Она снова цепко посмотрела в их глаза, ожидая вопросов, но ребята молчали.
– Этот мир – иллюзия, порожденная сознанием, – повторила Анна. – И когда вы осознаете этот факт, причем осознаете, находясь во сне, тогда считайте, что поняли «суть» Марева… но, вообще-то, пора, переходить к уроку, – Анна снова таинственно улыбнулась – так, как умеет только она и подошла к краю небоскреба. Многозначительно посмотрев в глубокую пропасть, она махнула им, приглашая тоже подойти к краю.
Ученики доверчиво подошли и посмотрели вниз. Небоскреб был таким высоким, что машины внизу были похожи на мелких жучков с горящими глазами, а люди, в свете уличных фонарей и вовсе выглядели как мелкие тёмные точки.
– Красиво, верно? Посмотрите вниз, что видите? – спросила Анна.
– Машины, люди, фонари… – перечислила Ташка.
– А ещё?
– Асфальт, – нашёлся Серьга.
– Да, асфальт, – добавила Ташка
– Машины, люди, асфальт, – подтвердил Костик.
– Правда? – переспросила Анна и с очень озабоченным видом снова посмотрела вниз. – Действительно, асфальт. Этажей сто пятьдесят до него – не меньше, да?
– Да.
– Небоскреб… высотища… да? – Тут ребята заметили в голосе Анны подозрительно зловещий тон. Тот, известный им с первого дня знакомства тон, от которого пробирали мурашки.
Но едва они заподозрили неладное и начали волноваться, как Анна быстро обошла их сзади и грубо столкнула каждого с крыши. Троица дружной кучей полетела вниз. Они летели и орали во всю мощь. Быстро замелькавшие окна небоскреба превратились в светящиеся линии. Скорость падения все возрастала, но до асфальта было ещё далеко – небоскреб был гораздо более высоким, чем им показалось вначале – почти бесконечным.
После долгого оранья и беспомощного махания руками в воздухе, они наконец врезались в жёсткий асфальт. Удар трех тел был таким сильным, что в результате каждый представлял из себя жидкую лужу. Они растеклись по тротуару и из-за огромных выпученных глаз, плавающих на поверхности, напоминали собой яичницу из шести яиц.
Когда они таким образом приземлились, Анна уже стояла у входа в небоскреб и спокойно наблюдала за их стремительным полетом снизу. Она подошла к трем глазастым лужам, растекшимся по асфальту, и сочувственно произнесла:
– Ай-яй-яй, как же так-то… что ж не осторожно-то как?
– Зачем ты нас столкнула, мы же могли разбиться, – с упреком прокричала лужа с серыми глазами Серьги.
– Но не разбились же? – засмеялась Анна.
– Вроде нет, – ответила сероглазая лужа. Две соседние лужицы с глазами Ташки и Костика удивленно моргали, стараясь понять, в каком положении они вдруг оказались. Потом Анна наклонилась к ним и спросила:
– Можете пошевелить ногами или руками?
– Но у нас нет ни рук, ни ног, – дрожащим голосом пропела лужица поменьше и часто заморгала карими глазами Ташки.
– Да… ни рук, ни ног! – взволнованно повторила лужа голосом Костика.
– Ё-моё! Как же мы дальше-то будем? – в панике заорала сероглазая лужа-Серьга.
– Так, разговорчики, похоже, не по делу пошли, да и намусорили мы тут, поэтому поехали вперед, – с этими словами Анна откуда-то взяла совок с веником, сгребла трех превратившихся в лужи ребят и смела их в урну, стоящую неподалеку.
Урна оказалась бездонной, и, петляя в скользких трубах, словно в аквапарке, три истошно орущие глазастые комки слизи полетели вглубь земли. В конце концов они смачно шмякнулись, оказавшись на дне мрачного вида подземелья.
Вокруг царил полумрак – единственный факел, торчащий из стены, едва освещал острые каменные стены. Анна, как и в прошлый раз, уже поджидала их на месте, деловито считая прибывающие лужицы: «раз, два, три».
