Czytaj książkę: «Сказки АнЗыСканья. Книга первая. Сновидица и вечная игра»

Глава 1 Кухня на границе миров

УТРО ПОЛИНЫ

(или «Сто миллиардов лет»)

Сказки АнЗыСканья

Утро Полины продолжается сто миллиардов лет.

(с) Наутилус Помпилиус

Книга первая. Сновидица и Вечная Игра

[Вступление]

A mouse took a stroll through the deep dark wood…

(М/ф) The Gruffalo

Жила-была на свете девочка Полина. Были у неё мама, папа, рыжий кот - обормот по прозвищу Ким-Чен-Ир (такой он был хитрый) и много-много интересных и волшебных книжек.

И вот как-то раз Полина попросила:

— Папа, расскажи мне сказку.

— Какую тебе сказку рассказать? — спросил папа. — Хочешь, про учёного кота, или про Сивку-Бурку, или про Лошадку Радугу?

— Это всё из книжек, — сказала Полина. — Это мне мама сто раз читала. Давай сами сочиним сказку, которой не будет ни в одной книжке в мире. Это будет наша сказка.

— А про кого ты хочешь сказку? Про кота? Про гномов? Про Мудрого Лиса? Про волшебных единорогов?

— Да, пусть там будет и волшебный кот, и гномы, и единороги, и добрый дракон, и Мудрый Лис, — сказала Полина. — Но вообще-то я хочу… я хочу, чтобы сказка была про паука.

— Про паука? Но ведь пауки злые и страшные.

— Не все! — заявила Полина. — Вчера мы гуляли с мамой и видели огромного-огромного паука. Он сидел высоко на дереве в своей паутине. Я сначала испугалась и чуть-чуть не заплакала, но мама мне сказала, что не все пауки злые, и не надо их бояться. Главное — не лезть к нему на дерево, и не мешать ему заниматься своими делами. Потому что пауки бывают добрые, они плетут паутину удачи. Но бывают и злые пауки. У них на спине нарисован крест, и они могут укусить. В любом случае, добрые пауки есть.

— Хорошо, — сказал папа. — Я как раз знаю одного такого паука. Его зовут Ананси. Он живёт далеко-далеко, на другом конце земли. Там люди не боятся пауков, они их уважают.

— А почему они их уважают?

— Потому что они верят, что Ананси — самый-самый первый паук в мире — создал небо, а потом сплёл паутину и спустился с неба на землю. Он волшебный, этот паук.

— Да, — сказала Полина. — Пусть будет Великий Паук Ананси, создатель неба. И пусть у него будет подружка. Подружка — лягушка.

— Царевна-лягушка? — спросил папа.

— Да нет, не царевна. Царевна — это в сказке из книжки. А тут пусть будет Великая Лягушка, может быть, даже с короной, но не царевна. И жить она будет не во дворце, а в волшебном колодце.

— Хорошо, — сказал папа. — Но большая лягушка называется жабой.

— Да, да! — захлопала Полина в ладошки. — Великая Жаба из Сухого Колодца!

— Ну тогда слушай и засыпай, — сказал папа.

— Хорошо, — сказала Полина. — Ты рассказывай, и пусть они мне все приснятся!

[История 1: Кухня на границе миров]

«Иногда, чтобы найтись, нужно потеряться.

Но лучше — чтобы тебя нашли»

DeepSeek

Как-то раз маленькая девочка Полина оказалась в очень странном месте. Место это было похоже на большую просторную кухню. Под абажуром в форме тыквы стоял большой круглый стол. От абажура шёл мягкий свет, и он почему-то потрескивал, тихонько гудел и искрился.

На столе стояли чашки, лежали ложки, в вазочках были конфеты и какие-то загадочные фрукты. На самом большом блюде лежало огромное красное яблоко. На здоровенной кухонной плите стоял древний медный чайник, и что-то кипятилось в маленькой кастрюльке.

