– Здравствуй, – произнёс Тагур, присаживаясь рядом. – Не возражаешь?
Чтец не ответил. Казалось, всё его внимание поглощено Луной.
– Ты уже слышал о дисколёте? – спросил Тагур, не оставляя надежды разговорить Чтеца. Похоже, со второй попытки это удалось.
– Диск. Луна тоже диск. Символы, везде символы. Буквы. Целая история на Луне. Ты видишь диск. Но она не диск, понимаешь?
– Понимаю, – ответил Тагур. Конечно же, он прекрасно знал о теориях, что Луна – совсем не диск.
– Но ты смотришь и видишь диск, – повторил Чтец.
– Пожалуй, – согласился Тагур.
– А ты видишь, что там написано? Великая слава, трагичная история. До сих пор они ждут там, – произнося эти слова, Чтец так и не оторвал взгляда от лунного сияния.
– Владельцы? – предположил Тагур.
– Нет, не Владельцы. Потому что Владельцы были здесь, а не там.
– А кто же тогда? – поинтересовался Тагур, но Чтец не ответил, вдруг посмотрев на Тагура и резко сменив тему:
– А твоя тзай-тарра где?
– Она спит.
– Разве она не пробудилась? До сих пор?
– Нет.
– Позже. Пусть спит. Ей будет тяжело пробуждаться.
– Да, пускай выспится, – решил поддержать Чтеца Тагур. Чтец пристально смотрел на Тагура в течение нескольких секунд, а потом вдруг прошептал:
– Бойся пробуждения спящего, ибо мир весь – лишь сон его!
– Что? – Тагур не понял смысла слов Чтеца, но холодок пробежал по его спине. – Это как-то связано с Эрией?
– А ты пойдёшь будить её?
– Нет, с чего бы, ночь же сейчас.
– Хорошо. Но уже поздно. Вы уже связаны.
– Я и Эрия? – Тагуру очень не понравилось, что Чтец говорит такие слова. Если даже он сумел заметить какой-то намёк на чувства между Тагуром и Эрией, то и остальные могут заметить. А потом пойдёт слух, и он дойдёт до Вилении, до Вилайры, и кто знает, чем всё может кончится…
– Вы все. И те, кто там, наверху. Они не знали, что вы связаны. Но вы все связаны.
– Что ж, спасибо, – произнёс Тагур, поднимаясь. – Пожалуй, хватит с меня загадок на сегодня.
– Действительно, чего же слушать сумасшедшего? – Чтец проговорил эту фразу неожиданно чётко и осмысленно, так, что Тагур даже вздрогнул. Он взглянул на Чтеца, но тот снова уставился на Луну. Что ж, кое-чего Тагур своей прогулкой добился. Теперь даже саму мысль о сне из него вышибло.
Возвращаться к энноранцам пока не очень хотелось, и потому Тагур пошёл дальше. Быстро промелькнула мысль что было бы неплохо найти Амилькара, но тут же Тагур подумал, что сейчас он сильно занят организацией обороны, а потому Тагур будет только мешаться под ногами. Тогда Тагур решил подойти поближе к Туману, но бродняки не позволили ему этого сделать. Наступило военное время, и жизнь в Туманье теперь подчинялась совсем другим правилам.
Ещё некоторое время Тагур бродил между домами, а потом вернулся в посольство. Здесь было тихо и спокойно. Все, кроме дежурных спали. Тагур снова лёг в постель, но на этот раз уже разделся. Мысли в его голове водили хоровод, но чаще всего повторялись слова Чтеца. Он в памяти несколько раз прокрутил эту странную беседу, но лучше от этого не стало. Тагур знал, что подобные бессвязные высказывания обладают способностью хорошо запоминаться. Наверное, как раз потому, что они слишком вырываются из обыденности. И пока не придёт своё время, нет никакой возможности убрать из головы такие речи. Так что ему только оставалось ждать. Он и ждал. Уснул он в итоге только под утро.
