Кстати, учитывая тот момент, что треугольник никак не мог присутствовать на воротах во время моего виртнамбулизма, означает, что глазами я тогда точно не пользовался. При этом тут даже не важен результат Синклеровского эксперимента. Мне уже достаточно данных для того, чтобы продолжить анализировать происходящие со мной события.
Боковым зрением замечаю движение в районе мини-карты.
Смотрю туда – кто-то быстро перемещается в нашу сторону. Пытаюсь проверить свойства, чтобы узнать имя, но не выходит. В быстро движущийся индикатор трудно попасть курсором. Поэтому решаю дождаться самого персонажа, поскольку не долго осталось до его появления.
– Вот пристали букакашки! – слышу из далека.
Все прислушиваются. Начинают переглядываться. Возможно и Сенс тоже, но делая это под своим шлемом-маской.
– Да отвалите вы! – снова тот же голос, но уже ближе.
– Это же Челс! – спохватывается Тучка.
– Кажется на него кто-то напал, – говорю.
– Стойте, – останавливает нас Синклер. – Челсу про мой треугольник ничего не говорите!
Все соглашаются, но видимо делают это только ради самого Синклера. К сожалению, это означает ещё и то, что придётся отложить разговор.
– Теперь поможем Челсу, – командует он.
Все бежим Челсу на подмогу. Лишь Рисбо не успевает сориентироваться и отстаёт от нас. Хорошо, что бежать не далеко.
На углу поворота встречаем, бегущего нам навстречу Челса с большими удивлёнными глазами.
– Вон они, вон они! – кричит он показывая назад. Замирает на секунду возле меня. – Угар, бита светится, – забегает за нас, снова вспомнив по жуков.
– Кто они? – всматривается Тучка в ту сторону.
Выступаю вперёд, чтобы осветить пещеру чуть подальше. При этом отхожу немного в сторону, поскольку скоро туда полетят камни. Благо почти у всех они уже наготове.
В зоне видимости появляются здоровые чёрные жуки. Размером где-то со взрослую домашнюю кошку. Странно, что Челс их где-то подцепил, видимо они появились после того, как мы прошли.
– Кидайте! – Командует Синклер.
В жуков летит первая партия камней. Это отбрасывает двух впереди бегущих насекомых назад, а одного из них даже переворачивает. Так как я не успел кинуть свой камень сразу, запускаю его в этого перевёрнутого, дрыгающего своими лапками, жука. От этого удара он пружинит и замирает. Благодаря чему можно сделать заключение, что они умирают с двух ударов.
Команда уже перезарядилась и начала швырять следующую партию камней. Аж целых пять. Двое жуков подбито. Видимо, Рисбо догнал нас и Челс тоже подключился.
– Так вам! – слышу голос Рисбо.
Достаю из инвентаря новый камень.
Одному жуку повезло и он почти умудряется добежать до меня.
Метко сбиваю его на ходу. Вот на моём счету уже два. Хотя конечно, это не только моя заслуга. Оба моих жука были до этого ранены.
Команда наступает полукругом. Жуки начинают бегать на месте, теряясь в целях. Всё-таки шесть человек это сила.
Добиваем остатки существ ещё парой камней от каждого участника и бой наконец-то заканчивается.
Захожу в середину побоища, чтобы осветить всех поверженных.
– Вы куда Сусанины меня завели? – смеётся Челс.
– Мы никого не заставляем, – решает ответить Синклер.
Видимо, они не очень ладят, но скорее всего Синклер просто недолюбливает Челса интуитивно.
– Синклер, хватит тебе уже, – наезжает Тучка.
– Просто ответил, ничего такого, – не соглашается Синклер гуляя между мёртвых тел жуков.
– Проверю-ка я жучка, – прорывается к мёртвым телам Рисбо.
– Девять штук, – сообщает Синклер.
Скромно беру одного и на этом решаю остановиться. Для хорошей команды ничего не жалко.
Все принимаются за добычу.
– Типа мне пустышка попалась, – сообщает Челс.
– Это нормально, они все такие, – информирует Синклер. – К слову, свои камни надо тоже забирать.
– Типа булыжники могёт вернуть? – размышляет Челс перемещаясь. – Ну чётко, чё.
