– Но оно же стоило того, – между ними было всего пять сантиметров. Он чувствовал ее частое дыхание, ощущал соль от слез, электричество от волос, звук приоткрывшихся губ.
– Всегда, – они прошептали это одновременно. Солнце было совсем близко и их миссия почти исполнена. Его лучи уже проникали сквозь обшивку корабля, пытались разрушить фильтр щита. Но на корабле все спали в последний раз. А они наконец-то позволили себе сблизиться в этой жизни.
«Капитан, вам необходим прием пищи, вы не ели более шести часов».
Он сидел неподвижно и смотрел сквозь буквы с объявлением, слова робота тоже проходили сквозь него. Он все слышал, но не слушал.
Крестоносцы ушли в очередной поход, оставив Адама пожить у сестры его покойной матери. Этот дом был полон женщин и полон суеты и движения.
Адам вышел в сад. Запах черной смородины витал повсюду, ободряя и освежая, его постоянно уставшее тело. Эта жизнь наградила его недугом.
Безмятежность прервала всадница, влетевшая в сад, с трудом остановив коня перед Адамом. Она открыла платок и улыбнулась.
Адам смущенно опустил глаза. Бинты на руках распустились, оголив гнойные язвы, и он резко оттянул рукава, чтобы скрыть их.
– Ты племянник герцогини? – немного надменно спросила она.
– А ты кто? – усмехнулся Адам и подошел ближе. Он похлопал коня по холке, успокаивая его. Девушка спрыгнула вниз и подошла совсем близко, что было непозволительно.
– Меня выдают за её сына, – она впилась в него взглядом, наполненным бунтом и азартом. Адам был много выше, и несмотря на болезнь, все еще достаточно крепким. Он нависал над ней подобно обрыву, а она пыталась обрушить его глазами.
– Он не получит тебя.
Капитан обнаружил себя около капсулы. Табло с таймером быстро переключало цифры, оставалось совсем немного до момента вскрытия. Капитан чувствовал себя очень изможденно. Он перепутал день с ночью, не ориентировался во времени. Предупреждения робота перестали иметь на него какое-либо влияние. Грёзы и реальность смешались воедино и он жил всеми жизнями одновременно.
– Ты спрашиваешь, а были ли мы счастливы? Жили ли мы без боли? – спросил он у капсулы или у тела внутри. И оно ему кивнуло, он точно это понял, почувствовал вибрацию.
– Были, однажды, – продолжил он, и глаза его засверкали, та жизнь предстала перед ним.
– Мы познакомились в каком-то кафе. Ездили на метро. Созванивались каждый вечер. Пили глинтвейн на дереве. Катались на волнах, смотрели на звезды. Спали вместе в одной постели. И будили друг друга утром. Ужинали. Били посуду, били машины. Мы были обычной парой. Без препятствий, без катастроф, без правил. Мы ведь дожили так до старости? – Капитан уставился в маленькое окошко корабля. Космическая бездна давила даже через такой небольшой проем.
– Метеорит, – ответила капсула.
Капитан больше не мог все это прокручивать в голове. Всегда было что-то стрела, нож, болезнь, пуля, метеорит, солнце… но что было в этот раз, в этой жизни? Что-то еще до встречи с ним? Где была она в этой реальности?
«До открытия капсулы осталось 30 минут»
Её взгляд. Полный бесконечности и тоски. Он всегда был таким, когда она ощущала, что смотрит на него в последний раз в этой жизни. Когда стрела пронзила её тело. Когда нож сенатора заставил вдохнуть Адама в последний раз. Когда она закрывала дверь своих покоев. Когда садилась в самолет. Когда стояла рядом на берегу реки и её руку свело от страха. Когда…
«Капитан, вам необходим прием пищи. Незамедлительно»
Он прислонился ухом к капсуле, стараясь услышать, есть ли там жизнь. Почувствовать её. 30 минут – так мало, и вечность, если ты ждал этого годами.
– Где остальной экипаж? – кричала она, стараясь быть громче шума разрушающегося корабля.
– Никого нет, – Адам схватил её за плечи, чтобы удержать. Внутри всё рушилось.
– Я запустил сброс ядра, миссия почти завершена – он запинался, тратя все силы, чтобы удержаться на ногах.
Яркий хлопок и взрывная волна отбросила их к стене. Он почувствовал, как по виску потекла кровь. Она сидела рядом, пытаясь справиться со страхом, который обездвижил всё тело.
– Адам, спасательные капсулы! – страх отступил, и она быстро встала на ноги. Адам был не в порядке. Осколки попали в ногу, и ему пришлось принять её помощь. Они завернули в грузовой отсек. Три капсулы уцелели. Адам облегченно выдохнул.
Он помог ей залезть в одну из них и запустил процесс подготовки к гибернации. Затем он перешел к соседней капсуле, приборная панель пострадала от взрыва. Третья тоже вышла из строя.
Адам вернулся к ней.
– Девочка моя, послушай, – он наклонился к ней.
– Что происходит? Ложись в капсулу, – она поняла, что они не работают, сразу поняла. Но не хотела этого знать.
– В этот раз не получится, – прошептал он ей на ухо.
«Третья стадия» – капсула издала сигнал тревоги. Нужно было начать запечатывание с переходом в полную гибернацию.