Czytaj książkę: «Приложение к «Инструкции»: интерлюдии»

Предисловие

Я решил полностью пересмотреть роль интерлюдий в трилогии. Изначально я хотел выпускать их отдельно к каждой части, заполняя паузы между основными историями. Теперь же всё это станет одним большим приложением к «Инструкции».

Сюда будут попадать сюжеты, которым не нашлось места в основном повествовании, прошлое персонажей и различные документы мира — например, полный текст самой Инструкции.

Новые истории будут появляться постепенно, по мере работы над трилогией, а окончательный вид это приложение примет уже после завершения основного сюжета.

Мир ждёт и готов показать ещё много тайных закутков.

Интерлюдия первая. Мета-новогоднее поздравление

Авторская заметка: эта интерлюдия была написана между 25 и 26 главами во время выпуска черновика, как поздравление с Новым годом. Но в ней скрыто не только это.

(здесь должна быть иллюстрация, которая недоступна в черновике, но обязательно появится в финальной версии)

— Ну что ж, лягушата мои, садитесь поближе, дядя Спайт расскажет вам одну историю о небольшом новогоднем чуде, — кресло мягко скрипнуло, а аромат разливаемого мана-отвара повис в воздухе. — Вы пейте, пейте, да слушайте.

Может, это было, а может, и нет — память и истина уже давно подводят мою безумную головушку. Я знаю только, что Новый год был всегда, сколько я себя помню. Яркий, непременно снежный и очень радостный праздник.

Ещё в детстве, будучи мелким, сопливым и не таким безумным эльфом, я искренне ждал этого праздника каждый год. И очень переживал за другие деревья, недоумевая, почему вся красота достаётся только ёлкам. Поэтому я в тайне снимал с неё несколько шаров и развешивал их на другие, соседние деревья, чтобы им не было так обидно.

И вот за этим занятием меня как-то окликнул незнакомый мужчина. Казалось, он взялся прямо из воздуха, и никогда раньше я его в нашей деревушке не видел. Он даже эльфом не был.

— Эй, малец, ты зачем ёлку-то испортил?

Она и вправду уже стояла наполовину без игрушек — тех, до которых я смог дотянуться.

— А чего она одна нарядная стоит? Нече-е-естно это, — возмущённо протянул я.

— Будь другие деревья символом праздника, было бы действительно нечестно, — задумался мужчина. — Вот только это она. Скоро сюда придут праздновать, а символ совсем не украшен. Разве не будет обидно тогда тем, кто её украшал и хотел подарить остальным новогоднее настроение? Когда вместо украшенной ёлки все увидят вот... это.

Мужчина критично осмотрел оставшиеся украшения и снова глянул на меня.

— Вот это будет... нечестно! — он взмахнул рукой, и все украшения вернулись обратно на свои места.

Я понуро опустил голову. Магией я тогда ещё не владел так же умело, как сейчас.

— Пойдём, — он протянул мне руку и проводил обратно к дому.

Услышав мамин голос, мужчина отпустил мою ладонь. Я обернулся, но никого не увидел. Однако прикосновение его руки всё ещё ощущалось. И шёпот, застывший в ушах, словно занесённый туда мимолётным ветром: «Мне жаль. Но ты должен будешь помнить».

— Мемор! Ты что, нарочно забыл? — мама упёрла руки в боки, но во взгляде читалась не злость, а скорее мягкая укоризна. — Опять игрушки с ёлки перевешивал? Говорила же, что нельзя.

— Ну мам...

— Ох, чудо ты моё новогоднее! — она потрепала меня за ухо.

Вот такая история! Я же сразу говорил, о чём расскажу, так что слово сдержал. Ха! Поверили? Ну ладно, ладно, не квакайте почём зря. Было ещё кое-что.

Чуть позже, когда праздник уже стучался в двери, все жители собрались на краю деревушки, где росла та самая ель, которую по традиции наряжали каждый год. И у каждого, абсолютно у каждого (включая меня) лица были вытянутые, а рты и глаза широко открыты от представшего перед нами вида. Всё, чего мог коснуться наш взгляд, было украшено и сверкало так же, как новогодняя ёлка. Деревья и кусты могли похвастаться невиданными ранее украшениями, и даже стволы были обвиты чем-то блестящим и переливающимся. Но символ праздника — та самая ёлка — была царицей среди господ. Её наряд, её украшения, её блеск выделялись ярче прочих.

