На Сеинторию опустилась ночь, и плоский блинчик раскрасневшегося солнца, неохотно уступая трон, свергнутый, рухнул за горизонт, а власть на небосводе бесцеремонно захватила серебристая долька луны, победоносно разливая свой свет по земле и освещая продирающимся через заросли Одаренным путь.
Скаут гневно шипел, хватаясь то за колющую спину, то за голову, уклоняясь от летящих в лицо веток.
– Дезмонд, блин! Ну завязывай, тебе что, пять лет? – недовольно пробурчал невидимка, вильнув в сторону от очередной нацеленной ему в лоб усыпанной колючками ветки.
Дезмонд, шедший впереди, пожал плечами.
– Тебе мерещиться, – с показательным равнодушием ответил он, посильнее оттягивая шипастый кустарник.
Ярко зеленый плетеный сучок щелкнул Чарли по бедру.
– Эй! А вдруг оно ядовитое? – продолжил бушевать Скаут.
– Ну, ты все еще ноешь, так что думаю нет, – флегматично вздохнув ответил Дезмонд, – А если и ядовитое, то ты наконец заткнешься.
– Кто ж твою задницу тогда спасать будет, когда на тебя очередной Гринмер нападет, – проворчал Скайт.
Гвардеец пропустил его фразу мимо ушей и спокойно прошествовал дальше, все так же издевательски отгибая ветки.
– Тебе чертовски повезло, что ты уже был в этом лесу, – продолжал негодовать Чарли, – Иначе я бы сейчас шел впереди и хлестал тебя ветками.
– Ты как комар, все зудишь и зудишь, а толку от тебя нет, –раздраженно ответил Дезмонд, – Следопыт чертов, в лесу потерялся.
– Так мы же не по следу идем, вот и потерялся, – шепотом проворчал невидимка.
Одаренные шли больше часа, но особых результатов не достигли. Зеленый лабиринт словно перестраивался на ходу, изводя запертых в ловушке товарищей.
Отвернув очередную ветвь, тут же спружинившую в невидимку, Дезмонд остановился. Чарли поравнялся с ним и присвистнул.
– Что за… Я даже слова как-то подобрать не могу, – задумчиво почесал голову Скаут, окидывая взглядом угольно черный отрезок земли.
– Опустошение, – нахмурился Скайл.
– Да, пожалуй, это слово подойдет, – кивнул невидимка, не отрывая взгляда от безжизненного участка, на котором не росло ни травинки.
– Давай обойдем.
Вместо этого, Чарли подошел к опустошенной земле и занес ногу, чтобы переступить черту жизни и свободы леса и шагнуть в пустоту этого клочка земли. Немного задумавшись, он все же шагнул и замер.
– Вроде ничего, – повернулся к Дезмонду Скаут и пожал плечами.
Взгляд невидимки уперся в густую шарообразную грозовую тучу. Она зависла в полуметре от его лица, неспешно, но ритмично пульсируя. Внутри неё, ужом скользила серебряная молния.
"Чарли" – раздался шепот.
Невидимку словно парализовало. Мышцы окаменели, а кости покрылись корочкой льда.
"Чарли, это мы. Это же мы, Чарли"
Скаут вдруг понял, что никакого паралича нет и не было. Он просто не хотел двигаться. Не хотел никуда идти, не хотел никуда смотреть, кроме как на пульсирующее серебром грозовое сердце и тех, кто скрывается внутри.
"Ты нас забыл? Ты забыл, как нам было весело вместе?"
– Я не… – слабо протянул невидимка.
"Ты забыл, как мы спасли тебя? Забыл, как мы подарили тебе новую жизнь?"
Туча запульсировала быстрее.
"Ты забыл про нас, а он – нет"
– Кто?
"Он придет, Чарли, и второй раз мы тебя уже не спасем"
– Кто? Кто придет?! – Чарли протянул руку к отбивавшему барабанную дробь грозовому сердцу.
Звенящая тишина.
"Все. Лгут."
Туча с оглушительным хлопком взорвалась, располосовав небо серебристым клинком.
– Идиот! – ворвался в сознание невидимки голос Дезмонда.
За звуками в мир вернулись и все остальные чувства. Холодная и сыпучая, как песок земля шкребла его по спине, забираясь под одежду и в волосы.
