– Ну-у! – шутя, пихнула его Ригатта, – Юджи! Рука – это жертва! Он сказал!
– Ладно! – буркнул градоначальник, – тем более, что альтернативы все равно нет.
– Вот именно! – захохотала девушка, – Он все знает! Каждый шаг каждого человека на этой земле! Все-все в этом мире – его замысел!
Кинертон поморщился.
Болтовню прервало чье-то неразборчивое мычание.
Дженнет аккуратно выглянула из-за своего укрытия.
Пламя от свечи озарило лежащую на полу девушку в серой юбке и куртке Элейн. Девушка была связана по рукам и ногам, а во рту, вместо кляпа, скомканный носовой платок, так же перевязанный веревкой, но потоньше.
– Замерзла, крошка? – криво улыбнулась Ригатта, повернувшись к пленнице, – Пожалуйста, мне не жалко!
С этими словами, она стала поливать связанную девушку воском.
– Нет, ну чего ты ворочаешься, а? Я тебя не пойму! – насупилась Ригатта.
Связанная в ответ простонала.
– А-а-а! Пальчики болят, да? – хихикнула мучительница, глянув на безжалостно переломанные пальцы девушки, торчавшие в разные стороны, – Так это для того чтобы ты фьють!
Ригатта сложила ладони в голубя и замахала ими.
– Не упорхнула, то есть.
В ответ снова стон.
– Ой, – схватилась за голову Ригатта, – Совсем забыла, ты же мерзлячка.
Захихикав, она продолжила поливать связанную девушку воском.
«Кейт!» – удивилась про себя Дженнет, наблюдая за происходящим.
Кинертон тоже повернулся к пленнице, наблюдая за пыткой.
«Кажется, это мой шанс» – подумала Валкери, собираясь встать и напасть на врага, пока тот не ожидает.
Мышцы сковало, а тело словно задеревенело.
"Да брось, атака из укрытия? В спину? Скучно и банально. Ты же не такая" – прошептало что-то у нее в голове.
«Кто…» – мысль испарилась, не успев завершится.
Валкери взглянула на свои руки.
Вся кожа была покрыта знаками. Черные, иссушающие волю символы, словно тысяча глифов, окутали её тело и впились клыками в разум.
Кинертон и Ригатта вдоволь поиздевавшись над пленницей, отошли от неё.
– А знаешь, может ты права и… – градоначальник не закончил фразу, замолчав от удивления.
К ним, размеренно и непринужденно, шагала Дженнет Валкери. Меч сжат в правой руке. Острие смотрело вниз, периодически задевая возмущенно скрежетавший пол. Алые волосы распущены, львиной гривой спускаясь до поясницы. Глаза закрыты, как во сне.
Градоначальник нервно сглотнул и сделал шаг назад.
– А, большой начальник Дже… – начала Ригатта.
Её фразе не суждено было закончиться, и Кинертон это понял, едва бывшая Командующая открыла глаза.
Алый взгляд впился Ригатте в горло.
Дженнет неуловимо, словно тень, переместилась вперед, сократив расстояние до двух шагов. Разрезанный воздух взревел как лев. Широкий рубящий удар настиг Ригатту и растерзал на месте. На её лице отразился не наигранный, настоящий ужас. Кровь рубиновым ливнем зашлепала по мраморному полу. Грудь открылась зияющей дырой, отрубленная рука мелькнула в свете свечи и канула во тьму. Второй взмах клинком. Открытый в беззвучном крике рот. Голова Ригатты разъехалась двумя скользкими половинками.
Это был не бой, не сражение. Это было убийство. Дженнет просто убила её, не дав ни единого шанса. Ригатта не могла защититься, не могла даже попытаться что-то сделать. Она даже не поняла, что произошло, и не успела ощутить боль. Валкери убила её быстро и жестоко. Но это было отнюдь не милосердие.
Дженнет сделала еще один взмах. С её клинка схлынули остатки крови, прочертив на полу размашистую красную дугу.
Компаньон Ригатты, как только его хозяйка погибла, рассыпался в труху.
Кинертон, спотыкаясь, отбежал в сторону и, подняв Кейт, спрятался за ней, как за щитом, приставив к горлу нож.
– Не подходи!!! – заорал он, как безумный.
Лицо градоначальника исказилось в гримасе ужаса. От его напыщенности и самоуверенной ухмылки, которая по обыкновению обитала на его лице, не осталось и следа.
Дженнет не проронила ни слова. Она безмолвно шагнула вперед.
