Система Новая. Охранный бот Арго.
29-ое июля. 1853 год
Мы все сидели в кают-компании и беседовали, на всевозможные темы. Судя по словам нашего капитана, встреча с трейлером Архимед должна состояться завтра, в этом самом месте. Ну а раз уж у нас столько свободного времени, мы решили разузнать об этом рейсе все, что о нем известно Альбине. Вот только зря надеялись.
– Аля, как это ты не знаешь маршрута? – возмущался Виктор, наматывая километры по помещению, – ты ведь капитан охранника, да и, наверное, не первый день сопровождаешь трейлеры этой компании?
– Витя, я действительно знаю столько же, сколько и вы все, а то и меньше, я ведь, тоже вольнонаемный работник. И с этой конторой работаю впервые.
– Аль, только без обид, – попросил Димка, вступая в разговор, – лично я с трудом верю, что компания Восход так легко и просто взяла капитаном на свой бот молодую, малоопытную девушку, или мы будем мягкие игрушки сопровождать?
– Во-первых, Аргоша мой бот, то есть личный, во-вторых, опыта у меня хватает, я летаю уже почти три года на этом охраннике, и ни одна компания не считала, что девушка не справится с этой работой, все и всегда были довольны, – выпалила она на одном дыхании.
– Извини, я не знал, – стыдясь своего предположения, ответил Димка, опасаясь взглянуть ей в лицо.
– Да я не обижаюсь, – как-то съежившись, начала она, – каждый раз, когда меня нанимали в охрану, в лицах читалось недоверие, а дважды мне даже отказывали, и поэтому я уже привыкла.
– Разобрались, вот и славно, – хлопнув в ладоши, вклинился я в разговор, – а теперь разложим по полочкам то, что мы имеем. Какая-то компания Восход нанимает на работу охранный бот с пилотом, покупает три флугера.
– Да не каких-нибудь, а новеньких Интерцепторов, – внес дополнение Виктор.
– Именно, – кивнул я, – и берет на работу еще трех пилотов к ним.
– А почему не четыре флугера? – подключился Димка, – ведь на Алином боте четыре катапульты.
– Тоже верно, – согласился я, – в итоге вся наша нескладная компания должна лететь туда, не знаю, куда и сопровождать то, не известно, что.
– Шикарная перспектива, – улыбнулся Виктор, продолжая прогуливаться по кают-компании.
– Ну ладно, мы клюнули на флугеры, – продолжил я и, обращаясь к Альбине, добавил, – а ты-то почему согласилась?
– Деньги, – просто ответила она.
– Сколько? – хором спросили мы.
Аля назвала сумму.
– Вот ни фига себе, – удивленно сказал Виктор и присел на край дивана.
Произведя в уме несложные расчеты, мы убедились, что на эту сумму можно было приобрести еще три таких же флугера. Прервала долгую паузу Аля.
– Не думаю, что кто-то из вас отказался бы от такой работенки.
– Да уж, – отозвался я, – три – четыре таких рейса и, наверное, можно будет купить еще один Арго.
– Чего? – возмущенно вытаращив на меня свои зеленые глаза, сказала Аля, – а семь не хочешь?
Мы просто обалдели, услышав ее слова. Разве что глаза из орбит не повылезали и челюсти не попадали, а вот на голове зашевелились волосы, и по всему телу пробежала дивизия мурашек.
– А вы чего думали? – тем временем продолжала она, – это же не серийный охранник, а самый настоящий эксклюзив. Его мой отец сконструировал.
– Стоп, стоп, стоп, – замахал руками Виктор, – ты хочешь сказать, что Владимир Иноземцев твой отец?
– Да, – удивилась его вопросу Аля, – а что тут такого?
– Охренеть можно, – ругнулся он, вскочил на ноги, и снова принялся измерять кают-компанию шагами. Остановившись в дальнем углу, развернулся к нам и, увидев наши с Димкой, ничего не понимающие лица, спросил, – вы чё – не знаете кто ее отец?