– Так, похоже, все прибыли, однако, подвижные вы ребята, что на месте-то не сидится? Рук ног нет, а туда же: скачете, как угорелые туда-сюда. Сероглазая лужа вдруг громко забулькала – от второго падения, видимо, что-то случилось с речью, но через какое-то время оттуда достаточно громко и отчетливо прорвалось: «… и скидываешь нас всё время!». В этом голосе явно слышался возмущение и протест. Анна в ответ заливисто засмеялась.
– Ничего, ничего, метаморфия вам полезна. Это, кстати, очень важный для вас урок. Вы сейчас начинаете знакомиться с тем, что я называла суть. А эта самая суть заключается в том, что в Мареве Сна возможно все. Возможно даже быть безногим и безруким, возможно утонуть, сгореть в пламени или ещё каким-либо способом сгинуть. Но в итоге проснуться в Явном мире живым и здоровым. Когда вы на все сто это усвоите, считайте, что поняли суть. А это очень важный этап в обучении.
Анна огляделась по сторонам и весело спросила:
– Кстати, о пламени – не знаете случайно, не горючий ли вы материал? А то как-то темновато здесь… да и зябко… – Анна сняла со стены горящий факел и без лишних колебаний ткнула им в снова заоравшие громко лужи, которые мгновенно вспыхнули ярким огнем. Они горели, словно состояли из нефти или бензина, и опять истошно орали.
Анна спокойно наблюдала за этим, делая вид, что зевает от скуки. Дав им возможность ещё поорать и повращать утопающими в пламени глазами, Анна, как обычно, буквально из ничего достала ведро, наполненное водой, и опрокинула на огненную смесь. Лужи, выбрасывая густой дым, зашипели, пламя сошло, вопли стихли.
– Ну как? – Анна светила факелом над испускающими белый пар лужицами. – Сейчас перейдем к последней части. – Она провела ладонью над изумленными глазами, и через мгновенье перед ней выросли все трое в обычном человеческом облике. Они вертели руками и ногами, касались друг друга, чтобы убедиться, что с ними все в порядке.
– Ах… Ух!… – Серьга начал выражать эмоции, но, видимо, пока ещё не мог определиться: то ли ему возмущаться по поводу пережитого кошмара, то ли выражать восторг по тому же поводу и от счастливого избавления от него. Потом, видимо, определившись, он громко гаркнул:
– Супер!!! Вот это урок!
– Понравилось? Тогда продолжаем, – Анна попросила, чтобы они взялись за руки и когда они это сделали, сама присоединилась к ним, образовав таким образом замкнутый круг. Потом потолок подземелья вдруг бесследно растворился, явив взорам усыпанное звёздами небо.
Под воздействием невидимой силы они закружились, словно в хороводе и, продолжая вращаться, стали подниматься вверх. Изумленные ученики вместе с Анной поднимались всё выше… в конце концов, даже высокий небоскреб оказался ниже, и они застыли в воздухе, медленно вращаясь где-то в стратосфере. Город внизу был бесконечно большим, и миллионы разноцветных огней, рассыпанных по всему зримому пространству, делали его фантастически красивым. Они смотрели вниз с ошарашенным видом.
Темнота вокруг вдруг стала растворяться: из-за горизонта быстро поднималось яркое солнце, ослепляя своим светом. Свет этот становился все ярче, и в какой-то момент ребята поняли, что свет этот падает из окна в классе математики на третьем этаже опустевшей школы из красного кирпича… и они проснулись.
Анна стояла у доски и улыбалась, глядя на своих учеников, которые медленно приходя в себя, начали, перебивая друг друга, делиться впечатлениями. Но учительница, посмотрев на часы, вдруг заявила:
– Время драпать.