– Стой, кому говорю!!! Я прирежу эту тварь!!! Клянусь, я сделаю это!!! – верещал он.
Дженнет сделала еще один шаг. Алый взгляд сосредоточился на Кинертоне.
– Ты что оглохла?! Назад!!!
Градоначальник уперся спиной в трибуну и остановился. Нож в его руке ходил ходуном, то и дело слегка оцарапывая Кейт шею.
Кинертон быстрым движением вынул кляп.
– Скажи ей, что я не шучу!!! Живо!!!
– С Д-дезмондом все в порядке? – голос Кейт дрогнул.
Дженнет проигнорировала обоих. Её клинок медленно и неотвратимо, как сама смерть, поднялся. Сжимавшая рукоять кисть, объятая переползающими с места на место, словно трупные жуки, знаками, зависла возле её лица. Длинное и узкое лезвие, как жало, застыло и обратило свой стальной взгляд вперед.
– Кейт…
Валкери произнесла имя почти шепотом.
– … Мне жаль.
Клинок Дженнет пронзил Кейт и Кинертона насквозь.
«Больно. Опять. Я снова живу. Но для чего? Прошу тебя, дай мне уйти… Я вновь хочу увидеть тебя, ощутить прикосновение твоего тепла, услышать твой смех» – мысленно обращался Ра к своей возлюбленной, протягивая к ней руку.
К'шатри выглядела точно такой, какой он её видел в последний раз. Жаркие, опаляющие душу золотистые глаза, длинное алое платье, рыжие, словно сотканные из пламени, вьющиеся волосы и страсть, скользящая в каждом её жесте.
"– О, мой Амун-Ра… еще слишком рано, у тебя так много дел…"
«Я не могу. Не хочу! Ты нужна мне. Я так устал ждать»
Девушка печально улыбнулась.
Она стояла так близко, что Ра, казалось, мог просто протянуть руку и коснуться её. Но это была ложь. Он тянулся к ней как подсолнух к солнцу, но их пальцы раз за разом проскальзывали в миллиметре друг от друга, словно что-то в последний миг их отталкивало. Сколько бы они не старались, их попытки шли прахом, и влюбленным только и оставалось – бессильно смотреть друг на друга.
"– Мой Амун-Ра… Я так скучаю по тебе"
«Я все брошу. Я приду к тебе, и мы снова будем вместе! Я…!»
К’шатри, грустно улыбнувшись краешком рта, покачала головой.
"– Не бросишь. Им нужна твоя помощь. Очень нужна"
Тишина. Прозрачная дымка немного затуманила взгляд Амун-Ра.
«Прости…»
"Я буду ждать" – кивнула девушка.
Образ К’шатри стал таять, постепенно сливаясь с щипавшим глаза голубоватым светом.
Амун-Ра смотрел на режущий глаза свет лампы. Придя наконец в себя, он невольно зажмурился. В глазах маячило расплывчатое пятно, голову раздирала нечеловеческая боль, а налитое металлом тело тихонько застонало, стоило лишь слегка шевельнуться.
Лишенный звуков пузырь лопнул от звонкого девичьего голоса, который, заодно, со щелчком поставил внутренний компас на место. Ощущение потери времени прекратилось, словно кто-то наконец-то закупорил песчаные часы.
– Дана, он очнулся!
Послышался топот и скрип половиц.
Ра сделал попытку открыть слезящиеся глаза.
«Синяя лампа. Сейчас она есть только в одном городе… Как же его…» – Амун-Ра задумался, перебирая перемешавшуюся в голове память, в поисках ответа.
Наедине со своим подсознанием все было куда проще. Есть лента, захотел – рассмотрел один фрагмент, захотел – другой. Сейчас же, весь этот колоссальный поток картинок свернулся и стал у Ра в голове комом, выдавая то одно, то другое воспоминание, более или менее относящееся к настоящему времени.
– Как вы? – загородила ему свет девушка.
Её усыпанное веснушками лицо с любопытством и, пожалуй, трепетом, рассматривало Ра.
Амун-Ра попробовал открыть рот. Пересохшие губы тут же треснули.
– Ой! Стойте, стойте! Я сейчас! – юркнула куда-то девушка.
Ра повернул голову на бок.
