Любопытство преобладало над осторожностью, подталкивая ближе. Подойдя вплотную, Янкай разглядел старца с длинной седой бородой, одетого в простой балахон. Лунный свет падал на часть морщинистого лица, скрывая глаза, а на широком поясе, как и подобает, висели склянки и мешочки. Молодой орк неуверенно протянул левую руку, при этом, не сводя глаз с незнакомца, и взял свёрток.
– Янкай! – в этот момент раздался голос одного из караульных, видимо они стали переживать, и решили проверить, того слишком долго не было, – где ты?
Янкай обернулся, не близко ли берсерки. Но те видимо даже не вставали.
– Что это? – снова оборачиваясь к шаману, удивлённо спросил он, но тот уже уходил в темноту. Молча, не проронив ни слова.
Янкай хотел крикнуть в след, но послышалось лязганье снаряжения встающих воинов у костра. Наш герой впал в ступор, в руке лежал свёрток, который нужно было, куда-то быстренько спрятать. Походная сумка осталась в шатре, не придумав ничего лучше, он кинул его в ближайшие кусты у стены.
– Что ты тут стоишь? – раздалось за спиной.
– Плачешь что ли! – двое караульных негромко загоготали.
Надо было что-нибудь придумать в оправдание, но в голову ничего не шло. Поэтому Янкай, злобно глянув на них и выслушивая шутки, пошёл назад.
В шатре было ужасно душно, чего не чувствовалось находясь внутри, и сильно воняло. Все по-прежнему спали. Янкай встал посередине и стал размышлять. Свёрток надо было, как-то забирать. Выходить снова был не вариант, могли не пустить, да и слишком подозрительно. Оставлять до утра, тоже было рискованно, поскольку мало ли кто мог пойти туда по нужде и заметить его. Вариантов оставалось мало, можно было кого-то попросить о помощи, но тогда придется делиться, причём неизвестно чем. Вдруг там золото, не хотелось бы отдавать половину. Да и с кем делится, расскажешь одному из братьев, так прознает другой и делить надо будет на троих.
– Нет, это не дело, – думал про себя Янкай, – а кому тогда?
Таких друзей, как Ингар и Онгар, которым бы он безгранично доверял, больше не было. Ясон, но он в другом шатре с берсерками, молодняк положили отдельно. Янкай глянул на стену шатра, с другой стороны которой лежал свёрток. Снизу, грубая кожа, не так натянута на балки, поэтому была возможность подлезть и дотянуться. Конечно пробраться к той стене трудно, но возможно, и как назло, вдоль того места, где можно подлезть, спал один из молодых орков.
Других вариантов Янкай найти не мог, и поскольку свиток был безумно важен и ни что не могло остановить его перед целью, он опустил руку в сапог и тихонько достал небольшой кинжал, всегда находившийся при нём. Потом, медленно, иногда останавливаясь и прислушиваясь, стал пробираться к орку у стены, аккуратно ступая между телами спящих. Подходя ближе, черты лица прояснились. Янкаю оно было знакомо, наследник рода орков с племени Каменного леса и главного города Армагора21. Каменным лесом называли горы, что лежали на берегу Верхнего озера, недалеко от Озгота. У основания гор, из каменных пород ветрами и временем были сделаны десятки каменных изваяний, похожих на бессмертных стражей, охраняющих покой племени. Относительно недавно, когда ещё отец Янкая был молод, Армагор стал главным городом одноимённого с их племенем клана Каменного леса.
Янкай знал орка, потому что именно он, осенью отобрал победу у команды Озгота на местных орочьих играх. Тем больше Янкай невзлюбил противника. Его звали Дарго с племени Каменного леса.
Приблизившись вплотную, Янкай мог слышать его сопение. Орк был не дурно сложен, но не совсем как сородичи нашего героя. Тело с развитой мускулатурой стремилось ввысь, не вширь, подобно воинам клана Большого леса, часто приезжавшим торговать в Озгот.
