Czytaj książkę: «Сигурни и Дир. В поисках дома "придурка"»

Глава 1

Пролог

-Где я? - Спросил очнувшийся Дир, но ему никто не ответил.

Он, лежал на какой-то песчаной каменистой земле, хотя только что был на капище среди леса. Он с дружиной доехали до него, Перунова капища, завели лошадей в конюшню. У выхода он встретился со Свинобором, одним из старших жрецов. Потом за спиной кто-то крикнул, что-то грохнуло, началась суматоха. И тут бац, красная вспышка, всё закружилось, и он, варяг Дир, очнулся лежа на этой песчаной земле. Он сел, осмотрел себя. Бронь, меч, засапожный нож на месте, как было. Шлема и узла с одеждой и снедью нет. И где он?

Дир встал. Голова немного кружилась, но это быстро прошло. Он огляделся. Вокруг была песчаная, скалистая, с редкой травой и кустарником, совершенно незнакомая местность.

- Эй, - крикнул Дир, - Свинобор! Твоих рук дело? Отзовись!

В ответ тишина. Дир решил пройти к ближайшему холму, чтобы с него осмотреться. Дорога заняла с полчаса и подъем на холм примерно столько же. Вокруг был всё тот же унылый пейзаж. Но за то Дир увидел тракт, вдоль которого тянулась речушка. Вдали на тракте виднелась пыль.

«Наверное идёт какой-то караван» – подумал Дир, – «значит я смогу наняться к ним в охрану, воин я справный, а заодно узнаю, где я».

Дир действительно был воин. Природный варяг, он с детства учился владеть любым оружием. К тридцать второй зиме, Дир слыл одним из лучших поединщиков в дружине. По мере приближения к тракту, Дир убедился, что это действительно караван, состоящий из большого количества телег, в которые запряжены какие-то огромные, невиданные им ранее быки. От каравана отделилось пятеро воинов, одетых в изумрудную одежду, которые очень резво направились в его сторону. Четверо одинаковых впереди, а пятый, с красным головным убором, сзади. Когда они приблизились настолько, что Дир смог их разглядеть, варяг остановился как вкопанный. Воины что бежали к нему были ящеры. Огромные, в человеческий рост, эти существа быстро передвигались на задних лапах. Грудь их закрывали щиты с красной точкой посередине. Четверо ящеров сжимали в руках копья с длинными наконечниками, а пятый, чью голову украшал череп какого-то существа с воткнутыми в него красными перьями, сжимал в левой руке посох.

Первый копейщик, что добежал до варяга, сходу ткнул того копьём, метя в живот. Дир ушёл поворотом и рубанул ящера мечом по ребрам. Тот издал какой-то шипящий визг и упал. Следующий атакующий принялся резво теснить копьём варяга, но Дир подбил копьё вверх, нырнул под древко и рубанул чудище мечом по ноге. Ящер упал. Двое оставшихся воинов окружили варяга с двух сторон, но нахрапом уже нападать не спешили. Первый ящер, что получил по ребрам, уже тяжело поднялся и приготовился к схватке. Получивший по ноге тоже поднимался, опираясь на копьё. Наконец одно из чудищ решилось на атаку. Дир пропустил его тычок подмышкой, выставив меч вперёд и ткнул остриём тому в ключицу. Клинок вошёл на ладонь, Дир выдернул меч и исхитрился срубить древко копья, которым его попытался ткнуть другой ящер.

Стоявшее всё это время в стороне чудище с черепом на голове издало какой-то вякающий звук, и ящеры разошлись. В свободной руке черепоголового из песка быстро собиралась сеть. Дир застыл, глядя на такое ранее не виданное колдовство и потерял драгоценные секунды. Ящер запустил в него сеть. Дир попытался её разрубить, но сеть тут же рассыпалась и песок полетел варягу в лицо. Один из ящеров в этот момент ударил Дира древком копья под коленки, и когда варяг упал, ящеры, словно играя в кучу малу, навалились на него сверху.