— Мемор, сынок, как ты...

Ох, мама, я бы тоже хотел знать. Потому что совершенно точно, абсолютно железно, это был не я.

Вот теперь точно всё. Кто знает, кого я тогда повстречал? И чего ему там было «жаль»... А сейчас, пожалуй, пора вернуться в Ваекс. Теперь мы уже не празднуем Новый год так же, как раньше. В конце концов, прошло более полутора тысяч лет. Эльфы живут долго. А я, пожалуй, самый старый из них. При мне сменились несколько поколений эльфийской королевской династии, а уж сколько людских королей я повидал... Не счесть. Так! К чему я вообще веду?

Простите, лягушата, мысль потеряна. Так что поздравляю вас с Новым годом, раз вы пока его всё ещё празднуете. Хм, чего бы пожелать... Украшайте не только ёлку, но и всё вокруг неё. Поняли? Нет? Ну и неважно. Передаю право голоса Оди.

* * *

Мда. Я в другом мире. Прошло полгода, а я всё ещё пытаюсь понять: ДА ЧТО, СЛАЙМЫ ПОБЕРИ, ТУТ ПРОИСХОДИТ?! Ух. Простите. Накипело. Турнир оказался морально сложным испытанием для меня. Только я понадеялся, что всё утряслось, и вот пожалуйста. Снова всё запутано. Но хотя бы путь виден чётко — выяснить, что нужно от меня королю Регулусу, потом топаем к гномам, которые определённо не выглядят как гномы. И кто их только так обозвал? Ох, если они будут говорить стихами... Значит, мои сны...

У меня голова начинает болеть, когда я пытаюсь осмыслить всё происходящее. Значит так. Путь. Фух, сосредоточимся на нём. Узнаём у гномов про настоящее оружие, способное убить дракона, а потом А что потом? С Клэем поругались, а сам я разве смогу одолеть дракона? Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Путь, путь, путь Гномы — дракон — руины — обратно к Спайту. А дальше видно будет, и в подробности лучше не вдаваться. Так проще. Игнорировать у меня больше не получается, поэтому... Я разнылся, да?

Простите. Кхе-кхе. Вообще-то сейчас, по моим расчётам, должен быть Новый год, вот только тут его совсем не празднуют. Тут даже снега нет. Всё о-о-очень странно. Так, ладно, опять ухожу в нытьё.

Вообще-то я хотел поздравить всех вас. Да, тех, кто читает мою абсурдную историю о приключениях в другом мире. Знаете, чтобы не приключилось на вашем пути, помните — он всё ещё ваш. И как сказал один безумный, но мудрый эльф: «Путь важнее всего». Даже если он «украл» эту мудрость у Густава. Тот вообще теперь полупёс, да ещё и в теле кошачьей зверолюдки. Хех, ему не до претензий на правообладание. И раз уж вспомнил о нём, слово ему. С Новым годом, друзья! Пусть ваш путь будет светлым!

* * *

Светлым, ага... Кто бы мог подумать, что моя жёнушка так чувствительна к свету? Я, конечно, мечтал оказаться в её теле, но не таким же образом! Хотя опыт интересный, не скрою. Чёртов Спайт, друг ещё называется. Это он, конечно, удружил.

— Ай! Не кусайся!

Хлоя в моём теле вела себя возбуждённо, возможно, пытаясь сожрать своё тело, тем самым как-то вернув его обратно, кто знает...

— Грудь не мацай, тогда и перестану! Тцц... Это ужасно! Тебя я теперь не могу бить — тело-то моё, и мне потом с синяками ходить, а себя... тебя... А-а-а-а-а! Бессмысленно! Спайт, скотина, верни всё обратно!

— Он ушёл.

— Что?! Тцц! Куда?

— Кажется, он упоминал что-то о Новом годе. Это такой праздник.

— Вот ты и празднуй. А мне нужно подышать воздухом, пока я... Мне просто надо подышать.