Янкай взялся за кинжал поудобнее, чтобы не выронить. Позади раздался шорох. Он испуганно обернулся, но всё было тихо и спокойно, просто кто-то ворочался во сне. Положив его рядом с собой, он начал расталкивать Дарго, чтобы тот проснулся. Сначала орк не поддавался, но потом всё-таки очнулся. Сперва не понимая, что происходит, он с глупым выражением лица уставился на Янкая, но, приходя в себя и видя перед собой лицо противника, огрызнулся.
– Чего тебе?
– Тише, тише… у меня есть к тебе дело, – Янкай шёпотом и как можно короче, пробормотал в ответ.
Дарго спросонья осмысливал услышанное.
– Какое дело? – подозрительно уточнил он и в этот самый момент, приподнявшись на локтях, увидел нож, что лежал подле Янкая. Наш герой заметил это, и как можно быстрее, понимая, что сейчас может произойти, подняв руки перед собой и показывая пустые ладони, шёпотом затараторил.
– Тихо, тихо, тихо, я с миром, дело!
– Да какое нахрен дело?!! – прервал Дарго, отодвинувшись дальше к стене, в случае чего готовясь к обороне.
– Успокойся и слушай, – Янкай выдохнул. – Я пошёл по нужде, там ко мне подошёл какой-то старик из шаманов и дал свёрток… потом появились берсерки, и я кинул его в кусты с этой стороны, – Янкай указал на стену позади Дарго.
Пару секунд орк переваривал информацию, но было видно, как он поверил.
– Давай его сюда, – и вот уже смекнувший, в чём дело и в предвкушении наживы, Дарго взялся сам за кинжал и распорол шатёр сверху вниз, даже не пытаясь подлезть. Грубая шкура тапира легко поддалась.
– Дай, я сам, – Янкай попытался вылезти в пол тела, но отверстие было слишком малым.
– Погоди, давай ещё разрежу, – рвался Дарго.
– Ага, давай вообще тут дыру вырежем, – огрызнулся Янкай.
– Да нехера жрать столько, что пролезть не можешь!
Кровь в противниках кипела, и спор становился всё громче и громче. Наверное, они бы так и разбудили всех, если бы Янкай вовремя не заметил, что голоса давно не являются шёпотом.
– Тихо, тихо, а то сейчас всех разбудим, – сказал он. – Давай попробуй ты.
Пыл Дарго тоже утих, и он послушно, ради общего дела полез в дыру. Его тело было поуже, чем у коренастого Янкая, поэтому он без особого труда смог высунуть голову и обе руки на улицу, став шарить по кустам.
Для Янкая, каждая секунда была как вечность, он то-оборачивался назад, то пытался разглядеть, что там делает Дарго. Казалось, что тот уже открыл свёрток и сейчас прячет содержимое себе.
– Давай быстрее, что ты там копаешься! – торопил Янкай.
Наконец-то, орк попятился назад. Вот показалась рука, а потом и всё тело, в кисти был зажат завёрнутый свёрток, тот самый, что передал Янкаю шаман.
– Давай сюда, – Янкай хотел вырвать его из рук Дарго, но тот всё смекнул. Отдай сейчас, ему ничего не достанется.
– Да подожди ты! – ответил тот, убирая подальше за спину, – давай договоримся о моей доле!
Янкай задумался, сначала, конечно же, его охватило недовольство, какая ещё доля. Но Дарго помог, и без него он мог лишиться вообще всего.
– Десять процентов! – подумав, заявил Янкай.
– Ха, ты издеваешься! Половина минимум, – настаивал на своём Дарго.
Янкай обомлел.
– Ты с ума сошёл, какая ещё половина?
Забавно, но они даже не знали, чего делят.
– Такая Янкай, сам посуди, без меня бы ты лишился всего, а тут сохранишь половину.
– Тебе в торговцы идти надо было. Половину не дам, треть и точка, – Янкай был почему-то уверен, что треть самая достойная награда за такую помощь.
– Хорошо, дай слово чести! – не раздумывая, согласился он. Янкай даже подумал, не продешевил ли.
– Я Янкай, из племени Хранителей Севера, даю слово чести тебе, Дарго, что отдам треть содержимого этого свёртка.
