Глава 13
Буран присвистнул: «Умно!»
Парализовали старуху хвостом убитой зверюги! Едва поняв, КТО повстречался парням, заволновался, наблюдал за схваткой из кустов, предусмотрительно перекинувшись в человека и переодевшись. Магию в облике зверя использовать нельзя, невозможно – мозг ясно помнит всё, заклятья, потоки силы, как зачерпнуть, куда направить, но звериное тело блокирует любую волшбу, словно стену железа пальцем ковырять, бесполезно.
На дне оврага жутко, злоба сочится из каждого камня, любой средний маг без труда почувствует, поймёт, всё вокруг – иллюзия и развеет морок. От логова старухи разит древней магией за милю, огромный овраг волшбу впитал, сроднился, эманации злобного разума проникли глубоко в землю, как дождевая влага, поэтому горхуне и удалось распространить красочную иллюзию так далеко.
Буран следил за подопечным на взводе, как натянутая струна! Так и задание провалить недолго! Заклятье для удара было сплетено, готово в любой момент сорваться с цепи, но, к удивлению, марги разделались с древне гадиной легко. Сам Буран признался, что один на один, с горхуной не вышел бы ни за что и, когда Анаркона без эмоций размозжил бесчувственной людоедке череп, едва не выдав себя, присвистнул. Парнишка далеко пойдёт!
Группа скрылась в чаще. Буран приблизился, позволил себе осмотреть место схватки, вдруг у старухи в берлоге есть нечто ценное, пригодится. Иногда сам не знаешь, на что наткнешься в новом мире. Свой зеркальный меч тоже нашёл на одном из заданий Учителя… ну как нашёл… скорее под шумок спёр. Тогда, четыре года назад, Учитель отправил на Акшир – мир, в котором деревья сильно возвысили одну расу.
Необычная фауна материка ранее Вождю не встречалась. Красивые, сильноизогнутые деревья покрыли гигантское расстояние, от моря до моря, не дав деревьям другого сорта и шанса. Это не хвойные великаны заснеженного Борея, не с прямыми огромными стволами, а лиственные, изогнутые, густо переплетённые толстенными ветвями в середине и в кронах. Растут на почтительном расстоянии, но ветви достигают друг друга, сцепляются, словно кровные братья в рукопожатиях, и создают высоко над корнями сплошное гигантское сито – вторую землю. Необычные растения накрыли весь материк, откуда они взялись, знают, наверное, лишь те, кому они дали власть – скахоги. На других материках и близлежащих островах этой заразы не было, её боялись, как огня, и проверяли любые корабли, перерывали всё до щепки, и, упаси небеса, найти что-нибудь напоминающее семена растений, лодку сжигали прямо на якоре.
Здесь на втором этаже, держа вторую и обычную земли в железном кулаке, властвовал лесной король – Яграт. Третий этаж – подобие крыши над всем, образован зелёным ковром древесных крон и не пропускал ни одного солнечного луча. Именно поэтому вся остальная растительность постепенно зачахла, а отчаянно сопротивляющиеся огромные дубы и секвойи, которых не смог скрыть единый ковёр странных древ, скахоги просто вырубили.
Если провести гигантский срез всех уровней, картинка предстала бы занятная. От земли вверх поднимались толстые, слегка искривлённые стволы, абсолютно голые, без ветвей. На расстоянии около тридцати человеческих ростов от поверхности ветви начинали расти неожиданно бурно. Толстые, мощные, они отходили во все стороны почти параллельно земле, вились и переплетались с ветвями соседних деревьев толстыми удавами, сплетались в тугие узлы. Самое поразительное, что ветви от стволов отходят на одной высоте, словно бесчисленные мили материка засадили семенами одновременно, сразу, и так же равномерно на весь материк светили солнцем и поливали дождём. Дальше на десять человеческих ростов к небесам вновь тянутся голые стволы, чтобы распушиться зелёным ковром – множеством тонких веточек с густой листвой. И конечно, здесь всё так же переплетается, скручивается и взаимопроникает. Буран заподозрил, что под землёй корни тоже переплетаются, проникают друг в друга, являя собой некий единый организм. Видимо поэтому всё так слажено и растёт, как по указке архитектора. Если в одной части материка воды вдосталь, а на другой засуха, единая система перегонит влагу на огромные расстояния, отрегулирует рост и прочее.