Эрклион и Салерди переночевали в полуразрушенном здании совсем недалеко от того, что некогда было Золотым Дворцом. Салерди спал плохо: ему снились кошмары, которые были для него достаточно редки. Терин-ара не оставляло ощущение опасности, близкой, неотвратимой, но при том совершенно невидимой, скрытой за пеленой Тумана. Салерди часто просыпался и видел Эрклиона сидящим у входа в их ночное пристанище и что-то чертившим палочкой на пыльном полу. Салерди, конечно, понимал, что такому выдающемуся тзай-тарру, как Эрклион, сон нужен в значительно меньшей степени, чем человеку. Но почему-то Салерди думалось, что не спит Эрклион по той же самой причине, по которой просыпается и сам он. Эрклион не мог не чувствовать близкую угрозу. Вот ещё бы узнать, что он там чертит…
Эрклион же всю ночь пытался вспомнить хитрую схему подземных ходов, проложенных под Золотым Дворцом. Ему вовсе не хотелось потратить весь день на блуждания в лабиринте заброшенных коридоров. У них было мало времени. Вернее, мало времени было у Салерди. Без еды он какое-то время протянет, но вот без воды ему остаются считанные дни. Поэтому действовать надо было быстро. Чуть только стало светать, Эрклион разбудил Салерди и они продолжили свой путь.
Разумеется, Эрклион чувствовал, что за ними следят. Но не было никаких шансов понять, кто же и откуда. Местные твари, конечно же, гораздо лучше приспособлены к жизни в тумане, наверняка они и видят, и слышат здесь гораздо лучше, чем даже Эрклион.
– Салерди, будь постоянно наготове, – напомнил Эрклион. – Мы не знаем, с чем можем здесь столкнуться.
– Я смотрю по сторонам и слушаю, – ответил Салерди. – Никто не сможет подобраться к нам незаметно.
– Что ж, мне остаётся только довериться твоему профессионализму, – произнёс Эрклион, подумав при этом: «И твоему кинжалу».
– Под нашими ногами очень много пыли, но я не вижу, чтобы здесь были какие-то свежие следы, – поделился наблюдением Салерди. – А это значит, мы вдалеке от звериных троп.
– Разве что эти звери не передвигаются по воздуху, – заметил Эрклион с долей иронии.
– Не рискнул бы я летать в таком густом Тумане, – вполне серьёзно ответил Салерди. Он сосредоточился на окружающем их пространстве, а потому к разговорам вообще не был расположен. Эрклиону это опять-таки было на руку: меньше лишних вопросов.
Несколько минут они просто шли молча, Эрклион впереди, выбирая дорогу, а Салерди чуть позади, держа ружьё в руках и оглядываясь по сторонам. Но в один момент Эрклион вдруг заметил, что не слышит шагов Салерди у себя за спиной. Эрклион обернулся и увидел терин-ара, стоящего на месте и готового к отражению атаки. Голова Салерди была слегка повёрнута направо и чуть наклонена. Казалось, он во что-то напряжённо вслушивается. Вскоре и Эрклион услышал: справа и слева от них доносилось едва слышное цоканье, словно от собачьих когтей по каменной мостовой.
– Нас собираются окружить, – тихо и спокойно предупредил Салерди. – Сейчас они просто разведывают, кто мы такие и куда идём. Но скоро они уйдут и вернуться с друзьями.
Салерди оказался прав: цоканье вскоре совсем стихло. Наступила такая тишина, что было отчётливо слышно биение собственного сердца.
– Что теперь? – спросил Эрклион.
– Занять оборону, – ответил Салерди. – Если мы сами не будем шуметь, то сможем понять, с какой стороны они нападут, и лишим их главного преимущества – незаметности.
Эрклион шагнул к Салерди, и в тот же миг явственно услышал приближающиеся звериные шаги сразу с нескольких сторон.
– Сейчас, – произнёс Салерди. Эрклион взял в руки кинжал и встал спиной к Салерди, готовый биться. Но атаки не последовало. А шаги всё так же слышались в тумане.
– Нет, сейчас они на нас не нападут, – тихо сказал Салерди после некоторого раздумья. – Они опасаются, потому что не знают, кто мы такие и чего от нас ждать. Это хорошо. Раз опасаются, значит, драться до последнего не будут.
– Чего же они ждут?
– Они хотят вымотать нас, чтобы мы устали и стали лёгкой добычей. Так что у нас здесь какие-то мелкие твари, но их много. Жаль.
– Что жаль? – Эрклион не понимал, о чём вообще можно жалеть в такой ситуации.
