меня мало интересуют. Я слышал доклад, и у меня складывается впечатление, что все в норме. Это запросто может быть тренировочный полет, как в системе Новая, помните? Авектис? Но контролировать ситуацию не переставайте и как только возникнут новости – сообщите мне.
Координатор, не дождавшись ответа, отключился. Генерал, выдернув наушник из уха, взглянул на дисплей. Его зам ждал. Может координатор прав, и никакой проблемы нет, неужели психика сдаёт? Отставить мысли, скомандовал самому себе генерал. Отвлекло от размышлений его мгновенно побледневшее лицо заместителя.
– Что!? – заорал генерал.
– Не далеко от охранника появился еще один корабль и направляется к нашему, – полковник наклонился к терминалу и добавил, – тяжелый охранный бот. Силовики на месте.
Генерал секунду молчал, а потом отдал приказ.
– В пыль стереть.