Czytaj książkę: «Святость и нетление: дар Божий в иудейской и православной традиции»

ВВЕДЕНИЕ

Две традиции, одно устремление

Что такое святость? Можно ли увидеть её, ощутить, прикоснуться к ней? Для человека, стоящего перед ракой с мощами великого праведника или вчитывающегося в строки древних свитков, эти вопросы обретают удивительную конкретность. Святость — не абстрактное понятие, а реальность, которая способна преображать не только душу, но и тело.

В этой брошюре мы обращаемся к двум великим традициям, имеющим общий библейский корень: иудаизму и православию. Несмотря на все богословские расхождения, разделившие их два тысячелетия назад, в вопросе о святости и её воздействии на человеческую плоть обнаруживается глубокое внутреннее родство. И та, и другая традиция исходят из убеждения, что человек создан для соединения с Богом. В православии это соединение называется обожением (теозис) — пронизанностью тварного естества нетварной благодатью. В иудаизме близкое понятие выражается словом двекут («прилепление» к Богу) и достигается через исполнение заповедей и освящение всех сторон жизни.

Тело как участник святости

Важно подчеркнуть: ни иудаизм, ни православие никогда не рассматривали тело как «темницу души», как нечто низменное, от чего следует стремиться освободиться. Такое представление характерно для некоторых философских систем античности (платонизм, гностицизм), но глубоко чуждо библейскому мировоззрению.

В Священном Писании тело — не враг души, а её сотворенный Богом спутник и соработник. Апостол Павел задаёт риторический вопрос: «Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа?» (1 Кор. 6:19). Тело призвано разделить с душой и подвиг, и награду, и — по воскресении — вечную славу.

В иудаизме эта идея выражена не менее ярко. Понятие кдуша (святость) имеет не только духовное, но и телесное измерение. Как поясняют знатоки еврейской традиции, кадош («святой») означает «отделенный», «особый» — и эта отделенность касается не только души, но и тела, образа жизни, даже пищи, которую человек вкушает. Святость требует телесного воплощения: через омовение в микве, через соблюдение кашрута, через освящение субботы делами и покоем. Великий принцип Торы «Кдошим тихью» («Будьте святы») объемлет всё существо человека.

Цель брошюры

Перед нами стоит задача: систематизировать учение о нетлении в двух родственных традициях, показать градации этого явления (от полного сохранения тела до благоухающих костей), привести яркие примеры из Священного Писания, Талмуда, житий святых и святоотеческого наследия. И, что особенно важно, показать: нетление начинается не после смерти, а ещё при жизни. Те удивительные свойства, которые являют мощи праведников — лишь продолжение и видимое свидетельство той благодати, которая уже здесь, на земле, преображала их душу и тело.

Мы увидим, как святые отцы и иудейские мудрецы сходились в главном: нетление — это не биологический курьёз и не магия, а метафизическое явление, знак реального соединения человека с Источником Жизни. И тот, кто стремится к святости, уже здесь может стать причастным этому чуду.

ЧАСТЬ I. ИУДЕЙСКОЕ УЧЕНИЕ О СВЯТОСТИ (КДУША) И НЕТЛЕНИИ

Глава 1. Что такое святость в иудаизме?

Понятие «Кдуша» (отдельность, возвышенность)

В русском языке слово «святость» воспринимается часто как нечто этически высокое, но несколько абстрактное. В иврите понятие кдуша имеет гораздо более конкретный и осязаемый смысл. Корень «к-д-ш» означает «отделять», «выделять». Святость — это не просто нравственное совершенство, а особый статус, выведенность из обыденного, посвящённость Богу.

Суббота (Шабат) называется «шабат кодеш» — потому что это день, отделённый от остальных, наполненный особым содержанием и особым присутствием Божественного.

Иерусалимский Храм именуется «Бейт а-микдаш» — «дом святости». Это место, отделённое от всего окружающего, ограждённое от всего нечистого.

Часть урожая, отделяемая для священных целей (трума), тоже называлась «кадош» — её нельзя было использовать обычным образом, требовалось особое обращение.

Практическая святость

Святость в иудаизме не есть нечто, что нисходит на человека помимо его воли и действий. Она достигается через исполнение заповедей (мицвот). Каждая мицва — будь то молитва, помощь ближнему, соблюдение субботы или вкушение кошерной пищи — вносит свою лепту в освящение человека. Сама телесность вовлекается в этот процесс: через омовение, через благословение на хлеб, через освящение супружеской жизни.

Интересно, что святость в иудаизме тесно связана с понятием чистоты (таара). Однако это не одно и то же. Чистота — необходимое условие для вступления в область святости, особенно в Храме. Нечистота (тума) — это не грех в нашем понимании, а состояние, связанное с соприкосновением со смертью, с некоторыми физиологическими процессами. Это состояние делало человека временно неспособным приближаться к святыне.

«Будьте святы»: призыв ко всему народу

Важнейший стих книги Ваикра (Левит) «Кдошим тихью, ки кадош Ани Адонай Элохейхем» — «Святы будьте, ибо свят Я, Господь, Бог ваш» (Ваикра 19:2) — обращён не к избранным праведникам, а ко всему народу Израиля. Святость — это не удел немногих, а призвание каждого. При этом, как подчёркивают комментаторы, это не просто призыв подражать Богу, а требование конкретного образа жизни, отделённого от всего, что оскверняет — будь то физическая нечистота или нравственное зло. Как сказано в Талмуде, даже когда кто-либо один сидит и занимается изучением Торы, Шхина (Божественное Присутствие) почиет на нём.