Czytaj książkę: «Алхимия, миры, кристаллы... Цена импульсивной покупки»

Предисловие

Дорогой мой читатель!

Вашему вниманию предлагаю рассказ из вселенной братьев-алхимиков. Эта ироническая история не связана с основным сюжетом и носит юмористический характер в отношении дракона.

Сам рассказ начинается с первой главы, но для тех, кто не читал основную книгу «Алхимия, миры, кристаллы... и что может пойти не так?», есть пролог, где я вкратце рассказываю их предысторию.

А если вы читали книгу и уже знакомы с героями, смело перелистывайте пролог и читайте сам рассказ с первой главы.

Удачного прочтения! Я надеюсь, вы посмеётесь и оцените эту историю.

Пролог

Лео подошёл к двери и перевернул табличку. Кристаллы по краям погасли, шестерёнки мягко щёлкнули, останавливаясь. «Закрыто».

— Кстати, — раздался задумчивый голос Мирона из-за прилавка, — мы так и не разобрали коробки, которые оставил дед. Захвати хотя бы одну.

Лео направился к коробкам, по пути поправляя часы на полке. — Мирон, надо будет потом заняться ими.

Лео взял в руки часы, красиво вырезанные из дерева, видимо, кристалл барахлит, и потряс их.

Мирон взглянул на брата, оторвавшись от своих записей:

— Ну вот так ты им точно не поможешь. Возьми их с собой, вечером посмотрю, что с ними.

Лео взял одну коробку под мышку, а в руках понёс часы. Коробка начала сползать; он перехватил её и чуть всё не уронил. Мирон помог: аккуратно забрал и поставил на прилавок.

Младший брат открыл коробку. Внутри, поверх прочего, лежали семейные фотографии.

— Мирон, смотри, тут даже прадед есть, — он протянул снимок. — О, а это по твоей части, — добавил, вручая брату книгу в потёртом переплёте.

Сам полез дальше. На дне коробки лежали несколько красных и зелёных кристаллов, а также один чёрный. И стикер: «Не нажимать».

Лео усмехнулся, протянул находку брату.

— Смотри, «Не нажимать», — он играючи наклеил стикер на книгу.

Мирон покачал головой:

— Очень смешно.

Лео в это время полез дальше. Пальцы наткнулись на холодный металл. Он вытащил браслет из коробки — и в тот же миг тот загорелся фиолетовым.

Лео успел спросить:

— А что это значит?

Но фиолетовый свет разгорался всё сильнее. Его, всё ещё державшего браслет, начало затягивать — свет обхватил руку, плечо, грудь. Мирон быстро отреагировал: схватил брата, попытался вытащить.

Фиолетовое сияние ослепило. Мир вспыхнул и исчез.

***

В мире братьев главенствовала магия кристаллов. Собранные много веков назад, они, казалось, работали уже целую вечность. Электроника, механизмы — всё функционировало благодаря этим разноцветным камням. Дед часто рассказывал им удивительные истории о странствующих алхимиках-путешественниках, умевших собирать эмоции в кристаллы. Со временем их мир научился управлять этой силой. Кристаллы отличались невероятной долговечностью, и спустя годы их накопилось с избытком. Постепенно алхимики стали исчезать, а древние знания — утрачиваться.

Теперь уже не встретишь странствующих алхимиков — остались только инженеры, и Мирон входил в их число. Его далёкие предки как раз и были теми отважными путешественниками, что исследовали иные миры, но с годами это становилось всё труднее. Дед любил погружаться в воспоминания о семье, оживляя прошлое своими историями. В детстве Мирон и Лео слушали его с живым интересом, жадно впитывали каждое слово, мечтали узнать побольше и хотя бы раз увидеть всё своими глазами. Когда братья повзрослели и деда не стало, его истории постепенно превратились в семейную легенду — тёплые, но далёкие воспоминания. Однажды отец привёз коробки с их именами на крышках. «Дед хотел передать это именно вам», — тихо произнёс он.

И теперь для них это не просто рассказы, а реальность.

***

Мирон открыл глаза, но перед ними до сих пор плавали белые пятна — будто он слишком долго смотрел на солнце. В голове гудело. Руками он нащупал брусчатку — холодную, скользкую после дождя.

Так, это точно не магазин.

Да, — согласился Лео, — но где мы?