Кто такой этот Иноземцев, я действительно не знал и, посмотрев на Димкино выражение лица, понял, что он тоже. Виктор обошел противоположный диван сзади и, опершись на его спинку руками, глядя в наши лица, начал:
– Владимир Иноземцев, это один из лучших инженеров-конструкторов. Он является начальником Инолы-2. Это такая станция, находящаяся где-то в системе Касиуса, которая является верфью. На ней ремонтируют и производят военные космические корабли, которые из-за их размеров и массы невозможно строить на поверхности планет. А собирают они, фрегаты, линкоры и даже авианосцы. Вот такие пироги, то есть корабли.
– Ого, – присвистнул Димка.
– Папа мне на двадцатилетие сделал такой подарок, – обведя рукой вокруг себя, сказала Аля, – а разве вам не показалось странным, что я справляюсь с этим ботом одна?
– А как же, еще на взлетном поле, – подтвердил Димка, – предстартовый осмотр – и то не проводился.
– Все правильно, – принялась объяснять Аля, – просто у Аргоши все системы продублированы, а поэтому я даже в техническом персонале не нуждаюсь. Хотя по штату один техник может быть, но не обязательно. Этот охранник все делает сам, все его оборудование военное, неоднократно проверенное. Он у меня самостоятельный.
– Теперь, когда я знаю, кто сконструировал этот бот, я вообще спокоен, – сказал Меломан, широко улыбаясь.
В кают-компании просидели еще около часа, а под конец Иноземцева возмутилась.
– Ребята, а ведь уже поздно. Нам необходимо отоспаться.
– Согласен, – поддержал я ее, вставая с дивана.
– Приятных снов, Киса, – глядя на меня, сказал Виктор.
– Это ты кому – изумленно глядя на него, спросила Аля.
– Да я не тебя имел в виду, а Сашку, – начал оправдываться Меломан.
– Так значит, мне не показалось, – прошипела, наливаясь багрянцем, Аля, – это, что за гей-парад на моем корабле?
И вот в этот момент натянутые, как струны, нервы экипажа, не выдержали. Мы с Витькой и Димкой провернули в своих головах сложившуюся ситуацию и громко расхохотались. Аля с ничего не понимающим видом еще некоторое время смотрела на нас, хлопая ресницами, и в итоге не выдержав, тоже рассмеялась. Придя в чувство, мы, конечно, все ей объяснили и посмеялись еще. Из кают-компании я вышел с приподнятым настроением. В голове плотно засела мысль, что наша команда подобралась очень удачно, и в таком составе мы все преодолеем. Осмысливая это, я добрался до своей каюты. Разделся и, завалившись на кровать, подумал, что завтра сяду за пульт своего флугера. И пережевывая эту мысль, отключился.
Проспал я без малого семь часов. Разбудил меня стук в дверь. Встав с постели, я даже не подумал о том, что у нас на борту есть молоденькая девушка, и открыл дверь. За ней, конечно же, оказалась Аля и, увидев меня в одних трусах, она, покраснев, отвернулась.
– Утро уже, – стоя ко мне спиной начала она, – а после завтрака, у вас вылет.
– Ага, – ответил я, застегивая, на моментально одетом комбинезоне, молнию, – а Димка с Витькой встали?
– Дима встает, – а Меломан уже около двух часов во внутренностях своего флугера копается. Вы с Димой одевайтесь, а я пока пойду, кофе поставлю.
– Хорошо, – кивнул я, надевая второй ботинок, – встретимся в кают-компании.
Покончив с одеждой, я подошел к Димкиной каюте и постучал. Тишина была мне ответом. Тогда, нажав на кнопку вызова лестницы и дождавшись ее появления, я полез на верхнюю палубу. Меломан был там. В данный момент он оправдывал вчера данный ему позывной. Сегодняшняя его музыка была спокойнее и мягче вчерашней, что-то из классики, но слегка обработанное электроникой. Он сидел на полу и, держа в левой руке моток разноцветных проводов, правой царапал затылок. Увидев меня, он встал и нажал что-то на часах. Звук ревущей музыки плавно затих.