– Зубов крупных из них не надёргать. А зубы легко носить с собой и денег хороших стоят. Вот черепов много с собой не унесёшь, да и на любителя они.
– Тут уж в пору о наших черепах подумать, – мрачно подметил Эрклион.
– И то верно, – согласился Салерди.
Невидимые в Тумане твари продолжили бегать вокруг Салерди и Эрклиона, но нападать так и не решались. Эрклион по звукам одновременных шагов насчитал шесть тварей. Навались они сейчас всей массой – и скорее всего, путникам несдобровать.
– Они могут так ходить вокруг нас весь день, – сообщил Салерди. – Я предлагаю такой вариант. Я сейчас выстрелю, и это, скорее всего, испугает их, они бросятся наутёк. Но это может привлечь внимание кого покрупнее. После моего выстрела нам придётся сразу бежать в какое-нибудь укрытие. Мы должны найти выгодную позицию для защиты.
– Хорошо, я понял, – согласился Эрклион, вспоминая, куда же здесь можно спрятаться.
– Учти также, что как только мы побежим, наши спины окажутся открыты, и самые смелые из этих тварей могут попробовать напасть. С их точки зрения всё просто – если мы бежим, мы слабы, если мы слабы, на нас надо нападать.
Эрклион кивнул.
– Да, я понял. Я готов. Беги за мной, я приведу в укрытие, – сообщил Эрклион.
– Сейчас. Отсчёт. Три… два… один!
Окружающий Туман всколыхнула вспышка, грянул выстрел; Эрклион помчался в сторону Дворца, увлекая за собой Салерди. Трудно было понять, куда же именно надо бежать. Эрклион в значительной степени надеялся на удачу, хоть самому ему и было неприятно признаваться себе в этом. Бежать пришлось довольно долго, пока наконец они не подбежали к руинам Дворца. Здесь уже ни о каком беге не могло быть и речи. Многочисленные каменные обломки вынуждали постоянно смотреть себе под ноги.
– Мы потеряли скорость, и нас скоро настигнут, – тяжело дыша, сообщил Салерди. – В ушах шумит, я ничего не слышу.
– Ясно, – ответил Эрклион, вглядываясь в Туман и пытаясь увидеть очертания хоть каких-то знакомых построек. Они продолжили путь вперёд, и через некоторое время им, похоже, повезло. Эрклион увидел древнюю сторожевую башню, полуразрушенную, но всё ещё узнаваемую. Эта башня сообщалась коридором со стенами крепости, а оттуда уже можно было попасть в подземные помещения Дворца – если знать, как найти потайной ход.
– Туда! – скомандовал Эрклион, указывая на башню. Они ускорили шаг. Но когда достигли башни, то оказалось, что её основание засыпано каменными обломками. Вход оказался замурован.
– Салерди, защищай нас, а я буду разбирать этот завал! – повелел Эрклион. Наивный план быстро укрыться в развалинах рухнул, но Эрклион не был уверен, что им удастся найти другой вход в подземелья раньше, чем их настигнут неведомые твари тумана.
Салерди послушно встал спиной к башне, а Эрклион принялся расшвыривать камни. Шума было много. Теперь не оставалось сомнений, что кто-нибудь из местных обитателей непременно этим заинтересуется.
– Сколько патронов у тебя в ружье? – спросил Эрклион.
– Осталось пять, – ответил Салерди.
– А камней ещё полно, – посетовал Эрклион, продолжая ворочать камни. – Как бы нам не пришлось туго.
– Вот, похоже, и первые гости, – сообщил Салерди. Эрклион оторвался от работы и принялся вслушиваться. Действительно, послышались явные шаги достаточно грузного зверя. Долго ждать не пришлось: скоро на них вышло крупное существо, очертаниями напоминающее медведя, но с мордой, больше похожей на кошачью, покрытое пепельно-серым мехом.
– Тихо, не стреляй пока, – шепнул Эрклион.