Крохотная мрачная коморка, едва-едва дотягивающая до почетного звания комнаты. Мрачной она была не от того, что её такой задумали хозяева, а от переполнявшей её пустоты. Оголенные, полусгнившие деревянные половицы, по-старчески скрипящие от ходьбы, облупленные стены и серый, с пятнами, потолок, изуродованный сетью трещин и паучьих угодий. Окно одно – и то заколочено наглухо. Под потолком, висельником криво свисает лампа с гестилом, а у противоположной стены старая безобразная от своей бедности кровать, такая же, как та, на которой лежал Ра.
Закончив осмотр помещения, Ра, сконцентрировавшись, наконец заметил сидевшую на стуле крупную женщину. Она примостилось возле двери и пристально смотрела на Ра, нахмурив брови и сжимая в руках металлический лом. Взгляд её не был наполнен дружелюбием, как у предыдущей девушки.
Едва Амун-Ра вспомнил о веснушчатой девчонке, как послышался бодрый топот, и в комнате появилась она.
– Вот, вот! Пожалуйста, не шевелитесь, я смочу вам губы! – быстро заговорила девчонка, присев рядом с Ра и держа в одной руке губку, а в другой небольшую чашу с водой.
Её волосы растрепались, все никак не желая быть пленниками двух цветастых подвязочек.
– Эми, осторожно, – подала голос вторая, сидевшая у двери.
Первый голос звучал добро, солнечно и по-детски наивно, зато второй грубо и подозрительно.
«Точно сёстры» – подумал Ра.
К его губам приложили влажную губку. Сразу стало намного легче. Спустя полминуты, Ра смог шевелить губами, хоть болезненное ощущение все еще преследовало его. Он открыл рот, чтобы выразить благодарность, но вместо слов у него вырвалось лишь невнятное сипение.
– Держите! – поняла все без слов обладательница веснушек и, приподняв голову Ра, подала ему воды из чаши.
Амун-Ра казалось, что ему совсем не хочется пить, но неожиданно для себя он осушил всю чашу чуть ли не залпом.
– Как вы себя чувствуете? – повторила свой вопрос девушка с косичками.
– Бывало и хуже, – с усилием ответил Ра.
Амун-Ра поднес руку к лицу.
«Так я и думал» – мысленно проговорил он, разглядывая свою человеческую ладонь.
– Не очень-то вежливо, пьянь, – погрозив ломом, сказала старшая, привстав со скрипнувшего стула.
– Дана! – укоризненно воскликнула младшая.
«Пьянь?» – Ра не мог вспомнить значение этого слова.
– Давай приводи в чувство этого пьянчугу и выдворяй его! – скомандовала Дана.
«Ах, вино, точно же. Пьянь – перебравший вином»
– Я не пьянь, – все еще сипло, но уверенно ответил Ра.
– Да что ты? А голышом в отрубе валялся ради потехи? Прям рядом с мусоркой.
Ра скользнул взглядом по своему телу. Он был укрыт тонким шерстяным одеялом, одежды на нем, и правда, не было.
– Дана, прекрати! – затрясла кулачком Эми, – От него даже не пахнет спиртным, сама понюхай!
– Да не буду я всяких бездомных нюхать!
– Дана!
– Кгхм, – кашлянул Ра, привлекая внимание двух разошедшихся дам.
– Так… Как вас зовут? – поинтересовалась младшая, моментально потеряв интерес к перебранке.
– Ра… – протянул сначала он, но потом осекся: А стоит ли?, – …альф. Ральф.
Судя по выражению лица сидевшей рядом девушки, она не слишком ему поверила.
«Странное имя»
– Ээ… Очень приятно, Ральф! Меня зовут Эмили! Или просто Эми! – улыбнулась она и протянула руку.
«Я знаю столько имен, а выбрал самое странное»
Ра потихоньку приподнялся на локте и тоже подал ей руку.
– Мне тоже приятно, Эми.
– А это, – девушка указала взглядом на продолжавшую хмурится барышню с ломом, – Моя сестренка…
– Дана, – закончил за неё Ра.
– Э… Да, верно! – улыбнулась Эми.
Тело еще болело, но уже хотя бы более или менее слушалось. Амун-Ра попробовал сесть. Попытка была хорошая, но заранее обречена на провал. Руки, сведенные судорогой, дрогнули, и он начал заваливаться обратно на спину.
– Держитесь! – подхватила его Эми, не давая упасть.
– Спасибо.
Ра сел.
– Все, можешь меня отпустить, Эми.
Девушка тут же залилась краской и одернула от него руки как от огня.
– Да-да, простите! – зарделась она.
Ра глянул на неё с легким недоумением.
