Czytaj książkę: «Академия драконов. Вирум»

Глава 1

Адриан Белградов

Отец был уже на подлёте, когда мы с Кэсси прошли в тронный зал. Дракхары из королевской гвардии – они прилетели первыми – замерли у входа, словно ожидали побега новоиспечённой дракайны или готовились защищать меня. Меня, ледяного дракона, которого… что? Обидит первокурсница? Я бросил взгляд на плотно закрытые створки и посмотрел на Кассандру. Она крепко сцепила пальцы и старалась сохранять самообладание. Я чувствовал, как волнами накатывала её тревога.

– Кассандра, не бойся, – я шагнул к ней. – Всё будет хорошо.

Она издала нервный смешок.

– Я больше волнуюсь, чем боюсь, хотя и это тоже, – подрагивающим голосом отозвалась Кэсси. – Просто… непривычно это всё.

Она обвела рукой расписные двери, оконные рамы и мебель.

– Понимаю, – я посмотрел на трон, обтянутый тёмно-синим бархатом.

Хотел добавить, что обернувшийся впервые за шестьсот лет красный дракон – серьёзный повод. И размах этой встречи должен соответствовать размаху самого события, но двери распахнулись, и мы оба повернулись ко входу.

– Верховный правитель Единого королевства, Его Величество Демид Милосердный из рода Белградовых, – объявил менажер.

Я увидел, как вздрогнула Кэсси. Потом перевёл взгляд на вошедшего в зал отца. Он шагнул к нам – высокий, прямой, в тёмно-сером костюме, поверх которого тяжёлой волной струилась королевская мантия с отделкой из лоснящегося меха.

– Приветствую вас, дети мои, – он широко развёл руки.

Губы его растянулись в улыбке, но глаза оставались внимательными, изучающими. Так смотрит правитель, привыкший оценивать каждого, кто стоит перед ним, каким бы радушным он ни казался.

– Ваше Величество, – не поднимая головы, пискнула Кассандра и присела в реверансе.

– Отец, – почтительно склонился я.

Кэсси отмерла, выпрямилась и подняла взгляд. Её грудь часто вздымалась, лицо побледнело, отчего веснушки проступили особенно ярко. Моему дракону совсем не нравилось, что красная, почему-то имеющая для него такое большое значение, нервничает и боится. Хотелось броситься и защитить её. Укрыть от любой опасности, как тогда, в новогоднюю ночь, когда она провалилась под лёд. Но защищать от отца казалось странным и глупым.

– Адриан поведал о великой радости, что снизошла на вас, уна Мартин!

– Я… я не знаю, как это получилось. Я просто упала и…

– О причинах чуть позже, – покачал головой отец. – В первую очередь, я хочу вас поздравить. Это прекрасное и знаменательное событие, которое войдёт в историю! И я поздравляю вас с ним. Всех нас поздравляю!

Он хлопнул в ладоши, посмотрев на меня. Я сдержанно улыбнулся. Кэсси же уставилась на протянутую руку отца.

– Путь до Академии неблизкий. Присядем? Расскажете о том, как всё случилось.

Кассандра вложила дрожащие пальцы в раскрытую ладонь короля и бросила на меня короткий взгляд. Потом села в кресло, стоящее напротив трона. Я же занял место по правую руку от отца и продолжил внимательно наблюдать за Кэсси.

– С чего начать? – её голос дрогнул.

– Где вы родились? – отец провёл пальцами по тёмно-синей обивке.

Кэсси явно не ожидала этого вопроса. Я тоже. Думал, отец сразу решит обсудить обращение.

– Мои родители из Ассалина1¹, но они решили, что это слишком шумный и суетливый город для того, чтобы растить ребёнка. Так что, когда мама забеременела, они переехали в Миван, и я появилась на свет там, Ваше Величество.

– И кто ваши родители?

– Папа – рубер, именно его кровь я унаследовала, а мама… мама – человек.

Последнее слово она произнесла едва слышно и опустила взгляд на свои руки.

– Смешанные браки – не редкость, не стоит стесняться этого, – подбодрил её отец. Кэсси коротко улыбнулась. – Расскажите о вашем детстве. Как росли, чем занимались? Не замечали ли каких-то… странностей? – король чуть прищурился.

– Н-нет, – покачала она головой и снова глянула на меня. – Я была обычным ребёнком. Ходила в школу, каталась на коньках, играла с подругами. В общем, жила просто. Училась хорошо и, благодаря стипендии и вашему закону о половинной крови, смогла поступить в Академию.

– Обращаться пробовали?

– Конечно, – чуть расслабилась Кэсси. – Наверное, как и все дети-руберы. Летом – каждый день и не по разу, в остальное время тоже иногда пробовала. С возрастом пыталась всё реже.

– Почему?

– Ну… уже не особо верила.

Отец понимающе кивнул.

– Огонь вас обжигает? – задумчиво протянул он.

Кассандра отчего-то дёрнулась, и я отчётливо ощутил, как ускорилось её сердцебиение. Словно она собиралась… соврать? Я был уверен, что ледяной отца тоже это почувствовал. Покосился на него. Дракон внутри меня недовольно зарычал, чуя вновь всколыхнувшийся страх Кэсси.

– Всегда. Почти… – выдохнула она, снова опустив взгляд. Король молчал, ожидая продолжения. – Было несколько случаев, когда следов от ожога не оставалось, хотя должны были. Но мне казалось, что это вполне нормально для потомка рубера.

– Да, невосприимчивость к огню встречается, – отец потёр бороду. – После обращения, огня вы не касались, я правильно понимаю?

Кэсси кивнула.

– Красную дракайну видел только ты? – острый взгляд ледяных глаз перешёл на меня.

– Да, отец.

Он снова посмотрел на Кассандру.

– Обернитесь.

– Что? – растерялась Кэсси.

– Призовите свою дракайну, – в голосе отца не было злобы или нетерпения, зато в полной мере ощущался приказ.

Повисла вязкая тишина.

– Ваше Величество, я… я не уверена, что смогу. Я делала это всего дважды: в первый раз сама не поняла, как, а во второй…

– Пробуйте, – не отрывая взгляда от Кассандры, настойчиво повторил король.

– Отец, не думаю, что… – начал было я, ощущая жжение на груди, но он прервал меня, подняв ладонь.

– Я должен увидеть воочию. И Адриан, – он хмуро посмотрел на меня. – Усмири Архарона! Или новогоднего обращения тебе недостаточно?

Я быстро отвёл взгляд и сосредоточился на своей второй ипостаси, рвущейся наружу с удвоенной силой. Иногда мне приходилось проделывать это по несколько раз в день. Раньше. Но чем старше я становился, тем больше росла моя воля, и дракон меня слушал. А сейчас я снова никак не мог сосредоточиться, словно не проделывал этого уже тысячу раз.

Я думал о Кассандре. О её дракайне. Смотрел, как она медленно встаёт, отходит подальше, останавливается в центре зала и закрывает глаза. Я чувствовал, как она проходит алгоритм, испытывал разом множество эмоций. И не хотел обрывать их, как делал до этого, не хотел останавливаться. Почему-то сейчас эти ощущения казались правильными и нужными. Даже Архарон внутри замер.