Дарго успокоился и протянул свёрток в руки Янкаю. Тот сразу положил на пол, и стал потихоньку разворачивать, одну сторону от другой, но не успел он скинуть последний моток ткани, как на улице раздался походный горн. Послание для орков, что были в колонне, пора вставать и выступать. Означавшее, что сейчас в шатёр войдут караульные, и громким ором начнут поднимать молодежь. Янкай быстро замотал обратно и хотел бежать на своё место.
– Стой ты дурак, заметят! – вовремя окликнул Дарго.
Янкай остановился. Всё в нем перевернулось. Перед ним был выбор лишиться всего, или довериться незнакомцу. Он глянул на вход в шатёр, кожа, что закрывала его, колыхнулась от приближающегося берсерка. Потом резко обернулся к Дарго и кинул свёрток.
– Подъём!!! – он успел вовремя, потому что ещё секунду и в шатёр вошли берсерки, громко поднимая ото сна остальных. – Хватит спать, встаём!
– Берите пример с Янкая, чуть свет, а он уже бодряком!
В суматохе Янкай пробрался к вещам, постоянно оглядываясь на Дарго и пытаясь уличить в хищении. Но тот собирался, так же, как и все.
– Ты где был то? – спросил заспанный Ингар.
– Да не бери в голову, – наотмашь ответил Янкай, не до объяснений сейчас было.
Отряд высыпал на улицу, были ещё сумерки. Начали снаряжать волков. Каких-то тридцать минут или час, и колонна снова была в походном снаряжении. Вот и свора детишек выбежала из городских ворот поглазеть на воинов. Янкай пытался разглядеть на стенах, или в толпе зевак того самого шамана. Но его нигде не было, и так не появилось, когда колонна тронулась.
Спустя час, после начала пути Янкай решился подъехать к Дарго. Но так как тот ехал среди других орков, поговорить толком не получилось, не то, что уж делить добычу. Поэтому дележка была отложена до неопределенного времени, когда появится такая возможность. Янкай ужасно волновался, успокаивало то, что Дарго наврятли смог бы незаметно ковыряться в ней.
Для Янкая, погруженного в мысли и заботы о свёртке, о шамане, о Дарго, путь до привала пролетел незаметно. Когда колонна встала, он, словно пробудился ото сна. Вокруг лежали живописные равнины с одной стороны с редким леском, а с другой темной чащей хвойного леса. Это по-прежнему были земли шаманов. В нескольких сотнях метров от торгового пути лежало небольшое селение шамарийцев. Туда-то и свернула колонна, чтобы накормить волков и перекусить самим. Поселение небольшое, с деревянным частоколом и мелким рвом. Достаточным для защиты городка от набегов разбойников и животных. Отряд не стал заходить в город, перед воротами имелось множество заведений, в которых могли накормить, напоить, обласкать и уложить спать любого путника с большого торгового пути. И таких поселений, живших за счёт расположения вблизи тракта, были десятки, а то и сотни.
– Он у тебя? – спросил Янкай, подойдя к Дарго, доедающему порцию мяса.
Тот едва не подавился. Дарго, похоже, уже пожалел о том, что взял этот свёрток.
– Да а где же ещё, вот лежит в сумке, – он похлопал рукой по вещам.
– Давай доедай быстрее, – не терпелось Янкаю.
– Бери пока, – Дарго одной рукой нащупал свёрток и вытащил его, другой в это время, держа и обгладывая кость.
Янкай вцепился, и быстро оглядевшись, начал разворачивать.
– Тише ты, не привлекай внимания, – постарался успокоить Дарго, – не торопись, ещё есть время, все едят.
Орки с отряда, получив порции у центрального костра, разошлись кто куда. Дарго с Янкаем сидели под деревом, поодаль от остальных.