«Что я сделал?»
Амун-Ра, посидев секунду-другую, все же собрался с силами и с натугой встал с кровати.
– Ой! – пискнула Эми и тут же отвернулась, едва не упав, запутавшись в своих же ногах.
Даже непоколебимая как скала Дана смущенно отвела взгляд.
– Что? – невозмутимо пожал плечами Ра.
– Ты голый, – подсказала ему Дана.
Эми издала какой-то невнятный звук.
– Я знаю. Мне нужна какая-нибудь одежда. Где я могу её раздобыть? – так же спокойно продолжал Ра.
– Ты что, на улицу в таком виде собрался?
– Да.
Дана перевела взгляд на него, стараясь смотреть в глаза.
– Ты совсем дурачок что ли? Во-первых, ночь на дворе, а во-вторых, если будешь шататься по улицам голышом, то тебя арестует стража или вообще Легион. Попляшешь тогда, дубина!
Ра в ответ промолчал.
«Легион? Легионеры. Чарли, Дженнет, Дезмонд, Кейт»
Амун-Ра механически перечислил в уме всплывшие ассоциации. Имена проступили в темноте его воспоминаний красным пунктиром. Нить воспоминаний замаячила перед взглядом.
«Чарли, Дженнет, Дезмонд, Кейт…» – дернул Ра за ниточку.
Клубок воспоминаний зашуршал и, завертевшись, слегка распустился. Кусочек цветной ленты памяти распрямился.
«Точно… Они Легионеры. Тогда, в доме Элейн, мы собирались в Легион, потому что кто-то заманивал туда Чарли, угрожая всему Седэну. И тогда Кейт нас перебросила в Клименфор. Но, похоже, что-то пошло не так. Вот… Я должен их найти и помочь!»
– У-у нас есть одежда, только я в-вас умоляю, прикройтесь! – пискнула Эмили.
Амун-Ра, вернувшись к реальности, пожал плечами.
– Хорошо.
Он взял тонкое одеяло и завернулся, перестав смущать сестёр.
– Спасибо! Я сейчас принесу вам что-нибудь! – сказала Эми и выскользнула из комнаты, продолжая тихонько рдеть.
Ра, с безмолвного разрешения Даны, прошелся по комнате, разрабатывая покалывающие мышцы. С неожиданностью для себя, он открыл целую вереницу новых ощущений. Пол попросту не существовал больше как обычная поверхность. Он был утоптанный, неровный, сквозил прохладой и порой норовил одарить занозой. Пол был словно живой и рассыпался в голове Ра невероятным спектром ощущений и таким же непостижимым количеством эпитетов, которые его разум стал подбирать сам собой, стараясь описать нахлынувшие чувства.
«Я… Человек?» – со странным удивлением, подумал Ра.
– Ральф, значит… Так кто ты такой, Ральф? Где живешь и что делал на улице? – спросила Дана, переминаясь с ноги на ногу.
«Почему она нервничает? Я же вроде прикрылся?»
Тот факт, что он мог выглядеть для женского пола весьма привлекательным, Ра просто не мог осознать после стольких веков пребывания в шкуре чудища.
– Я… просто Ральф. И все.
– Ммм, вот как? – скептически зыркнула на него женщина.
– Видимо так.
Дана нахмурилась еще сильнее, хотя казалось, что сильнее невозможно.
– Спасибо, что спасли меня, – сказал Ра, вспомнив замечание о собственной неблагодарности.
– Я вот не пойму, ты действительно дурак или прикидываешься?
Ра совсем не обиделся, поскольку действительно не понимал, чего от него хочет услышать эта женщина.
– Я же сказал «спасибо».
Дана презрительно скривилась и отвела взгляд.
Послышался знакомый топот.
– Вот и я! – влетела в комнату Эми, держа в руках небольшую гору одежды, – Это папина, может, немного великовата, но лучше, чем ничего!
– Спасибо, – кивнул Ра и, откинув на кровать одеяло, взял у неё из рук одежду.
– Ай! – снова взвизгнув, поспешно отвернулась Эмили, – Что ж вы делаете! Хоть предупреждайте!
Девушка выскочила из помещения.
Дана подошла к Ра и легонько ткнула его ломом в грудь.
– Не дури мне тут, понял?
– Понял, – ответственно кивнул Амун-Ра.
Дана покинула помещение вслед за сестрой.