Жители второй земли – скахоги, сильно напоминали эльфов: не столь красивые, но более стройные, высокие, гибкие, быстрее эльфов, и все ярко-рыжие, огненноволосые! Со второй земли остроухих бессмертных вытеснили уже давно, заставили древних унизительно ходить по земле, без права подняться вверх.
В поднебесном королевстве Яграта иерархия визуально воплощалась в длине волос. Рядовым бойцам приходилось брить голову коротко – ежик с мизинец, у командиров боевых групп волосы с палец, выбриты в виде гребня по центру, у сотников в полторы ладони, покрывают всю голову, ну а тысячники и знать отпускали огненные гривы до поясницы. У короля Яграта одного шикарная волна пропущена через корону вверх, ниспадает ниже задницы, почти до колен.
Проводя большую часть жизни балансируя на переплетениях гигантского деревянного сита, скахоги развили потрясающую координацию и равновесие. Внизу пропасть, высота около тридцати человеческих ростов, а они несутся по переплетениям ветвей на полной скорости – бегут словно по ровной земле! Толстые ветви везде сплетены по-разному, где-то ячейка деревянного сита в полшага, где в два, иногда и три, четыре! Но всё равно передвигаются исключительно бегом, прыгают, не боятся оступиться, ухнешь вниз – и всё, костей не собрать, а скахоги носятся как угорелые. Аркан, метательные ножи, короткий лук и колчан стрел за спиной – вот и всё вооружение жителей второй земли. Тех, кто спускался на первую землю, вооружали дополнительно коротким узким мечом. Зелёно-коричневая одежда скахогов вызвала у Бурана острый интерес. Плотная ткань облегает; сухим, жилистым телам движений не стесняет, и покрой одежды с секретом.
Впервые в действии их увидел, когда крался по лесу чёрной кошкой. Учитель специально отправил ученика на Акшир без оружия и предварительно заставил покрасить белую шерсть барса в чёрный. Дело в том, что во владениях скахогов чёрные кошки не редкость, Великий Тёмный знал это, а вот белоснежная шкура барса там, мягко говоря, не примелькалась. Так же Владыка Тьмы знал, что одинокому воину туда лучше не соваться, практически весь материк – одно большое царство! За углом не спрячешься, в яме не затихнешь, тысячи глаз зорко смотрят сверху – и видят всё! Если Буран по своей привычке стал бы передвигался в кошачьем обличье, держа в пасти узел с одеждой, обмотанной вокруг клинка, его бы сразу схватили. Задача Бурана – подслушать разговор короля Яграта, настроения знати, Учитель хотел привлечь грозных воителей на свою сторону.
Вдалеке, в кронах, послышался нарастающий шелест, Буран задрал крашеную кошачью морду и залюбовался. По переплетениям веток, игнорируя страх высоты, мчалось около пятидесяти скахогов, растянутых цепью. Курс отряда лежал наперерез пути Бурана, слева направо. Скорость скахогов была столь стремительной, что Буран с сомненьем глянул на свои лапы – смог бы обогнать таких? Переплетение веток вверху достаточно частое, но отряд несётся к большому просвету, там ветви кончались и начинались только шагов через пятнадцать! Буран заинтересовался, плюхнулся кошачьей задницей на траву. Акробаты пёрли к провалу уверенно, скорости не снижали, с последней ветви мощно прыгнули вверх и резко выбросили руки и ноги в стороны. От запястий до колен натянулась сплошная ткань, как ястребиные крылья, сложенные в пикирующем падении, ноги от паха до колен тоже соединяет внезапно появившаяся ткань. Упругий воздух резко ударил в маленькие паруса, натянул, Буран в изумлении смотрел, как полетели, точнее начали планировать.
Сухие поджарые тела весят мало, перемножить это на длину конечностей – а рост скахогов веушителен – получится идеальная комплекция для планирования. Хозяева крон в своё время поняли это, и сейчас грамотно используют. Буран не раз делал так же, только с помощью магии, а эти без волшбы шпарят! Стремительно, на бегу… надо будет запомнить, сшить у себя такие же. Провал давно уже остался за спинами, но запас высоты позволял отряду планировать дальше. Вождь Барсов прикинул расстояние, поразился. Пролетели уже в два с половиной раза больше нужного. Только стопы коснулись изогнутых переплетений, как руки и ноги вновь прижались к телу. Отряд продолжил бег, не утруждая себя остановками на приземление, амортизацию, и прочие мелочи. Тогда Вождь осознал, насколько опасны эти рыжие скакуны. Такие скрутят – ахнуть не успеешь! Не зря Учителю так нужен союз с этой расой.