И вот, наконец, Янкай полностью развернул свёрток. Дарго увлеченный костью, отложил её и замер в ожидании, когда до столь желанной цели оставался заворот грубой ткани. Содержимое конечно, совсем не оправдало надежд молодых воинов, в грезах рисовавших там, как минимум груду золота или драгоценных камней. Внутри лежали пару склянок с непонятной красной жидкостью, свёрток бумаги и сосуд с неизвестным белым веществом. Пока Дарго открывал ёмкости и пытался понять, что там находится, Янкай взял свёрток и, расправив, стал разглядывать. На нём была нарисована карта. Янкай никак не мог угадать, что это за местность. Внизу пергамента, на древне оркском наречии, корявым подчерком были начертаны строки. Янкай знал его, пускай и плохо. В детстве их всех учили. Строки содержали следующее:
Янкаю
И если ты не знаешь для чего же,
Тебе предназначается сей дар.
Храни его пока возможно,
Потом благодарить ты будешь небеса.
Используй же разумно и умело,
Не распыляй, как только вступит страх.
Ведь страхов много в жизни нашей,
А встреча смерти, лишь один бывает раз.
Янкай прочитал и задумался.
– Ничего не понимаю, что это вообще? – спросил Дарго, протягивая склянку Янкаю.
– Я тоже ничего не понимаю, – ответил Янкай, и протянул пергамент Дарго.
– Чего непонятного то? – только увидев карту, спросил Дарго. – Это карта гор, с проходами и туннелями.
– А что за горы, зачем она мне вообще?
– Я откуда знаю зачем? – удивился Дарго. – Не знаю, что за горы, тут никаких названий нету.
– Да и вообще, вот тебе ответ на всё, – Дарго ткнул пальцем в строки, написанные на пергаменте.
Янкай улыбнулся.
– Чего ты ржёшь то?
– А я знаю, что это за жидкость, – радостно пробормотал он.
Дарго вопросительно уставился.
– Похоже, это Слепая ярость, – предположил Янкай.
– Слепая Ярость? – удивлённо переспросил Дарго. – Не может быть.
Он выхватил пузырёк, открыл и начал нюхать, совать туда палец и облизывать.
– Да точно тебе говорю, мне рассказывали, что она красного цвета, и жидкая.
– Обалдеть, – сказал радостный Дарго.
– Так, раз, два… всего две штуки, и ещё какая-то склянка, – пересчитал Янкай.
– Там мазь непонятная, может против ран.
Янкай открыл баночку и понюхал.
– Немного пахнет лавандом, – заключил он, отдав сосуд Дарго. В детстве, в школьных походах они проходили базовый курс выживания. Так вот разжеванный лист лаванда останавливал кровотечение на небольших порезах и ускорял заживление. Ну а мазь, сделанная шаманами по правильному рецепту, и вовсе являлась незаменимым средством в походах.
Дарго поднёс склянку к носу и затянулся.
– Точно, а я думаю, на что похож запах.
– Ну что, давай делить тогда. Думаю, тебе хватит одной Слепой ярости? – предложил Янкай и протянул Дарго бутылёк, даже не рассчитывая на лёгкое согласие того.
Дарго охватил взглядом развернутую посылку.
– Да, хорошо. Но если меня ранят в бою, намажешь меня этой мазью, – он захохотал.
– Само собой, – и уже оба орка засмеялись.
Янкай был рад, что тот не стал спорить. Он взял склянки и положил в маленькую сумку, висевшую на поясе. Карту же свернул и засунул во внутренний карман рубахи, под броню.
Привал пролетел быстро, особенно если тратить его на дележку чего-либо. Янкай вновь сидел верхом на волке. К нему с вопросами начали приставать Онгар и Ингар, которые видя, что тот крутился рядом с Дарго, сгорали от любопытства, что же общего между ними. Но поскольку интеллект не являлся отличительной чертой этих верзил, Янкай ловко ушёл от вопросов, придумав забавную байку. Собственно, этим братья и довольствовались.
