Czytaj książkę: «Кайренн. Начало. Город без тени»
Глава 1
Кайренн
Дождь в Кайренне шёл всегда — как будто сам город пытался смыть с себя грехи, въевшиеся в камни улиц, узких переулков и крытых облупившихся мансард. Смрад нечистот с едким табаком, казалось навсегда обвенчанные, в особенно дождливые дни разбавлялся запахом мокрого камня. Порой это позволяло вдохнуть полной грудью и на мгновенье забыться, но… Но кровь не смывалась даже ливнем. Она впитывалась — в мостовую, в подолы платьев и подошвы сапог, в память. С частой периодичностью в моей жизни ее было чрезмерно.
На рассвете нашли очередное тело. Девушка, лет двадцати, из тех, что продают улыбку за серебряную монету. Прекрасное, юное создание в набожном преклонении, невинно склонившаяся перед уличным столбом. Совершенно нагая, закатанными глазами взирающая на свет, как будто действительно увидела в этом тусклом свечении подобие бога. Единственный изъян на шее — аккуратный порез, почти художественный. На коже — выжженный знак: треугольник с глазом внутри. Третий за месяц. И каждый раз в другом месте.
Прошлые две девушки были немногим старше, но каждая имела за душой интересные подробности из событий, приведших их к злополучному столбу.
Следователь Арден Месс стоял под карнизом, наблюдая, как жрецы и городские стражи заносят тело в повозку. Он не верил в богов, но в символику — да. А значит, кто-то хотел, чтобы его поняли. Или чтобы никто не понял вовсе. Не все жаждут ясности, но каждый из хочет льстивого внимания. То, что внимание это сопровождается воплями истеричного страха – насрать, если судить с потолка выслуги лет.
Кайренн был городом контрастов: над рекой сияли шпили аристократии, где вино лилось свободнее воды, а ниже — в кварталах, что даже стража обходила стороной, торговали всем, что имело цену. Людьми, магией, информацией. Не гнушались вскрывать могилы, ради ценных отрывков чьих-то воспоминаний. Единственная связующая районов — красная нить, до безобразия затертая грязью въевшаяся в щели Мостовой.
Говорят, что в подвалах Южного квартала собираются те, кто поклоняется «Оку Смерти». Говорят, что они ищут истину через страдание, а добровольное покаяние в экстазе парасуицида — благодать. Будь то гвозди в голове, колья в глазах, штыри в глотке или множественные увечья, сопровождённые индивидуальными знаками отличия. Все, что вызывает животный ужас — высшая степень их так называемого обрядного поклонения. Арден наблюдал и не раз такого рода подобострастия — но то, что происходило сейчас, не было просто ритуалом. Это была игра. И кто-то, чёрт возьми, расставил фигуры очень грамотно.
— Найдите, откуда это, — бросил он дознавателю. — И живо. Девушку в камеру рядом с теми двумя. Пусть поморозятся, пока ждут повторной экспертизы.Он бросил взгляд на амулет у ног девушки — стеклянный осколок с застывшей каплей чёрного пятна. Такая неаккуратно распластанная капля внутри смотрелась излишне инородно в столько выверенной композиции трупа.
Она была единственной, кто остался с глазами и причины еще предстояло выяснить.
Старый город просыпался медленно. В тумане, с криками торговцев, с запахом гари и дешёвого вина. Арден знал: где-то в этом утреннем шуме уже прячется тот, кто улыбался, когда вскрывал все эти глотки с скептицизмом творца.
Пожалуй, единственное, что заводило заржавевшие шестерни эмоций Ардена — любопытство. Голодное, раздирающее изнутри, заставляющее чувствовать дискомфортное возбуждение от очередной охоты на тех, кто действительно умеет прятаться. Возможно именно эта черта помогала ему с завидной скоростью закрывать даже самые запутанные дела.
С натягом выдохнув в особенно промозглый воздух этого дня, Арден свернул с главной улицы в переулок, где пахло столь знакомой плесенью, псиной и чем-то ещё — терпким.
У входа в таверну «Сломанный Клык» стояла женщина. На первый взгляд — просто очередная уличная девка, но Арден знал её лучше, чем хотел бы.
— Мира, — произнёс он, проходя мимо. — Всё ещё жива, значит.
Глава 2
Новые вводные
— Мира, — произнёс он, проходя мимо. — Всё ещё жива, значит.
— С трудом, — усмехнулась она, затягиваясь самокруткой. — Город нынче душит не хуже удавки.
Мира была воровкой, шептухой, и по совместительству — его лучший источник. Волосы цвета старого золота были собраны в небрежный узел, глаза — острые, настороженные. В них отражалось всё, что пыталось скрыть это гнилое место.