Она вышла, а я вернулся к увлекательному занятию. Признаю, Спайт действительно отличный друг! О да, как же это прекрасно! Такие большие и упругие! И всё же, будучи в своём теле, заниматься этим будет в разы приятнее. Но зато теперь я точно знаю, какой приз меня ждёт. Впрочем, я давно уже был влюблён в неё. С того самого дня, как увидел. Её образ навсегда отпечатался в сознании и ни на секунду не покидал его. С того самого дня, когда я чётко осознал одно — она станет моей женой.

Так что, поздравления, да? Хм. Будьте уверены в своих целях и смело следуйте за ними, куда бы они вас не привели. Рано или поздно, так или иначе — всё у вас получится. Новый год, новые цели, новые горизонты. Такое я бы пожелал. Красиво ведь звучит, правда?

Мои цели хоть ещё и не окончательно достигнуты, но начало положено весьма неожиданным образом. Хех! А чтобы понять, куда двигаться дальше, нужно сначала выяснить, где я оказался прямо сейчас. Выяснить достоверно и обстоятельно. Я снова положил руки на грудь. Кстати, чем там занята моя прекрасная жёнушка в моём не менее прекрасном теле?

* * *

Я убийца, не способная никого убить. И как я докатилась до жизни такой? Точно... Оди.

— Тцц. Всё началось с тебя.

Палец по привычке попытался зажечь огонь и потянулся к ушам. Но ни огня, ни ушей не было. Это так необычно. Не иметь инструмента для ненависти и объекта, к которому всё это можно применить. Так странно не ненавидеть себя. Это...

Пугает.

Новый год? Может быть, это станет новым временем для новой меня. Больше не убийца, ещё не жена. Просто Хлоя, просто... я. Интересно, способен ли Новый год на такое?

— Тцц, я слишком многого хочу.

Я опять потеряла равновесие. Передвигаться было неудобно, непривычно. Собственно, поэтому Густав засел на кровати и только и делал, что мял грудь. Изучает он, ага. Старый извращенец!

— Я не старый! — его/мой голос со спины заставил вздрогнуть.

— Откуда ты узнал, о чём я думаю?

Я резко развернулась, ну или попыталась это сделать. Густав лишь пожал плечами.

— Почувствовал. Впрочем, каюсь, сам виноват. Но зато твои буф...

— Перестань!

— Эм... В общем, мысль хорошая пришла. Я, кажется, знаю, как всё это исправить. Но нужно отправиться в путешествие.

— Отлично! Чем быстрее всё вернётся на круги своя, тем быстрее я всех вас смогу убить! Идём же!

Надеюсь, Новый год не принесёт с собой новых проблем.

* * *

Потому что для начала стоит разобраться со старыми, — так думал Клэй, исторгая из себя громогласное «ненавижу!».

Мне не стоило уходить. Папа всегда говорил, что я слишком эмоционально импульсивен. Весь в мать. Я нарушил слово, данное Смоллу. Какой из меня авантюрист, если я даже задание выполнить не могу?

Неудачник.

Вот бы был способ начать всё сначала. Новое время. Новый год.

Я бы пожелал тогда, чтобы всё случилось иначе. По-другому, по-новому...

Как жаль, что в нашем мире ничего такого нет. Как бы хотелось, подобно Оди, попасть в другой мир. И вместо захудалой таверны вокруг сейчас были бы яркие огни, радостный смех и ожидание чего-то... волшебного. Новый... год... новогод... новогоднего чуда.

Да, это было бы просто чудесно.

* * *

Как же мне надоело варить эту похлёбку, но даже мыслями я постоянно возвращался к ней. Было бы просто чудесно приготовить её на всех. Собраться большой компанией — Клэй, Оди, Марта. Хлоя с Густавом. Пусть даже Карл с теми ребятами приходит. Им вроде понравилась моя стряпня. Да даже король и вся его свита.

«Фабио, торговцы не должны об этом думать!» — любил повторять мне отец. А я с детства желал стать поваром. Кормить людей и приносить им радость вкусной и горячей едой. И как я к этому пришёл?

Какой ценой?

И что я потерял? Мечту или себя? Или это одно и то же?

Как бы хотелось, чтобы был праздник, который всех объединяет. Нечто новое, чего в Ваексе нет. Новый год. Мы могли бы вместе собраться, много кушать, смеяться и не думать о сме... просто не думать! А мечтать. О будущем, о чём-то светлом и хорошем. Смотреть вперёд, а не оборачиваться назад. Вот чего бы хотелось.