– И эти такие же, – опечаливается Рисбо разглядывая жука.
На всякий случай проверяю своего жука. Тоже ничего. Убираю.
– Походу тута, тусить без лута, – сообщает Челс забавной рифмой.
– А может они и есть лут, – отвечает Рисбо. – Могу лишних себе взять.
– Третья губоногая у тебя? – уточняет Синклер у Рисбо.
– Какая губоногая? – недоумевает тот.
– Сороконожка другими словами, у тебя же три штуки лежат?
– А, эти…, – вспоминает Рисбо. – Да, у меня.
– Хорошо, тогда у тебя сделаем склад, – соглашается Синклер. Переключается на всех. – Согласны? Всё что не будет делиться поровну оставляем Рисбо.
Киваю.
– Я не против, – говорит Тучка подбирая свои камни.
– Зацените мне губоножку сороконожку! – просит Челс, видимо таким образом, соглашаясь на озвученное условие.
Сенс же оказывается в подавляющем меньшинстве. Хотя я уверен, что ему плевать на такие мелочи.
Не глядя в инвентарь начинаю забирать свои четыре камня. В этот раз я успел подсчитать, сколько бросил.
– Подарите Челсу эту лишнюю сороконожку, – внезапно придумывает Тучка.
– Ну ладно, – соглашается Рисбо, замирая с двумя жуками, в каждой руке по одному. – Я сейчас.
– Типа тока сразу через обмен, – уточняет Челс.
– Принимайся в группу, – советует Синклер. Видимо он уже успел отправить Челсу приглашение.
– Уан мо́мэнт, – соглашается Челс и появляется в моём игровом интерфейсе, рядом со всеми остальными, а значит появляется у каждого в группе.
Обращаю внимание, что здоровье у Челса отнято совсем немного, всего пять процентов. Значит хорошо парень бегает.
– А чего делать-то с этой живностью? – интересуется Челс.
– Мы пока не знаем, – подсказывает Тучка. – Или это ингры, или придётся изучать. Ну, там, найти учителя и всё такое.
Челс достаёт полученный от Рисбо подарок, держит его в руке на высоте своей головы:
– ОМГ, это что за покемон? – трясёт многоножку в такт словам. Многоножка при этом смешно колышется.
Это действие забавляет присутствующих.
– На данный момент все в сборе, значит в последствии не будем оглядываться назад, – объявляет Синклер. – Дело пойдёт быстрее.
А мы ведь действительно как-то медленно играем, но зато душевно. Как-то расслабленно. Но зато наслаждаемся процессом.
– Снова молоко убегает? – прикалывается Тучка
От этих слов Челс хихикает.
– Между прочим, молоко, это единственный строительный материал для тонких тканей мозга, – пытается Синклер отстоять своё лидерство. – Но для этого надо употреблять цельное, живое, молоко.
– Перестань менять тему, – немного возмущается Тучка.
Вспоминаю, как давно слышал про это, что такое молоко улучшает сенсорность. С тех пор выпил его очень много. Правда вот доставать его получается всё труднее.
– Между прочим, это полезная инфа, – не уступает Синклер. – Учёные выяснили, что первые сенсорики увлекались цельным молоком, – добавляет, как будто уловив мои мысли.
– Да признайтесь уже, – встревает Сенс. – Мы все пьём это молоко.
– Это да, просто я намекала на спешку.
– Ки́пиш мутиш, – веселится Челс в сторону Синклера.
– Соглашусь, – кивает Синклер. – Но и тормозить мы тоже не будем.
– Мы бы давно уже шли, если бы не говорили об этом, – уверяет Тучка.
И действительно, все уже доделали свои дела и, как мне кажется, ждали продолжения путешествия.
– Хорошо, хорошо, – пытается разрядить обстановку Синклер. – Идём дальше. Только про камни не забывайте. Мобы нападают тут внезапно.
Все как будто выходят из оцепенения и начинают шевелиться.
Наша группа, подросшая на одного человека, движется дальше.
– А чего делать-то в этой игрухе? – спрашивает Челс у всех.
– Ну мы монстров ищем, – сообщает Рисбо.
– Это типа всё?