– А?.. Что?.. – Не поняли возбужденные ученики. – Тут в коридоре послышались торопливые шаркающие шаги, и в кабинет ворвался удивленный охранник; он, видимо, только что пришёл в себя и, стоя в дверях с недоумённым видом, дико вращал глазами. Он явно не понимал, что тут происходит, и как эта компания без его ведома вдруг оказалась на третьем этаже в классе математики. Но выразить в словах своё возмущение он не успел – Анна громко выкрикнула: «Драпаем!», и вся компания, с грохотом раздвигая парты и стулья, минуя ошалевшего пожилого сторожа, выскочила из класса и понеслась по коридорам вниз. Серьга, пробегая мимо, успел звонко чмокнуть пенсионера в лысину и крикнуть прямо в ухо: «спасибо, папаша! Только не грузись…».
Не сбавляя скорости, они пронеслись до соседнего квартала, запрыгнули в машину и всю обратную дорогу шумно делились впечатлениями, возбужденно кричали и громко выражали восхищение пережитыми приключениями. Серьга, открыв окно до упора и глубоко высунувшись, махал руками, вызывая удивление проезжавших во встречных машинах и у прохожих. Ташка тоже высовывалась в окно и пронзительно визжала. Костик с горящими глазами лупил ладонями по коленкам и читал какой-то бешенный, видимо свой собственный рэп.
Анна не торопилась усмирять этот возбужденный балаган. Но когда они приближались к дому, уже начала информировать о следующей части урока и несколько раз произнесла это слово: «практика». Ребята никак не успокаивались после сногсшибательного утра и пропускали мимо ушей ставший более серьезным тон Анны.
Когда они ворвались в квартиру и, угоревшие, напились воды, Анна попросила их занять в креслах свои места. Они расположились, продолжая возбужденно переговариваться. Анна тем временем, заперла дверь, спрятала ключи в карман, встала у окна и, выдержав паузу, объявила:
– Приключенческое утро объявляю завершенным. А сейчас перейдем к более важному в сегодняшнем графике. Итак, мы переходим к практике. – Она снова очень выразительно произнесла это слово и так сделала на нём акцент, что ребята тут же успокоились и вопросительно уставились на неё.
Анна налила себе стакан воды. Несмотря на то, что они обошлись без завтрака, им она не предложила ни чай, ни печенье. Она смотрела на них и о чём-то раздумывала.
Снова почувствовав неладное, ребята заволновались. От недавнего восторженного состояния не осталось и следа.
– А что сейчас будет? – тихо пролепетала Ташка. Голос её уже не был громким и возбужденным, как минуту назад.
– Сегодня у нас насыщенный день. Первая часть была скорее развлекательная и познавательная. Вторая, как я уже говорила, – практика, но тоже очень познавательная…
«Практика»! – Это слово эхом повторялось у ребят в голове и почему-то они начали бояться этого обычного ещё недавно для них слова.
– Сегодня окончательно произойдет ломка вашей системы абстрактных категорий.
– Ё-моё… – взволнованно проскрипел Серьга. – Чует моя душенька… – не договорив, он замолчал, настороженно глядя на Анну.
Ученики наконец поняли в чем подвох, и что за день сегодня у них будет. Анна специально устроила им бурное развлекательное утро, чтобы как-то компенсировать то, что будет происходить сейчас. И, видимо, «это» будет чем-то страшным.
– До сегодняшнего дня я давала вам много информации, касающейся Мира Сновидений – Марева. Вы видели много чудесного и невероятного. Сегодняшние приключения – тоже очень важный урок. За последнее время вы многому научились, и это здорово. – Анна ободряюще посмотрела на них, но ребята почему-то не разделили её оптимистичного тона. Они были напряжены, а Ташка сжалась всем телом так, что кресло, в котором она сидела, казалось пустым.
– Боитесь? В общем-то, правильно делаете. Сегодня вы окончательно станете другими. Сейчас вам предстоит увидеть нечто такое, что в привычном Явном мире невозможно. Мы выйдем за рамки чудесного Марева Сна и пройдемся по реальному миру… и у вас произойдет перелом.