У нас с Клэем был долгий и тяжёлый разговор, и сейчас надо бы отдохнуть. Прийти в себя. И решить, что делать дальше. Может быть, сон покажет. В последнее время они перестали быть пустыми.

Ну вот. Уже что-то новенькое для Ваекса.

* * *

Марта то, Марта сё, пятое и десятое. Не успела я вернуться в академию, как всем и каждому что-то от меня понадобилось. В моей попытке стать сильнее и независимее, я вдруг стала слишком нужной. Неужели это то самое ощущение, про которое говорят: «сила, с которой нужно считаться»?

Но ведь это не то, чего я желала. Я хотела всех спасти. Чтобы снова быть всем вместе, тишины и покоя... как раньше. Но первым делом, что я сделала? Отвернулась от Фабио, хотя сама ведь не лучше. Тоже убийца. Их смерть, этот огонь и запах гари до сих преследуют меня во снах.

Нужно будет снова увидеться с ним. Извиниться. Выслушать как следует и всё обсудить. Одна я не справлюсь. Как бы не нужна я была всем остальным, Фабио — единственный, кто у меня остался. Даже если он... Даже если я... Неважно. Ещё в детстве я уяснила на горьком опыте своих родителей, что Ваекс — суровое место, не прощающее слабость. Именно поэтому мне нужно быть сильной. Слишком долго я позволяла себе забыть об этом.

Но если честно, так хотелось бы ещё хотя бы немного побыть просто... Мартой. Наивной девушкой-служанкой, влюблённой в парня, который её защитил.

Ох, мой милый Клэй, как ты там? Я почти накопила на «Связь» и скоро смогу связаться с ним. Надеюсь, он успел к этому времени тоже выучить этот полезный навык.

И Оди смог выбраться, если это был он. Несмотря на то, что всё это держалось в тайне, Дамбл порой бывал болтливее, чем стоило. Да и некоторые стражники не смогли избежать моего дара. Поэтому я выяснила всё, что смогла, об странном пленении Оди Хлоей, которое я в тот раз видела. Кажется это был какой-то план, который пошёл совсем не так как задумывалось. Жаль того чудака, кто это придумал.

— Эй! Сколько ты ещё будешь в окно пялиться? Закрывай уже, дует! И спать ложись. Хороший маг — выспавшийся маг! — занудела Кори, устав ворочаться.

— Иду.

Я закрыла окно и ложилась в кровать с мыслями о том, как хотелось бы увидеть новый сон. Не про смерть и гарь, а что-то хорошее. Где мы все вместе. Счастливы. Если бы был праздник, на который можно загадывать желание, моё было именно таким.

Снова быть всем вместе и счастливо наслаждаться едой, приготовленной умелыми руками Фабио.

* * *

Сны. Мечты. Реальность и иллюзия, переплетённые и объединяющие в себе всё и вся. Не просто так Ваекс забыл о них. Не просто так их возвращение сулит беду. Но сейчас это не имеет значения. Им всем снился слишком хороший сон, чтобы об этом думать.

Яркий, радостный и полный красивых огней. Где они все вместе. Отмечают то, о чём некоторые даже не слышали.

Новый год.

За окном несильно, но завывала метель, придавая уюту комнаты особую теплоту. А горящий огонь в камине лишь усиливал это ощущение. Повсюду были зелёные хвойные растения, украшенные бантиками, игрушечными шарами и гирляндами. А мягкий свет свечей дарил покой и умиротворение.

Фабио хлопотал на кухне, Марта подносила еду к столу и со смехом отбивалась от Клэя, пытающегося стащить кусок пораньше. Хлоя и Густав сидели в обнимку, что-то мирно обсуждая, а Оди возился у нарядной ёлки, свято полагая, что никто не замечает, как он раскладывает там подарки.

Наивный.

— Время! — закричал Клэй, последние несколько минут не отрывая взгляд от часов.

Все поспешили занять места за столом. Куранты начали отбивать ритм приходящему году.

(здесь должна быть иллюстрация, которая недоступна в черновике, но обязательно появится в финальной версии)

— Девять! Десять! Одиннадцать! Двенадцать! С Новым годом!

— С новым счастьем!

Все обнимались, смеялись и даже пускали редкие слёзы от счастья. Воистину удивительный праздник, соединяющий сердца. Праздник нового начала.