Со временем, окружающий пейзаж, дорога и города с селениями стали сливаться воедино. Лесная обитель шаманов, несколько отличавшаяся от Ишма, и та вписалась в один протяжительный слайд. Это происходило и от того, что земли шаманов были относительно безопасны, и постоянно на торговом тракте встречались отряды шаморийцев, непременно интересующихся целью путешествия. Но стоило оркам подойти к клану Тысячи рек, всё изменилось. Конечно отчасти причина в этом от сильного проливного дождя, начавшегося стоило только выйти за границы клана Шаманов. На протяжении двух дней он лил, почти не переставая. И только на третий, когда ливень более-менее успокоился, им открылись столь обычные в этих местах пейзажи. Торговый тракт, проходивший через клан Тысячи рек, представлял собой петляющую из стороны в сторону дорогу. В каких-то местах она шла по небольшим участкам суши, в каких-то, насыпям, а в каких-то, мосткам, ну а по большей части воде. Вокруг же, насколько видно, в стороны расходились топи, реки, болота и небольшие островки, покрытые мелколесьем или кустарником. Поистине, удручающее зрелище. И сколько бы ни был этот пейзаж однотипным спустя многие дни пути, окружающая местность не давала расслабиться ни на секунду. Дело в том, что большинство территорий клана Речных орков, было не заселено. Вернее сказать, заселено, но не орками. Огромное количество различных травоядных, насекомых, хищников, рептилий и прочей живности водилось в этих землях. Причём вся эта живность вырастала до больших размеров и непременно хотела сожрать какого-нибудь путника, когда представлялась возможность. Слышали бы вы рассказы про целые поселения, за ночь уничтожаемые неведомой, необузданной волной ужасных существ, которые под покровом ночи переваливали через крепостные стены или прорыв ход под островом, утаскивали всех жителей невесть куда, при этом не оставляя трупов ни своих, ни жителей. Пострашнее хамлингов будет. Кроме того, бояться стоило не только довольно глупых животных, но и сами племена орков. Ладно, те, что жили вдоль тракта, наиболее развитые и мирные, тракт их кормил. Но проживавшие глубже от торговых маршрутов, заселяя дикие отдаленные земли, были не менее дики в жизнеустройстве. Наверное, сама окружающая среда делала их аналогичными. Кто-то был настолько обескультурен, что мог питаться сородичами или есть пищу животных сырой. Кто-то, основывал бандитские картели и занимался грабежом по окружающим маршрутам и землям, при этом оставаясь почти недосягаемыми. А кто-то из них придерживался страшных ужасных культов, поклоняясь Богам рептилиям и принося в жертву сородичей. В пример могу привести племена речных орков, проживающих в глухой местности почти в самом центре болот, поговаривали что те и вовсе сношаются с какими-то рыбоподобными созданиями, при этом восхваляя своего Бога Дагона. Скорее всего, это миф, раздутый любителями сказок, но кто рискнёт жизнью и пустится в столь опасное путешествие, чтобы проверить слова очередного сказочника.
Эти истории в большинстве передавались из уст в уста от различных ведьмаков-охотников и торговцев, которые, кстати говоря, толпами пропадали в здешних топях, отклоняясь от торговых маршрутов с целью подзаработать или сэкономить.
Не мудрено, что, пересекая эти земли, путникам казалось, а может, так и было, что за ними из-под каждого кусточка и холма наблюдают голодные глаза, только и ждущие, когда кто-нибудь, отстанет или подойдёт поближе к воде. Благо на всём тракте, с определённой периодичностью, позволяющей передвигаться только днём, а то и чаще, располагались селения здешних племён.
Ближайший крупный город лежал не так далеко от земель шаманов. Поэтому к концу третьего дня пути по болотистой местности петлявшая дорога поднялась на высокую насыпь, через километр ровной полосой упиравшуюся в большой город, называвшийся Виндхол. Сейчас, в сгущавшихся сумерках, свет огней словно манил к себе, не удивительно, что в ночной мгле дикие животные хотели попасть туда. Город разительно отличался от столь привычных Янкаю, крепостные стены гораздо ниже чем у того же Озгота и сам город стремился не ввысь, а скорее в ширь. Этому имелась причина, твёрдого грунта тут не было, а Виндхол стоял на насыпях и островах, большую нагрузку на которые давать нельзя. Площадь города была огромная, если сравнивать с тем же Озготом, хотя Озгот маленьким не был, а каналы, словно вены расходились по его телу. Попасть в Виндхол с суши, можно было только с одной стороны, с Востока, откуда шёл наш отряд. Со всех остальных, его окружали топи. Таким образом, столица речных орков являлся неприступной цитаделью, по крайней мере, для прочих кланов, поскольку чтобы захватить город оркам с большой земли, а именно так называли чужаков местные жители, необходимо создать флотилию маломерных судов, умудриться найти пути и каналы через непроходимые болота и каким-то образом осадить его, при этом постоянно подвергаясь нападениям со стороны ловких и маневренных местных каяков. Конечно, воины случались, как между местными племенами, так и другими кланами, ходил даже миф о том, что в древние времена какой-то вождь орков с большой земли однажды проложил длиннейшую насыпь до самого города и взял его. Возможно по остаткам этой насыпи отряд и подошёл к нему. Но то лишь истории. При отсутствии же постоянной угрозы со стороны набегов других рас, город только богател.