Дир очнулся на каком-то трясущемся полу. Голова болела, во рту был песок. Чертыхаясь и отплёвываясь, он поднялся на локтях и с трудом разлепил сразу же заслезившиеся глаза. Кроме яркой мутной белены видно ничего не было. Дир, нащупал рядом с собой ведро с чем-то жидким. Он принюхался, но из ведра ничем не пахло. Зачерпнув жидкость ладонью, он умыл лицо. Глазам сразу же стало легче. В ведре оказалась простая чистая вода. Варяг снова умыл лицо и прополоскал рот, а после осмотрелся. Он оказался в клетке, водружённой на телегу, которая катилась в составе длинного каравана. Бронь с него не сняли, но забрали всё оружие. Рядом сидел низкий зеленый человечек с огненной шевелюрой и большим крючковатым носом. Из нижней челюсти человечка по кабаньи торчали клыки. Зеленый уродец скосил на него жёлтые глазищи и противно ухмыльнулся. Варяг с опаской обратился к зеленому соседу:

– Ты кто? Ты меня понимаешь?

Человечек поднял на него желтые кошачьи глаза и скорчил мерзкую гримасу. Потом провел длинным желтым ногтем по прутьям клетки и противно хмыкну.

Дир огляделся. Мимо неторопливо шагали ящеры с красными точками на брюшных щитах. На одной из телег он увидел того самого колдуна с черепом на голове. На нескольких телегах были разного размера клетки. В клетках были разные существа. Варяг снова обратился к человечку:

– Кто ты? Где мы? Ты меня понимаешь?

Уродец осклабился, но ничего не сказал.

Дир осмотрелся вокруг. Внезапно он рассмотрел на одной из телег человека. Здорового квадратноголового бородача очень похожего на нурмана. Дир крикнул ему по-нурмански:

– Эй, ты из какого хирда? Как тебя зовут?

Но бородач уставился на Дира, округлил глаза и буркнул что-то непонятное.

– Он тебя не понимает, – услышал Дир чей-то голос сзади и резко обернулся. В соседней телеге, к которой он сидел спиной, в огромной клетке сидели три существа с головами каких-то пятнистых... Собак?

– Чур меня! – воскликнул варяг, прошептав ещё что-то вроде «песиголовцы».

– Чего? – оскалив страшные зубы сказало одно из существ, – как ты меня назвал?

– Он назвал тебя песиголовцем, – каким-то скрипучим и сварливым тоном сказало второе существо, с уродливым шрамом на морде, идущем через правый, закрытый бельмом глаз. – Этот придурок, видимо, не понял, что оскорбил нас, Тарфини.

Варяг смотрел на существ, пытаясь сообразить, что им можно сказать.

- Кто вы? – наконец выдавил он из себя.

- Мы гноллы, разве сам не видишь? – ответил Диру тот, кого назвали Тарфини.

- Нет, я не знал о вас раньше. Я знаю о песиголовцах или ульфхеднарах. А про гноллов не слыхал.

- Теперь слышал? – Ехидно скрипнул одноглазый.

- Да, - кивнул варяг и указал на своего зелёного соседа, - а этот?

- Зря ты так пренебрежительно о нем говоришь в его присутствии, – сказал Тарфини, – это гоблин. Они очень злопамятны. Смотри, чтобы он не придушил тебя ночью.

- Этот задохлик? Да и с чего вдруг?

- А кто же знает, что он уже успел себе надумать? – сказал Тарфини. – Он ведь знает, что ты о нём говорил.

- А где же всё-таки я, то есть мы находимся?

- Этот придурок до сих пор не понял, что он в клетке на соседней телеге, и нас, пленников куда-то везут, – скрипнул смехом шрамированный гнолл.

- Это-то я и сам вижу, – буркнул Дир, – просто совсем недавно я был на Перуновом капище среди своих воинов, таких же, как я, а теперь передо мной одни – он замялся, подбирая слова, – какие-то доселе невиданные мною существа. Я словно не в своём мире.