– П-перелом, – заикаясь, повторила Ташка. – Это к-как?
– Ну, если коротко, то сегодня ваша система абстрактных категорий получит мощный удар.
После этих слов кресло, в котором располагалась Ташка, издало протяжный стон. Ребята, видимо, ощутили себя как тогда, в первый воспитательный урок с кошмарной лисой. Они вдруг потеряли способность говорить, а их пальцы судорожно врезались в подлокотники. Как ни успокаивала их Анна – её слова имели противоположный эффект. Перед ней, как и тогда в самом первом кошмарном сне сидели трое сжавшихся и напуганных ребят.
Они вдруг ясно осознали, что перед ними самая настоящая Ведьма, а все развлекалочки, которые она демонстрирует им, рано или поздно должны подниматься на какой-нибудь более высокий уровень. И это обязательно будет что-то невероятное. Возможно, сейчас они снова увидят ту ужасную лису с повязкой на глазу. Только это будет не во сне, а наяву! Здесь и сейчас, в запертой на ключ реальной квартире… И это немыслимо!
Анна видела их страх, но была неумолима. Игнорируя состояние ребят, она продолжала информировать:
– Сегодня вы изменитесь особенно сильно, и ваши умы больше не будут такими, как вчера. Предупреждаю: это очень серьезная операция и пройдет она не безболезненно, скорее всего, вам будет плохо. Туалет и ванна в вашем распоряжении. И ещё, скоро вашим телам потребуется глубокий сон – у каждого есть своя комната. – Анна указала на три закрытые двери.
– Ух ты, круто, в этом городе появилась вторая квартира, где есть моя комната, – Серьга, нашёл в себе силы и изобразил непринужденность, он очень старался выглядеть спокойным, но было заметно, что волновался он не меньше остальных. Они окончательно потеряли покой, как только услышали эти совсем уж непонятные слова: «ломка, системы абстрактных категорий» и ещё эти не сулящие ничего хорошего: «перелом» и «удар».
– Шути, шути, юмор всегда помогает.
Анна закончила с введением и, как обычно, хлопнув в ладоши, громко сказала:
– Начинаем.
После этих слов Серьга пытался ещё схохмить, но не смог, Ташка стала абсолютно белой, Костик вытаращил глаза, а подошвы его ног стали отбивать мелкую дробь.
Но вопреки ожиданию, далее не произошло ничего невероятного – Анна, прошла по коридору и открыла дверь в кухню. Оттуда к ним вышел несколько странный субъект. Он, видимо, всё время находился там, за закрытой дверью. Это был худосочный парень в костюме с капюшоном, похожем на одежду лесника. Правда, глаза его были какого-то неестественного цвета, точнее сказать, было трудно определить их цвет: то ли они были синими, то ли серыми… и в то же самое время казалось, что оттенок его глаз вдруг менялся, становясь очень тёмным или снова голубым. Казалось: чтобы рассмотреть цвет его глаз, нужно всего лишь как следует проморгаться, но как бы усиленно они не махали ресницами, ни у кого это так и не получилось. Глаза незнакомца по-прежнему будто меняли свой цвет.
Без лишних предисловий, Анна заявила:
– Это Лешка, он не из нашего мира, он обитатель Белой Нави из Племени Вострух. Анна стояла у доски и указывала на ту часть, где ещё с прошлых уроков осталась схема миров и надпись: «Белая Навь». – Ребята с любопытством разглядывали гостя; кроме неопределенного цвета глаз, парень выглядел вполне обычно, разве что его волосы были очень тонкими и невероятно густыми; и отдавали каким-то красноватым, почти медным блеском.
– Сейчас Лешка продемонстрирует некоторые свои способности. – После этих слов странный юноша развернулся и скрылся в одной из комнат, плотно прикрыв за собой дверь. Пока не происходило ничего необычного, да и внешний вид незнакомца был скорее дружелюбным – и трое ребят, кажется, начинали понемногу успокаиваться, Главное – не появилось никакой кровожадной лисы или какого другого монстра.