– Это всё, что мы знаем, – поправляет его Синклер.
– Это всё что у нас есть и это выдумал Рисбо, – добавляет Тучка.
– А что такого я выдумал? – защищается Рисбо. – Хочешь не хочешь, а придётся вступать в бой. Ну а вообще, оружие бы получше…
– Наверное, когда мы встретим монстров с оружием, – говорю. – Мы сможем использовать его, если победим. Хотя, это лишь предположение.
– Было бы круто, – соглашается Рисбо.
– Звучит слишком оптимистично, – критикует Синклер.
– В таком случае, конечно, надо, чтобы такие монстры редко встречались, – продолжаю мысль. – Это для баланса. И неплохо было бы, чтобы они не были копиями друг друга.
– Вообще как в жизни, – размышляет Рисбо.
– Ну я не знаю, – не соглашается Тучка. – Без большого количества одинаковых мобов будет очень трудно добыть ингры.
– Думаю, это и к лучшему, – подхватывает Синклер мою мысль, но не успевает договорить.
Перед нами опять развилка, но теперь это скорее перекрёсток, так как выбирать надо из трёх сторон.
– Что к лучшему? – вопрошает Тучка.
– Походу надо решать, – предлагает Челс.
– Кто будет выбирать? – интересуется Синклер. – И к сведению, мы с Рисбо уже выбирали.
– Да пошли туда, – показывает Тучка налево. – И давай рассказывай, почему мало мобов, это к лучшему? – наседает на Синклера.
Все идут налево.
– Потому, что уже в детстве достало фармить.
– Эээ, попрошу без выражений, – прикалывается Челс.
– Ах да, в общем, я хотела сказать не мобы, а боты.
– Между прочим, ботами раньше называли автоматические персонажи игроков, – разъясняет Синклер. – Поэтому ОИС оставили значение «моб», как быстро запоминающееся и трудно устраняемое.
Из ОИС – организации игрового сленга, кстати не плохо потрудились, за что им большая благодарность. А то, помню свои начинания в игровой многопользовательской стихии. Невозможно было нормально поговорить с любым русским, преимущественно молодым, человеком.
Большинство детей, обычно предоставленных самим себе, развивались только в сторону компьютерных игр, а поскольку раньше преобладал игровой сленг основанный на американском языке, то эти дети, просто-напросто, превращались в набор игровых выражений и автоматически попадали в общество гиков-задротов.
Будучи вполне взрослым, за несколько лет, я смог усвоить лишь с десяток американских игровых выражений и за это очень не любил их. Сейчас всё намного проще. Сейчас даны русские названия тем вещам и событиям, которые происходят в играх.
– А как по вашему называется то, когда надо убить много одинаковых мобов? – расспрашивает Тучка. – Предположим, чтобы квест пройти.
– Типа щас кто как, – комментирует Челс.
– Сейчас лидирует название «Пахать», – сообщает Синклер. – От изначального перевода слова «фарм – обрабатывать землю».
– Пахать не перепахать! – смотрит вперёд Челс.
Впереди новый перекрёсток.
Подходим.
– Народ? – окидывает всех взглядом Синклер.
– Лады, – произносит Сенс. – Идёт налево.
– И так, идём налево, – командует Тучка.
Движение возобновляется.
– По мне так довольно нелепо выглядят легионы мобов, – говорю. – наводняющих всё игровое пространство без остатка.
– Это да, – почти соглашается Тучка. – Но как ещё, такой ораве игроков, добывать ингры?
– Конечно для этого надо много чего изменить в подходе к созданию игры, – продолжаю. – Во-первых это конечно делать территории побольше, как у нас в Виртронации, чтобы постоянно не лавировать между ненужными на данный момент мобами. Да и людей благодаря этому станет пореже, как раз то, что мы наблюдаем прямо сейчас. Потом, сделать всех мобов уникальными и попрятать по лесам и горам.
– Или подземельям, – помогает Рисбо.
– Ага, – соглашаюсь. – И сделать так, чтобы мобы возобновлялись не в слишком явных местах. Иногда, конечно, не помешают и какие-нибудь стаи, но это не суть. Главное, то, что ведь в реальном лесу, тех же животных, так просто не встретишь. Даже нет такого фантастического фильма, где герои на каждом шагу, весь фильм подряд, встречают гуляющих животных, или иных существ.
