Czytaj książkę: «Когда погаснет седьмое солнце»

Глава 1. Город под небесами

Подходя к воротам, я проверила перчатки. Черная кожа плотно облегала пальцы. Хорошо. Я всегда проверяла их. Эта навязчивая привычка появилась после того, как я однажды проснулась и обнаружила разошедшийся шов на указательном пальце. После того дня я больше не покупала дешевые перчатки.

Солнце слепило мои глаза, и я сильнее натянула капюшон, чтобы прикрыться от яркого света.

— Имя? — Грубо спросил стражник, даже не взглянув на меня.

— Айла Нарин.

За последние несколько лет я уже смогла привыкнуть к этой фамилии, поэтому отвечала уверенно, стараясь не вызывать подозрений.

— Место рождения?

— Ардан.

— Цель прибытия?

— Фестиваль.

Он поднял глаза и внимательно посмотрел на меня. Стражник был на пару лет моложе меня. Под белым головным платком лоб блестел от пота. На его форме красовался золотой знак солнца, еще раз подчеркивая, что поклонение Небесному Отцу было правильным выбором, если вообще выбором. Глаза стражника скользнули по моему плащу, сапогам, дорожной сумке и задержалось на длинном свертке за спиной.

— Оружие?

— Коса, — спокойным голосом ответила я.

Стражник растерянно моргнул. Он посмотрел на меня так, словно я сказала, что везу с собой ручного дракона.

— Зачем?

— Чтобы косить, — я слегка пожала плечами.

Стражник снова моргнул. Я продолжила спокойно смотреть на него, пытаясь изобразить скучающий вид. Через мгновение стоявший за ним пожилой солдат фыркнул.

— Разверните, — сухо приказал он.

Я сняла оружие и развернула ткань. Длинное выгнутое лезвие блеснуло в ярком утреннем солнце. Металл был матово-серым, почти черным возле древка. По стали тянулись тонкие серебристые прожилки. Символ Безмолвной Госпожи (череп в обрамлении силуэта бабочки) я предусмотрительно закрыла полосой кожи.

Стражник внимательно осмотрел косу и перевел взгляд на меня.

— Необычно, — скептически сказал он.

— Мне подходит.

Он явно хотел спросить еще что-то, но очередь за моей спиной начала возмущаться. Я с облегчением выдохнула, когда на моем пропуске в Казир появилась красная печать. Но это было лишь первой незначительной ступенью на пути к моей истинной цели. Хотя четкого плана, как именно попасть в столицу Дайран, и что там делать у меня до сих пор не было.

— В столицу с этим не пустят без разрешения на оружие, — сказал стражник, пропуская меня.

— Я учту, — бросила я, проходя через ворота.

Подойдя к воздушной гавани, я подняла голову и увидела огромное, неподвижное темное облако, которое висело высоко среди ярко голубого неба. Когда ветер рассеял дымку, я увидела башни с белыми стенами и золотыми шпилями, простиравшимися еще выше. По краям огромного плавучего острова спускались висячие сады, а из его недр ниспадали серебряные водопады. Вода исчезала в воздухе, превращаясь в туман задолго до того, как коснулась земли. Я затаила дыхание. Город парил так высоко, что снизу выглядел как игрушечный. Но я знала, что это обман, там жили десятки тысяч людей.

По небу из воздушной гавани в столицу плыл воздушный корабль. Его длинный деревянный корпус висел под огромными песочно-белыми парусами с символом солнца, а за кормой тянулся тонкий голубой след эфира. В Дайране, если мертвые все-таки умели ждать, меня ждали ответы.

Я опустила взгляд и увидела доску с объявлением у входа в воздушную гавань.

Для въезда в сияющую столицу Дайран во время Фестиваля Семи Солнц необходимы:

удостоверение происхождения;

свидетельство о рождении;

разрешение на паломничество либо приглашение жителя столицы;

справка об отсутствии связи с запрещенными культами;

подтверждение трех поколений гражданства.

Последний пункт был особенно очарователен. Из пыльной сумки я вынула из паспорт на имя Айлы Нарин, выданный человеком, который за две серебряные монеты был готов подтвердить мое рождение у императора луны.

На дне сумки лежал кожаный кисет с золотыми монетами, старательно накопленными мной за последние четыре года, и точильный камень. Поджав губы, я разочарованно вздохнула. Все мои пожитки явно не могли обеспечить мне проезд в столицу. Но я не хотела и следующие двадцать лет провести в полном неведенье, поэтому сдаваться было еще рано.

— Эрик, — пробормотала я, — ты мог хотя бы раз научить меня подделывать бумаги.

В этот момент белая бабочка опустилась на край доски, и я замерла. Толпа текла вокруг мня, кто-то толкнул в плечо и выругался. В этой части страны таких бабочек не водилось. Спустя мгновение она шевельнула крыльями и улетела, исчезнув среди людей. Возможно, Безмолвная Госпожа пыталась мне что-то сказать, а возможно, у богини смерти просто было отвратительное чувство юмора.

Я снова сложила бумаги и вдруг заметила, что кисет с деньгами исчез. «Конечно». Я резко обернулась, оглядываясь по сторонам. Волна раздражения и злости охватила меня. На улице было много людей: торговец громко предлагал специи и ткани у прилавка, верующие паломники в длинных рясах с символами солнца направлялись к воздушному порту, женщины с детьми выбирали фрукты в маленькой лавке под навесом, а солдаты в светлой форме с символом солнца патрулировали улицы. Но мое внимание привлекла фигура в песочной накидке, которая быстро и уверенно удалялась в сторону крытого базара.