– Чего опять ломаешь? – спросил я, подходя ближе.
– Почему сразу ломаешь? – возмутился Виктор, – как раз наоборот. Понимаешь, Киса, заводские щиты, те, что электромагнитные, у нас слабенькие. Я, конечно, усилил их процентов на десять – двенадцать, а больше, в этих условиях, просто невозможно. Хотя, теоретически можно поднять еще, но тогда мы много теряем в скорости и маневренности.
– Интересно, – прищурив глаз, спросил я, – а сколько мы уже потеряли?
– Да, фигня, – махнул он рукой, в которой был зажат пучок проводов, – чуть меньше двух процентов. Плюс десять процентов на щитах будут куда заметнее, чем минус два на скорости. Да ты их даже не почувствуешь.
– А, ну тогда ладно, – успокоился я.
– Киса, ты меня за идиота держишь, что ли? – уперев в бок руку с проводами, спросил он, – у меня вообще-то есть диплом техника, показать?
– Да нет, верю, – замахал я руками, – пошли лучше кофе пить.
Он согласился и, забросив в кабину флугера комок проводов, пошел следом за мной. После его слов о том, что он дипломированный техник, мне стало легче. Но говорить ему об этом я, конечно, не собирался.
Войдя в кают-компанию, я убедился, что Аля с Димкой уже тут. Они о чем-то беседовали и уже, наверное, по второй кружке кофе выпили.
– Во дают! – шутливо возмутился Виктор, – сами тут кофе пьют, а нас даже не позвали.
– А то вы не знали, – парировала Альбина, – или вас уговаривать надо?
– Да не стоит, – ответил он, наливая еще две кружки, – Аля, ты мне лучше скажи – полигон для нас нашелся?
– А ты сомневался? – улыбнулась она.
Виктор помотал головой, он не сомневался. А вот мы, с Димкой да, но только из-за того, что просто не знали о чем речь. А на самом деле не стоило и волноваться, просто проснувшись раньше нас, Меломан попросил Алю подвести Арго к Авектису, это шестая планета нашей звездной системы. Этот газовый гигант имеет кольцо астероидов, идеальнее места для испытания флугеров не найти, по крайней мере, в звездной системе Новая. Виктор мне нравился все больше и больше, очень сообразительный парень, хоть и молодой. Я уже даже и не сомневался и не переживал по поводу вылета, я знал, что и в безвоздушном пространстве мы сработаемся, по-другому просто и быть не может.
Система Новая. Астероидное кольцо Авектиса.
30-ое июля. 1853 год
План проведения наших учений был составлен и единогласно утвержден. Аля подвела Арго к астероидному кольцу на теневой стороне Авектиса, отсюда этот гигант казался еще более огромным. Осознание того, что жизни человека не хватит на то, чтобы пересечь его пешком, не укладывалось в рамки восприятия. Авектис был в сто восемнадцать раз больше Новой Земли, а она в свою очередь не была маленькой планетой, ее величина почти в два раза превышала размеры прародины человечества, планеты Земля, которая в данный момент все так же вращалась вокруг своей звезды с именем Солнце. Вот только жизни на ней почти не осталось. С момента начала экспансии человека в космос, ее ресурсы начали использоваться очень активно и неразумно, все это привело к истощению планеты. На данный момент создан не один институт, занимающийся проблемой возрождения материнской планеты. Вот только еще не одно столетие пройдет, прежде чем человечество сможет снова заселить Землю. Как-нибудь я обязательно слетаю к этой давно не голубой планете, но не сейчас. Я ведь в данный момент на работе, у меня контракт. С такими мыслями я и покинул кают-компанию. Димка с Виктором шли впереди меня и о чем-то спорили, а Аля направилась в рубку, ей сейчас предстояла сложная работа. А заключалась она в том, чтобы завести в кольцо астероидов Арго, с целью размещения в нем пяти маяков на наиболее подходящих осколках бывшего спутника Авектиса. По сути, эти маяки выполняли роль вешек или были отметками необходимых малых космических тел. Подобными вещами в основном пользовались ученые, работающие в подобных условиях. А для нас эти маяки будут исполнять роль целей, которые мы будем уничтожать в условиях, немного напоминающих боевую ситуацию. Вот где нам понадобятся наши умения. Мы поднялись на верхнюю палубу, и в транспортном отсеке, где находились наши флугеры, подошли к шкафчикам, в них висели пилотские гермокомбинезоны. Взяв один, я сказал:
– Жаль, что Аля повесит только пять маяков.