– Это так, – кивает Тучка.
– В этом и кайф свободного пространства, – говорю. – Можно прогуляться, насладиться видами. Устроить виртуальный пикник между делом. А если уж действительно надо сделать большое количество одинаковых мобов, то делать это в редких случаях. При этом воздержаться от снабжения их каким-либо оружием, в противном случае игрок имеет право забрать всё оружие себе, которое фигурировало в битвах. Например, убил тысячу каких-нибудь чёрных мечников. Всё должно быть логично, поэтому забираешь тысячу мечей, да ещё и по карманам можно пробежаться у каждого. Я уже не говорю про нереальную кучу одежды и доспехов. В общем, есть смысл избегать таких несуразностей для большей правдоподобности. Для создания вещей сделать меньшее количество одинаковых ингредиентов, а не двадцать штук того, соток штук этого. Результат, редкие и уникальные вещи. И да, убрать неудачные попытки при создании вещей, но поменять их на ухудшенные характеристики полученных вещей, если их делает новичок. А если всё-таки неудачные попытки будут иметь место, то ингредиенты не должны исчезать. Куда может деться кусок металла, если его хотели превратить в меч? Логичнее было бы, если можно было неудачный слиток переплавить и снова попытаться сделать тот же предмет. Неудачный слиток, это я так назвал несколько видов ранее найденного металла, как бы, по рецепту соединённых вместе во время попытки создания предмета. Далее, время создания вещи сделать долгим. И когда игрок увеличивает мастерство, то стабильно повышать характеристики вещей, которые он делает, вместе с ростом его мастерства. Поскольку ингредиентов будет мало и они будут редки, то уже третью вещь игрок сможет сделать очень хорошего качества, а следующую, ещё лучше, или такую же, но главное, чтобы не хуже.
– Думаю, тогда надо добавить влияние нейроконтроллера на процесс, – подмечает Синклер. – Чтобы мастерами становились на самом деле достойные.
– Зачётная идея, – соглашаюсь. – Влияние нейроинтерфейса встроить ещё и в процесс создания вещей. Игроку придётся, опять же, как в жизни, взять каждый ингредиент…
Меня прерывает очередная развилка. Сейчас т-образная, а это значит либо прямо, либо налево.
– А у нас два кандидата, – улыбается Тучка. Смотрит на меня. – Ты ещё не выбирал и Челс.
– Походу я как опоздавший, буду решать последним, – отказывается Челс.
– Налево до последнего, – говорю.
– Тоже думаю, что это хорошая идея, – соглашается Синклер. – Даже понимая, что мы завершим круг и вернёмся к месту встречи с Челсом.
– Это не так Синклер, – опровергает, его теорию, Тучка. – Вспомни, там не было никаких выходов. Судя по моей карте, а ты знаешь мои карты, если бы этот проход уходил до конца, то мы бы его сразу там увидели.
– А как вы определяете точное пройденное расстояние? – интересуюсь.
– У нас такой картограф, – улыбается Синклер. – Программа так называется. Эта программа выявляет границы локации и показывает местонахождение владельца. А так же фиксирует их в базе, чтобы можно было вернуться.
– К тому же там ещё и рисовалка, – добавляет Тучка.
– Судя по всему, отличная штука, – говорю.
– Это да, – радуется она. – Синклер сделал.
– Давно это было, я тогда ещё баловался, – скромничает он.
– Ну идёмте уже, – просит Рисбо. – Я уже чую настоящего монстра.
Все соглашаются, что подзадержались и мы продолжаем идти в мною выбранном направлении.
– Ты не договорил про свою версию использования нейроконтроллера для создания игровых вещей при помощи ингров, – вспоминает мои слова Синклер.
– Ага, – соглашаюсь. – Всё дело в том, что в этой ситуации одним выстрелом мы убиваем двух зайцев. Это я к тому, что продлеваем скорость создания вещи, которое можно растянуть до нескольких часов и одновременно задействуем нейроинтерфейс. Игроку придётся повозиться с ингредиентами, чего-нибудь поковыряться там. Если это кусок металла, то его надо правильно нагреть, потом правильно залить или выковать. Тут можно кучу разных мелочей включить в процесс.