Рядом с плитой стоял другой длинный и вытянутый стол, на котором стояли банки, колбы, ступки и другие загадочные вещицы, явно волшебного происхождения.

И никого не было. Но на самом деле Полина чувствовала, что она не одна, и что за ней внимательно наблюдают несколько пар глаз.

— А у вас здесь лампово и винтажно, — сказала Полина.

— Как-как? — раздался откуда-то тонкий и певучий голос.

— Лампово и винтажно, — повторила Полина.

— Это значит «тепло и уютно», — сказал откуда-то другой голос, скрипучий и квакающий.

— Ну тогда проходи, присаживайся, — сказал певучий голос.

Полина подошла к столу и увидела, что за ним на стуле с длинными-предлинными ножками сидит огромный паук. Паук был чёрный, очень мохнатый, как будто связанный из шерсти; через всё его тело проходили несколько белых полос. «Как на бабушкиных носках», — почему-то подумала Полина.

И ещё она подумала, что паук тоже ламповый и винтажный. Полине даже показалось, что это мягкая плюшевая игрушка.

А ещё Полина поняла, что паук был здесь всегда, и она его видела, но почему-то не понимала, что он есть. Странное чувство, подумала Полина.

И тут паук взглянул на неё своими огромными чёрными глазами. Вернее, он и раньше глядел на неё, но у него было много глаз. Те, которыми он смотрел сначала, были маленькие и блестящие, как пуговицы, что и придавало ему сходство с игрушкой. А эти глаза были огромные, бездонные, как два колодца, и Полине показалось, что ещё немного — и она сорвётся с края и полетит в чёрную бездну.

Но паук мигнул, наваждение рассеялось, и опять на Полину смотрели два глаза-пуговки.

— Да, он точно не игрушечный, — подумала Полина. У игрушек таких глаз не бывает.

— Не бойся, девочка Полина, — сказал Паук Ананси (а это был он). — Я просто посмотрел на тебя своими магическими глазами. Вы, люди, странные, — продолжал он. — У вас всего два глаза. У меня их восемь. Два глаза — чтобы смотреть в прошлое, два — чтобы смотреть в будущее, два — для повседневных дел и ещё два — для магии.

— А где я? — спросила Полина. — И что здесь происходит?

— Вы, люди, странные, — повторил Ананси. — Всё время куда-то торопитесь и задаёте по два вопроса сразу: ещё не успели получить ответ на первый вопрос, а уже задаёте второй.

— Ну, тогда ответь хотя бы на один.

— Ты у нас в гостях, — сказал Паук Ананси. — Это во-первых. А во-вторых, мы тут играем.

— А во что?

— В прятки.

— И от кого же вы прячетесь?

— От кого, от кого? От тебя! — раздался уже знакомый скрипучий голос.

— Ананси, ты, кстати, проиграл, тебя первым нашли.

И неожиданно над столом что-то промелькнуло, и огромное яблоко, лежавшее на тарелке, исчезло.

— Так нечестно! — закричал Ананси. — Ты съела последнее Яблоко Добра и Зла! А это было моё яблоко!

— Не твоё, — сказал тот же скрипучий и чавкающий голос. — Тебя нашли первым, значит, ты проиграл, и теперь яблоко моё. Вот я его и съела.

И тут Полина увидела, что напротив неё сидит огромная Жаба. Жаба была серо-зелёная, и всё её тело покрывал какой-то странный ритмичный узор — то ли из пятен, то ли из магических символов. Полина попыталась рассмотреть узор, и тут же у неё закружилась голова и поплыло перед глазами. Пришлось отвести взгляд. И опять же повторилось то же самое, что с Пауком, — Полина понимала, что всё это время она видела Жабу, но не могла осознать, что она здесь есть.

Когда она опять взглянула на Жабу, то узора уже не было. Жаба была ровного коричневато - салатового цвета. На голове у жабы была съехавшая набок корона. Жаба жевала, так что под её зелёной кожей ходили желваки, и при этом из её круглых глаз с вертикальными зрачками текли слёзы. Периодически жаба закатывала глаза от удовольствия.

