Czytaj książkę: «Узоры тьмы»

Глава

Туман стелился по асфальту, будто пытался скрыть что-то постыдное. Оливия шла по пустынной улице, плотнее кутаясь в пальто, и всё время оглядывалась — ей казалось, что за ней кто-то следит. Телефон в кармане вибрировал уже в пятый раз: Мелисса писала без остановки, просила не задерживаться, вернуться к ним в кафе. Но Оливия не могла. Что-то внутри сжималось от предчувствия, и это чувство было слишком острым, чтобы его игнорировать. В кафе их ждала привычная тёплая суета: Рой громко спорил с Метью о какой-то старой рок-группе, Клер смеялась, прикрывая рот ладонью, а Адам, как всегда, сидел чуть в стороне, будто специально оставлял место рядом с собой для Оливии. Когда она вошла, все разом замолчали — и в этой тишине прозвучало что-то неправильное, словно мир на секунду сбился с ритма. Адам тут же вскочил, будто только и ждал её появления. — Ты где была? Мы уже думали, что… — он запнулся, не решаясь договорить. — Просто гуляла, — ответила Оливия, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Тут такой странный туман… будто город стал чужим. Мелисса встала, подошла и крепко сжала её руку. — Не шути так, — прошептала она. — Я звонила, писала… Ты не отвечала. Оливия хотела сказать, что телефон просто не ловил связь, но вдруг заметила, что на экране нет ни одного пропущенного вызова. Ни одного. А ведь сообщения от Мелиссы точно были — она помнила, как мелькало имя подруги на тёмном экране. Клер наклонилась вперёд, понизив голос: — Вы слышали про ту девушку из соседнего района? Её нашли у старой водонапорной башни. Говорят, она пропала ещё неделю назад, а теперь… Рой резко оборвал её: — Клер, хватит. Не надо пугать Оливию. Но было поздно.

Холод, который она чувствовала на улице, теперь пробрался и сюда, в уютное кафе, и сжимал горло ледяными пальцами. Адам посмотрел на Оливию так, будто хотел защитить её от всего мира. — Может, тебе лучше сегодня не одной быть? Я могу проводить… Оливия открыла рот, чтобы отказаться, но в этот момент в окне мелькнула тень — высокая, неестественно вытянутая, будто не человек вовсе. И на долю секунды ей показалось, что тень улыбнулась. Оливия замерла, вглядываясь в темноту за стеклом, но там уже не было ничего — только их отражения в мутном стекле да клубящийся снаружи туман, похожий на рваные обрывки дыма. — Что ты видела? — голос Адама прозвучал непривычно твёрдо, без обычной мягкой нотки. Он шагнул ближе, почти заслоняя её от окна, и Оливия вдруг почувствовала, как дрожит воздух между ними — будто напряжение, сгустившееся в кафе, нашло себе точку опоры именно здесь, в этом шаге, в этом движении. Она хотела сказать «ничего», привычно спрятать дрожь за небрежной фразой, но слова застряли в горле. Вместо этого она прошептала: — Тень… Она была слишком высокой. И… мне показалось, она улыбнулась. Мелисса тихо охнула, Клер вцепилась пальцами в край стола, а Рой потянулся выключить верхний свет — будто темнота могла сделать их менее заметными. В полумраке кафе голоса стали тише, но напряжение только выросло, звеня в воздухе, как натянутая струна. Адам не отводил взгляда от Оливии. — Ты не пойдёшь домой одна, — сказал он, и в его голосе не было вопроса, только стальная уверенность, от которой у Оливии почему-то не возникло желания спорить. — Я пойду с тобой. Прямо сейчас. Оливия открыла рот, чтобы привычно отмахнуться: «Со мной всё в порядке, я сама», но вместо этого вдруг почувствовала, как внутри что-то ломается — усталость, привычная броня независимости рассыпалась от одного только взгляда Адама. Она вдруг поняла, что больше не хочет быть сильной. Не сегодня. Не в этом городе, который будто перестал быть своим. — Ладно, — выдохнула она, и голос прозвучал непривычно тихо. — Ладно, пойдём. Он кивнул, будто ждал именно этих слов, и тут же начал собирать её пальто, помогая накинуть его на плечи так бережно, словно она была чем-то хрупким, что нельзя уронить. Когда его пальцы случайно коснулись её шеи, убирая прядь волос, Оливия вздрогнула — но не от холода. Это было странное, острое тепло, которое на секунду заставило её забыть и про тень, и про туман, и даже про пропавшую девушку у водонапорной башни. — Держись рядом, — тихо сказал Адам, наклоняясь к ней так близко, что она почувствовала запах дождя на его куртке и едва уловимый аромат старого дерева и кожи — запах, который почему-то вдруг показался ей самым надёжным в этом странном, сбившемся с ритма мире.