– Думаю, это надо серьёзные проги, но дело стоит того, – соглашается Синклер. – Чтобы всякие леворукие в реале, оказались леворукими и в играх.
– Чтобы сразу было видно, из чего сделан человек, – поддерживаю его.
– Ух ты, это точно логово монстра, – замирает Рисбо.
Впереди вижу лишь поворот налево.
– Это так, – соглашается Тучка. – Судя по моей карте, он ведёт в тупик, если внутри не делает резких разворотов. Просто я заметила, что повороты тут очень редко встречаются.
– Всем приготовить камни, – командует Синклер. Начинает идти первым.
Заворачиваем.
Тут всё, как и везде – уходящий в даль пещерный проход, тусклые факелы на стенах. Но всё ещё не отпускает ощущение, что там мы что-то найдём.
Продвигаемся.
Все молчат, видимо понимая важность момента. В таких случаях действительно нужно больше прислушиваться и быть максимально внимательными.
Вскоре вижу конец прохода в нескольких десятках метрах от нас. Далее что-то похожее на большое каменное пространство. От туда исходит чуть больше света, чем от самих пещерных коридоров.
– Я же говорил, – повернув к нам голову, улыбается Рисбо.
– Тсс, шёпотом, – предупреждает Тучка подставив к губам указательный палец при этом остальными пальцами продолжая удерживать камень. Такое легко провернуть в жизни, но довольно трудно в виртуальности.
– Ладно, – уже шепчет Рисбо.
Перестраиваюсь в первый ряд, чтобы освещать путь остальным.
– Вдруг ловушки, – говорю шёпотом.
Рядом идущий Синклер соглашается переключив своё внимание с меня на впереди лежащее окружение.
Через эту светлую арку в конце пещерного коридора, уже хорошо видно сросшиеся сталактиты со сталагмитами, похожие на колонны. Дальше – противоположная каменная стена. Даже видно какие-то статуи воинов стоящие вдоль этой стены с оружием в руках.
Подходим. Становится видно всё пространство этого пещерного зала.
Убираю светящуюся биту обратно в инвентарь. Никто на это особо не реагирует. Света здесь вполне достаточно, а лишняя рука может пригодиться.
Все осматриваются. Выражают небольшое восхищение этим местом при помощи мимики и движений. Челс даже тихонечко присвистывает.
Тех самых статуй, на другой стороне, оказывается четыре – три мужчины и одна женщина. Как по мне, очень подозрительное место.
Синклер взмахом руки командует всем ждать и аккуратно входит во внутрь. Делает несколько шагов влево и вправо. В итоге разворачивается в нашу сторону и кивает, что означает – можно проходить.
Все входят.
– Круто, – восхищается Рисбо.
– Рисбо! – кричит шёпотом и одёргивает его Тучка. – Тссс… Тишина.
Понимаю её. В наши времена благодаря использованию нейроинтерфейса, голосовое общение полностью победило текстовую переписку. Игроделы стали использовать голос игрока даже в одиночных играх, например, для ведения диалогов с игровыми персонажами. Распознавание голоса человека программой стало обычным делом, да и сами программы уже вполне сносно разговаривают. Микрофон используется почти везде, не говоря уже о многопользовательских проектах. Та же ловушка может теперь оказаться реагирующей на громкий звук, или даже голос определённого тона.
– Оружие! – показывает Тучка на статуи, привлекая всеобщее внимание.
И действительно, оружие в руках статуй выглядит далеко не каменным, как сами статуи. На одну статую приходится одно средневековое оружие. В данном случае это меч, молот, топор у мужчин и лук у женщины.
Все смотрят на Синклера. Тот несколько секунд изучает обстановку и жестами показывает направление движения.
Всей командой начинаем движение в сторону статуй. Тучка прорывается вперёд, и я оказываюсь за ней.
На середине пути изображение начинает качаться.
Что это может быть?
Смотрю вниз – каменная поверхность растрескалась и быстро поднимается. Тучка оказывается прямо в эпицентре растущей горки.