Они уже стали вопросительно смотреть на Анну, ожидая комментариев происходящему, как вдруг открылась дверь другой комнаты, и из неё вышел… Лешка. Ребята изумленно смотрели на него, а Серьга, не дожидаясь объяснений, быстро вскочил с места и распахнул дверь в комнату, в которой ассистент Анны скрылся в первый раз. Комната оказалась пустой. Громко шлепнув ладонями, он упал на пол и заглянул под кровать, потом проверил окна – они были плотно закрыты на все защелки.
– Не пытайся найти здесь подвох, это не фокус, – Анна улыбалась, наблюдая за попытками Серьги найти объяснение произошедшему. – Объяснение увиденного вами находится вне этого мира, просто наблюдайте. – И, строго взглянув на Серьгу, она приказала занять своё место. Тот произнес нечленораздельные звуки, сильно кривя губами, и сел в кресло.
Он пытался снова заговорить, но губы его не слушались, а вместо слов он из его рта выходили странные, неуклюжие звуки. Костик и Ташка тоже хотели что-то сказать, но также, как и Серьга не смогли произнести ничего внятного.
– Это нормально, – Анна стояла напротив и, словно преподаватель на лекции, давала им подробные разъяснения происходящему. – Чем реальнее вы будете понимать, что происходит нечто доселе невозможное, тем ярче будут такие эффекты. Это только в кино обычные люди видят чудеса и всего лишь удивляются, а то и вовсе реагируют спокойно. На самом деле сейчас у вас происходит ломка структуры мира. Первым удар принимает самая неуклюжая часть вашего существа – физическое тело, особенно такая аморфная и инертная его часть как мозг. Сейчас перегрузку и ломку получает ваша вторая сигнальная система, то есть – речь. Этот блок имеет в эволюции самое позднее формирование, поэтому встречает разрушающую волну первым. Не пытайтесь сейчас разговаривать, просто сидите и наблюдайте.
Но упрямый Серьга не собирался сдаваться и, в отличие от остальных, сидевших тихо словно мыши, он ещё раз попытался что-то сказать, но вышло ещё хуже:
– Я занаеюую ен о ааа бюу нэт тта, – только и смог выдавить он из себя, потом беспомощно развел руки и с удрученным видом хлопнул себя по щекам и, словно пытаясь спрятаться, глубоко вдавил себя в кресло.
– Вестибулярной аппарат будет следующим, столкнувшись с непонятной для себя трактовкой механики пространства он начнет сбоить; но хватит теории, и ещё раз напоминаю: ванна и туалет открыты… приготовьтесь к следующей сцене.
После этого странный незнакомец скрылся в одной из комнат и тут вышел из другой, после чего сразу же зашёл в кухню и почти в то же мгновение появился на балконе. Анна открыла балконную дверь, и он вошёл в зал.
Потом Анна открыла дверцу высокого шкафа в глубине комнаты, и её спутник тут же скрылся внутри. В следующую секунду он снова вышел из балконной двери, но дальше проходить не стал, а развернувшись, вышел обратно на балкон и, перемахнув через ограждение, спрыгнул вниз. Ребята хотели было сигануть на балкон и посмотреть, как тот приземлился, но в то же мгновение странный спутник Анны снова вышел… из шкафа!
Постояв пару секунд на месте, он с невозмутимым лицом вышел на середину зала и сел на невидимый стул. Стула под ним и в самом деле никакого не было, но он сидел вполне натурально. Потом, похлопав руками по коленкам, он вдруг и вовсе заложил ногу за ногу и, задрав голову в потолок, убрал обе руки за шею, словно отдыхая. В довершение всего, он начал раскачиваться туда-сюда, будто находился в кресле качалке.
