Czytaj książkę: «Домовой»

История одного дома

История одного дома

Облака воздушными замками нависали над старенькой избушкой. Белые, пушистые ромашки славно украшали фасады замков. Через мгновение они превращались в георгины, ещё секунду спустя – в розы, а затем в гладиолусы и хризантемы. Образы цветов быстро менялся в голубом небе.

Ветер уносил облака всё дальше.

Воздушные замки превращались в белоснежные ладьи, и устремлялись в небесные дали. Облака и ветер словно дразнили маленький домик, который печально поскрипывал старыми ставнями.

Его стены осыпались от снега, и ливней, время медленно разрушало ветхое строение.

Казалось, избушка давно должна была рассыпаться, но какая – то невидимая сила вновь и вновь вдыхала жизнь в угасающий дом.

И всё же в нём жило удивительное тепло домашнего очага, которое невольно очаровывало редких зевак.

Посёлок разросся, и прежние постройки были снесены или перестроены. Лишь старый домик продолжал жить своей тихой, прежней жизнью. Новые дома со сверкающими крышами посмеивались над ветхим крохой, а ветер всё также проказничал, дразня его воздушными замками и облачными цветами.

Но легендарный домик стоял, храня в памяти радость и печаль своих стен. Новые дома не помнили собственной истории и даже не задумывались о ней. А старые кроха знал о них всё - от рождения до возвышения к крылатым облакам.

Помнила избушка времена, когда на этой улице не было ни единого дома – лишь бескрайняя степь да вольный ветер властвовали повсюду.

Старый, сильный и заслуженный, теперь он был вынужден смиренно смотреть в рваные облака и с тайной завистью поглядывать на новенькие козырьки крыш, резные крылечки и колонны молодых домов.

Ещё труднее было ему видеть, как приезжают в новые дома гости. У самого же старенького строения обновок давно не было, и гости к нему не захаживали.

Беден был хозяин дома. Редко кто замечал его присутствие на улице. К трудолюбивому, и словоохотливому Ивану старость подкралась не заметно. Всё реже выходил он на улицу, больше лежал и нервно покашливал в тёмной комнате. Намучился с Иваном ветхий дом у такого хозяина не то что ремонта и гостей - даже свежего воздуха не выпросишь.

В избушке жил старый кот с огромными серыми глазами.

Днём он лениво лежал возле печи, а по ночам бесшумно ходил по тёмным комнатам, будто сторожил покой старого строения. Часами кот смотрел в пустой угол, тихо шевеля ушами и едва слышно мурлыча, словно перешёптывался с кем-то невидимым. Несомненно, старый кот знал домового и был единственным существом, кто мог видеть и понимать его.

Смотрел дом на соседей и с трудом проживал свою сложную судьбу. Но одна особенность всё же была у незатейливого строения.

Красивые, новые дома, лелеяли в своих ладонях жителей. Уютные палисадники с беседками увитыми цветами украшали новые постройки.

Старенькая избушка, затерявшаяся среди всего этого великолепия была невероятно притягательна. Лишь глаза видели её ветхость, а сердце любило кроху.

Когда речь заходила о новом посёлке все разговоры сходились к загадочной избушке. Слова как заговорённые складывались в узор о стареньком домике. И ни одно слово, ни одна мысль не укоряло строение в старости. Напротив, все самые лучшие воспоминания словно бабочки кружились вокруг домика. Причиной этому был домовой.

Он жил в избушке с самой её постройки. Откуда появился в ней - знал только он сам. Домовой дарил счастье людям, жившим в доме, и оберегал их покой.

Жадных и злых жильцов выживал, не позволяя им задерживаться надолго.

О домовом люди говорили разное. Одни боялись его, другие надеялись хоть раз увидеть. Находились и такие, кто пытались расположить его к себе, мечтая перенести в свой дом или выпросить исполнения желаний.

Многое повидал на своём веку домовой. В его доме жили семьями – дружно и весело, часто собирались гости, звучали разговоры и смех.

Но со временем вокруг стали появляться новые дома, и домовой затих. Сник и хозяин избушки. Тоска и грусть поселились в старом строение.

Однажды всё переменилось.

Это был ясный, солнечный день. Старый скворечник -ровесник застывшего во времени дома - дребезжал на ветру. Его крыша давно истлела, а почерневшие стенки мрачно смотрели на свет. Избушка словно сроднилась со старым скворечником.

Возле дома росла старая рябина. Она была сухой, ветвистой и корявой, её изогнутые ветви тянулись к небу.

На одной из них и висел скворечник. Каждую весну одна из ветвей рябины неожиданно распускалась, будто сообщая миру, что жизнь ещё не угасла в старом дереве.

В скворечнике селились птицы, прилетевшие с юга, и не было в посёлке задорнее, и весёлей певцов.

Неожиданный грохот растревожил тихую улицу. Сонный посёлок вздрогнул от тяжёлого лязга металла и гула моторов. По дороге медленно продвигались бульдозер, гусеничный трактор и старый кран с шаром – бабой, качавшимся на цепи словно чёрное железное солнце.

Они уверенно приближались к старенькой избушке.

Машины окружили дом так же легко и беспощадно, как грозные шмели окружают цветущий бутон перед бурей. Хозяин давно ушёл и больше не вернулся.

Незваных гостей встретил лишь старый домовой да серый кот насторожил уши у остывшей печи.

Люди вошли внутрь быстро и молча. Один из рабочих осторожно поднял кота на руки и вынес его из дома. Кот долго смотрел назад серыми глазами, будто понимал, что прощается навсегда.

Первый удар пришёлся по стене, возле которой стояла старая печь – там, в тепле спал потревоженный домовой.

Стены жалобно затрещали, с потолка посыпалась известь, а дом будто тяжело вздохнул, чувствуя свою последнюю минуту.

Старый дуб,

Старинный дом.

Живёт в нём

Добрый домовой.

Спилили дуб,

И дом снесли.

Осталась нежить

Без печи!

Без сладких сливок,

И тепла.

Без калош серых,

И кота.

Проснулся

А уж дома нет.

Молот разрушил

Своды стен.

Добрый, старый

Домовой.

Грустит в пыли

На мостовой.

Сонно прохожие

Идут.

Бездомному

Нет места тут.

С печалью, слабо

Он вздохнул.

В коробку с тортом,

Заглянул.

От тоски седой,

Съел торт

И сразу же

Уснул!

Его несли,

Его трясли.

Да в дом к себе

И принесли.

Кто-то на кухне

Закричал.

От страха он

Запрыгнул в кран.

Его искали,

Не нашли.

Свет выключили

Да ушли!

Обрадовался домовой.

Есть снова дом,

А с ним

Покой.

Скворцы

Как известно, домовые любят хозяйничать ближе к рассвету, когда хозяева дома спят самым крепким сном.

В предутренней тишине старого жилища домовой бесшумно обходит комнаты, прислушивается к каждому шороху, проверяет окна и двери, следит, чтобы в доме царили порядок и покой. Он любит чистоту, уют и добрые сердца, поэтому всегда помогает трудолюбивым и заботливым хозяевам. Его присутствие можно почувствовать лишь в едва заметном скрипе половиц, в лёгком шелесте занавески или в тихом потрескивании печи. Пока в доме живут мир, уважение и согласие, верный домовой остаётся его незримым хранителем. Но наш домовой был совсем другим. Он мог спать утром, днём и ночью. А порой вовсе не смыкал глаз, бесцельно бродя по пустому дому. Уже давно он перестал следить за хозяйством так старательно, как прежде. Всё вокруг навевало на него грусть и сон. Старый дом ветшал год за годом, хозяин умер, а вместе с ним постепенно угасала и жизнь маленького жилища.

В тот день домовой крепко спал под старой печью. Он не видел, как к дому подъехали бульдозеры и огромная машина с железной стрелой, которую в народе прозвали гром-бабой. Не заметил он и того, как рабочие вынесли из дома старого серого кота. Не услышал скрипа открытой двери и тяжёлых шагов людей. Но когда железная громадина ударила по стене, земля содрогнулась. Домовой вздрогнул и выскочил из-под печи. Вокруг всё рушилось. С грохотом упал старый шкаф. Перевернулась железная кровать. Доски трещали и ломались. Стены складывались внутрь, словно карточный домик. А потом страшный удар расколол надвое старую печь.