Такой хороший сон.

Пока Клэй радовался новому мечу, а Хлоя душила Густава от переполняющих её чувств из-за подаренного кольца и сделанного предложения о руке и сердце, Марта подошла к Фабио. Она всё ещё хотела перед ним извиниться.

— Фабио, я... Прости меня, что я тогда накричала и ушла. Я не должна была. Просто ты так внезапно, а я....

— Марта, откуда ты... Как? — Он перестал насвистывая нарезать фрукты, замер и медленно повернулся. — Разве всё это не сон?

Марта вдруг забыла, как дышать. Краски стали тускнеть, мир размываться.

Они оба проснулись в эту ночь от сладкого сноведения, полного уютного спокойствия, в своих холодных кроватях, мокрые от выступившего пота и страшного осознания.

Это был сон? Или...

Интерлюдия вторая. Текст Инструкции из тетрадки в клетку

Первым делом огородите попаданца от жителей мира, иначе они станут потеряны для нас. Если не получится, то следуйте дальнейшим пунктам этой инструкции.

1. Убейте. Это самый простой способ.

Если по какой-то неведомой случайности убить невозможно, переходите к пунктам дальше.

2. Наврите про слаймов. Пусть пойдёт и уничтожит их побольше в рамках квеста.

Если и это не помогло Что же, приступайте к следующей многоходовке.

3. Найдите красивую зверолюдку-полукровку, лучше всего из кошачьих. Попаданцы такое любят. Она станет вашими глазами и ушами рядом с ним. Она станет вашим контролем над ним.

4. Если не справится «кошко-жена», отправьте побольше различных девушек. Окружите его красавицами. Пусть забудет даже о собственных мыслях.

5. Последним средством станет принцесса, отданная в жёны попаданцу.

Или принц, если это попаданка. Просто используйте противоположный пол, всё просто. Это касается всех пунктов про контроль через отношения. В большинстве случаев это работает. Главная задача — привязать его к себе, запереть и изолировать, создав ему его маленький рай.

6. Собственное общение с попаданцем сведите до минимума. От других, кто долго общался с ним, избавитесь позже по необходимости.

Приступайте к дальнейшему только тогда, когда он станет вашей послушной марионеткой!

7. Направьте его в гильдию авантюристов или магическую академию. Можно и туда, и туда. Пусть научат его базовым вещам.

Помните, рядом с попаданцем всегда должен быть человек, который направит его в нужном вам направлении. Контроль — ключ к успеху!

8. Убедите его, что он особенный. Пусть поверит в то, что у него есть дар — используйте для этого артефакт при необходимости.

Пусть злой король демонов отыграет свою роль. Это создаст необходимую мотивацию.

9. Когда попаданец будет минимально готов — отправьте его на войну с демонами. Вероятнее всего, там он погибнет сам.

Если ни один способ не принесёт плодов, останется последний шаг — построить портал и отправить заразу обратно в его мир. Молитесь мне, и я пошлю ангела для помощи.

Интерлюдия третья. Вампирские приключения Фифы

Четыре вороных коня мчали вперёд сквозь земли демонов, увозя Фифу в роскошной готической карете от её старой привычной жизни к новому ужасающему будущему. Можно было бы посокрушаться над судьбой-судьбинушкой, но девушку сейчас интересовали совсем не демоны, мелькающие в окнах.

Её волновало состояние недавно обретённой матери. Бледнее обычного, Розалин даже не могла сидеть нормально, обмякнув на сиденье и почему-то вцепившись в него изо всех сил.

— Мам…

— Молчи! — хрипло отрезала Роза, словно отдавая приказ подчинённому, и тут же отвернулась.

— Но…

— Пожалуйста, доченька, ни слова, — уже тише добавила мать, пряча взгляд.

— Я не понимаю!

Если бы в карете можно было встать во весь рост, Фифа бы так и поступила, но ей пришлось ограничиться позой «руки в боки» и возмущённым взглядом.

— Ты забрала меня, не дождавшись ответа. Мы даже не узнали друг друга получше! Подралась с папой, а теперь приказываешь молчать? Ты… просто… невыносима!

— Фифа, послушай… Мне срочно нужна кровь, я потратила слишком много сил, — спустя несколько секунд тишины ответила Роза.