— Так нечестно! Нечестно! — закричал Ананси. Откуда-то в его лапах появился моток тонкой паутины, и он метнул её в сторону Жабы.

Жаба крякнула, и из её рта вылетел длиннющий язык.

«Так вот как она яблоко схватила», — подумала Полина.

Жаба между тем отбила паутину своим языком. Но паутина прилипла к языку. Паук потянул на себя. Жаба — на себя. Стол задрожал. Блюдца жалобно зазвенели.

— Вообще-то, если на то пошло, выиграл я, — раздался откуда-то тихий и вкрадчивый голос. — Туки-туки за себя!

Полина повернулась и увидела, что в углу, на кресле-качалке, сидит огромный Лис. Он был не рыжим, а скорее рыже-пепельного цвета со стальным оттенком. На его носу были круглые очки с чёрными стёклами («стимпанковские», — подумала про себя Полина). Лис был укрыт серым пледом, расшитым бусинками, камушками и, как показалось Полине, птичьими лапками и черепами каких-то мелких грызунов. Поверх пледа покоился огромный седой с подпалинами хвост. В лапах он держал дымящуюся кружку и, кажется, грел об неё ладони.

Лис как-то смешно встопорщил усы, отчего очки съехали на край носа, и из-под них на Полину глянули два очень цепких, пристальных и холодных глаза-уголька, светившихся изнутри зелёным светом.

-Вот теперь ты нашла меня, а я тебя – сказал Лис.

«Странная манера у них знакомиться», — подумала Полина и отвела взгляд.

— Вроде великие, древние и мудрые, создатели земли и неба и всего такого, а ведёте себя как маленькие дети, — продолжал Лис, обращаясь к Ананси и Жабе — Не стыдно перед гостьей?

— Она съела последнее Яблоко Добра и Зла! — сказал Паук и указал своей длиннющей чёрной лапой на Жабу. Однако паутину отпустил.

— Ну и что? Ты проиграл, — промямлила Жаба, еле ворочая языком, ещё не отошедшим после паутинного плена.

— Дались вам эти яблоки, — сказал Лис. — Сходите на Драконью гору, новых наберите.

— Это было последнее, — пожаловался Паук. — Теперь сколько ещё ждать, пока новые вызреют? У тебя времени полно, — обратился он к Жабе… — А у меня каждая секундочка на счету…

— Ладно, — примирительно сказала Жаба. — У меня консервированные есть. Я тебя угощу.

— Вы консервируете Яблоки Добра и Зла? — спросила Полина.

— Консервирую. По прабабушкиному рецепту, — гордо сказала Жаба. — С горчицей васаби для пикантности и капелькой кипячёного времени, чтобы не пропали.

— Кипячёного времени? — переспросила Полина.

— Да, кипячёного времени, — ехидно сказал Паук, и его певучий голос приобрёл какие-то совсем издевательские нотки. — Она его и в консервы добавляет, и в чай, только что в туалете за собой им не смывает.

— Да что же вы, опять ссоритесь? — сказал Лис. — Вообще-то у нас гости…

— Ах, да! — затараторила Жаба. — Чай, кофе?

— Можно кофе? — спросила Полина.

— Кофе детям не игрушка, тем более ночью, — пропел Паук.

— Моим кофе ещё никто не оставался недовольным, — проскрипела Жаба. — Ты просто завидуешь, что не умеешь варить кофе как я.

— Спорим, сварю лучше? — пропел Паук.

— Ага, опять в кофе коньяку полкружки плеснёшь, и потом будешь уверять, что это кофе по - Дабустански.

— Не надо с коньяком, — сказала Полина. — Капните мне в кофе немного кипячёного времени, если можно.

— А девочка знает толк в напитках, — рассмеялся Лис.

Жаба как-то смешно спрыгнула со своего табурета, пропрыгала к плите, налила воду из чайника в какую-то странную конструкцию. Закрутились колёсики, что-то защелкало.