Салерди послушал Эрклиона и лишь кивнул в ответ. Эрклион сначала поглядел на зверя, а потом принялся осторожно, оглядываясь, разбирать завал. Зверь, вставший на задние лапы, внимательно глядел на людей, но ближе не подходил. Неизвестно, как долго продолжалось это противостояние, скорее всего, лишь несколько минут. Но тогда они казались Эрклиону и Салерди часами. А потом зверь начал шевелить ушами, улавливая какие-то звуки, пока ещё неслышные людям. Зверь вдруг ощерился. Салерди поднял ружьё, готовясь стрелять. Но «медведь», опустившись на передние лапы, побежал прочь. Эрклион, ждавший многого, но отнюдь не такого, оторвался от своего дела, выпрямился и уставился вслед улепётывающему «медведю».
– Что-то спугнуло его, – пояснил Салерди. Хотя Эрклион и так это понял.
Что же именно обратило «медведя» в бегство? Они сперва услышали тот самый цокот коготков множества ног. А потом и увидели, как на самой границе видимости вслед «медведю» устремилась стая каких-то небольших приземистых существ, издалека походивших на ящериц.
– Вот так влипли, – прошептал Салерди, но сделал это таким тоном, словно воскликнул. Эрклион принялся быстрее разбирать завал. Если стая вернётся, то им не поздоровится. Это только в сказаниях герои разом бьются с тучей врагов, но в действительности, когда на тебе повиснет несколько десятков таких вот тварей, ты уже вряд ли что-то сможешь сделать. Они будут вгрызаться в лодыжки и кисти рук, доберутся до горла – и пиши пропало. И вскоре Эрклион услышал подтверждение своим мыслям. Из-за пелены Тумана донёсся тягостный предсмертный рёв «медведя». С ним мелкие твари справились в считанные минуты.
– Может быть, к нам они и не вернутся, – предположил Салерди. Он решил воспользоваться передышкой и сейчас перезаряжал ружьё. – Туши того зверя им должно хватить на сегодня. А я заряжу-ка дробь вместо картечи, по таким мелким тварям удобнее будет стрелять.
Эрклион ничего не ответил. У него было ещё довольно много работы. Если бы Салерди помог, можно было бы справиться куда быстрее, но тогда они рисковали быть застигнуты врасплох. А в их ситуации это означало неминуемую гибель. Салерди это прекрасно понимал и потому не покидал своего поста. Он даже ни разу не обернулся, чтобы узнать, сколько же ещё камней осталось разобрать Эрклиону. Поэтому Эрклион сам сообщил ему:
– Тут ещё на полчаса работы. Надо продержаться, и потом мы будем в безопасности.
Но не успел Эрклион разобрать и половины оставшихся камней, как Салерди сообщил ему, что теперь мелкие твари пришли и за ними. И теперь Эрклион мог разглядеть их. Похожие одновременно и на зверей, и на ящериц, они почти волочили брюхо по земле, но при этом были покрыты не чешуёй, а матовой кожей в тон окружающего Тумана. Каждая лапа оканчивалась не особо длинными, но хорошо заметными когтями. Эрклион уже видел таких существ ранее. Можно даже сказать, был хорошо с ними знаком. Это были «кошки Владельцев». Милые домашние зверьки, взятые Владельцами из своего родного мира. Было страшно видеть, что с ними сделал приход Тумана. Когда-то милые и забавные, их мордочки теперь были перекошены и покрыты многочисленными шрамами. Хозяева ушли; «кошки» одичали и сбились в стаи. Да, охотничьи инстинкты в них были заметны и раньше, и поэтому Владельцы, например, подстригали им когти. «Кошками» их прозвали как раз за сходство в поведении с настоящими кошками Шенивашады. Но кошки Шенивашады не охотились стаями. А эти – охотятся и держат в страхе всю округу.
«Кошек» было много. Около сорока зверьков выстроились полукругом перед Салерди и Эрклионом, но нападать не решались.
– Они всё ещё боятся нас, – сказал Салерди. – Но среди них найдутся самые смелые, в этом можно не сомневаться.
– Стреляй, только если они кинутся.
– Разумеется.
И долго ждать не пришлось. Действительно, три «кошки» метнулись вперёд, остальные медленно подались за ними. Но Салерди среагировал быстро. Прогремел выстрел. Две окровавленные тушки отшвырнуло в сторону, третья «кошка» потеряла ориентацию от вспышки и грохота и со всего маха врезалась в здоровенный камень, да так и осталась лежать; остальные твари бросились наутёк.