Она так и не взглянула на дочь, будто вела беседу с мягкой обивкой сиденья.

— Мы едем к Курдашье. Если не успеем, боюсь…

— Что тогда? Что случится, мама? Прошу, объясни мне. Раз ты затащила меня во всё это, то помоги понять.

Если внешне Фифа пыталась оставаться невозмутимо-сочувствующей, то внутри у неё уже неистово прыгала маленькая модница, предвкушая встречу с известным модельером. Без преувеличения можно сказать: он единственный такой на весь Ваекс.

Розалин повернулась к дочери, блеснув клыками. В глазах королевы вампиров красным горел извечный голодный огонь.

— Я укушу тебя.

Воцарилась тишина. Фифа невольно вжалась в своё сиденье, забившись в дальний от матери угол.

— Почему ты так пахнешь творчеством, моя милая доченька? — Розалин медленно сдвигалась ближе, словно само платье без ведома хозяйки тянулось к жертве.

— Я не понимаю… — Фифа повторила свои же недавние слова, прохрипев их от испуга.

Если честно, она много чего не понимала, но Розалин не спешила с ответами, взяв себя в руки и вновь отвернувшись от дочери.

Тишина затянулась, и недопонимание пугало гораздо сильнее, чем возможный укус.

Не станет ведь мама кусать свою дочь? Не станет ведь, правда?

К тому же один вопрос мучил Фифу до изжоги и колик в животе. Она снова выглянула из окна на проносящиеся мимо земли демонов.

— А особняк Курдашье разве не находится в Таберне?

— Пфф… Фикция! — прыснула Розалин, расхохотавшись. — Еде положено быть рядом.

Фифа не стала уточнять, что мама имела в виду.

Весь оставшийся путь они проехали в молчании. Вскоре их окружил плотный туман.

— Вот мы и дома, — прошептала Розалин, улыбнувшись.

— Госпожа, — подал голос кучер, заглянув внутрь кареты через специальное окошко. — Впереди препятствие. Дымчатые пушистики опять выбрались.

— Разберись сам, Кристиан.

Роза устало и с небольшим раздражением отмахнулась от подданного, как если бы тот предложил пострелять по воробьям из пушки.

— Доченька, не хочешь посмотреть? — как ни в чём не бывало поинтересовалась мать, кажется, забыв о недавнем прецеденте с возможным укусом.

Вероятно, взяла себя в руки.

Впрочем, Фифу мало интересовали эти внезапные изменения в поведении матери. Ей приглянулось лицо кучера, ведь в нём она отчётливо узнала того самого голожопого вампира — доставщика письма.

Вопрос «как он умудрился доставить письмо и одновременно оказаться кучером этой кареты» ловко избежал её юного разума.

— Как пожелаете, — тем временем отозвался парень и, не замедлив лошадей ни на йоту, исчез с места.

Розалин продолжала улыбаться и лишь указала пальцем на окно. Фифа выглянула и…

Непонятно, на что рассчитывала мать. Доченька смогла разглядеть ровным счётом «ничего» — лишь остаточные движения невероятно быстрого вампира, вышедшего на охоту. Темноволосый Крис, на которого глупенькая девушка положила взгляд, уничтожал пушистые шарики разного размера с удивительной лёгкостью, перемещаясь при этом от монстра к монстру по пути следования кареты. Прекрасно слышался только пугающе звонкий писк — предсмертный звук каждого пушистика.

— Не забудь их собрать! — прикрикнула Роза, тоже высунувшись в окно, а затем повернулась к Фифе. — Курдашье будет рад получить свой материал обратно.

— Не понимаю, — простонала Фифа в который раз, тоже втянув голову обратно в карету.

— О, это просто, разве отец… Смолл не рассказывал тебе об этих монстрах?

— Я… Не очень любила учиться, — покраснев, запнулась Фифа.

Платье Розы неуловимо быстро выстрелило куском ткани за окно и тут же втянуло обратно схваченного монстра. До безобразия привлекательный мех манил коснуться его рукой. Фифа сама не заметила, как протянула ладонь.

— Не стоит их трогать, доченька.

Роза помахала пальцем, и платье отодвинуло схваченного монстра на безопасное расстояние.

— После обработки получается великолепнейшая ткань, но сейчас каждая отдельная ворсинка — острейшее оружие. К тому же ядовитое. И взгляни сюда.