Кто-то быстро, но с осторожностью тащил его за ногу по земле.
Чарли поднял голову.
Гвардеец, взволнованно глядел по сторонам, периодически вскидывая голову вверх.
– Очнулся?! – накинулся на Скаута Дезмонд, когда увидел, что тот пришел в себя.
– Что происходит? – оценив всю странность ситуации, спросил Чарли.
Гвардеец, бросив его ногу, гневно погрозил кулаком.
– Тебя учили, что со спичками лучше не играться?
– Чего? – недоумевая, протянул Скаут и сел.
Вместо ответа, Дезмонд ткнул пальцем куда-то за спину Чарли.
Невидимка обернулся, и брови его сами собой поползли вверх от удивления.
В центре опустошенного участка зиял дымящийся кратер.
– Эээ… – тупо протянул Скаут.
– В тебя молния ударила! – воскликнул Гвардеец.
Удивление невидимки сменилось недоверием.
– Что за чушь, на небе ни облачка. Да и выжить после такого не реаль… – взгляд Чарли случайно опустился на руку.
Черная сажа рваным полукругом изрисовала кожу на его ладони.
Скаут затаил дыхание и с ужасом коснулся ожога здоровой рукой. Взрыв боли, который ожидал невидимка, не последовал.
Чарли провел большим пальцем по коже, стирая сажу.
– Даже ожога нет, – ошеломленно произнес Дезмонд, зависнувший рядом.
– Молния, случайно, не была серебристого оттенка? – негромко спросил Скайт.
Дезмонд медленно кивнул.
Чарли, посидев еще пару минут, приходя в себя, не отрывая взгляда от ладони, встал.
– Все это чертовски подозрительно, – пробормотал гвардеец.
Скаут вздохнул и отнял наконец взгляд от руки.
– Даже возражать не стану.
Ненадолго стала слышна кипевшая в лесу ночная жизнь.
– Ладно, есть и хорошая новость, – разбил тишину Дезмонд, – Мы почти выбрались.
Чарли проследил взглядом за его рукой.
Вдалеке, выглядывая из-за деревьев, сверкала в лунном свете полуразрушенная стена Клименфора.
– А вот и дом.
"Что делать?" – жестами поинтересовалась лучница у идущего рядом Командующего.
Натали теперь держалась немного ближе к Стивену и Элейн, и им приходилось общаться без слов.
Стив быстро перебирал в уме различные варианты развития событий. С одной стороны их без сомнений вели в западню, но с другой, зная тщеславность Кинертона, Стивен полагал, что градоначальник захочет, если и не участвовать, то, по крайней мере, наблюдать за его казнью. Тем более, что в прошлый раз Стив не доставил ему такого удовольствия. Также не решенным оставался вопрос с Натали. Как с ней поступить? Она под воздействием чумы, и сейчас враг, но Стивен не хотел причинять ей вред.
– Мы почти пришли, – в полголоса сказала Скайт, когда они вышли на лестничную площадку, – Здесь в обход.
Они пошли по коридорам второго этажа и вскоре очутились в здоровенной угловой комнате, что раньше была продовольственным блоком. В стороны ответвлялись проходы в хозяйственные отсеки, а чуть впереди змейкой спускалась широкая лестница на первый этаж.
Натали вдруг остановилась как вкопанная. Элейн и Стивен синхронно замерли, готовясь к нападению.
Стив стиснул зубы. Ему нужно было срочно вывести Натали из боя, чтобы не пришлось сражаться еще и с ней. Стивен распределил дар по мускулам и одним молниеносным рывком сократил дистанцию. Здоровой рукой он аккуратно, но сильно обхватил девушку за холодную шею и сдавил, намереваясь вырубить её.
«Холодная шея?» – мелькнуло у него в голове.
Осознание фатальной ошибки пришло слишком поздно.
Раздался хруст. Не такой, что издают кости. Это был хруст тончайшего стекла.
Натали рассыпалась блеснувшими в свете гестила крохотными, размером с зернышко, ледяными осколками. Как дорогая искусная ваза, которую неаккуратным варварским взмахом руки сбили с её пьедестала. Остались лишь черепки на полу.
Стива парализовало ужасом. Окаменевшая рука, которой он должен был её слегка придушить, неподвижно висела в воздухе. Вдох застрял где-то на пути к легким, а в голове, раз за разом, звучал треск унесенной жизни.