Подожди, я разве это вслух сказал? — Мирон стал поворачивать голову — давалось это с трудом, движения были какими-то странными, чужими.

— Лео, ты где? — произнёс Мирон, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

Я тут. И я не могу пошевелиться.

— Лео… Кажется, мы с тобой в одном теле. Или, как там в книге было написано, — аватар? — медленно произнёс Мирон, сам не веря в это.

Что ты несёшь? — возмутился Лео.

Он попытался встать — вернее, ему казалось, что он пытается. Тело не слушалось. Мышцы напряглись, но руки даже не дёрнулись.

— О, у меня руки заработали! — Пальцы сжались и разжались, ладони упёрлись в мокрую брусчатку.

Да, потому что я отошёл в сторону, — пояснил Мирон.

В это мгновение Лео закричал:

— О! Я чувствую своё тело!

Так, Лео, мы всё-таки в одном теле. Не знаю где. Надо срочно читать книгу.

Мирон перехватил управление и осмотрелся. В нескольких шагах лежала раскрытая книга прадеда. А неподалёку — скамейка, утопающая в зелени кустов. Мирон пошёл медленно, неуверенно. Ноги слушались через раз.

Зашипел браслет:

— Ребятки, приве… ш-ш-ш… прадед… ш-ш-ш… го… ш-ш-ш… помо… ш-ш-ш…

Что происходит? — воскликнул Лео. Неожиданно для себя он почувствовал, как идёт.

Брат, не кричи, я тебя и так прекрасно слышу. Ты всё-таки в моей… в нашей голове. Ну, из того, что удалось разобрать: это наш прадед, и он наш голосовой помощник.

— А ты видишь моими глазами? — спросил Лео.

Я вижу и слышу всё то же, что и ты, но управлять не могу, хотя как будто ощущаю связь с телом.

— Как же это всё странно, — нервно усмехнулся Лео.

Они дошли до скамейки и сели. Одна нога осталась прямой, будто про неё забыли. Мирон попробовал согнуть её, и получилось. В этот момент он перехватил управление. Фонарь над ними погас. Он поднял голову.

— Кстати, я не вижу кристалла в фонаре, — заметил старший брат. — Лео, ты как?

Ну, я как будто в какой-то комнате. Через твои глаза вижу всё, что происходит, и слышу тебя, но сам могу действовать, кажется, лишь мысленно — как сейчас. Как такое вообще возможно, брат?

— Вот и у меня такие же ощущения были. Не знаю. Главное сейчас — спокойно во всём разобраться, — ответил Мирон.

Усевшись, он почувствовал в кармане брюк что-то твёрдое. Мирон потянулся за предметом — это оказалась маленькая тонкая красная книга. Он пока отложил её в сторону. В другом кармане нащупал чёрный прямоугольник. Когда он положил его на скамейку, тот загорелся.

Хм, Мирон, смотри!

— Я вижу. Похож на большой пейджер, но опять же — где кристалл? Так, сначала книга.

Он уже начал понимать: рассказы деда про своего отца, который мог путешествовать по мирам и собирать кристаллы, — это не сказки. Мирон взял книгу в руки и покосился на браслет.

— Ну что, брат, — он усмехнулся, — ты не против, если я её сначала прочту, а потом уже будем нажимать на кнопки?

Ну да, ну да, — отозвался Лео. Это я виноват, что мы тут оказались.

— Ты этому явно поспособствовал, — улыбнулся Мирон, и аватар послушно растянул губы в улыбке.

Мирон углубился в чтение.

— Так, про аватара написано, что он полностью берёт внешность и возраст того, кто в него попал.

Интересно, как наш выглядит?

— Хороший вопрос. Сколько ему лет, если мне тридцать один, а тебе двадцать пять? Чью внешность он взял?

Мирон потрогал лицо, будто надеясь нащупать ответ. Он листал дальше.

— О, тут про документы. Они тоже меняются под владельца. Он взял в руки книжечку, которую достал из кармана. — Написано «паспорт», — Мирон открыл его. — Фотография странная… Видимо, он вобрал нашу с тобой внешность и соединил. Написано: Миронов Лев Львович, возраст двадцать восемь лет. Ага, значит, и это он соединил. Мирон тем временем поднёс руку к подбородку и задумчиво потёр его.

Мирон, а у меня вопрос: как ты понял, что написано?

— В смысле? Прочитал.