Ра оделся и, выйдя из комнаты, тут же попал в другую, только чуть больше предыдущей. Память, жестом сдающего, подкинула ему карточку с подвалом Элейн, но и тот казался царскими хоромами, по сравнению с этой, без преувеличения, дырой. Бедность – единственное, что возникало в голове, при взгляде на эту комнату. Шагов десять в одну сторону, да семь-восемь в другую. В углу сложенная гармошкой облезлая ширма, прикрывала своим костлявым телом ржавый унитаз и выгнутую водопроводную трубу – душ, зиявшей облупленным срезом на конце. В стену вбиты два длинных гвоздя. На одном висело потрепанное полотенчико, размером с небольшую тряпку.
Ра перевел взгляд левее и наткнулся на железную дверь с засовом, буквально в паре метров от импровизированной ванной.
«На улицу?»
– Эй, хорош глазеть, садись давай, еда стынет, – отвлек его громыхнувший голос Даны.
Ра повернулся и, пройдя пару шагов, уткнулся в небольшой, прогнувшийся под тяжестью времени, деревянный столик.
«И кухня тут же»
На столе в мятом котелке исходили паром две крупных картофелины.
– Ну? Чего встал? – снова рявкнула Дана на застывшего Амун-Ра.
– Дана, прекрати кричать на нашего гостя! У нас и так мало кто бывает! – возмущенно затрясла кулачками Эмили.
– Все хорошо, – прервал её Ра, не дав сестрам вновь разругаться, и сел за скрипнувший под его весом стул.
– Угощайтесь, не скромничайте! – жизнерадостно улыбнулась Эми и протянула ему целую картофелину.
От Ра не укрылся хмурый взгляд Даны, очевидно недовольной расточительным поведением младшей сестры.
Амун-Ра взял картофель и отломил от него половину.
– Мне будет достаточно и этого. Спасибо, – сказал он, благодарно кивнув.
Дана взяла оставшуюся половину и молча стала её есть, откусывая маленькими кусочками.
«Чтобы хватило подольше…»
В голове Ра цветным всплеском зажегся очередной кусочек памяти.
«Я тоже когда-то был беден. Египет. Гиза… Джедеф…ра»
Мозг кольнуло иглой, и стол перед Ра закружился юлой.
– Хорошо себя чувствуете, Ральф? – прозвучал голос Эмили.
Амун-Ра вцепился в край стола и закрыл глаза.
«Не сейчас. Не хочу вспоминать, что там было. Отложу на потом»
– Да, все хорошо, – сказал Ра, открыв глаза и ослабив хватку.
Стол постепенно перестал вертеться.
– Итак! – произнесла Эмили, едва ужин окутала тишина, – Расскажите нам что-нибудь о себе, Ральф!
– Наш друг не хочет нам ничего рассказывать, я уже спрашивала, – сказала Дана.
Раскаленный картофель приятно коснулся языка.
«Сколько лет… веков я не ел?»
– Мне жаль, – ответил Ра, прожевав, – Мне нечего рассказать. Я не помню, как оказался на улице.
– Ой, бедненький, вы потеряли память? – с искренним сожалением произнесла Эми.
– Ну, можно и так сказать, – кивнул Амун-Ра.
– А мы вот с сестричками живем здесь, работаем каждый день! Я вот помогаю в местной лечебнице и учусь в школе, Дана…
– Извини, что перебиваю, вас не двое? – спросил Ра.
– Эээ… Да! – улыбнулась Эмили, – Наша сестренка Натали служит в Легионе! И сейчас у неё ночная смена!
– Эми, придержи лошадей, – буркнула Дана.
– А что? – спросила Эмили, – Я ей горжусь! Она добилась, чего хотела, и я добьюсь!
– Добилась, бросив нас… – еле слышно, с кипящей злобой пробормотала Дана.
– Ничего она нас не бросила! – возмутилась Эми, – Она просто не может сейчас нас навещать. Ты же знаешь, у неё очень напряженная служба! Вот её и не пускают к нам!
– Два года? – раздраженно поинтересовалась старшая сестра.
– Ну… она, она… Она присылает деньги и пишет письма! – оправдывая сестру, залепетала младшая.
Дана стукнула кулаком по столу.
– Деньги?! Да этих грошей едва хватает, чтобы платить за твою учебу! Не говоря уже о еде!
Губы Эмили мелко задрожали, а глаза наполнились слезами.
– Прости… я… Все будет хорошо, – успокоившись, произнесла Дана, и встав со стула, подошла к сестре и обняла.