В голове одна мысль – забрать её.
Хватаю Тучку за руку и тяну назад.
Остальные члены команды уже сообразили и медленно пятились обратно к единственному выходу.
– Ловушка! монстры! – смеётся Рисбо, убегая со всех ног обратно.
Каменное вздутие разламывается и от туда высовывается огромная муравьиная голова с быстро клацающими жвалами.
Тучка тут же бросает камень на пол и достав из кобуры свои пистолеты, начинает стрелять в вылезающего наружу насекомого.
– Твои пистолеты тут не помогут, – кричит Синклер. – Это не стандарт.
Она тут же одумывается и спешит к нам.
– Просто проверила, – улыбается.
Одно мгновение и гигантский муравей бегает вдоль всего пещерного зала.
От этого кошмара весь народ, смеясь и подгоняя друг друга, быстро оказывается в глубине пещерного прохода.
Вскоре все замирают в ожидании чего-то. Наблюдают за муравьём, а он бегает из стороны в сторону, как будто вдоль невидимой стены.
Что-то здесь не так…
Напрягаю ум, что есть силы, пытаюсь вспомнить, что это только что было?
Дело тут вовсе не в этом скоростном монстре и не в том, что он разломал каменный пол. И даже не в том, что возможно у статуй в руках лежит действующее оружие для этой версии игры.
Вспомнил! Кажется, я почувствовал Тучку, когда тащил её за руку с того гигантского муравья. Это на самом деле случилось. Я смог почувствовать виртуальным телом. Вспоминаю все самые тонкие подробности этого момента. Само ощущение прикосновения. Но не сплю ли я?
Быстро трогаю той же рукой рядом находящуюся каменную стену – ничего. Перевожу внимание, на пару секунд, в реальное тело. Ощущаю кровать, нейро-видео-шлем на голове, атмосферу своей комнаты. По крайней мере я точно не сплю и это на данный момент очень хорошо.
– Думаю, надо в него камень кинуть для проверки, – предлагает Синклер.
Ещё раз трогаю стену – по-прежнему ничего. Но почему я почувствовал Тучку? А окружение, или камень в виртуальной руке, нет? Это очень и очень странно, и одновременно это радует.
Вспоминаю все моменты общения с Тучкой. Кажется, до этого времени мы ни разу так и не коснулись друг друга. Наверное, это сработало бы и раньше.
– А если побежит за нами? – делает предположение Тучка.
Смотрю на неё. Кажется она не заметила. Наверное она не ощутила, когда я её схватил. Но главное, это то, что я почти сенсорик и эта сенсорность существует на самом деле. Не зря я столько месяцев соблюдал правила жизни сенсориков. Очень даже не зря.
Надо ещё раз задеть Тучку при удобном случае, чтобы убедится в том, что это стабильное состояние. Если я снова её почувствую, то это будет много значить для меня, как для сенсорика. И ещё нужно задеть кого-нибудь другого, для полноты эксперимента, а именно живого персонажа.
– Надо пробовать, – решается Синклер. – Вы если что, бегите.
Все соглашаются. А вот и удобный момент.
Похлопываю той самой рукой, которой почувствовал Тучку, по плечу Синклера, в надежде почувствовать его, заодно поддерживаю его перед сложным манёвром. Я бы и просто, ради поддержки, мог так сделать, но если бы был чуточку сентиментальнее.
Синклер кивает и идёт в сторону мечущегося, по одной траектории, муравья.
С другим человеком не сработало. Продолжу чуть позже. Сейчас надо сконцентрироваться на монстре, иначе можно и лишится этих благоприятных условий для продолжения эксперимента. Да и Тучке вот так сразу признаваться, ни к чему хорошему не приведёт. Учитывая, что я не сторонник любовных отношений, тем более если она ничего не почувствовала. А если и почувствовала, то все знают, что шептаться в виртуальности, это не то же самое, что шептаться в реальности. Тут нельзя контролировать направление издаваемых звуков. Все присутствующие всё прекрасно будут слышать так же, как и тот человек, для кого принадлежит послание, даже если отвернуться и шептать прямо в ухо. С этим делом может помочь только расстояние.
Все замирают готовые пуститься наутёк.
