Если вы решитесь зайти в «Кружку», то первым, что вы увидите, будут пристальные, испепеляющие на месте взгляды местных постоянных клиентов, целыми днями простирающие свои старые дряблые зады о грубо сколоченные деревянные табуретки. Посверлив вас взглядами где-то с минуту, посетители отвернутся, потеряв к вам интерес и снова займутся заливанием дерьмового пойла в бездонные желудки. Если после такого приятного приветствия вы всё же решитесь остаться в таверне, к вам подойдёт парнишка лет четырнадцати, высокий, с хорошей, не присущей трущобному жителю осанкой и горящими юношеским огнём серыми глазами, он выглядит весьма странно в своей древней, весьма потрёпанной и сотни раз залатанной серой рубахе. От этого пария, который представится как Карим, чувствуется сильный запах канавы перед входом в «Кружку», никак не сочетающийся к горделивым взором сверху вниз и приподнятым подбородком, Если вы тактично промолчите и не укажите на запах, Карим проводит вас к свободному столу. Чуть позже он принесёт замасленный и весь исписанный обрывок настоящей бумаги и заточенный почти до конца кусочек карандаша, Что бы вы не заказали. Карим принесёт вам еду пережаренной, недоваренной или ещё каким-нибудь издевательским способом испорченной. Хотя бы не сырой, если повезет, Если вы решитесь съесть это чудо кулинарной мысли, парнишка заберёт оплату и не очень тактично укажет на выход Да уж, случайных гостей здесь не жалуют. Покинув «Танцующую кружку», вы увидите ужасную вывеску и, скорее всего, решите больше никогда сюда не возвращаться.