Czytaj książkę: «Тишина громче крика. Книга 3. Северное сияние»

Глава 1. ОТСЧЁТ.

Утро наступило не светом, а весом. Воздух в Арктиде стоял густым, как в закупоренной стеклянной банке. Пахло нагретой хвоей, прелой травой и далёким, сладковатым гниением болот, которое ветер приносил с севера уже третью неделю. Лёша шёл к штабу. Пот пробил рубашку под мышками, струился по позвоночнику, оставляя на коже липкую, солёную плёнку. Он не вытирал лицо. Вытирать — значит терять время.

Мозг считал километры ещё до того, как тело проснулось. «Двадцать километров по лесовозке до съезда. Ещё до Медвежьегорска. Если асфальт чист — три часа. Если засада — сутки, топливо, патроны, кровь.» Цифры ложились в череп тяжёлыми, холодными камнями. Решение было принято ночью, в темноте, когда Лиза спала, а Оля лежала с открытыми глазами, слушая, как муж ворочается на матрасе. Позвоночник уже знал: назад пути нет.

Иван Петрович ждал у разложенной карты. На брезенте, кроме военной схемы, лежали три вещи: блокнот Соколова, термос с остывшим кофе и стальная линейка. Линейка лежала ровно, параллельно краю стола — привычка человека, для которого порядок остался единственной формой контроля. Лёша смотрел на её потёртые края. Этим инструментом измеряли не расстояние. Им измеряли цену жизни.

— Разведка объехала трассу до Медвежьегорска в апреле, — сказал Иван Петрович, не поднимая глаз от бумаги. Голос был сухим, без интонаций. Как отчёт о расходе топлива. — Дорога чистая. Военные зачистили коридор в первые недели. После ушли. Сейчас — единичные. После города начинается проблема. Блокпосты на сорок седьмом километре. Беглые. Они не полезут к нам — знают, что оборона крепче атаки. Им проще грабить встречных, чем штурмовать стены.

Линейка скользнула дальше, по зелёной полосе, уходящей в лес. Кончик упёрся в отметку.

— Съезд на старую лесовозку. Сухая. По гребню. Ведёт в обход.