Ещё один кусок платья приблизился к монстру и пощекотал его. В глубине меха расплылся жуткий зубастый оскал.

Если бы Оди показали дымчатых пушистиков, то он сразу бы припомнил один старый фильм — «Зубастики». Только в Ваексе существовала более изощрённая версия этих тварей — милые, пушистые и ядовитые монстры-прилипалы. Подобно репейнику они цеплялись к жертве, выделяли яд и терпеливо ждали, чтобы потом методично прожевать бедолагу.

(здесь должна быть иллюстрация, которая недоступна в черновике, но обязательно появится в финальной версии)

Фифа взглянула на себя и ужаснулась, дрожащими руками сминая подол платья.

— Я ношу… это?

— После обработки, — мягко напомнила мать.

Доченька оказалась яблоком, недалеко упавшим от яблони по имени Смолл, и благополучно упала в обморок, оборвав первый урок от мамы. Стоит признать, иногда занятия отца она избегала точно так же, только на этот раз обморок оказался не наигранным.

* * *

Пробуждение было прохладным. Фифа проснулась от того, что у неё жутко замёрзли ноги, и, когда поняла, из-за чего, её будто парализовало: она застыла, не в силах даже пискнуть. Три круглолицых мальчишки откинули одеяло и с гастрономическим обожанием разглядывали её пятки и пальцы, беззастенчиво облизываясь.

— В-вы… к-кто так-и-ие? — еле выдавила Фифа.

Мальчишки тут же отпрянули и выстроились в шеренгу, встав по стойке смирно.

— Ниф!

— Нуф!

— Наф!

— И кто вы?

Чуть осмелев, Фифа, подобрав ноги и спрятав их под одеяло, грозно посмотрела на трёх любителей чужих пяток.

Мальчишки растерянно переглянулись и снова выпалили свои имена.

— Нет, нет, нет, — Фифа устало потёрла переносицу, как это любил делать её отец, общаясь с недалёкими авантюристами. — В смысле, кто вы?

— Ниф.

— Нуф.

— На…

— О боги, нет! — воскликнула Фифа, перебив Нафа, и скрылась с головой под одеялом. — Мамочка. Папочка. Хоть кто-нибудь!

— А ну-ка кыш, малышня, — послышался твёрдый мужской голос.

Фифа сразу узнала его и занервничала ещё больше.

Кристиан.

Эх, как же хочется иметь смену вида. Ну или хотя бы зеркальце, — подумала девушка, нервно хихикнув.

— Вылезай, вкусная курочка, госпожа ждёт.

Романтическое настроение исчезло мгновенно.

— Курочка?! — возмущённо заорала Фифа, выскакивая из-под одеяла во всеоружии — с подушкой в руках. Снаряд тут же полетел в лицо наглому красавчику.

— Да, очень вкусная курочка, которую я нёс на руках из кареты прямо до этой самой кровати, — ловко увернувшись от подушки, парировал Крис. — Кстати, заметь, ни разу не укусил, хотя от тебя так и разит творчеством. Почему ты так пахнешь?

— Что? Я откуда знаю? Я вообще не понимаю, что это значит! — продолжала вопить Фифа, попутно вертя головой в поисках новых снарядов для следующего залпа.

— Хм, а ведь ещё были твой отец и тот повар. Госпожа приказала не вмешиваться, но я смог учуять его даже издалека. Да и от той рыжей полукровки тоже пахло. Странно, что королева этого не заметила. Впрочем, мой нюх самый сильный в клане.

Кристиан, кажется, давно не имел возможности поговорить, исполняя роль молчаливого слуги, и теперь отрывался на полную.

Подобрав какую-то позолоченную вазу, Фифа запулила её в парня. На этот раз он не уклонился, а бережно поймал вещь и аккуратно поставил на стол.

— Не раскидывайся дорогими вещами.

— Пфф, безделушка, — хмыкнула Фифа, скорчив рожу.

— Эта безделушка стоит что-то около десяти тысяч золотых.

Фифа прикрыла рот и изменилась в лице, взглянув на вазу меркантильным взглядом. Именно столько стоило умение «Смена вида». По крайней мере, на последнем аукционе свиток с ним ушёл именно за такую цену. Оставался вопрос дикого количества опыта, да и вазу ещё как-то надо продать. Но если она станет королевой…

— Хм.

