Czytaj książkę: «Трилогия «СОЗНАНИЕ» Книга первая — «НЕйроМАТРИЦА»»

Глава 1

Рабочая рукопись

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Разговор с Луной

Сергей проснулся от тихого скрипа.

Звук был едва слышным, но в ночной тишине показался особенно отчётливым.

Кто-то медленно открывал дверь комнаты Лизы.

Он посмотрел на часы.

Три семнадцать.

Рядом спокойно спала жена. Из приоткрытого окна тянуло ночной прохладой. Белая занавеска медленно поднималась от ветра и снова опускалась, словно комната глубоко и размеренно дышала.

Где-то во дворе шелестели деревья, проехала машина, и её звук постепенно растворился среди спящих домов.

Сергей прислушался.

В коридоре послышались лёгкие шаги.

Шаг.

Пауза.

Ещё один шаг.

— Лиза? — негромко позвал он.

Никто не ответил.

Сергей откинул одеяло, встал и вышел из спальни.

Пол под босыми ногами был холодным. На стенах лежали бледные прямоугольники лунного света.

Дверь в комнату дочери была открыта.

Кровать пуста.

Смятое одеяло лежало на полу, а над кроватью медленно покачивалась модель Солнечной системы, которую Лиза сама склеила несколько лет назад.

Маленькие планеты едва заметно вращались на тонких нитях. Юпитер задевал Сатурн, и его бумажное кольцо тихо шуршало. На письменном столе лежали учебники, раскрытая тетрадь и наушники. Телефон заряжался возле кровати. Лиза всегда брала его с собой, даже когда ночью шла на кухню за водой, и подсвечивала дорогу как фонариком. Но сейчас её здесь не было.

Сергей повернулся и увидел дочь в гостиной перед большим открытым окном.

На ней была светлая ночная пижама. Руки безвольно висели вдоль тела. Она стояла босиком на холодном кафельном полу.

Белые занавески колыхались вокруг неё. Ветер то прижимал тонкую ткань к её плечам, то отбрасывал в стороны. Казалось, будто из темноты к девушке протягиваются две огромные бледные руки.

За окном спал город.

На противоположной стороне улицы чернели окна домов. Внизу шелестели кроны деревьев. Иногда ветер доносил сухой стук ветки о металлический карниз.

Над крышами висела необычно большая полная Луна.

Её свет заливал гостиную, ложился на пол и мебель, освещал лицо Лизы. В холодном сиянии кожа девушки выглядела почти прозрачной.

— Лиза, — повторил Сергей.

Дочь не пошевелилась.

Её голова была немного запрокинута. Глаза широко открыты. Она смотрела прямо на Луну и едва заметно шевелила губами.

Тихий ветер прошёлся по комнате. На столе зашелестели листы бумаги. Один из них сорвался и медленно скользнул на пол. Сергей резко обернулся на шелест упавшего листа.

— С кем ты разговариваешь?

Лиза продолжала смотреть в окно.

— Я не разговариваю, — тихо произнесла она. — Я слушаю.

Голос дочери показался Сергею чужим, грубым, почти мужским. В нём не было ни сонной растерянности, ни привычной подростковой интонации.

Он звучал ровно и бесстрастно, словно слова произносила не Лиза, а кто-то другой.

На улице внезапно стих ветер.

Занавески замерли.

Перестали шелестеть деревья. Не стало слышно ни машин, ни далёкого гула города.

Наступила такая тишина, словно весь мир в это мгновение прислушивался вместе с Лизой.

Сергей осторожно подошёл к дочери и прикоснулся к её плечу.

Лиза вздрогнула.

Кожа под тонкой тканью пижамы была ледяной.

— Лиза, проснись. Пойдём в кровать.

— Нельзя.

— Почему?

Дочь помолчала, словно ждала ответа от кого-то другого.

— Они ещё не закончили.

Сергей почувствовал, как по спине пробежал холод.

— Кто не закончил?

Лиза не ответила.

Её глаза внезапно закатились. Веки задрожали. Лиза медленно и ровно вытянула перед собой правую руку и прижала ладонь к оконному стеклу.

Стекло сразу запотело вокруг её пальцев.

— Не забирайте это, — прошептала она.

— Что они забирают?

По щеке Лизы медленно скатилась слеза.

— Маму.

Сергей резко обернулся.

В глубине коридора темнела дверь спальни.

Жена всё ещё спала.

Сергей слышал её спокойное дыхание.

Когда Сергей снова посмотрел на дочь, Лиза стояла неподвижно. Только её указательный палец медленно скользил по запотевшему стеклу, выводя непонятные знаки.

Круг.

Три короткие линии.

Ещё один круг, внутри которого находилась точка.

Лиза отняла руку и несколько секунд смотрела на рисунок. Потом произнесла несколько слов на незнакомом языке.

В коридоре погас свет.

Одновременно выключились часы на стене, экран телевизора вспыхнул и мгновенно погас.

Комната погрузилась в темноту.

За окном снова поднялся ветер. Белые занавески взметнулись к потолку. На кухне задребезжала посуда.

Лунный свет стал ослепительно ярким.

Сергей зажмурился.

На мгновение ему показалось, что за оконным стеклом больше нет ни города, ни неба.