Когда они подошли к центральному входу, света от заходившего за горизонт солнца ещё хватало, чтобы осмотреться вокруг. Чем собственно во все глаза и занимались юнцы. К тому же, ворота уже закрыли, и Ясон разговаривал со стражей. Теперь было отчетливо видно, что крепостные стены разительным образом отличались от прочих, и если издали отличие это заключалось только в высоте, равной примерно трём-четырём оркам вверх, то сейчас стало понятно, что оно есть, наверное, единственная наиболее приближенная черта к укреплениям большой земли. Никакой упорядоченности и последовательности в построении увидеть не получалось. О ровности вообще стоит умолчать. Словно всё, что имелось под рукой, свалили в одну кучу. И бревна, торчащие заострёнными концами в сторону болот, и какие-то огромные куски породы, и старые лодки, и суда, и множество скреплявшей это болотной глины с водорослями. Даже при условии медленного и безопасного взбирания на стену, подняться было почти невозможно. И так на всём протяжении, с острова по болоту и снова к острову.
Единственное, что более-менее выделялось на фоне этого безобразия, ворота и сложенные из бревен две крепостные башни по бокам, с вершин которых в половину высоты свисали длинные стяги тёмно-зеленого цвета, с изображенными каяками – длинными лодками, повсеместно использующимися тут, и силуэтами гребца и лучника на носу. Герб племени Речных следопытов, собственно оно и владело Виндхолом и окрестными землями. Но, кроме того, стяг также дополнял и непременный атрибут всего клана Речных орков, изображение реки с несколькими островками.
Янкай одернул волка и проследовал вперёд, чтобы узнать, почему так долго не пускают. Когда он приблизился, Ясон закончил разговор, отойдя от смотрового окна в воротах из тёмного морёного дерева, и мирно ждал. Часть берсерков в авангарде также спешилась, разминая затекшие от долгой дороги суставы и конечности. В этих землях, да и вообще, наверное, почти во всех остальных, с приближением ночи ворота закрывались и никого не пускали. Зачастую это решалось, например, взяткой страже.
– Не пускают? – спешившись, Янкай подошёл к брату.
– Да эти солдаты, – озлобленно буркнул командир себе под нос, – вечно они ничего не знают.
– Неужели их не предупредили? – удивлённо спросил Янкай.
Лицо Ясона озарила улыбка.
– Я уже начинаю в этом сомневаться, похоже, всем всё равно!
– А как же… – с наивностью в голосе, свойственной детям, начал говорить наш герой, имея в виду разосланных посыльных по всему предстоящему пути, но Ясон перебил.
– Знаешь, я на это и не рассчитывал. Испытание на то и испытание, что мы ещё должны и добраться сами, без чьей-либо помощи.
Янкай молча, согласился.
– Наверное да, было бы слишком просто, – подумал он про себя.
– Нас хоть пустят?.. а то не хотелось бы остаться на ночь тут, – намекая на сгущающуюся темноту со стороны болот и множество незнакомых противных звуков, проговорил младший брат. Действительно, пейзаж не воодушевлял. Разум подпитанный страшными историями про существ и дикарей, представлял, что вместе с мраком к ним движется и первозданный ужас. Молодой воин поежился, а холодная капля пота скользнула с подмышки по телу.