Решаю окончательно отвлечься от этих мыслей.
Синклер прицеливается и кидает камень прямо в муравья. Камень разлетается на кусочки и больше ничего не меняется. Муравей продолжает бегать по той же самой траектории.
Синклер достаёт новый камень и снова попадает в цель. Результат с разрушением камня повторяется.
Задумчивый, он возвращается к команде.
– По-моему камни его не берут, – жалуется Синклер.
– А давайте вместе попробуем! – предлагает Рисбо.
– Думаю, если камни ломаются, то они его просто не цепляют, – делает вывод Синклер. – Да и камни потеряете.
– Учитывая, что он вылез из каменного пола, – говорю. – То камнями мы ему урон действительно можем не нанести.
– Вот и это тоже, – кивает Синклер.
– Мураш крепыш, – прикалывается Челс.
Все неохотно соглашаются с провальностью данного плана и начинают усиленно думать.
– Оружие нам смогло бы помочь победить, – придумывает Тучка.
– Походу его всем не достанется, – сообщает Челс. – Вещиц то всего четыре.
– Я обойдусь, – говорю.
– Это почему? – удивляется Тучка.
– Ничего страшного, – успокаиваю её. – Да я и пользоваться толком не умею.
– И мне не надо, – отказывается Сенс.
– А ты почему? – интересуется Тучка.
– Скучные вещи…, – пожимает он плечами.
– Думаю, сразу надо решить, кто что будет брать, – предлагает Синклер. – На всякий случай. Допустим, время будет ограничено, или ещё что произойдёт.
– Тут и решать нечего, – помогает Сенс. – Синклер – молот. Рисбо – топор. Челс – меч. Тучка – лук.
Перечисленные члены команды недоумённо переглядываются и вскоре начинают осознавать, что все думали так же.
– Это так, – соглашается Тучка.
– Шайтан, – восклицает Челс.
– Круто ты угадал, – восхищается Рисбо.
– Про меня то было легко угадать, – не успокаивается Тучка. – Но как про остальных?
– Просто вижу вас такими и всё, – отмахивается Сенс.
– К слову, сенсорики могут и не такое, – помогает Синклер. – Сейчас надо продумать дальнейшие действия.
– Может это не важно, – говорю. – Но муравей бегает только по одному месту, как будто защищает эти статуи.
– Это да, – соглашается Тучка. – Вот если бы его отвлечь чем-нибудь…
– Думаю, решение обязательно должно быть, – размышляет Синклер. – В конце концов это игра.
– А что если ему дать жучков? – придумывает Рисбо. – Он покушает и к нам подобреет.
После этих слов команда оживляется.
– Молодец Рисбо, – хвалит Тучка.
– Думаю, это может сработать, – улыбается Синклер. – Вот только не соглашусь с тем, что после этого он к нам подобреет.
– Чай не собака, – прикалывается Челс.
– Ага, зачётная идея, – соглашаюсь с Рисбо. – Хотя, сначала надо придумать, как освободить оружие. Ведь не сто́ит надеяться на включенную физику, тогда, конечно можно эти статуи просто утащить.
– Минутку, – разворачивается Синклер и уходит поближе к входу в пещерный зал, по которому всё ещё носится наш монстр.
Команда в ожидании.
– Ого, а я поднять статую не смогу, – жалуется Рисбо.
– А я поднимала вещи размером больше себя, – улыбается Тучка.
– Типа это мощно, ага, – соглашается Челс, – но походу не женственно.
– Ах так! – бьёт она Челса по-дружески в живот.
– Наверное, не всё физическое можно поднять, – размышляю.
– Так точно, не всё, – помогает вернувшийся Синклер. – Для этого вес физического объекта должен в пять раз превышать вес перса, а вес разрешено менять вне зависимости от формы. К слову, я проверил, эти статуи мы не поднимем. Они физические, но вес слишком завышен.
– Уфф, пронесло, – расслабляется Рисбо. – А то я бы не поднял, даже если бы они были лёгкие.
– А ты бы просто представил, что они сделаны из пенопласта, – уверяет Тучка. – Тогда бы сразу смог.
– Все ограничения находятся тут, – показывает Сенс пальцем на свою голову.