Ташка схватилась руками за лицо и зажала губы, потом вскочила с места и, вылетев из зала, закрылась в ванной комнате. Через минуту она вернулась, глаза её стали красными и распухшими.
Анна помогла ей сесть на своё место.
– Так, делаем маленький перерыв. Кто уже на грани, не стесняйтесь – ванная свободна. Серьга с Костиком тяжело покачали головами…
Костик так и сидел с застывшими глазами, кажется, он совсем перестал моргать, а Серьга продолжал двигать губами, как будто всё ещё пытался что-то сказать, но у него по-прежнему ничего не получалось, вместо этого на его лице менялись одна за другой кривые гримасы. От такого состояния и от ожидания следующих разрушающих психику сцен их паника усилилась. Они тщетно пытались найти поддержку и успокоение, заглядывая в глаза Анне и друг другу.
– Ну-с, с разминкой покончено, теперь приступим к серьезным вещам… – Анна подошла к ним и ласково погладила каждого по руке, она переживала за своих подопечных, пыталась их успокоить, но останавливать необычные действия гостя из Нави явно не собиралась. Ребята видели её решимость довести этот урок до конца, и состояние ужаса в их сердцах достигло самых крайних пределов.
Они уже очень хорошо поняли манеру своей учительницы резко и без колебаний переходить от слов к делу, и ожидали продолжения этой ментальной экзекуции каждое мгновение.
Если бы они могли встать с места, то, несомненно, сбежали бы отсюда, но состояние неописуемого ужаса парализовало их; к тому же входная дверь была заперта, а проходить стены насквозь, как незнакомец в капюшоне они не умели. Так что им ничего не оставалось, кроме как подчиниться и претерпеть этот умопомрачительный урок до конца.
Странный гость из иной реальности уже поднялся со своего невидимого стула и, стоя посреди зала, ждал команды Анны, чтобы продемонстрировать другие разрывающие мозги фокусы. Видимо, он получил сигнал, и ребята увидели совсем уж невероятное: у медноволосого стали исчезать ноги: сначала стопы, потом голени, колени, затем исчезли бедра.
Это происходило медленно и плавно, как будто кто-то стирает его ластиком из этого мира. Потеряв нижнюю часть тела, странный гость верхней частью остался словно парить в воздухе. Потом лишенным ног туловищем он медленно подплыл к оцепеневшим ребятам и быстрыми движениями коснулся кисти каждого.
От ужаса Ташка, словно напуганная кошка, сорвалась с места и, перепрыгнув через высокую спинку кресла, снова рванула в ванную. Наперегонки с ней, также перепрыгнув через кресло, сорвался с места и Костик, а Серьга – его кресло было ближе всех к коридору – завалился на бок, упал на пол и на четвереньках быстро пополз вслед за Костиком в туалет.
Когда душераздирающие звуки из ванной и туалета перестали доноситься, Анна осторожно приоткрыла двери, за которыми прятались её ученики и, мягко улыбнувшись, ласково произнесла:
– Все, все… честно. Хватит дрожать. Приглашаю всех к столу, сейчас по чашке травяного чая вам не помешает. Давайте-ка умойтесь холодной водой, и я вас жду.
Серьга с Костиком наперебой замычали, неуклюже жестикулируя руками – они хотели задать вопрос о том существе и его туловище, парящем в воздухе.
– Все кончено, Лешка ушёл, и на сегодня у нас все. Правда. – Анна успокаивала их тихим голосом и подбадривала кивком головы. – Сейчас только выпьем чай, а потом сразу спать.
Сбившись в кучу, и опираясь друг на друга, ребята прокрались в зал, где с облегчением убедились, что невероятный гость пропал.
Только после этого они стали приходить в себя и друг за другом сели вокруг стола, где их ждали три маленькие чашки с крепко пахнущим отваром. Они едва успели сделать по паре глотков, как их склонило в сон. Анна проводила каждого в свою комнату и уложила на кровать, заботливо укрывая засыпающих учеников мягкими одеялами.