Чёрная кошка уже хотела направиться дальше, нужно было как-то незаметно поваляться под апартаментами царя, послушать разговоры и узнать настроения верхушки аристократии, но внезапно раздавшиеся звуки боя заставили остановиться. Схватка вспыхнула недалеко – как раз там, куда стремительно унёсся отряд минуту назад. Отклоняться от курса не стоило… но куда деть любопытство, впиханное природой с рождения? Пришлось идти смотреть. Добрался быстро.
Над небольшой опушкой кипела схватка. У края ветвей начинался обрыв, перед ним открытая площадка, странно, но над ней совсем не было третьей земли, кто-то начисто вырубил кроны, оставив под солнцем голую вторую землю. Кто же осмелился тронуть владения сурового лесного короля?
Буран изумился второй раз за день. На очищенных от зелени ветвях бьётся могучий, крылатый воин. Широкий торс закрывает литой доспех, необычная сталь настолько гладкая – не отличить от зеркала, остальные части доспеха такие же. От пояса до колен, поверх белой ткани, идут стальные зеркальные полосы металла, наподобие юбки. Мощные валуны плеч закрыты толстыми наплечниками – широкие получаши зеркальной стали толщиной в палец! Запястья в таких же широких толстых браслетах, сапоги до колен, на голенях стальные накладки. Зеркальная сталь везде, сверкает ослепительно. Когда воин двигается, какая-то часть доспехов всегда ловит солнце и отражает в глаза врагам, слепит. Шлема нет, светлые волосы как у ариев – пшеничная копна заплетена в косу. На лбу серебристая диадема с крупным синим камнем в центре. Но самое поразительное в облике воина крылья – белоснежные, могучие, если в росте воин превосходил скахогов в полтора раза, то в ширину втрое! Размах крыльев вообще поражал воображение! Поднять такое тело, да ещё в доспехе, под белыми перьями должна скрываться поистине титаническая сила, и Буран в этом убедился тут же. В горячке боя никто не обратил внимания на чёрную пантеру, шлявщуюся внизу, кошки любопытны от природы, обожают наблюдать за потасовками. Буран подобрался совсем близко, встал, задрав голову, и нагло по-хозяйски всмотрелся.
Могучий белокрыл в одиночку бьётся с пятью десятками скахогов, рвётся из бесчисленных арканов, рубится двумя зеркальными мечами, казавшимися в могучих дланях кинжалами, огромный меч виден в ножнах, с боку стальной юбки. Зеркальные мечи, как и всё остальное, красивы ослепительно, порхают стремительными вспышками, успевают рубить прочные верёвки и отбивать стрелы. Огромные мощные крылья стали для скахогов, пожалуй, главным препятствием, каждое в длину около шести широких шагов. Воин виртуозно комбинирует фехтование клинками и удары могучими крылами. Время от времени белокрыл широко расставляет мускулистые ноги, делая надсадное усилие, поворачиваясь, распахивает одно крыло. Волна воздуха при этом сносит сразу с десяток нападающих – скахоги отлетают в сторону, как слепые котята после пинка пьяного сапожника.
Буран невольно залюбовался мощью невиданного героя. Если б не задание, наверняка бы кинулся помогать – пятьдесят на одного – нечестно! К тому же сразу видно, небесный гость просто хочет улететь. Нападали скахоги, окружив, перекрыли все отходы к бегству, набрасывают бесчисленные арканы. Зеркальные клинки вызывали у Бурана жгучую белую зависть. Свой меч Вождь ещё не нашёл – тот, в который сразу бы влюбился. И вдруг это чудо! То ли острый импульс человеческого желания докатился до небес, то ли настойчивая мысль перекроила изменчивую реальность и дала натолкнуться на искомое… Кто знает? Учитель говорил, что так иногда бывает!
Не прошло и трёх секунд, как в кисть крылатого воителя вонзилась стрела, меч тут же полетел вниз, воткнулся от чёрной кошки в десяти шагах. Хозяева второй земли обрадовались, насели сильнее, белокрылый воин не растерялся, отбивался одной и крыльями. Раненную руку стиснул в кулак, зажал торчащее древко между пальцев и, резко саданув о бедро, переломил. Не теряя драгоценного времени, выдернул обломок древка зубами.