Тишину разрезал неспешный стук каблуков о мраморный пол. Из тьмы, окутавшей лестницу, ведущую на первый этаж, возникла ухоженная ножка в дорогой туфле на небольшом каблуке и величаво опустилась на мраморную площадку. Разрез темного, цвета драгоценного сапфира, платья ровной линией открыл часть бедра, позволяя сделать хозяйке наиболее удобный шаг.
Стук каблука разнесся по охваченной безмолвием комнате.
Голубоватый свет гестила с почтением осветил появившуюся на площадке бледную женщину. Укороченный полушубок с вышитым драгоценными камнями фамильным гербом в виде лилии на спине слегка затрепетал от коснувшейся его волны морозного воздуха, исходившей от незнакомки. Иней и лед ползли перед ней, устилая путь своей королеве алебастровой дорожкой.
Взгляд васильковых глаз, и по спине Элейн пробежала волна мурашек, а изо рта вырвалось облачко пара.
Женщина перевела взгляд на Стива, ошеломленно смотревшего на оставшиеся от Натали ледяные осколки.
– Подумала, Командующий, как и полагает, пойдет первым, – равнодушно прозвучал её холодный голос.
Женщина плавно подняла руку. Иней, состязаясь со льдом, по её велению, похрустывая, побежал по мраморным плитам к Стивену.
Но еще до того, как морозная дорожка достигла Командующего, град арбалетных болтов накрыл женщину изумрудной тучей, взметнув пыль и мраморные щепки.
Стивен вздрогнул, придя, наконец, в себя.
Сотворенные даром стража Амун-Ра арбалетные болты вспышками изумрудной молнии сияли в свете раскачивающейся под потолком гестиловой лампы, изредка сливаясь в сплошной поток.
Элейн решила не экономить силы и вылить сразу все, что могла.
Болты летели широким конусом, вспарывая воздух, пол, стены и даже потолок, изничтожая все живое и не живое, захватывая все пространство и совершенно не оставляя шанса как-то от них увернуться.
Арбалеты перезаряжались так быстро, что человеческий глаз попросту не мог за ними уследить, и возникающие в воздухе болты, заскакивающие в пазы на оружии, сливались в одну искристую малахитовую реку.
Ответ последовал незамедлительно. Из пола, расщепляя и кроша мраморные плиты, с ледяным треском стали выдвигаться исполинские ледяные шипы, врезаясь в стены и в потолок.
Элейн спасло то, что она по привычке не осталась стоять на месте, пожертвовав точностью ради мобильности. Она огибала заслоненную стеной пыли женщину, шустро оббегая её по широкой дуге. Острые как бритва ледяные сталагмиты преследовали её по пятам, иногда ударяя на упреждение, заставляя Элейн двигаться зигзагом.
Миниатюрный вихрь, рожденный кротким движением руки, развеял пыль.
– Какая смелая, но жалкая попытка, безродная глупышка, – прозвучал обжигающий холодом голос.
Васильковые глаза тускло светились брезгливостью.
– Но меня, Мелони Фростфилд, дочь дома морозной лилии, известнейшего дома в Андрайсе, таким жалким приемчиком не взять.
Изумрудные болты с глухими хлопками врезались в незримую стену перед ней и разлетались ледяной крошкой.
Стивен, незаметно приблизившийся к Мелони, отскочил назад, отогнанный выросшим перед его носом ледяным шипом.
– Не мешайся, Командующий. Я разберусь с тобой чуть позже, как наиграюсь со своей игрушкой, – не оборачиваясь на Стива, произнесла леди Фростфилд.
Раздосадованный своей бесполезностью, Командующий стал делать единственное, чем он мог помочь Элейн – думать.
Шестеренки в голове лихорадочно зашевелились, глаза заскользили по залу.
«Я не могу подойти. Как же тогда атаковать?»
Тут у Стива появилась идея. Ему она не понравилась, но бездействовать было нельзя.
Командующий сделал рывок в сторону Мелони, вновь сократив дистанцию.
– Я же сказала, жди. Я остановлю любую твою попытку, – презрительно сказала женщина, продолжая загонять лучницу в угол.
Стив напряг ноги. Дар магмой перетек в мышцы. Командующий, что было сил, подпрыгнул.
