Czytaj książkę: «Осколки чужого неба»
Пролог. Одиночество в толпеЧасть 1. Мана и выжженные мосты
Сергей лениво крутил в пальцах пустую кофейную чашку. Потрескавшаяся керамика слабо отзывалась на его прикосновение — внутри неё, как и в любом неодушевленном предмете этой вселенной, дремала едва заметная крупица Маны. Будь у Сергея предрасположенность, он мог бы заставить чашку парить. Но он был обычным. По крайней мере, до сегодняшнего дня он считал себя именно таким.— Серёж, ну ты чего завис? — Паша, его давний приятель по университетской скамье, пихнул его в плечо. — Я тебе толкую: у нас в конторе логистики место освободилось. Шеф, конечно, самодур, на собеседовании будет душу мотать, расспрашивать про твои «планы на жизнь» и почему ты с прошлого места ушел… Но я похлопочу!Сергей посмотрел на Пашу сквозь пряди своих белоснежных волос. Из-за редкой генетической особенности его шевелюра отливала чистым снегом, контрастируя с чуть смуглой кожей. Взгляд парня был спокойным, вежливым и абсолютно непроницаемым.— Спасибо, Паш. Но я, пожалуй, откажусь, — мягко ответил Сергей.— Да почему?! Ты уже полгода перебиваешься случайными заработками! Ты же классный специалист, просто… ну, замкнулся ты после того, что с Аней случилось. Прошло три года, Серёга. Нельзя хоронить себя заживо.При упоминании имени погибшей девушки у Сергея внутри на секунду что-то болезненно сжалось. Но маска «дружелюбного приятеля» даже не дрогнула. Он улыбнулся — той самой дежурной, тёплой улыбкой, за которой так удобно прятать пустоту.— Всё в порядке, Паш. Просто не хочу тебя подставлять, если с шефом не сойдусь характером. Ладно, мне пора. Рад был повидаться.Сергей поднялся, оставив деньги за кофе, и крепко пожал Паше руку. Паша вздохнул, понимая, что его снова технично выставили за дверь. Сергей умел слушать, умел вовремя кивнуть, но никогда, абсолютно никогда не пускал никого дальше порога своей прихожей. Друг на безопасной дистанции — вот предел, который он установил для этого мира.Выйдя на улицу, Сергей вдохнул прохладный воздух. Ему снова отказали на трёх собеседованиях за неделю. Работодатели интуитивно чувствовали его отстранённость: человек-робот, исполнительный инструмент без амбиций и личной вовлечённости. Им это не нравилось.Сергей побрёл в сторону своего загородного участка, даже не подозревая, что через несколько часов на его землю рухнет то, что навсегда уничтожит его «привычную, безопасную рутину»
Часть 2. Эфир и фальшивые маски
В другой вселенной, разделенной миллионами невидимых световых лет и барьеров, вечер только начинался. Здесь небо не было серым — оно светилось мягким янтарным сиянием. Это был Эфир, великая живая сеть энергии, пронизывающая каждый кирпич, каждое дерево и каждое бьющееся сердце.Полина шла по улице, и её длинная чёрная коса мерно покачивалась в такт шагам. Её евро-азиатские черты лица привлекали взгляды: высокие скулы, раскосые темные глаза, в которых сейчас горел яркий эмоциональный огонёк. Стоило Полине рассмеяться или разозлиться, как золотистые искры Эфира вокруг неё начинали кружиться быстрее. В её мире магия работала на чувствах, и у Полины был огромный потенциал — вспыльчивая, искренняя, она впитывала эту энергию как губка.Она подошла к открытой террасе парящего кафе, где её уже ждала весёлая компания.— Полина! Ну наконец-то! — замахала руками Лиза, девушка в модном платье, расшитом светящимися эфирными нитями. — Мы тут как раз обсуждаем поездку на столичный фестиваль Эфира. Ты же идёшь с нами?— Конечно! — Полина с улыбкой присела за столик. На мгновение ей показалось, что вот оно — счастье. Она так долго была одна, запертая в своём старом родительском доме на окраине города, и вот, наконец, у неё появились «типа друзья». Шумные, красивые, популярные.— Ой, Полин, только один нюанс, — протянул Марк, лениво помешивая ложечкой напиток, который светился розовым от переизбытка энергии. — Билеты туда дорогие, а у тебя, мы знаем, с эфирными кристаллами сейчас туго… Но ты же можешь настроить нам те старые механизмы в отцовской мастерской? Ну, чтобы мы их продали и окупили поездку?Полина на секунду замерла. Улыбка на её лице стала чуть натянутой. Механизмы отца были её единственной памятью о семье. Ей стало обидно, Эфир вокруг её пальцев вспыхнул тревожным алым цветом.— Я… я подумаю. Они мне дороги.— Да ладно тебе, Поль, мы же друзья! — рассмеялась Лиза, уже уткнувшись в свой эфирный терминал и потеряв интерес к ответу Полины. — Смотрите, какие туфли выложили в лавке!Полина смотрела на них и чувствовала, как внутри разрастается холодное облако. Они сидели рядом, но между ними была пропасть. Этим людям нужна была её полезность, её навыки работы с механизмами, но не она сама. Её одиночество здесь, в толпе «друзей», подпитываемых сияющим Эфиром, было даже более горьким, чем если бы она сидела запертой в пустой комнате.— Я, пожалуй, пойду домой. Что-то голова разболелась, — тихо сказала Полина, поднимаясь.— Ага, давай, пока! Не забудь про механизмы! — бросил вслед Марк, даже не подняв глаз.Полина шла к своему дому на отшибе, сдерживая слёзы. Её обида и злость резонировали с Эфиром, пространство вокруг неё начало едва заметно вибрировать. Она не знала, что её сильный эмоциональный всплеск прямо сейчас накладывается на аналогичную волну глухого отчаяния парня из другого мира.Две вселенные, уставшие от одиночества своих детей, начали стремительное движение навстречу друг другу. А в темноте между мирами уже открыло глаза межпространственное существо, почуявшее этот сладкий вкус грядущего разрушения.