– Быстрее! – закричал Салерди, понимая, что вторая атака, гораздо более масштабная – лишь вопрос времени. Эрклион напряг все свои силы и принялся за работу ещё более рьяно. Туман плохо влиял на него, лишая почти всех сверхчеловеческих сил. У него шумело в ушах, со лба тёк пот. Он даже не сразу понял, что на Салерди снова нападают. Только услышав несколько выстрелов, он увидел, что на них мчится целая волна «кошек», а Салерди тщетно пытается её остановить. И хотя каждый выстрел терин-ара оставлял широкую просеку в рядах тварей, их было ещё очень много, они всё равно неумолимо приближались к людям. Наблюдать за Салерди времени не было. Эрклион понимал, что единственный способ сейчас помочь и ему, и себе – это как можно скорее освободить дверь от завала.
Вот и последние камни у верхней части двери полетели в сторону. Совсем не оставалось времени на то, чтобы разобрать дверь полностью. Освободив лишь небольшой участок, достаточный, чтобы туда протиснуться, Эрклион собрал остатки подвластной ему Тзай и направил импульс в запорную систему двери. Механизмы заработали, дверь отошла в сторону. А в этот момент на Салерди уже налетели «кошки». Он отчаянно скакал и уворачивался, не давая облепить себя со всех сторон, но некоторым тварям удавалось укусить или поцарапать его. Эрклион подскочил к Салерди и дёрнул его за плечо.
– Сюда! – крикнул Эрклион, показывая на открытый дверной проём. Салерди всё понял и помчался ко входу в башню – четыре шага, которые сейчас решали их жизнь. Салерди прыгнул в проём первым, Эрклион – сразу следом за ним. Но он успел почуять, как какая-то из «кошек» впилась ему в ногу. Упав внутри башни прямо на Салерди, Эрклион тут же вскочил и поспешно закрыл дверь. Теперь они были в безопасности. И в кромешной тьме.
– Темновато, – произнёс Салерди и зашуршал чем-то. – Закрой глаза, мудрейший, сейчас я дам свет.
И правда: Салерди зажёг какою-то небольшую, но достаточно яркую лампочку. Наверняка работа тзай-тарров. Эрклион спросил об этом.
– Нет, не тзай-тарров, – ответил Салерди. – В общепринятом понимании этого слова. Лампочка от ренегатов. Но суть та же самая. И не сочти мой вопрос бестактным, о мудрейший, но как бы мы ходили по темноте подземелий, если бы у меня не было лампочки?
– Да вот так, – ответил Эрклион и зажёг над своей ладонью небольшой огонёк. Конечно, Эрклион не сказал Салерди, что на поддержание этого огонька ему пришлось расходовать не внешнюю Тзай, а силы собственного организма. Что могло плохо кончиться, встреться они с ещё большими проблемами. Поэтому Эрклион быстро погасил огонёк.
– Вообще-то я думал соорудить какие-нибудь факелы из подручных материалов, – добавил Эрклион. – Но всё здесь пошло несколько не так. На нас напали раньше, чем нам встретились какие-то подходящие вещи.
– Действительно. И я искренне надеюсь, что здесь таких тварей не водится.
Эрклион посмотрел на свою лодыжку. Текла кровь. Рана была достаточно глубокая – от острых длинных зубов «кошки Владельцев», но не опасная. А вот Салерди, похоже, досталось сильнее. Его походная одежда была исцарапана, местами на руках и ногах проступали пятна крови. Положив лампочку перед собой, Салерди принялся извлекать из своего рюкзака мази и бинты.
– Тебя сильно подрали, как я погляжу, – сказал Эрклион.
– Сначала обработаем твою рану, о мудрейший, – заявил Салерди тоном, не терпящим возражений. Эрклион и не стал этому противиться. Во-первых, рана была всего одна, и обработать её можно было быстро. Во-вторых, позволяя Салерди заняться его раной, Эннори оказывал честь терин-ару.
– Я не знаю, что здесь за твари, но они вряд ли ядовиты, – предположил Салерди, аккуратно смазываю рану Эрклиона. – Если бы были ядовиты, мы бы далеко не ушли. Но вот эта мазь поможет бороться с нагноениями и ускорит заживление раны. Это, конечно, не чудодейственное снадобье, но оно заметно помогает.