Легион был построен с размахом, архитекторская мысль порезвилась на славу, одарив некоторые помещения восьмиметровыми потолками.
Дар Стивена опроверг очередную поговорку, в которой говорилось о том, что выше головы не прыгнешь. Холодный металл широкой, двухсоткилограммовой, гестиловой люстры обжег ладонь. Пламя силы Одаренного перетекло в руку. Слух Командующего обрадовал треск вырванной из потолка конструкции.
«Попробуй-ка остановить это» – злостно подумал в тот момент Стивен.
Минутой ранее.
Элейн, отбиваясь от ледяных шипов и слабо отстреливаясь с одного арбалета, сама не заметила, как её загнали в угол. Лучница уклонялась как могла, но все же несколько острых как бритва сталагмитов вскользь задели её, оставив кровоточащие алые дуги на теле, порвав любимую черную майку и продырявив в нескольких местах штаны.
Враг был неимоверно силен и мастерски управлял своим даром.
Элейн, тяжело дыша, уклонилась от очередного чиркнувшего по бедру ледяного копья и окончательно перестала вести огонь, создав и во второй руке небольшой изумрудный баклер. Но даже её щиты, выдержавшие чакрамы Кесседи, опасно трещали, когда синеватые сталагмиты врезались в них по касательной. Прямой удар Мелони страж Амун-Ра решила на своей защите не испытывать.
Лучница, не справляясь с заданным темпом, начала сдавать позиции, пропуская еще больше ударов, каждый из которых мог стать фатальным.
Глаз девушки зацепил маневр Стивена.
– Давай же, – натужно прошептала она, когда Стив допрыгнул до люстры.
И тут наконец-то раздался треск, который, как показалось Элейн, уже не раздастся никогда. Размашистая металлическая люстра, грузно скрипнув, сорвалась вниз и настигла свою цель так быстро, что Мелони даже не успела поднять взгляд. Массивная конструкция, ускоренная могучим рывком Командующего, с зубодробительным грохотом впечаталась в мраморный пол, так содрогнув стены корпуса, что Элейн показалось, что они вот-вот провалятся на первый этаж.
Секундой позже приземлился Стивен.
Командующий и лучница переглянулись, аккуратно обходя взметнувшуюся тучу мраморной крошки с двух сторон. Лишенное света помещение почти полностью погрязло во тьме, и лишь бледное сияние полной луны спасительно отодвигало мрак, пробиваясь через пару скромных по размеру окон, расположившихся почти под самым потолком.
Пыль осела, и лунный свет очертил гигантский силуэт в центре.
Поддерживая плечами искореженную металлическую люстру и прикрывая пригнувшуюся дочь Фростфилдов, посреди зала стояло нечто огромное и очень злое. Существо было выше Стивена почти на полтора метра. Покрытое густой темной шерстью тело зверя бугрилось мышцами. Разинутая в злобном оскале пасть, кровожадно сверкала двумя рядами клыков. Желтые глаза, наполненные яростью, впились в Элейн.
Часом ранее.
– Ну наконец-то! – взмахнул руками Чарли и тут же с шипением схватился за спину.
Одаренные, ведомые не то случаем, не то закономерностью, все же высвободились из цепких лап злополучного леса.
– Хм, а со стены он не казался таким уж дремучим, – проговорил Скаут.
Невидимка повернулся к блестящей в свете луны городской стене. Задумавшись, он упустил тот момент, когда его лицо невольно выдало грустную улыбку. Воспоминания сами собой всплыли в голове, серея сотней печальных картинок и взрываясь тысячей разноцветных сумасбродных искр хороших моментов.
Лиловая искра – заразительный смех Стива, гремевший после какой-нибудь остроумной шутки Скаута.
Золотистая искра, чуть светлее солнца – цвет волос Дженнет, отчитывающей его по пустякам.
Серебристая искра – сияние его новёхонького кинжала, который Стив, на ужас владельца, вонзил прямо в стол таверны.
Алая искра – бинты на ладонях Чарли, когда он по глупости поймал руками раскаленный болт, что ему швырнул Марсель Сэлтер, и загремел на неделю в госпиталь с запретом на несение службы.
Бежевая искра – двери у главного входа в корпус Легиона.
Салатовая искра – цвет странного пойла, которое Стив достал во время командировки в Элдерон.
