Он не удержался и снова громко расхохотался, заразив смехом и меня.
Мама больше ни разу не была в Измерении. Как она сказала – ей хватило впечатлений на всю жизнь и от одного посещения. Моя любимая мамочка теперь очень трепетно относится к любым необычным явлениям. И не устает благодарить Дивена за мое спасение. Папе мой муж тоже очень нравится, хотя иногда у него возникает вопрос – где живет хранитель, работает или учится. Но маме всякий раз удается переключить внимание папани, и пока мы можем жить спокойно, не травмируя отца правдой.
Летом родители собираются в гости к тете Лиле. Самим им теперь к нам приехать проблематично по причине маленького ребенка. Василиса стала гораздо мягче и добрее после появления братика. Все-таки малыш поубавил эгоцентризма в моей сестрице, да и тетя Лиля стала более сентиментальной.
Однажды мы с Риткой задались вопросом – откуда взялась в моей комнате та янтарная брошка. И как в ней оказался бруколак. Мама не смогла вспомнить янтарных украшений у Нюшеньки. Со слов мамы – у старушки вообще не было никаких драгоценностей или украшений, кроме нательного серебряного креста, с которым ее и похоронили. Немного прояснить ситуацию помог Дивен. Брошь была тотемным украшением, в которое при обряде лечения шаман «сбросил» вампира. Скорее всего, Нюшеньке ее кто-то подарил. И подарил, зная, о секрете этой брошки. Как сказал Дивен, если бы она ее купила, то сила откупа не дала бы проснуться бруколаку. При этих словах мама торжествующе подняла указательный палец вверх. Она всегда отдает деньги, даже пусть это будут копейки, за самую сущую ерунду, которую ей пытаются подарить посторонние люди. Даже за черенки хмеля мама передала соседке пару металлических десяток. Дивен полностью поддержал мою родительницу, похвалив ее природную интуицию. Что и говорить – мама была счастлива, что смогла шестым чувством угадать, откуда может исходить опасность.
Каждый раз, глядя в ночное небо, я вижу глаза своего мужа. Во взгляде хранителя заключе