– Хорошо, лекарь, действуй, – одобрил Эрклион. – Но не затягивай дело. Ты сам весь в крови.
– Неприятно, но ничего серьёзного, только руки и ноги покусали.
– Твои раны пусть и не глубоки, но обширны, и ты весь в крови. К тому же всё твоё израненное тело скоро будет сильно болеть. А ведь никто не может сказать, какие испытания мы ещё встретим впереди.
– У меня всё равно нет ничего, что мигом остановило бы кровь, – признался Салерди. – Так что она остановится тогда, когда остановится. Наше тело умеет лечить себя и само. Главное – не мешать ему в этом.
– Я мог бы тебе детально объяснить, почему ты не прав, но сейчас не та обстановка. Поэтому поспеши закончить со мной и принимайся за себя.
Салерди кивнул, деловито и умело перевязал ногу Эрклиона и принялся закатывать свою штанину. Как и предполагал Эрклион, дело было хуже, чем Салерди говорил. Эрклион насчитал как минимум восемь укусов, и это ведь только на одной ноге. Салерди сейчас было очень больно – в этом Эрклион не сомневался. Но терин-ар не подавал виду.
– Салерди, ты сможешь идти?
– Да, о мудрейший, смогу. Мне стыдно за то, что я вызываю у тебя такие сомнения, но я не подведу.
Эрклион, ни сказав ни слова, отвернулся от Салерди и уставился в темноту. Ему вдруг очень сильно захотелось ударить кулаком по стене. Его переполнила злоба от собственного бессилия. Он едва сдержался, чтобы не показать Салерди свою слабость. Там, за пределами тумана, он и в одиночку бы раскидал всех «кошек» и в миг бы остановил кровь Салерди, и снял бы боль, и значительно ускорил бы заживление. Но здесь всё было по-другому, здесь был не его мир. Привыкшему чувствовать себя хозяином в любой ситуации Эрклиону было тяжело это принять. Ещё тяжелее было переносить вдруг нахлынувшие эмоции. Эмоции, отсутствием которых он так гордился, те самые эмоции, которые он в ту давнюю ночь оставил на балконе Золотого Дворца, глядя на фонтан… Но на самом деле эмоции никуда не ушли. Они затаились до поры до времени, оттеснённые на задний план теми сверхзадачами, которые стояли перед Эннори. Но здесь, в своём родном городе, будучи один на один с опасностью, он вновь стал чувствовать их. Здесь и сейчас он не Эннори. Лишь Эрклион.
– Я закончил, – произнёс Салерди. – Мудрейший, я должен выпить средство для снятия боли. Оно, к сожалению, сделает меня несколько заторможенным и рассеянным. Я бы хотел, чтобы ты взял мой ружьё. Я покажу, как его заряжать.
– Что ж, пей своё зелье, – не оборачиваясь, позволил Эрклион. Хотя слова Салерди ему и не понравились, но он ждал чего-то подобного.
– Я сожалею, что мне пришлось так явно показать свою слабость перед твоим лицом, – принялся оправдываться Салерди. – Но если я не выпью это средство, то не смогу далеко уйти.
– Сначала дай мне ружьё и покажи, как с ним обращаться, а потом пей, – сказал Эрклион, оборачиваясь.
– Конечно, – ответил Салерди, протягивая оружие. – Всё довольно просто…
Пару минут у Салерди ушло на то, чтобы показать Эрклиону, как заряжать ружьё, где найти патроны в рюкзаке Салерди и чем они отличаются. А уж как стрелять – это Эрклиону было известно.
– Лампочка крепится на ствол, вот сюда, – пояснил Салерди, прилаживаю лампочку к ружью. – Теперь можно идти. Рюкзак я понесу сам. В случае чего я всё равно никуда не убегу, а тебе надо сохранять подвижность, мудрейший.
– Согласен. Пей, и пойдём уже. У нас мало времени.
Салерди отпил несколько глотков из какой-то фляги и поинтересовался:
– Почему же?
– Потому что у нас ни еды, ни воды.
– Ну немного воды у меня есть. И еды найдётся.
– На три дня нам вряд ли этого хватит. Поднимайся. Идём, – и, не дожидаясь Салерди, Эрклион шагнул вперёд.