Несмотря на внешнее спокойствие, в глазах женщины все еще тлела ненависть.
Ра молча жевал, стараясь издавать как можно меньше шума и вообще, по возможности, не мешать.
– Извини, что пришлось это слушать, – обратилась к нему Дана, поглаживая сестру по голове.
– Все в порядке, – помотал головой Амун-Ра, прожевывая картошку, – Просто я тоже ищу кое-кого из Легиона.
– Да? – воспряла поникшая Эмили, – Ваши друзья – Легионеры?
Ра кивнул.
– А говорил, ничего не помнишь… – встряла Дана, недоверчиво измеряя Ра взглядом.
– Я… Вспоминаю по ходу дела, – честно признался Амун-Ра.
– Как же…
– Дана! – недовольно защебетала Эми.
– Спасибо вам большое, – Ра встал из-за стола, – За то, что спасли жизнь, накормили и дали одежду.
Эмили затаила дыхание.
– Но мне нужно идти, мои друзья нуждаются в помощи.
Ра благодарно поклонился и направился ко входной двери.
– Будешь должен, – сказала ему вдогонку Дана, немного смущенно отведя взгляд.
Амун-Ра улыбнулся.
– Непременно.
Элейн застыла, не в силах шевельнуться. Жуткий, светящийся злобой взгляд сковал её ужасом, словно цепями, пригвоздив к полу. Зависшее монолитной, аспидно-черной скалой, гигантское существо со свистом втягивало воздух. Из раскрытой пасти вырывалось облачко пара, а два ряда острейших зубов поблескивали в лунном свете, бьющем через окно. В глазах одно – смерть.
Рядом с чудищем, слегка помятая, но по-прежнему немыслимо высокомерная, стояла Мелони Фростфилд. Её лицо выражало спокойствие, слегка приправленное досадой от того, что в её игру вмешался посторонний.
Мелони, поправив полушубок, отошла в сторону, освобождая пространство для своего спасителя. Она попыталась наполнить свои действия непринужденностью, но все равно сложилось впечатление, словно она просто уходит с линии огня.
Существо, не отводя пылающего взгляда от Элейн, скинуло с плеч тяжеленную металлическую люстру словно картонку.
Мелони Фростфилд была опасна, очень опасна. Но от явившегося зверя просто веяло смертью и разрушением.
Стивен стоял чуть в стороне от Элейн и тоже не шевелился. Даже дочь Фростфилдов отойдя от монстра замерла. Создавалось обманчивое впечатление, что трехметровое существо, отдаленно напоминающее волка, реагирует на движение, и пока они стоят смирно, оно их не видит. Но Стивен понимал, что это, конечно же, чушь. В любом случае, возникшая пауза – это время. А время – это именно то, что им сейчас было нужно. Командующий, не отводя взгляда от зверя, шустро прикидывал в уме план дальнейших действий. Пока что перспективы вырисовывались не самые радужные. Они с Элейн вполне могли проиграть и одной лишь Мелони, если бы не счастливое стечение обстоятельств, а теперь на сцену сражения вышел еще один, куда более смертоносный противник. К тому же, Стивен очень сомневался, что Мелони будет просто стоять и смотреть где-нибудь в сторонке. Что им делать? Мозг упорно не желал выдать что-то дельное. Смогут ли они защититься? Элейн измотана, он – слаб без одной руки.
Стив с ненавистью посмотрел на безвольно повисшую на повязке руку.
«Как же не вовремя!»
Зверь, не моргнув, плавно коснулся передними лапами пола, спружинившись, как дикая кошка перед прыжком.
– Элейн! – выкрикнул Командующий.
Лучница вздрогнула.
Стивен понимал, что будь даже страж Амун-Ра в полной боевой готовности, она бы все равно не успела бы уклониться от такого выпада, поэтому он совершил маневр на упреждение.
«Время… какая странная штука» – мелькнуло у Стива в голове.
Следующие несколько секунд растянулись для Командующего в минуты. Скайн направил всю мощь своего дара в ноги и наклонился корпусом в сторону Элейн.
Зверь выгнул спину. Шерсть зловеще вздыбилась.
«Успею, успею, успею…» – твердил себе Стив.
Передние лапы зверя с предсмертным треском мрамора оторвались от пола.
Стивен вытянул здоровую руку вперед и рванул, что было сил.
Командующий был ближе к Элейн, и лишь это спасло стража Амун-Ра от моментальной смерти. Стив врезался в лучницу, отталкивая её в сторону. Сиплое дыхание зверя прошелестело у него над ухом.