- Ты в Руладе. Так когда-то назывались эти земли, – томным, приятным голосом сказал третий, доселе молчавший и самый крупный гнолл. – Мы, кстати, уже встречали существо подобное тебе. Его звали механик.

- Судя по его сообразительности, ему далеко до механика, – скрипнул шрамированный, – хотя они и говорят на одном языке.

- Кто это они? – переспросил варяг.

- Ты и механик, – пояснил Тарфини, – мы, гноллы, понимаем все языки на свете. Поэтому заметили, что у тебя и механика один язык.

- Я не механик, я воин! – гордо вскинулся Дир.

- То, что ты воин мы слышали, – улыбнулся Тарфини, – ты очень хорошо шороху у варангов навёл. Парочка из них ещё долго не сможет встать в копейный строй.

- Тоже мне вои, – ухмыльнулся Дир, – у нас смерды так воюют. Вчетвером меня достать не смогли, если бы не их колдун, так и не справились бы они со мной вовсе. Правда я вот чего не пойму, я их мечом рубил, а всего-то и проткнул только одного.

- У варангов шкура очень прочная, – скрипнул шрамированный, – из неё наручни отличные. Только у варангов в плену в них ходить не советую.

- Ясно, – кивнул Дир, – так кто вы всё-таки такие? Как вас звать, величать?

- Меня зовут Тарфини, я гнолл из клана Кэрон. Кэрон звали мою мать. А это, – Тарфини указал на здорового гнолла со шрамом на лице, – Сигурни и – он указал на самого здоровенного гнолла с нежностью произнося – его сестра Белинда. Они оба из клана Мацерато. Мацератой звали их мать.

- Сестра? Так ты баба что ли? - Удивился варяг.

- Да. А чему ты удивляешься? - Спросила Белинда.

- Ну, э . . . - Варяг, замялся. Он никак не ожидал, что самым крупным гноллом окажется женщина. - У нас, просто женщины не воюют.

- У гноллов, все воины. А женщины главные в племени. - Ответил Тарфини - Именно они дают жизнь.

- Да, это так, – сказала Белинда, – я была самая красивая девушка своего племени.

- Ты и сейчас самая красивая, сестра – проскрипел Сигурни.

- Да, – Дир решил сказать что-то приятное Белинде, потому как чуть было не ляпнул обратное, – хорошая баба родит настоящих воинов.

Гноллиха ощерила зубастую пасть. Комплимент пришёл ей по душе, и она миролюбиво спросила:

- А как зовут тебя, храбрый воин?

- Моё имя Дир. Я княжий сотник.

- А из какого ты княжества, Дир? – спросила Белинда, - ты знаешь механика? Раз вы говорите на одном языке, он должен быть из твоих земель.

- Я не слыхал такого имени. – Пожал плечами варяг. - А куда нас везут?

- У варангов намечается большой праздник в честь бога Баритхотсо. - Начал Тарфини, - Все племена собираются на святом месте, каждое племя должно выставить по 13 воинов. Победители получают свободу, племя чьи бойцы одержали победу, становятся главным до следующего праздника. Если бы ты оказался не воином и не смог дать отпор, тебя бы просто убили и съели. А раз ты выстоял, да ещё и против четырёх, тебя взяли живьём.

- А вы как сюда попали? - спросил у них Дир.

- Как и ты. - Ответила Белинда. - На нас напало двенадцать варангов, семерых мы уложили. Тогда они отступили, и шаман напустил на нас сонное облако. Когда мы уснули, нас повязали.

- А что это за сонное облако? - Спросил Дир

- Такой мутный туман, от которого хочется спать.

Дир задумался. Положение у него было непонятным. Он оказался неизвестно где, и не известно как. Его везли сражаться с неизвестными существами в неизвестном мире, в одной клетке вместе с странным зеленым рыжеволосым уродцем, который, если и встречался в его мире, то только в виде пьяных видений. И единственные кто понимает его речь – это троица гноллов. Каких-то больших существ, строением тела похожих на людей, но покрытых шерстью и мордами пятнистых собак. Причём особых собак. Как-то князю в подарок привозили таких из Византии. Их называли гиены.

