– Зачем ты ходишь? – ее голос оказался мягкий, Саше показалось, что он его окутал, как мягкое покрывало.
– Тянет, – тихо проговорил он, восстанавливая сбившееся от бега дыхание.
– Вы скоро уйдете, забудь, – девушка не поворачивалась.
– Война закончится, – Саша опустился на мягкую траву позади волшебной незнакомки.
– Верно, но у меня семья.
– Твой муж пропал, а сын достаточно взрослый. Они не нуждаются в тебе.
– А ты? – девушка обернулась.
Саша впервые видел ее так близко. Каждая черточка узкого лица казалась родной. Именно эта нимфа с тонким прямым носом, белоснежной гладкой кожей и бездонными глазами в пушистых ресницах являлась ему во сне и звала к этому лесному водоему.
– Я обещаю вернуться, заберу тебя и сына к себе, мы уедем далеко в Сибирь, хочешь, в деревне останемся, хочешь – в городе… – Саша долго и страстно расписывал, как они будут жить после войны, как он положит к ее ногам весь мир и достанет звезду с неба, лишь бы она была рядом.
Девушка слушала его, не перебивая, и на ее губах расцветала нежная улыбка, но в уголках затаилась грусть. Неожиданно она встала, не раздеваясь, побежала в воду.
Молодой красноармеец последовал за девушкой чуть позже – военная выучка не позволила мочить форму.
Они встретились почти в середине водоема. Прохладная вода остужала горячие тела, разум давно попрощался с обоими. Только упругое тело под ладонями, оплетающие тяжелые волосы и сбитое дыхание.
Больше они не разговаривали, но попрощались, когда небо приобрело серо-синий оттенок, и потускнели ночные звезды.
Сеня на рассвете уже ждал отряд на тропинке к болоту, в руках только длинная палка. Его правая лодыжка была плотно перетянута портянкой.
– Нормально дойдешь? – уточнил Старшина, указывая на босые ноги ребенка.
– Как обычно, – ответил Сеня, поворачиваясь к лесу.
Отряд выстроился в боевой порядок, операция началась.
Только Саша, углубляясь в чащу, еле слышно попрощался:
– Я вернусь, Вера…
Война шла еще два долгих года. Александр Воронов прошел ее всю. Много всего было: он горевал о людях и уничтожал нелюдей, прятался в окопах и бежал в лобовую, находил и терял друзей и врагов. Иногда, казалось, что только обещание, данное когда-то в безымянном лесу девушке-волчице, спасало и давало силы жить.
Все течет, все изменяется – так говорили древние. Капитан Воронов сошел на маленькой железнодорожной станции, которую совсем недавно построили для лесозаготовок.
Светлые волосы с проседью – подарок от прошлого – спрятал под фуражку. Офицерская форма советской армии вызывала гордость и улыбки случайных встречных. До Моровки подбросил солидный мужичек на телеге с сеном. Александр вспоминал деревенское прошлое, и время, когда звался просто Сашкой.
Знакомая улица преобразилась: Большинство домов белели свежими стенами, розовощекая малышня бегала по улицам под присмотром старших детей. Большинство взрослых были на колхозных полях. Изба доброй предприимчивой Марфы дополнилась пристройкой, а вот у рукодельницы Лизаветы покосился старый сарай.
Капитан легко по памяти дошел до леса. От избушки Веры и Сени остались одни стены, да крыльцо, заросшее травой, но теплые воспоминания влекли мужчину дальше, к тому самому водоему.