Пантера покосилась на красивое оружие медовым глазом. Меч грозно сверкает фигурным зеркалом рукояти, совсем близко, а лезвие как горит! Конечно, нехорошо было присваивать оружие героя, но в любом случае хозяин его подобрать уже не сможет и сокровище достанется скахогам. Промедлив пару мгновений, с мыслью «пронесёт» Буран подскочил к необычному оружию. Острое! Без ножен, не обмотано тканью, таскать такое в пасти крайне неудобно, даже опасно. Зубы скользят, клыки мешают, с трудом выдернул за рукоять, осторожно схватил поперёк. Пока подбирал равновесие порезал язык – ничего, заживёт, – наконец, смог нести. Зарыв краденое оружие в паре миль от схватки, фальшивая пантера деловито засеменила выполнять задание, ради которого собственно и явилась в Акшир.
Вернувшись, рассказал Учителю о странном воине, показал трофей. Реакция Владыки Тьмы удивила сильно. Едва услышав о могучем воине с белыми крыльями, Владыка Тьмы наклонил голову, глаза задумчиво расширились, сверкнули, едва увидали зеркальный клинок, резко сузились, превратились в щёлки. Всегда доброе лицо вдруг вспыхнуло угрозой, губы еле слышно процедили под нос неопределённое:
– А я думал вживых никого не осталось…
– Простите учитель, что вы сказали? – изумился Буран.
– Ничего, мой мальчик… – был ответом отстранённый, холодный голос.
Глаза Учителя застыли, уставились в никуда, словно в незримом открылись зловещие картины прошлого.
После долгой паузы Учитель, продолжая пялиться в никуда, неожиданно выдал:
– Старые враги нарисовались… очень старые… – стряхнув оцепенение, Тёмный вдруг глянул на ошарашенного Бурана прежними глазами, добавив привычным тёплым голосом. – Да не бери в голову, Буран, расскажу как-нибудь на досуге.
Позже Вождь узнал о крылатых воителях многое. Оказались они древними слугами Ястогара. Учитель рассказал, что Бог Света сам выковал своим любимцам доспехи и оружие! Тогда Буран присвистнул – оказывается, теперь он владеет божественным клинком! Неслабо!
Здесь же на Галькорне, в логове древней колдуньи, могли заваляться вещи не менее ценные. Он, Вождь, и должен поднимать клан, усиливать его всеми доступными способами, а значит, тащить туда всё добро! К тому же хорошие вещи пропадать не должны.
Вот она уродливая конура из сухих жердей, посмотрим… На всякий случай обнажил меч, двинулся бесшумной поступью, скользя с носка на пятку. В таком месте возможны любые сюрпризы, прошёл мимо туши крылатого монстра, до входа в вонючую конуру пара шагов. Натренированные рефлексы, уловив шорох, мгновенно швырнули тело в сторону, и не зря. Оказалось, ребята не убили, лишь оглушили крылатого монстра на цепи. Клыкастый хищник оказался умён, очнувшись, ворочаться не стал, а тихо приоткрыл глаз, подождал, когда двуногий повернётся спиной и тут же напал, молниеносно, с места, одним рывком. Времени среагировать у двуногого хватить было не должно, но добыча оказалась не по зубам. За долгие годы Буран отточил реакцию в таких немыслимых передрягах и настолько, что зверюга даже не поняла, куда вдруг добыча делась. Мощные челюсти клацнули, укусив лишь воздух. Добыча мгновенно оказалась сбоку, да ещё и пластанула по шее сверху блестящей железкой.
Буран удивился, меч не перерубил шею с одного удара, бил сильно, с оттяжкой, но плотное мясо неведомого зверя рассёк лишь до середины, удар погас, лезвие увязло в массивных шейных позвонках. Предсмертный рёв боли разорвал тишину леса острым копьём. Зверь с такой раной умрёт в агонии. Буран не любил напрасных мучений, быстро выдернул и повторным ударом костяную башку таки отсёк. Туша мяса рухнула к ногам горой, подняв с утоптанной земли буравчики пыли. В это же время со стороны ушедших маргов донёсся странный крик.
Язык маргов выучил много лет назад, Учитель, отправляя Бурана с заданиями в различные миры, в первую очередь настоял на изучении заклятья «Познания». Неважно, куда тебя занесёт, порой без языка местных аборигенов задание выполнить невозможно. Всё-таки магия – изумительная штука. Применил заклятье, и через несколько минут ты уже сносно говоришь на чужом языке. Колдовать – не бревном махать, тут можно умеючи стать уважаемой фигурой, а можно и безо всякой жены себе лосиные рога вырастить!