– Да уж, – отозвался Димка.
– Вот если бы по пять на брата? – мечтательно улыбнулся Виктор.
Мы дружно вздохнули и принялись одеваться. У нас еще было время, на проверку и подготовку флугеров к вылету. Одевшись, я подошел к своей машине. Форма Интерцептора напоминала трезубец без ручки, средний зуб которого был на метр длиннее крайних, он и был кабиной. В задней части этого клыка находились дюзы двигателей. Короткие крылья оканчивались зубьями меньшего диаметра и длины, в них были расположены шестиствольные пулеметы типа ОСА калибра девять миллиметров. На первый взгляд, размещение огнестрельного оружия на борту космического корабля казалось смешным, но именно это оружие очень хорошо себя показало в условиях безвоздушного пространства. Ведь при взрыве легковоспламеняющейся смеси в условиях космоса, пуле не приходится терять энергию на выталкивание воздуха из канала ствола. Поэтому убойная сила огнестрельного оружия в космосе была ощутимо выше. Сейчас наша задача заключалась в снятии с флугеров боеприпасов с пластиковыми пулями, которым было просто плевать на наши усиленные электромагнитные щиты и стандартные энергетические, такие пули не страшны для крупных кораблей, а вот тоненькую обшивку флугера они вполне могут прошить. Исходя из этих соображений и было принято решение о снятии их. Вся эта работа заняла у нас не более десяти минут, осталось проверить только работоспособность всех систем перехватчиков. Я вскочил на подножку катапульты и, протянув руку в кабину флугера, включил питание. А так как это первый пуск систем, то для полной диагностики может понадобиться около пяти минут.
– Он работает, работает! – закричал Виктор. Конечно, он ведь первую диагностику произвел еще на поверхности Новой Земли. Посмотрев на визор моего флугера, я прочел, что в данный момент производится тестирование двигательной секции, и до завершения осталось чуть больше минуты. Переведя взгляд на Меломана, я обнаружил, что он уже в кабине и машет руками, надевая на свою голову несуществующий шлем, и тычет пальцем в меня. Я понял, чего он хочет от меня, и одновременно с ним надел шлем.
– Проверка связи, – услышал я голос Виктора во встроенных в головной убор динамиках.
– Слышу тебя отлично, – отозвался я.
– И я хорошо вас слышу, – влез в нашу перекличку Димка, залезая в кабину своего перехватчика, – тестирование произведено, сбоев нет, все системы в норме.
Я снова посмотрел на пульт и среди зеленых лампочек увидел одну, мигающую красным. Мои ладони моментально взмокли. А Виктор уже доложил о своей готовности к старту, у меня за доли секунды перед глазами все пять лет учебы в Академии пролетели. Вспыхнувшая в голове картинка, мгновенно успокоила меня, ведь эта не прекращающая мигать лампочка говорила о том, что в настоящее время кабина не герметична. Расслабившись и шумно выдохнув, я влез в кресло и, проведя несложные манипуляции над пультом, заставил нервно мигающий индикатор позеленеть, и доложил о готовности.
– Поняла вас, – отозвалась Аля, услышав все три доклада, – игрушки для вас я уже развесила, хотела остаться здесь и посмотреть, как вы тут воевать будете, но передумала. Не хватало еще, чтоб вы моего Аргошу какой-нибудь каменюгой приложили, так что я вас высажу тут, а сама из кольца уйду, от греха подальше.