Мгновенно забыв о проигранной битве за звание курочки, Фифа предалась планам и вычислениям. Если учесть, что они в землях демонов, впереди открываются неплохие перспективы.

Но тут её окатила холодной водой отрезвляющая мысль.

Мама умирает.

У предстоящей власти была непомерная цена. И никакие золотые, никакой опыт её не окупят.

— Госпожа ждёт, — вкрадчиво напомнил Крис.

— Да… Да. Подожди за дверью пять минут. Я приведу себя в порядок, — тихо и как-то растерянно ответила Фифа.

Когда парень вышел, она постояла несколько секунд не двигаясь, а затем огляделась более осмысленно и наконец обнаружила зеркало.

— Соберись, девочка. Ты со всем справишься, — обратилась Фифа к своему отражению.

Под рукой не было ничего из косметики. Так что, просто поправив причёску и расправив складки платья, Фифа нашла туфли и вышла к Крису.

— Веди.

Она хотела больше не говорить с наглецом, но любопытство победило.

— Эти мальчишки, кто они такие?

— Три поросёнка? — хохотнул Крис. — Это долгая история.

* * *

Курдашье с детства обожал ткани. То, что начиналось как профессия торговца, вскоре переросло в нечто большее. Внутренняя жажда видеть перед собой нечто прекрасное привела к пробуждению запретного умения «Творение». Поначалу развитие навыка радовало Курдашье: ему совсем не требовалось опыта. Было достаточно придумать новый крой или узор, и всё получалось само собой. Пришлось потратиться только на базовые навыки, вроде шитья. Чтобы сшить новое платье, ему не требовалось тратить опыт на изучение рецепта, как повару.

Сначала он создавал наряды для знакомых, потом под заказ, а после перешёл на аристократию. Разбогател, построил особняк в Таберне, превратив его в мастерскую. Его называли гением поколения и пытались раскрыть секреты навыка. Даже убить пару раз попытались, дабы украсть столь редкий опыт.

Это и привело Курдашье к знакомству с вампирами. Но перед первой встречей с Розалиной с модельером произошло ещё более необычное событие. Его посетил один из богов.

В тот день случилось очередное покушение, пострадал один из помощников в мастерской. Курдашье заперся в своём кабинете, укутался в любимую ткань — дымчатый шёлк — и слушал единственную во всём Ваексе колыбельную. Она успокаивала его.

Вот бы родился тот, кто придумает новую музыку, как я придумываю платья, — с надеждой думал порой Курдашье.

Вдруг мелодию колыбельной стёрло из реальности. Модельер вздрогнул и с ужасом осознал, что даже звука собственного дыхания не слышит. А затем пришлось зажмурить ещё и глаза — золотой свет посреди кабинета мгновенно ослепил мужчину. Когда зрение вернулось, Курдашье увидел тощую девушку. Она выглядела так, будто её только что избили ногами. Грязная тога висела на ней нелепым мешком, отчего у модельера зачесались руки от желания исправить столь ужасное недоразумение.

— Какая же я дурочка невнимательная, — осмотревшись, девушка таки заметила Курдашье. — И как я умудрилась тебя проморгать?

— Кто вы такая? Что вам надо?

Модельер не был трусом и тут же резво вскочил, но бережно сбросил ткань, чтобы не помялась.

— Точно, да. Представиться надо. Я богиня искусств. Да, вот. Думаю, этого достаточно.

Курдашье осел обратно, чуть не повредив ткань.

— Я здесь, чтобы запечатать прорвавшееся творчество, — невозмутимо продолжила богиня, внимательно рассматривая мужчину. — И всё же, как я умудрилась…

— Запечатать? — прошептал Курдашье, пытаясь понять, что это значит.

— Угусь. Перекрыть доступ к запретному… Как вы там это называете, м? Умению, да, вот.

— Перекрыть?

— У меня с дикцией что-то не так?

Богиня с удивлением потрогала собственный язык.

— Ну, неважно. Приготовься.

Вокруг её рук стал концентрироваться золотистый свет божественной магии, пока Курдашье лихорадочно соображал, что происходит и что ему делать. Он невольно схватил ранее сброшенный дымчатый шёлк и предложил единственное, что умел.