Наконец, путь свободен, в голове всплыла фраза знакомого пирата (большого добряка… где-то в глубине сердца): «А сабельку я пока убирать не буду…» Воспользовавшись мудростью старших, взял меч наизготовку. Застыл у тёмного входа, прислушался – тишина. Решительно шагнув внутрь, обнаружил наискуднейшее убранство, похожее больше на берлогу Бера, или конуру нищего, но никак не на дом могучей заклинательницы древней магии. Лежак, с грубыми шкурами, небольшой столик за изголовьем и старый сундук необъятных размеров – вот и всё нехитрое убранство.
Буран с теплотой воззрился на обитый железом ящик:
– Ты-то, голубчик, мне и нужен.
К большому сожалению, в сундуке ничего не нашлось. Старое тряпьё, какие-то бумаги с непонятными закорючками, несколько внушительных столовых ножей – и всё. Видимо, артефактами горхуна не пользовалась, держала знания в голове, а прохожих заманивала и убивала не нуждающейся во всяких там железках, амулетах и прочей заёмной силе магией. Тем более значимой становилась победа молодых ребят над этой бабулей.
Вождь вышел из берлоги расстроенным.
«Ну, не на каждом же задание зеркальные мечи находить», – укорил Буран сам себя.
Пучком травы вытер с лезвия кровь кифарка. Изгородь осталась за спиной, следопыт вновь разделся, обвязал одежду вокруг ножен, пора продолжить наблюдение за мальчуганом. В лесу найдёт без тропинок, просек, засечек, неважно, пусть оторвутся на милю, на десять миль, для изумительного звериного носа слежка по следу труда не составит. Барс нагонял группу лёгкими скачками, мягкие лапы бесшумно опускаются на землю, маргов чует, скоро… а вот и подопечный!
Задание быстро становилось скучным, семенил за маргами уже пару часов. Хищники заступать дорогу не решались, во-первых, невиданная доселе белая кошка очень крупная, выглядит грозно, и до этого никогда местным обитателям не встречалась, во-вторых, узел с одеждой в пасти барса недвусмысленно пах человеком. Смешиваясь с запахом неведомого зверя, он вызывал у местных лесных обитателей неприятные ассоциации. Буран откровенно скучал, марги топали впереди, он топал сзади, в пасти – неудобный тюк одежды, весь в слюнях, и конца и края этой тягомотине не видать.
Звериные сенсоры засигналили тревогой тогда, когда меньше всего этого ожидал. Тут же в нос ударил резкий запах псины, человека и волка одновременно, Буран резко остановился. Спустя пару мгновений дорогу белой кошке преградили, из чащи вылетели три странных существа.
Полуволчья, полумедвежья массивная морда, высоко торчащие узкие уши, клыкастая пасть, нижняя челюсть визуально утолщалась шерстью в виде густой, козлиной бороды. С края головы на холке и плечах шерсть чёрная, превратилась в длинные, слежавшиеся сосульки, навроде дохленькой львиной гривы. Торс и руки человеческие, правда покрыты короткой тёмной шерстью. Кисти сильно увеличены, со звериными когтями, мощные, короткие, толстые и литые – куски стали. Существа на двух лапах сильно клонились вперёд, мощные руки почти касаются земли. Отдельные части облика существ принадлежат к разным видам, а есть и нечто смешанное – ноги. Сплав волчьего и человеческого позволил ходить на двух и одновременно стремительно передвигаться. Изогнутое вперёд бедро, скакательный сустав с сильно увеличенным шишковидным сочленением заканчивается подушкой с удлинёнными фалангами, похожими на человечьи. Между ног внушительный волчий хвост, стегает по бёдрам, Буран сразу понял: готовы напасть. Ноги широко расставлены, массивные головы упорно наклонены вперёд, жёлтые глаза сверкают недобрым огнём. Не смотря на большое количество звериного, видно, что существа не совсем дикие, в глаза бросились атрибуты разумной жизнедеятельности. Руки от запястья до локтя в стальных наручах достаточно сносной ковки, срамное место прикрывают короткие штаны до колен из грубой, засаленной ткани. У одного вообще в когтистой руке дубина, видимо, в тройке главный – он. Как Буран узнал позднее, расу человекозверей рекли волколаками.