Улыбка Чарли немного растянулась, теряя оттенок грусти.
Шлепок серой промокшей бумаги. Промозглый ветер, пробежавший ледяной ладонью по спине. В памяти невидимки всплыл момент, когда Дженнет сказала ему о приговоре Подавителей.
Улыбка уменьшилась, но не исчезла совсем, ведь это грустное воспоминание породило целый сноп новых разноцветных искр – Элейн, Ганс и Лео, Амун-Ра, Седэн и даже нахождение в "плену" у Стражей древнего монстра. Все это переливалось бесчисленным количеством цветов, приятно согревая душу.
– Чего застыл, еще одну молнию ловишь? – прозвучал голос Дезмонда, разрезав поток мыслей Скаута.
Чарли тряхнул головой, отгоняя нахлынувшие воспоминания.
– Шевелись давай, нужно быстрее найти наших, – произнес огненный Скайл и направился к стене.
– Без тебя знаю… – недовольно пробурчал невидимка и пошел рядом.
По мере приближения к городу, количество растительности уменьшалось и уменьшалось, деградируя от величественных дубов и сосен до вытоптанной травы и редких одуванчиков. Ночь наполнилась зловещей тишиной. Ни город, ни природа не издавали ни звука, словно Чарли и Дезмонд находились на ничейной, нейтральной территории. Даже ветер, упруго подталкивающий товарищей в спину, обходился без привычного шелеста.
– Слушай, – начал Скаут, прерывая гнет безмолвия, – Я все хотел спросить, а чего у тебя руки забинтованы?
Дезмонд глянул на него, сверкнув глазами.
– Не твое дело.
– Да брось! – махнул рукой Чарли, – Мы же друзья, а?
Гвардеец в ответ только нахмурился.
– Ну ты и задница, – обиженно скрестил руки невидимка.
– Твой балл вырос до девяносто-трех – произнес Дезмонд, не оборачиваясь.
– Балл? – приподнял бровь Скаут.
– Да, я всем присваиваю баллы. У кого они достигнут сотни – обращаются в пепел, – загадочно зыркнув на Чарли через плечо, ответил гвардеец.
– Смешно, – не совсем уверенно протянул Скаут, – Ты же шутишь?
Дезмонд молча продолжил путь.
Спустя пару минут Одаренные остановились, не дойдя пары сотни метров до разрушенных врат Клименфора.
– Я что-то упустил тот момент, где ты рассказываешь гениальный план по проникновению в город, – подал голос Чарли, отвлекая Дезмонда от созерцания стены.
Гвардеец хмуро выискивал что-то взглядом, периодически бормоча себе под нос и почесывая щетину.
– Если вдруг плана нет, – несколько раздраженный от игнорирования со стороны огненного Скайл продолжал невидимка, – То у меня есть пара идей.
– Вот оно, – пробурчал Дезмонд и ткнул пальцем в еле различимую выбоину в темном камне городской стены.
Раздался скрежет, и на глазах удивленного Чарли часть стены отъехала в сторону, обнажая за собой узкий проход.
– Ну, как тебе план? – торжествуя, спросил гвардеец.
Невидимка молча показал большой палец.
Спустя несколько минут плутаний по тайным ходам внутри стены, обильно обмазанных паутиной и пылью, товарищи попали в город, выйдя из заброшенного амбара.
– А я все думал, чего это страшилище не снесут, – вслух размышлял Чарли, стряхивая с плеча белый комок паутины.
Дезмонд напряженно смотрел по сторонам.
– Стражи нет, – посерьезнев, озвучил мысли товарища Скаут.
– Внимательнее.
Невидимка нахмурился, но тот час понял, что имеет в виду Дезмонд.
– Да тут вообще никого нет… – протянул Скайт.
Ветер гулко захохотал шелестящим смехом, раскатываясь по пустому городу.
Гвардеец сжал кулаки.
– Мы опоздали, уже началось.
По Клименфору стремительными рывками от дома к дому мелькала алая тень. Дженнет быстро и бесшумно пересекала одну улицу за другой, изредка поднимая взгляд на чернеющий вдали корпус её родной организации. Легион погибал на глазах.