Я знал слишком мало о ее прошлом, чтобы смело утверждать о доверии, но невыносимо много о ее истинных навыках, привычках, манере поведения в разных ситуациях. Иногда такая пугающая осведомленность о том, что мне знать вовсе не хотелось, бесила до скрежета зубов. Но благодаря столь незавидному опыту, мог довериться информации, которую она обязательна подтверждала фактами, либо уликами
За то время, в которое мы успели побыть напарниками без моего желания, я проникся уважением к этому бестию, но было бы чудесно, не тяни она меня каждый раз в свои авантюры. Каждый раз они заканчивались на приемлемой ноте «главное выбрались», и каждый раз это было дело случайности, удачи, или помощь старых знакомых. Зарплаты хватало далеко не везде. А постоянное упование на изменчивую лярву-фартуру, заместо прозрачной и надежной статистики, расшатывало мои нервы похлеще любой внеплановой проверки от Министерства по финансам или Министерства военной охраны и безопасности.
Благо, последние полгода мне удавалось избегать ее предложений, благодаря завалам на работе. Дерьма и без Миры в жизни хватает.
— Смотря, какое. Если то, что под куполом храма — его никто живым не видел. А если то, что режет девкам горло — тогда, может быть.— Ты слышала про «Око»? — спросил Арден, присаживаясь к столу у стены.
— Я слышала, — кивнула Мира. — И ещё слышала, что один из жрецов пропал. Без следа.Она поставила перед ним глиняную кружку. Пахло горелыми травами и спиртом. — Тело нашли в Третьем кольце, — продолжил он. — Символ тот же. Выжжен. Место новое.
— По слухам — из Храма Света. Тот, кто служил при реликвии. Говорят, за день до исчезновения кто-то подменил священную воду на кровь.Арден поднял взгляд. — Какой именно?
На мгновение в таверне стало слишком тихо. Даже пьяницы за соседним столом притихли, будто почувствовали, что речь зашла о чём-то, во что лучше не вмешиваться.
— Знаешь, Арден, если эти убийства — не просто дело рук безумца, а часть обряда... тебе лучше не копать глубже. Этот город давно не принадлежит людям. Хотя тебе ли не знать… Мира посмотрела на него сквозь дым, докуривая тлеющую в пальцах самокрутку:
— Знаю. Но кто-то должен копать. Он отпил из кружки, чувствуя металлический привкус.
Глава 3
Как солнце село — пора за дело
Небо над Кайренном было низким, давящим, как крышка гроба, а фонари коптили, словно не желали гореть. Тусклое освещение было надежным помощником и покровителем тех, кто жил, как таракан в щелях и крамольных трещинах старого, богом забытого места.Когда Арден вышел из «Сломанного Клыка», город уже погрузился в ночь.
Он шёл привычным маршрутом — вдоль канала, мимо обрушенной колокольни и моста, где даже стражники не рисковали показываться. Под сапогами хлюпала грязь, в воде отражались искажённые отблески лунного света.
Мирины слова не выходили из головы. Жрец, подмена святой воды, кровь… Всё это складывалось в узор, слишком аккуратный, чтобы быть совпадением.
Сначала подумал — кошка. Потом услышал второй звук: тихий, рваный вдох. Чужой.Из тени впереди донёсся шорох. Арден остановился, прищурился.
— Вылезай, — сказал он ровно, не повышая голоса. — Я не люблю, когда за мной крадутся как крысы.
Ответом было молчание. Потом — движение. Безлунная ночь, будто по чьей-то указке укутанная одеялом, принесла нежеланную. Из узкого переулка, надежно спрятанного среди темных переплетений улицы, выскользнула фигура в плаще. Слишком плавно, слишком уверенно для уличного вора.
Слишком резкий выпад в его сторону.
Арден успел лишь заметить отблеск стали. Удар пришёлся вбок, вскользь, но горячая боль полоснула рёбра. Он развернулся, выхватывая кинжал. Лезвия скрестились, звон металла отозвался гулом под арками моста.
— Кто тебя послал? — процедил он, перехватывая запястье нападавшего. Боль в ребрах стесняло движения, делая их более надрывными и скованными.
Ответа не было — только короткий несвязных хрип. Противник оттолкнулся, прочертив лезвием дугу до глаза, а дальше к уху и прыгнул в воду, растворившись в чёрной жиже канала.
На камне остался лишь кусок ткани — чёрный, пропитанный запахом ладана и железа. Намеренно оброненный он искушал своим существованием. Такое наглое заявление о себе, такое самоуверенное бахвальство добровольно отданной уликой, которую сможет считать любой, кто хоть немного знаком с основами магии. И столь очевидная красная тряпка, специально для него. Капкан.
Арден поднёс находку к свету фонаря. На подкладке — вышит тот же знак: треугольник с глазом внутри. Каждый раз при виде его, в груди вспыхивает ощущение дежавю, которое уже порядком так осточертело.
Теперь это было предупреждение. Неприкрытая угроза. Уверенность в собственной власти над городом и всем что в нем живет.Он выругался тихо. Молчаливо сотрясая воздух своей бранью в попытке отвести душу и привести в порядок мысли. Теперь это было не просто дело о мёртвой проститутке.
Отправив короткое послание по зашифрованному каналу, Арден твердым шагом отправился в место, где все еще можно было зацепится за это дело с новым рвением, а заодно и восстановиться. Возбуждение разгоняло кровь. Это охота…