– Надеюсь, посыльные всё же дошли сюда и к ним прислушались. Ну а если и нет, то думаю, стража не откажется от дополнительного жалованья, – орк похлопал по кожаной сумке на поясе и улыбнулся. Раздался звонкий звук монет.
– Ага, только, сколько там у нас городов на пути?
Янкай был прав, на каждый из них монет у брата не было.
Ясон снова улыбнулся: «А на каждый и не понадобится, не всё же твоей заднице нежится на мягких тряпках, поспишь на земле».
Янкай засмеялся.
– И то верно, главное, что не тут.
В этот момент за воротами заскрипели массивные засовы, и тяжелые створки, дернувшись, начали медленно открываться.
– Ну а ты боялся, – Ясон, хлопнув Янкая по плечу, улыбнулся и повернул в сторону города.
Трое берсерков, на всякий случай подались вперёд, поравнявшись с Янкаем. Молодой воин не понял встревоженности.
Ворота отворились полностью. В темноте, в проходе под башней показались десяток факелов. Не менее пятнадцати воинов, в полном обмундировании стояли, не двигаясь метрах в пяти. Огоньки игриво прыгали по чешуйчатым доспехам и глазам, проглядывающим в бойницах шлемов. Ясон спешился и медленно пошёл к ним. Когда он приблизился почти вплотную из толпы вышел солдат. Воин отличался от остальных, у него не было ни щита, ни копья, ни чешуйчатой брони. Пару минут они разговаривали.
Собственно, чего и стоило ожидать, Ясон потянулся к сумке и достал тяжелый кошель с монетами.
В этот момент внимание Янкая отвлёк шум, раздававшийся позади. Он обернулся. Берсерки, что находились подальше и сидели верхом, быстро начали спешиваться, обнажая оружие. А молодые воины на волках подались вперёд. Животные засуетились, не слушаясь всадников, пара из них стали скалить, обнажая огромные клыки. Ещё дальше, откуда они пришли, послышались лязганье оружия и дикий, душераздирающий вой. Янкай оцепенел от страха, он попытался разглядеть, что там происходит.
– Все в крепость! – раздался громкий голос над самым ухом Янкая, это был тот самый воин, с которым говорил Ясон, – быстро! быстро! быстро! Одновременно сверху с башни закричали, – ящеры!!!
Тут же воины из городской стражи выбежали к воротам, ощетинившись копьями.
Кто-то с силой схватил Янкая под руку, он обернулся. Это был Ясон: «В крепость, быстро!» – вторил он. Из-за стен затрубил горн.
Наш герой высвободился из хватки и в один прыжок вскочил на волка, скалившего в сторону опасности, и мощным рывком развернул, устремившись в ворота. На секунду он увидел, что происходило позади. Тьма, словно нечто живое обволакивала всадников и пеших солдат. Один из волков, словно щенок, беспомощно скулил наполовину объятый ею, лапами пытаясь зацепиться за землю, но она поглощала всё больше, утаскивая в сторону от дороги. Факел, лежавший на дороге, позволил на секунду разглядеть, скрывающий темнотой страх. Десятки ужасных морд рептилий, с огромными когтями и клыками сторонились его света и тепла, наваливаясь одна на другую. Со стены полетели стрелы, но все они пропадали во мраке. Ровным счетом, темнота поглощала и удары воинов, пытавшихся обороняться. Но Янкай успел рассмотреть, как стремительно ящеры, обходя с боков, со спины, поглощают беспомощные тела, вовлекая их во мглу. И только дикий душераздирающий крик вырывается обратно.
Не помня себя от страха, Янкай быстро оказался внутри. Проехав за башню, он спешился и хотел бежать назад, но его перехватил один из берсерков. Ясон находился по-прежнему там, Янкай попытался вырваться, но успокоился, увидев забегающего брата. Ворота быстро закрывались, а воины один за другим прибывали. На стенах также стояло сильнейшее оживление, десятка три солдат, поджигая стрелы, выпускали их вниз. Отсюда было видно, как вдоль укреплений тянулись помосты.