– Возражений не имеем, – за всех нас ответил Демон.
– Прекрасненько, – ответила она, – сейчас из транспортного отсека производится откачка воздуха, через несколько секунд увидите небо.
Я откинулся в кресле и задрал голову вверх, думая о том, что наконец-то дождался этого момента. Через некоторое время на потолке над нашими головами появилась тоненькая полоска, но не света, а холодной и очень глубокой тьмы. По мере расширения этого окна в нем стали появляться осколки бывшего спутника Авектиса, размерами от пылинки до средних размеров скалы. Когда потолка над головой не стало, я почувствовал легкий толчок в спину, и камни приблизились к нам.
– Отстыковка, – раздался в моем шлеме голос нашего капитана, и мой флугер слегка тряхнуло, Аля спросила, – все в порядке?
Услышав три утвердительных ответа, она пожелала нам удачи и принялась медленно и осторожно выводить бот из зоны повышенной опасности, которая через некоторое время станет смертельной. Я попробовал управление флугера, он четко и быстро выполнял мои команды. Покачав крыльями, я сделал половину мертвой петли и завис в крайней верхней точке фигуры. После чего резко сорвался вниз, которого тут, конечно же, не существовало, сделав оборот вокруг своей продольной оси, я развернулся и, возвращаясь к месту нашей высадки, произнес в эфир:
– Неплохо, и даже очень.
– Привыкать придется, шибко чувствительная техника, – отозвался Меломан, проплывая мимо меня кверху брюхом.
– А мне нравится! – воскликнул Демон, выползая из-за крупного астероида, слева от меня.
Мы собрались в месте, где Аля нас высадила.
– Арго – Меломану? – запросил Виктор.
– Слушаю вас, – мгновенно отозвалась пилот охранного бота.
– Если ты покинула кольцо, то мы начнем, – предложил он.
– Покинула, даже щиты включила, – подтвердила Аля, – так что начинайте.
И сразу после ее слов Демон с Меломаном рванули, один вправо, а другой куда-то назад. Только сейчас я сообразил, что все это время у них были включены радары, и они уже давно знают местонахождение всех вешек. Но ведь так не честно, подумал я ощущая себя обманутым ребенком, которому пообещали конфету, а потом просто не дали, и включил радар. Ну конечно, мои товарищи огибая препятствия уже мчались к наиболее близко расположенным маякам, еще один был где-то между ними, а оставшиеся два, при удачном раскладе, будут моими. Один из них был прямо по курсу, а второй немного правее. Я выбрал тот, что был справа – потому, что он был ближе, и сорвался с места как ужаленный. Минуя огромное количество камней всевозможных размеров, я быстро преодолевал путь до первого маяка. Почти добравшись до цели, я наткнулся на астероид, размер которого был примерно равен по габаритам Арго. Мелькнула мысль, а как вообще Аля умудрилась за него повесить буй. Обогнув его я мельком увидел, неуместный в данной обстановке блеск, но не обратил на него внимания, потому что уже заметил свою цель. Этот осколок скальной породы даже чем-то напоминал флугер, только у него не хватало одного крыла. Не долго думая, я навел на него перекрестие своих орудий и нажал на спуск. Скорости моего перехватчика хватило бы на две коротких очереди, поэтому, дав одну длинную, я здорово потерял в скорости, отдача на ОСАх была сильной, и в вакууме флугер не имел веса. Я даже слышал историю, в которой один пилот с поврежденным двигателем, стреляя из своих пушек, добрался до зоны действия радаров какой-то станции, и таким способом спасся. После такой отдачи, потеряв скорость почти до полной остановки, мое неверие в эту, как я думал байку, почти исчезло. А астероид, мирно висящий в пространстве, окутался облаком пыли и распался на несколько фрагментов. Точка, изображающая на радаре мою цель, исчезла. Я, разворачивая Интерцептор, чтобы отправиться на поиски следующего маяка, мельком взглянул на экран радара и услышал в эфире восторженный голос Демона.