Эта организация – все, что у неё было. Дженнет с самого детства восхищалась Одаренными, которые несмотря ни на что, рискуя жизнью, защищали людей. Легион был для неё квинтэссенцией стойкости, организованности, порядочности и честности – всех тех качеств, которые Валкери ценила в людях. Она была единственной, кто добровольно хотел вступить в Легион. Каково же было её разочарование, когда она, Дженнет Валкери… Нет, Джейн Стронк – оказалась обыкновенным человеком, не имевшим Дара. Мир рухнул, а мечте предначертано было остаться лишь мечтой. Жизнь Джейн казалась ей тоскливой и скучной. Каждый день, выходя из дома, невыносимо больно было смотреть на сияющий в лучах солнца, как доспех благородного воина, корпус Легиона. Мечта, к которой ты тянешься, но никак не можешь прикоснуться. Так близко и так далеко. Со временем девочка смогла приглушить боль от растоптанных амбиций, забив все свободное время тренировками с холодным оружием и поглощая книги о военном искусстве одну за другой.
Потом в их семье появился Стивен – её маленький брат. В первый же день своей жизни он так крепко сжал палец врачу, что сломал его. Все были счастливы его появлению. Все, кроме Джейн. Он был для неё живым напоминанием собственной беспомощности. Однако злость и неприязнь к брату вскоре прошла, а рвущая душу горечь осталась. Без того полная чаша отчаяния перелилась через край.
Джейн собралась уйти из дома. Но той ночью, когда за её спиной сиротливо скрипнула дверь родительского дома, на пороге девушку ждал человек. Он, скрестив руки на груди, прислонился к перилам их крыльца. Уличные фонари не горели, и мокрая от только что закончившегося дождя кожаная куртка с торчащим обугленным мехом – единственное, что хоть как-то можно было разглядеть в окутавшей его тьме. Он не проронил ни слова, она тоже. В крошечный кружочек света, что нарисовал на деревянном пороге светильник, висевший прямо над дверью дома, вторглась рука, сжимавшая конверт. Невзрачный, помятый, с сереющими кружочками капель дождя.
"Через восемь лет, одновременно с братом" – прозвучал голос.
Человек развернулся и ушел, растворившись во мраке.
А Джейн осталась на пороге, сжимая конверт, через бумажную стенку которого просвечивали документы на имя Дженнет Валкери – Скайн первого разряда.
Дженнет слегка замедлила шаг. Корпус Легиона перестал быть своей миниатюрной моделью на горизонте и вырос перед Валкери в натуральную величину.
Экс-Командующая внимательно осмотрелась по сторонам. На улицах не было ни души.
«Куда все подевались?» – подумала Дженнет.
За спиной послышались шаги.
– Ты кого-нибудь встретила по пути сюда? – негромко спросила Валкери, не оборачиваясь.
– Пусто, как на кладбище, – ответила подоспевшая Мирианна.
– Думаешь, он замешан? – намекнула на градоначальника Дженнет, продолжая сканировать взглядом улицы.
– Разумеется, – не сомневаясь, ответила Мира, присев рядом с экс-Командующей.
Валкери перевела взгляд на новоиспеченного союзника, облаченного в боевую форму Легиона.
«А говорил, что еще не закончил разработку новой модели» – ухмыльнулась про себя алая Дженнет, вспоминая давний разговор с Марселем.
– Так что насчет оружия? – поинтересовалась Валкери.
Мирианна помрачнела.
– У папы был один меч, о котором никто кроме меня не знал…
Дженнет похолодела, моментально сообразив о каком мече речь, но постаралась не подать виду.
– … С виду он казался черным, но на самом деле – клинок был только сосудом. Само оружие – это вязкая, черная субстанция, которой он покрыт. Папа узнал об этом и это… – девушка запнулась от неожиданно подступивших чувств, – Это последнее его открытие. После этого он был убит.
Валкери пыталась слушать Мирианну и вникать, но внезапная дрожь, ледяной пикой пронзившая кисть руки помешала ей сконцентрироваться и вместо того, что бы вникать, Дженнет отчаянно боролась с собственной рукой. Точно так же внезапно нахлынувший страх, стальной хваткой сдавил ей горло.
Дженнет крепко сжала кулак.
«Спокойно»
"Спокойно" – прозвучало у неё в голове одновременно с её мыслью.
Валкери застыла, а слова Мирианны стали пролетать мимо неё.
«Что за черт?!»
Тишина. В её разуме вновь были только лишь её мысли.