Командующий и лучница кубарем прокатились по испещренному трещинами полу. Едва картинка в голове перестала плясать, Стив вскочил и рывком поставил на ноги Элейн.
– Не стой! – рявкнул Стивен на мешкающую девушку.
Чудище взревело и развернулось к ним. На этот раз зверь не стал прыгать, а просто понесся на них как таран, оскалив пасть и размахивая передними лапами. Крепкие мраморные плиты жалобно затрещали под его поступью, словно хрупкое стекло под ударами кувалды.
Зверь, за секунды сократив дистанцию, подскочил к Стивену и Элейн и сделал первый взмах. Пять смертоносных когтей просвистело перед носом у Командующего, едва не лишив его головы. Лучница, ожив, вовремя пригнулась, и когти с визгом прочертили на стене несколько глубоких борозд. Стив уже приготовился ко второй атаке, мысленно планируя траекторию отступления, но вдруг осознал, что зверю он безразличен. Волкоподобное существо замахнулось второй лапой, и когти коварно сверкнули снизу вверх, едва не располовинив Элейн. Лучница уклонялась как могла, отскакивая от атак и уводя чудище за собой, подальше от Стива. Стивен был поражен, насколько ловко она уходила от атак. Как будто она знала, куда придется следующий удар.
Стеклянный треск выехавшего из пола ледяного шипа, моментально вывел Командующего из размышлений. Ледяной клык оцарапал Стивену шею, едва не пронзив подбородок.
Командующий позабыл, что зверь – не единственная проблема.
Стив, отскочил в сторону от второго шипа и, собрав дар в руке, злобно врезал по нему, расколов на зазвеневшие по полу кусочки льда.
– Радуйся, Командующий, теперь я играю с тобой, – прозвучал голос Мелони Фростфилд, слегка затмеваемый вырывающимся из пасти огромного волка ревом и клокотанием.
Как бы там не было, и как бы хорошо Элейн не уклонялась от атак зверя, надолго её не хватит.
– Да пошла ты… – прошипел Стивен в ответ и ринулся к наседавшему на Элейн чудищу.
С точки зрения тактики он допустил грубейшую ошибку – проигнорировал одного из врагов…
Из пола выдвигалось все больше и больше кристаллов льда, преграждая Командующему путь. Они вырастали прямо у него на пути, срывались огромными сосульками с потолка, и даже выстреливали крошечными голубыми ромбовидными иглами со стен.
…Но такова уж человеческая природа – рисковать, ради друзей.
Стив в дребезги разбил очередной ледяной сталагмит и приблизился к зверю с тыла.
В этот же момент Элейн, споткнувшись о кусок обрушившейся стены, упала на спину. Зверь сжал лапы в молот и занес над головой.
Стивен старался бежать еще быстрее, но проклятые шипы мешали ему, и он не успевал. Монстр вот-вот нанесет удар, и страж Амун-Ра погибнет.
– Ганс! – крикнула Элейн, зажмурившись и вытянув перед собой руку.
«Ганс?! Это тот коротышка?!»
Монстр на секунду замер. В желтых глазах ярость ненадолго потеснило сомнение. Но потом чудище взревело так, что с потолка посыпалась известь, а единственное окно разошлось трещиной. Зверь снова замахнулся.
В ушах жалобно звенело, сломанная рука ныла, а перенапряженные мышцы горели огнем, готовые лопнуть, как веревка.
– Да черта-с два! – рявкнул Стивен.
Командующий со всей силы протаранил волка плечом. Зверь пошатнулся и, злобно оскалившись, повернулся к Одаренному.
Стив, уклонившись от небрежно выброшенной в его сторону лапы, проскользнул чудищу за спину и, крепко схватив его за заднюю лапу, со всей силы дернул. Зверь, потеряв равновесие, с грохотом рухнул на живот.
Элейн в страхе отползла, едва не угодив под тяжеленную черную тушу. Девушка быстро поднялась на ноги, в руках у неё возник изумрудный лук.
– Ганс, прошу тебя! Остановись! – закричала она дрожащим голосом.
Где-то с боку послышался звук подкрадывающихся ледяных шипов, но вскоре он утих перебитый хлопком и шипением.
Но Элейн сейчас было все равно. Лучница не могла отвести взгляд от монстра, в которого превратился её друг. Она узнала его, даже в облике чудовища.