– Соглашусь, если дело не касается веса более пятисот килограмм, – пытается уверить всех Синклер.
Вспоминаю, как у меня получалось поднимать одной рукой свои машины и мотоциклы. Кажется у них действительно был установлен в настройках не слишком большой вес.
– Наверное, вес персонажа тоже можно менять, – размышляю.
– Открытым способом, нет, – отрицает Синклер. – Менять вес разрешено только у объектов.
– Шайтаныч всё могёт, – подсказывает Челс.
– Ладно вам, – останавливает Тучка полёт мысли. – Что-нибудь ещё узнал? – пытает Синклера.
– Так точно, – вспоминает он. – Всё оружие тоже самостоятельные объекты.
– Походу будем вандализмничать, – смеётся Челс.
– Наверное камни для этого подойдут, – говорю.
– Вот оно! – замирает Синклер.
– Что с тобой? – спохватывается Тучка.
– Ну…, – подгоняет Рисбо.
Все ждут что Синклер скажет дальше.
– Фактически завершённый план! – договаривает он. – В первую очередь отбиваем камнями оружие у статуй, во вторую очередь кидаем приманку далеко в сторону. Муравей отвлекается, мы забираем оружие.
– Классно, – восхищается Тучка.
– Не спешите радоваться, – останавливает Синклер. – Это ещё не значит, что разработчики думали о том же.
– Ну это, проверим. Теперь мы ух! – улыбается Рисбо и смотрит в сторону пещерного зала.
Эта версия развития будущих событий всех вполне устраивает.
Не спеша заходим внутрь зала и располагаемся на краю.
Муравей, как не в чём ни бывало, продолжает бегать из стороны в сторону, вдоль всего помещения. Кажется, что вот сейчас пробегая мимо он как развернётся и кинется на нас. А расстояние всего ничего.
– Народ, всем приготовиться бежать, если нападёт, – даёт напутствие Синклер. Смотрит на наши руки, видимо проверяет у всех ли камни наготове. – Начинаем! – первым кидает камень в сторону статуй.
Камень ударяется об туловище одной из статуй и от места удара отлетают кусочки имитации попадания. Конечно, настоящих повреждений ещё не произошло, но эти отлетающие кусочки означают, что мы на правильном пути.
Кидаю свой камень и как оказывается, кидаю не я один. На статуи обрушивается каменный град.
Мой камень попадает чётко между мужчиной и женщиной, но отскочив от стенки ударяет женщину в спину. Хорошо если не зря.
Достаю из инвентаря новый.
Гляжу, а у одной статуи мужчины уже отломана левая кисть и висит на лезвии меча возле рукояти. План, действительно, работает. Изначально эта кисть держала меч с другой стороны, чтобы нельзя было этот меч слишком легко вытащить. Кстати так сделано у всех статуй.
Замечаю, что гигантский муравей изменил своё поведение и перестал убегать слишком далеко в стороны. Теперь он бегает поближе к статуям, видимо, чтобы нам труднее было попасть в цели.
Кто-то откалывает левую руку мужику с топором и она с грохотом падает на каменный пол.
Прицеливаюсь.
Бросаю.
Прямое попадание в голову тому самому мужику с топором.
Голова какое-то время остаётся на месте, еле заметно покачиваясь, но вскоре соскальзывает и падает на оставшуюся правую руку, удерживающую топор. Рука не выдерживает такой нагрузки и топор освобождается.
– Это мне! – радуется Рисбо.
Вот я и помог Рисбо добыть оружие.
Достаю третий камень.
На самом деле целится и кидать предметы в виртуальности, совсем не просто по сравнению с таким же действием в жизни. Всё как-то по-другому. И ещё, это что-то вроде родиться заново и делать всё по новой. Учиться ходить, брать вещи, кидать их.
Вижу как Синклер попадает в лук и этим действием отламывает сразу обе кисти у статуи женщины.
Смотрит на нас улыбаясь в надежде что мы оценим.
Киваю ему.
– Класс! – поддерживает его Тучка.
Остались только две руки по одной на статую. А я и не заметил, как отбили правую руку держателю молота. Теперь его молот висит рукояткой вниз и покачивается освободившись от второй опоры.