- А кто вон тот бородач в дальней телеге? Он похож на воина с севера. Нурмана.

- Это ненд.

- Ненд? - Буркнул варяг, - а внешне похож и на меня.

- Чем-то похож, - Кивнула гноллиха, - Только вы пахните по-разному.

Караван остановился, и варанги стали растаскивать телеги создавая из них большой круг. Гноллы оказались далеко и варягу не с кем было поговорить. Гоблин водил по сторонам большими жёлтыми глазами и паскудно щерился. Он что-то прошипел варягу, но тот его не понял. Спустя какое-то время через окошки в решетке им выдали глиняные миски с какой-то кашей. Дир с опаской попробовал ее, но она оказалась вполне съедобной. Гоблин, громко чавкая, слупил свою порцию в два счёта. После чего принялся орать что-то охранникам, но варанги его словно не замечали. Тогда гоблин выкатил свою миску в щель, встал и помочился из клетки на нее. Варанги охранники проигнорировали и этот жест. Гоблин повернулся к варягу и схватился за его миску. Настороженный поведением соседа, Дир ожидал чего-то подобного. Поэтому миску не выпустил, а правой рукой, в которой была ложка, ткнул гоблина в глаз. Зеленый уродец, ловко увернулся, попытавшись схватить зубами ладонь варяга. Дир не сплоховал, резко одернув руку, и тогда гоблин вцепился зубами в варяжье бедро. Дир, охнул и с силой саданул зеленого уродца по голове. Варяг ударил не сверху вниз, а справа налево, метя поганцу прямо в склонённое над бедром темя. А гоблин как раз рассчитывал, что варяжий кулак будет падать сверху вниз и он, гоблин, одернет голову назад так, что Дир сам ударит себя по укушенному месту. Почувствовав движение тела варяга, уродец одернул голову, но летящий справа кулак втемяшился гоблину прямо в его большую рыжую голову. Уродец взвизгнул. Варяг схватил очумевшего гоблина за отвороты одежды и шваркнул лицом о решетку клетки. Гоблин заскулил от боли, из его носа хлынула зелёная кровь, а Дир, свалив его на пол, несколько раз приложил ему кулаком по морде.

Клетка сотряслась от сильного удара. Варанги охранники наконец обратили внимание на возню Дира с гоблином. Двое ящеров с разных сторон упирали копья в бока варяга, еще двое встали на телегу. Один открыл дверь клетки, второй просунулся внутрь, схватил за ноги потерявшего сознание гоблина и вытащил его наружу. За тем закрылась дверь клетки и варанги охранники убрали копья. На утро, Диру дали что-то на подобие плова и какой-то мутный отвар. Позавтракав, он ощутил прилив сил и радости. Голова больше не болела. Хотелось сворачивать горы, выйти из клетки и в одиночку справится со всем отрядом варангов, построить город из их трупов, освободить всех пленников и высадить целый лес свежих деревьев. Но девать всю эту энергию было некуда. Варяг мерил клетку шагами. Клетка с гноллами была далеко в хвосте, поэтому даже поговорить было не с кем. Он обращался к варангам охранникам, что ему нужно оправиться, но никакого понимания ни слова, ни жесты у них не вызвали. Пришлось оправляться через прутья клетки прямо на дорогу.

К вечеру встретился ещё один караван варангов. Он так же шёл по тракту. Варанги остановились, повякали и уже оба каравана двинулись в путь. Дир увидел в клетках на телегах огромных коней, вместо головы у которых были человеческие тела. А ещё каких-то странных зубастых существ, слепо шаривших руками перед собой и трогавших длинным языком прутья клетки.

Ночь варяг провёл без сна, уставившись в небо, усеянное мириадами звёзд. Два каких-то зелёных здоровяка на соседней телеге попытались заговорить с ним, но Дир ничего не понял, о чём честно сказал им на своём человеческом языке, которого, естественно, не поняли зелёные. Так что они попросту махнули рукой друг на друга. Заснул он только под утро, когда караван, переночевав, двинулся в путь.