Стивен, тем временем, напрягаясь изо всех сил, потащил брыкающегося монстра в сторону, подальше от лучницы. Он не особо надеялся, что у него получится нечто подобное, но видимо на руку ему сыграл фактор внезапности. Однако длилось его везение считанные секунды. Монстр взревел и, приподнявшись на передних конечностях, лягнул Командующего свободной задней лапой.
Стивен услышал хруст, а затем ощутил какую-то странную легкость. В его взгляде медленно, как тягучий мёд, поплыл потолок, словно странное серое облако, неторопливо крадущееся по небу куда-то в неизведанную даль. Легкость. Такая невероятная легкость. Перестала ныть сломанная рука, все мышцы расслабились, как в теплой ванне. Слух заполонил какой-то шум, похожий на ветер. Кажется, это было его дыхание. Он словно лежал на воде, и звук собственного дыхания – это все, что у него было. Размеренное, но частое, такое, что не позволяет утонуть. А Стив, кажется, тонул. Тонул в пустоте, на которую он лег, словно на воду. Он еще дышал, но не достаточно часто, что бы остаться на плаву. Стив знал, что скоро захлебнется. Подрагивающая водная гладь вот-вот сомкнется над его головой.
– Держись! – раздался вдруг голос.
Спина коснулась чего-то мягкого.
– Не смей мне тут помереть! – снова услышал он, а затем ощутил под собой холодный мраморный пол.
Взгляд Стивена начал мутнеть, но он сумел разглядеть прошмыгнувшую мимо него тень.
– Ах ты, сволочь такая, – с улыбкой на лице произнес он и отключился.
Скаут нёсся как безумный, перепрыгивая по три-четыре ступеньки. Сзади него, чуть отставая, бежали Дезмонд и Мирианна. Лестница, казавшаяся ему некогда ужасно длинной, закончилась буквально за пару секунд, и Чарли, накинув маскировку, вылетел в большую угловую комнату. Первое, что бросилось ему в глаза – Элейн, загнанная в угол, и Стивен, оттаскивающий от неё что-то исполинское и очень злое. Это злое, взревев, изогнулось и лягнуло Стива в грудь, откинув на добрый десяток метров. Чарли, ни на миг не снижая скорости, устремился к другу.
Бледная леди, на которую невидимка безответственно не обратил внимания, взмахнула руками.
Из пола, прямо под Стивеном, с лязгом выехала пятерка длинных, прозрачных как стекло, закругленных кристаллов льда.
Чарли побежал еще быстрее. Сама смерть не поспела бы за ним, даже если бы очень захотела. Скаут подпрыгнул. Могучая спина Стивена врезалась ему в грудь каменным блоком, выбив значительную порцию воздуха.
– Держись! – прошипел Чарли, теряя маскировку.
Хотя бы смягчить удар.
Внизу, прямо под ними, топоча и высекая искры, пронесся созданный из пламени мустанг, разнеся кровожадно торчащие шипы льда в щепки.
Чарли и Стив рухнули на пол.
Скаут метнул на друга взгляд.
«Дышит»
– Не смей мне тут помереть! – сказал Чарли и ринулся к Элейн.
Тут же прямо перед его носом из пола со свистом вылез еще один ледяной шип, перекрывая ему путь. Но, не успев толком дотянуться до Чарли, он треснул и с хлопком рассыпался, от точечного попадания огненным копьем.
– Я ей займусь, не стой! – выкрикнул Дезмонд.
Скаут ничего ему не ответил и даже не обернулся. Он ему доверял. Дезмонд справится с ней. Сейчас в голове у Чарли была лишь одна мысль: "Спасти Элейн".
Лучница пятилась, сжимая изумрудный лук. Зверь же неторопливо, с предвкушением расправы, шагал к своей жертве, смакуя момент. Широко занесенная аспидно-черная пятерня, сверкнула когтями.
Чарли, испустив боевой клич, сходу ударил чудище кинжалом под коленную чашечку. Клинок, чавкая, вошел по рукоять. Густая красная жидкость залила Скауту руку.
Зверь взревел, отвлекаясь от Элейн.
Монстр рывком развернулся, взмахнув лапой.
Разница в физических возможностях была такова – что единственный пропущенный удар станет для Чарли фатальным. Эти бритвенно-острые когти просто изрубят невидимку на мелкие кубики, едва коснувшись его. На стороне Скаута было лишь проворство и жгучее желание защитить близкого человека. И этой силой он пользовался с лихвой.