Парень оглянулся и наши взгляды встретились. На его лице промелькнуло выражение невинности, настолько оскорбительно неубедительное, что сомнений не осталось. Я резко ринулась за ним, он побежал.

— Вот же…

Он нырнул в толпу, я побежала быстрее, стараясь не потерять его из виду. Кто-то закричал, когда я едва не перевернула корзину с апельсинами. Пришлось перепрыгнуть через разложенные на земле ковры, обойти осла и пригнуться под шестом, на котором торговец нес связку медных чайников.

Вор был очень быстрым. Но я не могла просто так позволить уйти этому наглецу. Быть ограбленной средь бела дня было оскорблением всему, чему Эрик научил меня.

Вор двигался среди прохожих и лавок настолько ловко, что казалось, он родился на базаре и научился бегать здесь ещё раньше, чем научился ходить. Он снова обернулся, и я заметила его темные рога, прячущиеся под капюшоном, полностью черные глаза, и кожу ярко бронзового оттенка с тонкими светящимися линиями и наростами на скулах. Вор был пепельником, что лишь добавляло поводов, чтобы его ненавидеть.

Он ухмыльнулся и проворно перескочил через прилавок. Но, вспомнив советы Эрика, я не последовала за ним. Вместо этого я свернула на соседнюю улицу. Эрик всегда учил меня, что нужно преследовать не человека, а его цель. Справа базар упирался в стену, а слева шел канал. Для наглеца оставался только один широкий проход.

Через несколько секунд я услышала быстрые шаги и выбежала навстречу. Пепельник едва не врезался в меня. Я выставила древко косы. Он остановился так резко, что подошвы скользнули по песку. Конец древка уперся ему в грудь. Воришка с нахальством посмотрел на меня. За такую поимку стражники и парой монет наградить могли. Хотя, в глубине души я оценила его навыки, так как даже не заметила его присутствия и умелых рук.

— Это было грубо.

— Деньги, — угрожающе рыкнула я.

— Какие? — он вскинул руки в невинном жесте.

Я чуть сильнее надавила древком.

— Ах, эти деньги, — он продолжил широко улыбаться и сунул руку под накидку. Я перехватила косу удобнее.

— Медленно.

— Ты всегда так нервничаешь при знакомстве?

— Только когда знакомство начинается с кражи.

— Должен признаться, а ты хороша, — самоуверенно хмыкнул он.

— Я знаю, — процедила я сквозь зубы.

— Значит, шанс произвести хорошее первое впечатление я уже упустил? — Пепельник вскинул бровь и достал мой кисет. Он протянул его мне, но я не взяла, продолжив сверлить его взглядом. Парень оказался куда наблюдательнее, чем выглядел. Посмотрев на мои руки, он медленно опустил мешочек на деревянный ящик рядом.

— Так лучше?

Я забрала деньги.

— Тогда, полагаю, мы закончили. — Он сделал шаг назад. Я подняла косу.

— Нет, — резко ответила я, — Стража!

Он посмотрел мне за плечо.

— Где? — Пепельник удивленно вскинул бровь. Я не обернулась.

— Сейчас позову.

— Не позовешь. Потому что тогда придется объяснять, зачем девушка с поддельным паспортом пытается попасть на Фестиваль Семи Солнц.

Я резко замолчала, не опуская косу. Пепельник самодовольно улыбнулся. Мне очень захотелось ударить его древком по лицу, чтобы наконец стереть эту наглую ухмылку.

— Не знаю, о чем ты, — буркнула я, — Мои документы настоящие.

— Конечно, — хмыкнул он. — Ты держишь паспорт человека, который родился в Ардане семь лет назад, а выглядишь ты явно старше. И еще ты абсолютно отвратительно врешь.

Я замерла в недоумении: откуда этот наглец мог знать?

— Печать. — Он кивнул на мою сумку. — Ардан сменил государственную печать после наводнения. Старые перестали использовать семь лет назад. А твоя стоит на новом документе, которому якобы четыре года. — Он развел руками. — Профессиональная деформация.

— Ты наглый вор.

— Я предпочитаю «специалист по перераспределению собственности».

Я посмотрела на выход из переулка, где, не замечая нас, прошли двое стражников.

— Можешь позвать, — сказал пепельник. — Правда. Я даже не стану убегать.

— Врешь.

— Разумеется. Но ты все равно не позовешь.

Я ненавидела, когда люди вроде него были правы.

Он приложил руку к груди и чуть поклонился.

— Я Рен. Как тебя зовут?

— Это настоящее имя?

— Нет. А твое?

— Нет, — сухо ответила я. Я не собиралась ни с кем заводить дружбу, тем более с пепельником, который был преступником. Если не получилось наказать его с помощью стражников, то хотя бы должна была сделать это самостоятельно. Я крепче сжала пальцы на древке.

На его лице появилось что-то похожее на искреннее удовольствие.

— Кажется, мы начинаем понимать друг друга.

— Не начинаем, — мое раздражение росло с каждой секундой, но попасться страже самой из-за какого-то пепельника мне совсем не хотелось. Признав поражение, я убрала косу. Он сразу отступил на два шага.

— Правильное решение.

— Мне нужны документы, — холодно сказала я.

Рен приподнял бровь.

— Быстро ты сменила гнев на милость. Умная девочка, — хмыкнул Рен, почесав затылок. — Какие именно? Цена вопроса?

Я молча достала сложенный лист с требованиями воздушной гавани. Он пробежал глазами по списку и свистнул.