Всё это Буран оценил мгновенно, рывком, через боль перекинулся в человека, резко выхватил клинок. От неожиданного перевоплощения белой кошки тройка зверолюдей слегка растерялась, когтистые лапы неуверенно шагнули назад. Но, увидав, что перед ними всего лишь одинокий человек – хоть и с мечом – решительно шагнули вперёд.
«Интересно, как они штаны надевают? — в голове вождя родилась мысль, совсем не подходящая к разворачивающейся опасной ситуации. – Хвост же мешать должен! Это что значит, штаны сначала натянули, а потом хвостище из маленькой дырочки в штанах наружу достают? Или наоборот, надевают штаны не полностью, а сначала просовывают хвост в дыру и медленно натягивают, елозя задом, чтоб хвост, значитца, медленно колом пролез?»
Буран, представив этот цирк, едва не расхохотался, сдержался с трудом. Правда дурацкая улыбка не ко времени все же прочно на лице обосновалась.
«Поди ещё и говорить умеют, – сказал себе Буран. – Сейчас вот попросят карманы вывернуть, вот смеху будет».
Тот, что с дубиной, остался напротив, остальные зашли с боков.
– Слышь, человече! Чё лыбишся?! Железку свою дай-ка нам, сразу видно денег стоит, вон блестит как, – прорычал вожак на языке маргов.
Фраза далась ему с трудом, в каждом слове утробно урчащая «Р», от этого привычный язык сразу окрасился весомой угрозой.
«Чтоб меня порвало! — у вождя глаза на лоб полезли. – Говорят!»
Буран даже меч опустил, не веря, склонил голову вперёд-набок, от любопытства за головой наклонил и корпус, стал заглядывать в клыкастую пасть снизу, словно хотел разглядеть за массивными клыками маленького говорящего человечка.
Волколаки недовольно переглянулись, странное поведение жертвы немного пугало. Обычно подкарауленные в лесу одиночки кричали, дёргались, судорожно стискивали оружие, затравленно озирались, а этот… Меч опущен, стоит расслабленный словно на ярмарке колбасу выбирает, рожа спокойная, вон даже навстречу шагнул, да ещё в пасть заглядывает, совсем обнаглел!
Волколаки, замершие по бокам вожака, начали неуверенно перетаптываться, вожак на всякий случай отступил на шаг, массивная башка отстранилась.
– Э, ты чего это… озверел совсем! Чё надо, чё уставился?! – прорычал в смятении обладатель дубины.
– Извините, почтенные, – очнулся Буран от приступа любопытства. – Не ожидал, что вы это… говорить умеете. Эмм… а у вас все говорят или только у кого дубина в руках? – издевался вождь над лесными разбойниками в открытую.
– Чё? – опешил обескураженный вожак.
– Ну, точно! Передай корягу-то ребятам, пусть скажут чёнить, поди накопилось…
Волколак, наконец, понял, что над ними издеваются, вскипел. Мышцы вздулись, жёлтые глаза полыхнули, кивок своим. С боков слаженно и одновременно бросились в атаку, видно не раз отработано на практике, но Буран опередил. Волколаки уловили только смазанное движение, на короткую траву упало три срезанных у самой челюсти бороды. Волколаки ошарашено застыли, добыча оказалась не по зубам. Слабый мозг уяснил главное, незнакомец пощадил, а мог и по горлу чиркнуть.
– Извини, мастер, – прорычал зверочеловек. – Ошибочка вышла, не серчай.
– И вам, ребята, не кашлять, – пожал плечами Буран.
Вожак отрывисто кивнул своим, мощные ноги быстро унесли резко пахнущие тела в чащу.
– Ну, и мирок тут, – выдохнул голый герой, аккуратно возвращая меч в ножны. – Зверюги говорящие, с ума сойти!
Перекидывался в кошку спокойно, эти больше не сунутся. Противный узел с одеждой от слюны потяжелел, едва схватил, пасть быстро наполнилась слюной.
«Не, ну точно надо лямки какие-то делать. Вождь всё-таки, а бегаю со слюнявой пастью, как псина».
Маргов догнал без происшествий, шли пару часов, затем остановились на привал. Буран перекинулся в человека, бросил заклятье, лёгкий ветерок тайным лазутчиком принёс отчётливый разговор маргов.
«Ага детки… привал пару часов! Замечательно! Пойду, поймаю что-нибудь на зуб, с этой слежкой и похудеть недолго».