– Один готов!
– Мой тоже разлетелся, – возмущенно, явно через зубы, сказал Меломан, – только маяк целый, сволочь такая.
Радар действительно показывал, что целыми осталось три маяка. Я улыбнулся и сказал об уничтожении своего и, подняв голову наверх, обомлел, улыбка медленно сползла с моего лица.
На обратной стороне огромного астероида, который я огибал, следуя к своему маяку, на его скальной поверхности был закреплен хромированный контейнер. Даже на таком расстоянии я разглядел логотип ВКС, так вот что там блеснуло. За то время, что я во все глаза пялился на ящик, не случайно потерянный, а явно кем-то тут спрятанный, Меломан все-таки добил свой маяк, а Демон уничтожил вторую цель и теперь они мчались к последней оставшейся, которая находилась где-то справа от меня. Я хотел сказать чего-нибудь, но меня опередила Аля.
– Киса, что у тебя там случилось? – спросила она.
– Аля, у тебя радар включен? – вопросом на вопрос ответил я, – в радиусе его действия, кроме нас еще кто-нибудь есть?
– Кроме нас тут нет ни единой живой души, – мгновенно ответила она, – а радар, конечно, работает, иначе откуда я бы узнала, что ты уже больше пяти минут не двигаешься с места. Что случилось, Саша?
– Учения отменяются, – отозвался я и увидев, как флугеры моих друзей поворачивая в мою сторону набирают скорость, добавил, – я тут нашел нечто интересное.
Система Новая. Транспортный трейлер Архимед.
30-ое июля. 1853 год
– Мы на месте, – раздался голос из динамиков панели.
– Вот и отлично.
Прошептал человек в кресле капитана. Ему было около сорока лет, точное количество лет не мог сказать ни один человек. Уже на протяжении нескольких лет лицо его не менялось, он достиг такого возраста, когда ему легко можно было дать как двадцать пять, так и пятьдесят. Сейчас посторонний наблюдатель мог сказать, что капитан всматривается в звездное небо на дисплее, но это было не так. Мужчина смотрел гораздо дальше, погруженный в свои мысли. Отрывать его от этого занятия не хотел ни один человек в пилотской рубке, но в этом была необходимость.
– Базу известить? – спросил человек в кресле по левую руку от капитана.
Он был уже стар, но именно у таких людей хороший багаж знаний, этот человек с образованием инженера космосвязи летал с капитаном на Архимеде уже двенадцать лет. И менять его на другого даже и в голову никому не приходило. Силами старика большая часть оборудования на кораблях организации, была модернизирована до такой степени, что ни один перехватчик не мог получить отправленную или полученную информацию, даже находясь на расстоянии, не превышающем десятка метров. Начальство даже не хотело его отпускать в этот рейс, но, не смотря на дряхлость своего тела, связист был живее всех живых, и имел свое слово в совете, отказать ему в полете, если он решил его совершить, не мог никто.
– В этом нет необходимости, – помотал головой мужчина с неопределяемым возрастом, – я сам выйду на связь.
Капитан принял такое решение не просто так, на то были причины. Конечно, он был в курсе, с кем ему предстояло работать, но его интересовало и то, для какой цели сей рейс необходим заказчику. Организацию, конечно, устраивал такой расклад, ведь она в любом случае остается с выгодной стороны. Но вот некоторых человек заинтересовала причина, по которой были получены конкретные указания по работе. С этим заказчиком организация работала не один год, да и сам капитан трейлера не однократно принимал участия в таких заказах. Но именно в этот раз он почувствовал, что в этом рейсе есть нечто особенное и очень важное для заказчика.
– Найдите мне нашу охрану, – сказал капитан, поднимаясь со своего места, – и сообщите.
Седовласый связист кивнул.
– Не будем тянуть время, – капитан остановился у выхода, – я намерен сегодня тронуться.
Повторный кивок старика достался уже закрытой двери рубки.