Лео на секунду перехватил управление и уставился на разворот паспорта. Буквы плясали перед глазами, складываясь в незнакомые символы, но спустя мгновение — щелчок! И он вдруг осознал их значение.

***

И тут за спиной раздался тот самый голос:

— Ну что, теперь давайте я вам всё подробно покажу. Или вы скажете, что именно ищете?

— Да, вообще я ищу владельца этого магазина — Николая Евгеньевича. Вы знаете его?

Девушка насторожилась:

— А зачем он вам? Это мой отец.

Ого, — присвистнул Лео. — Вот это дела!

Тсс, — шикнул на него брат.

— Меня зовут Мирон. Я ищу вашего отца, потому что мой… отец про него рассказывал.

Молодец, брат, сориентировался.

— А меня зовут Вера, — произнесла она и протянула руку.

Мирон охотно ответил на рукопожатие. Касание было приятным — кожа у неё нежная. Он задержал её ладонь в своей чуть дольше, чем следовало.

Так, брат, мне кажется, ты вообще не о том думаешь, — Лео попытался перехватить управление, но Мирон устоял.

Вера мягко высвободила свою руку из ладони Мирона.

— Приятно познакомиться. Отец скоро придёт. Может быть, чай хотите?

— Да, можно.

Но в этот момент в магазин зашёл подтянутый мужчина лет шестидесяти.

— Отец, привет! А к тебе тут гость, — подходя к нему и целуя в щёку, произнесла Вера.

— Здравствуйте, молодой человек. Чем могу быть полезен? — сказал мужчина, подходя ближе.

Они пожали друг другу руки. Мирон ощутил разницу: это рукопожатие было твёрдым, сильным и не вызвало в нём никаких эмоций.

— Меня зовут Мирон. Мы могли бы поговорить с вами наедине? — Мирон украдкой посмотрел на Веру.

— Давайте пройдём в кабинет.

Они прошли вглубь магазина.

Магазин так похож на наш, — подал голос Лео.

Да, брат, согласен.

Николай Евгеньевич открыл дверь в небольшой кабинет. В нём стоял массивный деревянный стол.

Мирон, ты видишь? Это же часы с кристаллом, они из нашего мира!

Старший брат посмотрел на них — кристалл мягко светился. Его взгляд застыл. Друг прадеда это заметил.

— Красивые. Мне их друг подарил.

Мирон не выдержал:

— А случайно не Савр?

У мужчины округлились глаза. Он снял очки, протёр их и снова надел, всматриваясь в лицо гостя.

— Друг, ты что ли? Почему у тебя другой аватар? А я ещё смотрю — глаза знакомые, но внешность явно не твоя. Или ты, старик, научился молодеть с помощью кристаллов?

— Нет. Простите, что ввёл вас в заблуждение. Но, честно, я рад встретить в этом мире человека, который знает про нас.

— «Нас»? — переспросил мужчина. — Кто это — вы? Вы дети Савра?

— Это долгая история. Но если вкратце: в этом аватаре двое — меня зовут Мирон, а моего младшего брата — Лео. Мы его правнуки.

— Что, уже правнуки? Как двое? Разве аватар так может?

— Николай Евгеньевич, скорее всего, вы знаете даже больше, чем мы. Нам дед рассказывал истории про алхимиков и что наш прадед был в вашем мире, собирал кристаллы. Мы нашли коробку с книгой и браслетом — и вот мы тут. Появились сегодня ночью. Успели немного почитать книгу и пообщаться с помощником-прадедом. И то не сильно он нам помог, — усмехнулся Мирон.

— Вот это история! — усевшись в кресло, протянул Николай Евгеньевич и указал гостю на второе кресло.

Мирон сел, потёр ладони о колени и тяжело выдохнул. Николай Евгеньевич почесал макушку — для его возраста она обладала завидной шевелюрой.

— Так, и с чего нам начать, ребятки? Давайте с ваших вопросов.

— Да их у нас очень много, — вздохнул Мирон. — Первый: когда прадед был у вас в последний раз?

— Да всего-то лет десять прошло.

Ого, Мирон. А у нас, получается, лет сто прошло.

— То есть прадед был у вас не один раз?

— Да, — взгляд Николая Евгеньевича устремился куда-то вверх. — Два раза, о которых я знаю.

— Вот это очень интересно, — заметил Мирон.

— Так, ладно, потом узнаем о похождениях нашего прадеда по вашему миру, — голос аватара изменился, стал звонче.

