Czytaj książkę: «Психоартрия»

Диагностика Аполлона в цифровую эпоху

Пробуждение Аполлона (имя сыну мать выбрала ещё до зачатия) всегда подобно мягкому выходу на сцену после антракта: сознание, осветив внутреннее пространство, первым делом улавливало знакомый, сладостный резонанс собственного присутствия. Аполлон — законченное высказывание в мире, забитом черновыми набросками.Однако сегодня в безупречный звукоряд симфонии утреннего пробуждения закрался едва уловимый диссонанс. Вчера Лизавета допустила в своем взгляде не восхищение, а что-то вроде… снисходительной жалости. Как будто она увидела его бледную копию, отпечатанную на дешёвой бумаге для рекламных листовок, никому не нужных услуг. Это был экзистенциальный вызов! Зеркало, в котором он всегда безупречно выглядел, вдруг позволило себе не отражать, а интерпретировать.«Фальсификация требует экспертизы, — изрёк он мысленно, наслаждаясь каденцией фразы. — Я — и объект, и лучший его знаток».

Отправив Лизе аудио-эссе, выверенное до последней интонационной запятой: «Твоя оптика, милая, дала сегодня сбой. Пыльца обыденности исказила линзу восприятия. Протри её созерцанием моего я и возвращайся с камертоном», он приступил к главному исследованию и открыл Гугл, который был для него то храмом, полным благовестных Пифий, то Ящиком Пандоры.Запрос: «Этиология непризнанности в контексте превосходства».Оракул, немного помедлив, словно сверяясь с тайными скрижалями DSM, предложил: «Нарциссическое расстройство личности: диагностические критерии».Аполлон позволил себе улыбку снисхождения. «Диагноз — это ярлык для того, что не вмещается в диагноста, — подумал он. — Но я изучу этот ярлык. Изнутри. Как ювелир, скептическим взглядом оценивающий оправу, в которую невежды вознамерились вставить алмаз, уже являющийся законченным шедевром без всякой огранки».