«Успокойся, черт тебя дери! Что с тобой такое?!»
– Джейн? – послышался голос Миры.
– М? – повернулась к ней Валкери.
Девушка озабоченно нахмурилась.
– Мне показалось, что ты потеряла нить моего рассказа.
Дженнет потерла костяшкой переносицу. Страх отступил так же внезапно, как и появился.
– Да, прости.
– В общем, оружие – это непонятная темная субстанция, которая была на клинке, – немного обиженно сократила Мирианна.
– Субстанция ядовита? – как бы невзначай уточнила бывшая Командующая, неосознанно коснувшись живота.
– Может быть. Я точно не знаю. Но папа сказал, что это очень страшное оружие.
– Ясно.
Валкери перестала оглядывать улицы и направилась ко входу в корпус.
– Постой, Джейн, – остановила её Мирианна.
– Что? – обернулась экс-Командующая.
Мира указала куда-то в сторону.
Валкери присмотрелась и увидела две фигуры на горизонте.
– Кто это? – спросила Мирианна, приглядываясь.
Дженнет улыбнулась.
– Подкрепление.
– Ты уверен? – хмуро пробормотал Дезмонд.
– Да, я почти на десять метров к ним подобрался, – отмахнулся Чарли, – Да и разве можно с чем-то спутать эту шевелюру?
Гвардеец продолжил хмуриться, но шагу прибавил, стараясь не отставать от напарника.
– Стейн, Дезмонд, – приветственно кивнула Дженнет, когда Одаренные подошли поближе.
– Джен… – хотел было поздороваться Скаут, но Валкери его поспешно перебила, не дав договорить.
– Про остальных ничего не известно?
Невидимка отрицательно покачал головой.
Дженнет перевела взгляд на гвардейца.
– У тебя есть вопросы. У меня нет на них ответов, – произнес Дезмонд, скрестив руки.
Экс-Командующая пару секунд строго смотрела на мужчину, но вскоре взгляд её немного смягчился.
– Твое появление здесь – ответ на самый важный вопрос. Она не предатель, я верю тебе, – сказала Валкери.
Огненный Скайл немного помедлив, коротко кивнул.
– Познакомите? – указал взглядом Чарли на Мирианну.
Скаут боролся с наполнившими его смешанными чувствами. Он был рад встрече с Дженнет, но еще больше обрадовался бы, увидев Элейн.
– Мирианна Сэлтер, можно просто Мира, – встрепенувшись, протянула руку девушка.
– Чарли, – пожал руку невидимка, погружаясь в свои мысли, – а это Дезмонд.
– Сэлтер? – удивился гвардеец, – Марсель Сэлтер тебе не родственник?
– Отец, – энергично кивнула головой Мира.
Ветер, галантно кашлянув, прошаркал мимо товарищей, пнув скомканную листовку, исписанную чьим-то корявым почерком.
– Так, – с былой сталью произнесла Дженнет, – Потом будем знакомиться, нужно шевелиться, времени у нас мало.
Четверка подошла к входу в корпус.
– Заперто? – удивленно приподнял брови Чарли, – Не помню, чтобы вообще когда-то было заперто.
– Не хотят, чтобы кто-то смог войти, – сказал Дезмонд, почесывая заросшую щетиной щеку.
– Скорее выйти, – поправила его Мирианна.
Гвардеец и невидимка переглянулись.
– Выплавь петли, – отдала приказ Валкери, ткнув пальцем в поблескивающие в лунном свете части механизма.
Дезмонд нахмурился, но спорить и припираться не стал.
На кончиках пальцев гвардейца вспыхнуло бурое пламя и, спустя пару секунд придерживаемая Скаутом деревянная дверь с глухим шлепком приземлилась на пол. Из корпуса обледеневшим дыханием на них дунула тьма. Нос пронзил металлический запах смерти, а обувь с первого же шага по щиколотку утопла в крови, которая болотной жижей засочилась из корпуса, едва исчезла дверь.
Команда замерла, не смея шевельнуться.
– Твой последний шанс повернуть, – негромко произнесла Дженнет.
Мирианна сглотнула и нервозно поправила браслеты с глифами на руках.
– Я иду, – придав голосу как можно больше уверенности, ответила она.
– Тогда вперед, – скомандовала Дженнет, и все четверо шагнули во мрак.