— А это, я так понимаю, второй брат? — вглядываясь, произнёс мужчина.

— Вот у вас слух! Да, всё верно, я Лео.

— Привет, Лео, — Николай Евгеньевич протянул ему руку. — Да это не слух хороший, а ваши голоса разные.

Лео пожал руку:

— Ух ты, интересные ощущения. А то я ещё не проверял, как это чувствуется в аватаре. — Он посмотрел на свою ладонь, сжал и разжал пальцы. — По сути, ничем не отличается от моего тела в моем мире…

— Теперь мои вопросы, — продолжил Лео, поудобнее устраиваясь в кресле. — Что это такое? — он достал из кармана чёрный прямоугольник. — Голосовой помощник сказал, что это телефон, но мы пользовались им как картой. Очень удобно.

Николай Евгеньевич усмехнулся:

— Ох, ребятки, сразу вспомнил, как я вашего прадеда учил тому же. И, кстати, телефоны не сильно изменились с его последнего визита.

— А какой сейчас год? — спросил Лео.

Брат, серьёзно? Зачем тебе это?

Просто интересно, дай мне теперь поговорить.

— Сейчас, ребятки, две тысячи двадцать пятый год.

Ну и дало тебе это что-то? — проворчал Мирон.

Лео не стал ему отвечать.

— Ага, понятно. Но самый главный вопрос: как нам вернуться домой?

— Ну, тут всё просто и одновременно сложно, — Николай Евгеньевич сцепил пальцы в замок. — Тот цвет, который был у вас при попадании в наш мир, — такой кристалл и нужен. Какой у вас цвет был?

Лео, услышав то же самое, что они уже прочитали в книге, выдохнул:

— Нам нужен фиолетовый.

— О как. Про этот цвет мне ваш прадед рассказывал вскользь. По-моему, он очень редкий из-за способа добычи.

— Да, уже прочитали. Мы должны найти свою любовь.

— А, точно-точно, припоминаю. Но вашему прадеду такой цвет не доставался. У него в последний раз был чёрный. Он говорил — сложный и страшный цвет. Так и не рассказал, какое чувство нужно было собрать. Но, как вы понимаете, после этого я его больше не видел. Как он прожил жизнь? — спросил с тоской в голосе Николай Евгеньевич.

— По рассказам деда — его мы сами не застали — он был отличным отцом, весёлым и разносторонне развитым. Хотя неудивительно, — усмехнулся Лео.

— Это хорошо.

В этот момент братья заметили, как вокруг Николая Евгеньевича начинает появляться коричневое свечение и тонкой, еле уловимой струйкой тянется к браслету. Они молча наблюдали за этим.

Ты видишь? — спросил Мирон.

Да, но смотри: до браслета не доходит, видимо, не хватает силы.

Хм, ладно, узнаем позже. Ты про телефон ещё раз спроси.

— Ах да! — ударил себя по лбу Лео. — Про телефон-то! — сказал он уже вслух.

— Ой, точно, отвлеклись. В общем, запомните: этот чёрный прямоугольник — всё для современного человека. По нему можно звонить, писать сообщения, смотреть карту, заказывать еду, даже находить любовь.

— Что? — Лео заинтересовался. — О как! То есть мы можем там найти свою истинную любовь?

Николай Евгеньевич усмехнулся:

— Ну, я в этом плане старомоден. Мне кажется, что истинную любовь вы там не встретите. Ещё в телефоне можно управлять своими деньгами. Ладно пойдёмте, я вас представлю Вере. Она как раз подростком была, когда ваш прадед к нам приходил, и уже тогда знала про него. Ей всегда было интересно узнать больше о вашем мире.

Мирон встал, чувствуя, как внутри разливается тепло:

— Я с удовольствием расскажу. И я очень рад, что не придётся от неё скрывать, откуда я.

Всё, ты про меня уже забыл, — Лео закатил глаза.

Да прости.

— Я имел в виду — мы.

— Вера, дочка, подойди сюда, пожалуйста, — позвал отец.

Когда она подошла, он мягко приобнял её за плечи. И тут у братьев загорелся браслет — он начал затягивать внутрь уже знакомый им зелёный свет.

— Николай Евгеньевич, — обратился к нему Мирон.

Он его перебил:

— Ребятки, зовите меня просто Николай.