Когда последний из орков протиснулся в закрывающиеся створки, на которые явно, что-то с силой давило, на спине ещё висело две твари. Только пробежав внутрь, он упал под их весом. Ящеры бросились врассыпную, кто, сразу кидаясь на других, а кто, промедлив и выискивая следующую жертву, но стражи ловкими, отточенными не одним сражением движениями длинных копий, поубивали и первую и вторую. Янкай не сразу узнал в упавшем воине сводного брата Ингара. Он вырвался из ослабшей хватки берсерка и подбежал к нему. Одна из тварей пронзённая копьём издохла прямо поверх, Янкай спихнул ящера ногой и, подхватив друга, стал поднимать. На первый взгляд он был цел, чего нельзя сказать о доспехах, разорванных от шеи и по всей спине ниже. При этом изрядно смазанные склизкой, прозрачной жидкостью в вперемешку с тёмно-зелёной кровью рептилии. Ингар тяжело дышал, на лице застыл ужас, он не мог сказать ни слова. Едва встав, орк схватил Янкая и потащил дальше от ворот, за которыми раздавался скрежет и возня.
– Всё позади, успокойся, – Янкай попытался успокоить друга, но тем двигал страх. Наш герой сильно встряхнул Ингара, остановив. – Опасность миновала, ты слышишь меня! – громко произнёс он, глядя тому в глаза. Было видно, как разум возвращается в испуганный мозг.
– Онгар, он цел? – дрожащим голосом спросил Ингар.
Янкай оглянулся на ворота. Среди оправлявшихся после нападения воинов, сразу увидеть его не удалось. Ясон, не теряя времени начал собирать участников отряда в отдельную сторону, чтобы пересчитать и в случае чего бросить на подмогу.
– Не видно, – ответил Янкай. – Ясон собирает наших, пошли, там и Онгар наверняка. Он сделал шаг, но Ингар его остановил.
– Они, они, – дрожащим голосом затараторил он, – подкрались как ветер… никто их не видел и не слышал… этот берсерк, – Ингар вспоминал имя, – не важно, он даже меч вытащить не успел.
– Всё в прошлом Ингар, – Янкай постарался успокоить. Но как назло за стеной снова раздался дикий вой. Теперь Янкай понял, он явно не принадлежал безмолвным ящерам. Ящеры не издают звуков, они словно тихая смерть, как отравленные серные источники в горах Армагора. Но кто же тогда воет? Вой не похож ни на волчий, ни на чей-либо другой знакомый Янкаю. От осознания этого его самого пробрало дрожью, и тело покрылось мурашками. Ингар же, стоило только вою раздаться, встал как вкопанный и страх, на секунду покинувший или ослабевший, снова появился в глазах.
Янкай бросил взор на стену и находящихся там солдат, в ужасе ожидая, что вот-вот и твари одна за другой начнут перелазить через укрепления. Но слава Богам, опасения не подтвердились. Напротив, воины перестали стрелять, и суета прекратилась.
– Смотри, всё кончилось, – Янкай указывал на расходившихся солдат. Ингар устремил взгляд вслед за рукой друга. Этот факт снова успокоил его. Он медленно поддался Янкаю, и они направились к остальным.
Свободного места за крепостной стеной особо не было, почти сразу после неё начинались строения – дома, хаотично надстроенные один над другим. Явно сказывалась нехватка территории. Между стеной и ими в стороны расходилась узкая улочка, шириной в три метра. Так, что со стены можно было легко зайти в окно одного из жилищ, а в некоторых местах помост на стене и вовсе соединялся с ней. Возможно, солдатские казармы, поскольку некоторые воины сейчас удалялись именно туда. По левую же руку от входа метров через пять – шесть виднелась вода, и линия домов вдоль берега образовывала полукруг. От вида черной в темноте воды, в глади которой прыгали огни факелов стражников на стене, Янкая пробрало неприятное чувство.
– Двадцать четыре и двадцать пять! – ткнув в воздухе в приближающихся друзей, Ясон закончил счет.
– Мдаа, – добавил он, – для тех, кто забыл, из Озгота нас выехало тридцать!