Окутавшая коридор ночь постепенно уступила, позволяя привыкающим к кромешной, по сравнению с улицей, тьме глазам хоть что-то разглядеть. Холл был пуст. Если не считать несколько выпотрошенных тел, небрежно разбросанных по мраморному полу.
– Стейн, разведка. Полторы минуты, – тихо отдала приказ Валкери.
– Есть.
Скаут растворился и быстрой, но беззвучной поступью покрался вперед по коридору, внимательно смотря по сторонам и прислушиваясь к звукам.
«Почему так тихо? Не слышно боя» – Настороженно подумал Чарли.
Невидимка прошел весь холл и, дойдя до развилки – лестница на второй этаж и коридор к залу заседаний тринадцати, вернулся к ожидавшим его товарищам.
– Все чисто. Шестеро убитых. Освещения нет нигде, дошел до развилки и повернул обратно, – лаконично доложил Скаут, возникнув перед Дженнет, – Но кажется, в зале были голоса.
– Мне одному кажется, что здесь неестественно тихо? – проговорил Дезмонд.
Ответом послужило несколько напряженных взглядов.
– Держимся вместе. Последовательно обойдем весь корпус, может есть уцелевшие, – скомандовала Валкери.
И тут, здание как будто пошатнулось от сокрушительного глухого удара этажом выше. С потолка посыпалась крошка, а по лестнице жалобным стоном прокатился хруст стекла. В эту же секунду уши Одаренных пронзил уже ничем не приглушенный яростный вопль и последовавший за ним крик.
Сердце Чарли ухнуло вниз и разбилось в щепки. В груди похолодело, лоб и спина покрылись испариной. Крик принадлежал Элейн. Его тело словно больше ему не принадлежало. Ноги сами собой рванули его вверх, а пальцы обхватили рукоять кинжала.
– Вы двое, быстро за ним! Я проверю зал и присоединюсь! – рявкнула Дженнет и рванула вперед, к залу заседаний.
Чарли взлетел по лестнице, перепрыгивая по четыре ступеньки, и с размаху врезался в матово белую стену льда. Рухнув на спину и едва не покатившись вниз, он тут же вскочил. Глаза забегали по препятствию и зацепились за небольшую, острую как край мозаики дырку, через которую и прорывались звуки боя. Мозг лихорадочно стал соображать, и Чарли уже почти собрался карабкаться на стену, чтобы попытаться пролезть в дыру, как раздался чей-то грубый выкрик.
– На землю! – звучал этот выкрик, вылетая из уст гвардейца.
Скаут без промедления упал на живот.
Вытянутое и сплетенное из пламени, словно из рыжих лиан, копье, с шипением и треском врезалось в ледяную стену, разворотив её как лист бумаги.
Чарли вскочил и ринулся внутрь.
Дженнет, тем временем, приблизилась к двери, ведущей в зал заседаний, и замерла, прислушиваясь. Из помещения, едва различимые, слышались голоса. Хоть слов было и не разобрать, один голос Валкери узнала сразу же.
«Кинертон»
Экс-Командующая извлекла клинок и бесшумно приоткрыла дверь, аккуратно заглянув в щелку. Гестил не горел, но у скромной трибуны Командующего, расположенной в центре, трепетала на сквозняке парочка свечей, освещая силуэты стоявших рядом.
Дженнет сильнее распахнула дверь и проскользнула внутрь, аккуратно перекатившись за близлежащую трибуну.
Голоса стали отчетливей.
– Так и что нам делать дальше? – нервно интересовался Кинертон.
– Глупышка! – хихикнула Ригатта, капая воском со свечи себе на колено, – Ждать конечно, как он и сказал.
– Мы здесь как приманка, – не успокаивался градоначальник, – Вдруг сюда кто-нибудь заявится?
Девушка щелчком ногтя сбросила с ноги застывшие капельки свечи.
– Если он сказал, что так надо, значит так надо, – улыбнулась она.
Её угольно-черный компаньон, похрустывая позвонками, повернул голову, когда Ригатта капнула воском ему на макушку.
Девушка хихикнула и, спрятав свечу за спину, состроила невозмутимую гримасу.
– К тому же, Юджи-Буджи, ответь мне, он хоть раз нас подводил?
Кинертон нахмурился и почесал шею, кинув взгляд на обрубок руки.