Мирон кивнул:

— Николай, у меня вопрос. Вот сейчас браслет стал собирать свет от вас. Вы его видите?

— Зелёный, да? — Николай улыбнулся. — Нет. Мы можем видеть конечный результат — кристалл. А сам процесс нам недоступен.

— А то, что браслет светится?

— Да, но в наше время этим никого не удивишь, так что за это не переживайте.

— А вы что-нибудь чувствуете? — продолжал Мирон. — Что от вас что-то уходит?

— Нет. Как объяснял ваш прадед, этот сбор производится из тех эмоций, которые уже отделились от нас и ушли в атмосферу. Мы их не видим и не умеем собирать, а вы научились.

— Получается, да. Но не в нашем мире — только в других.

— Если честно, ваш прадед мне это объяснял, но это было давно…

Заворожённая, Вера смотрела на гостя карими глазами, внимательно вслушиваясь в каждое слово.

— Так значит, вы не отсюда?

— Да, всё верно. Мы, как и наш прадед, попали к вам с помощью браслета.

— «Вы»? — переспросила она.

— Да, нас тут двое. Мы братья. Я старший, Мирон. — он замолчал.

Дай я сам представлюсь! А то ты, как рядом с ней оказываешься, тебя от управления не сдвинуть!

Лео взял контроль и заговорил вслух:

— А я младший брат. Меня зовут Лео.

— Приятно с вами познакомиться. Но как так вышло? Ваш прадед был один.

Мирон снова перехватил управление, но Лео тут же возмутился:

Эй! Я тоже хочу поговорить!

Потом, Лео.

А вслух продолжил:

— Да мы сами не знаем ответа на этот вопрос. Лео случайно нажал на кнопку, появилась вспышка света. Я среагировал и схватил его за руку — и нас обоих перенесло в ваш мир. Но раз браслет один, то и аватар один.

— Как это всё интересно! Ой, кстати, вы, наверное, голодные? — спохватилась Вера.

Услышав про еду, Лео резко перехватил управление и выпалил:

— Очень голодные!

Она улыбнулась:

— Давайте я сейчас что-нибудь закажу. Может быть, есть какие-то предпочтения?

— Честно, без разницы, главное — поесть.

— Хорошо. Пап, а ты что-нибудь будешь? — крикнула она отцу.

— Нет, спасибо, я дома поел.

Николай подошёл к ним:

— Кстати, ребята, а вам же нужно где-то остановиться. Давайте пока у нас, а дальше посмотрите.

— Да, — заговорил Мирон, возвращая контроль, — это было бы кстати. А то больше, чем есть, я хочу спать.

— Хорошо. Тогда сейчас поедите, и я отвезу вас на машине.

— Отлично. Спасибо вам большое, что приютили, а самое главное — за информацию.

В этот момент Мирон снова встретился взглядом с Верой. Она улыбнулась и поправила прядь волос за ухо. Он вдруг ощутил теплоту внутри — словно больше не был чужим в этом мире.

Брат, что ты на неё смотришь так долго? — шутливо вмешался Лео. — Мне кажется, это уже неприлично.

Мирон поспешно отвёл взгляд и неловко кашлянул в кулак.

***

За два месяца братья кое-как научились делить одно тело на двоих и обустроились в чужом городе снять квартиру им помогли Вера и её отец, Николай Евгеньевич, давний друг прадеда. Но если для Мирона этот мир заиграл новыми красками, то Лео всё сильнее тосковал в роли вечного наблюдателя и всё меньше брал управление аватаром.

Лето в Петербурге вошло в свой пик, выжигая остатки весенней прохлады. Мирон сидел на скамейке, щурясь от яркого солнца:

— Знаешь, — задумчиво произнёс он, — когда я только узнал, куда мы попали, часто слышал, что Питер — это дождливый город. Но, должен заметить, он довольно солнечный. И даже жаркий.

Вера засмеялась, прижимаясь к нему плечом:

— Да, есть у него такая слава. Но вспомни начало июня — такой холодный, что ходили в куртках!

Мирон согласно кивнул:

— Честно? Я вообще не обращал внимания ни на погоду, ни на сам город. У меня была одна задача: понять, как тут всё устроено. И кристаллы, кристаллы, кристаллы… Вера кокетливо усмехнулась:

— И что же изменилось? Мирон обнял её крепче, прижимая к себе, и поцеловал в макушку: — Появилась ты.

Вера засмеялась: